Наш маленький секрет

Всю глубину подставы, сделанной мне Занзасом Скайрини, я поняла не сразу. Нет, то что мои волосы были избавлены от очень стойкой и надёжной краски и заметно удлинились, достигнув плеч, я приняла с удивившим меня саму смирением. Не надломлюсь, окрашусь и подстригусь по новой. Но оставшись в аэропорту Токио одной с двумя десятками незнакомых мне никоим образом чемоданов осознала в какую же идиотскую ситуацию угодила. Где мой паспорт? Есть ли в одном из чемоданов шуршащая наличность способная помочь мне попасть домой? Да и для завершения классической картины выставленной вон папиком содержанки не хватало только маленькой, противной и злой собачки в ядовито розовой сумочке! Сказать, что мне хотелось постучаться головой об стенку, чьей-то очень конкретной итальянской головой с перьями и барсучьим хвостом, это всё равно что промолчать! Я даже не думала, что могу быть настолько кровожадной, но может быть я и не была бы настолько кровожадной, но только вот ма~аалюсенький нюанс! Моего чемодана убийцы среди двадцатки скинутых на меня чемоданов – не было! Ноут, сумочка с беретой и мобильным тоже канули в неизвестность! Это ж надо же так умудриться-то, одновременно и откупиться, и обокрасть до нитки! Свинство! Ничего-ничего, земля квадратная за углом встретимся, ши-ши-ши. Кхм. Бросать вероятно дорогое, но мне совершенно не нужное шмотье не хотелось из принципа. Человек старался, думал, как бы меня сильнее оскорбить, а я возьму и брошу тут все его труды даже не узнав, что именно скрывается в этих двадцати чемоданах?! Ну, уж нет, в крайнем случае устрою громадный костёр и косточки свои около него погрею, но бросать не вариант. К тому же моё состояние в котором я прибывала до и после разговора с Занзасом нормальным назвать язык не поворачивается. Настолько плохо соображать для меня совсем не свойственно, не было такого со мной даже после экспериментов Эстранео, так что тут мне в этом явно помогли. Кто бы это мог быть? Успокоившись только потому, что времени пыхтеть злобным ёжиком у меня не было, нужно было решать, как быть дальше и как добираться в родной Намимори, я, изображая итальянский акцент, обратилась к первому же более-менее прилично выглядящему человеку за помощью. Выпросив на время у человека мобильный телефон я набрала маму и уже на итальянском очень эмоционально начала объяснять ей ситуацию. - Мам, привет, это я. - Тсунаёши? - Да. – улыбнулась я, а затем продолжила тараторить. - Со мной всё в порядке, жива здорова и даже сейчас в Токио. - В Токио? - Да, ты не ослышалась. - Это из-за твоего итальянского знакомого? - Нет, принц в этом не виноват. - Ты… - Да, я опять попала в неприятности, но только я не знаю, что делать, мои документы наверняка остались в моем номере в Риме, как и собственно все мои вещи! - И бронежилет? – почему-то настороженно спросила мама. - Конечно и он тоже. - Боже, во что же ты сейчас одета! – помня моё отношение к одежде и мою способность уничтожать её в огромных количествах ужаснулась мама. - Нет, мам, я прилично одета и у меня есть во что переодеться. Целых двадцать чемоданов неизвестности и страшных сюрпризов. - Надеюсь это твой итальянец постарался? - Нет, не он. Он, знает мой характер, и ты тоже знаешь мой характер. Нет мама, это придурошный попугай решил так обезопасить своего подопечного и выставил меня прямо в Токио на его личном самолёте. - Попугай? - Какой попугай? Тот самый очень неудачно маскирующийся под человека, работающий на виски, ругающийся матом и явно сбежавший от сомалийских пиратов! - Ты имеешь в виду Занзаса, главу Варии? - Да, его самого, ты верно меня поняла. - А договориться? Не мог же он совершенно не прислушаться к дочери Внешнего Советника. - В том-то и вся соль, ему об этом принц не сообщил. Если бы ты только видела, как попугай ставил меня в известность ты бы всё поняла. И естественно, что я с ним даже не пыталась договориться. Договариваться с попугаями даже маскирующимися под людей мало того, что странно, так еще и совершенно бесполезно! - Ты ему хотя бы в лицо этого не говорила? – почему-то стала уточнять мама. - Мама, прошу, я говорю по чужому телефону, мне уже перед человеком не удобно, доберусь до дома всё подробно расскажу, – услышав, как она обеспокоенно задышала в трубку добавила. – И нет, ему я этого не говорила. - Может стоит сообщить Облаку? Он вполне мог бы тебя забрать…- от чего я немного струхнула. - Нет, не надо беспокоить Хибари-сана, телепортироваться он не умеет, а от его переживаний может пострадать слишком много мирных и не очень жителей, лучше звони Шо. - Шоичи? У него кажется старшая сестра в Токио живёт. - Тётя. Не знаю, главное передай ему что поиск нужно вести по белым волосам, персиково-розовому платью и двадцати не отторгаемым от личности чемоданам. - Ты не собираешься их бросить в аэропорте? – радостно удивилась мама. - Неужели в тебе наконец проснулась страсть к красивой одежде?! - Нет, во мне проснулась страсть к мести. И сейчас я иду на принцип. - Не боишься, что он съест тебя и не подавится? - Мама, твоя маленькая звёздочка ядовита, враг, если не подавится, то безнаказанным не останется по-любому. Тем более сейчас ничего опрометчивого я делать не собираюсь. Правда. - Буду ждать. И спасибо, что позвонила именно мне. - Я же знаю, что твоё материнское сердце чувствует когда со мной что-то не так. - Ничего срочного больше нет? - Всё, целую, жди. Люблю тебя, мама. Фух! – выдохнула я и наконец обратила внимание на человека у которого одолжила мобильный, но практически обычно выглядящий японец в приличном костюме только недоумённо хлопал глазами. А вот рядом с ним стоял довольно высокий для японца брюнет в футболке, джинсах и кепке козырёк которой скрывал верхнюю часть лица, прикрыв рот ладонью прилагал героические попытки не заржать. – Спасибо, что не оставили в беде, – сказала я уже по-японски, но всё с тем же акцентом и засияла улыбкой, возвращая телефон его владельцу. – И можете разрешить своему другу смеяться в голос, я не обижусь. Сама бы сейчас смеялась над собой, если бы не была настолько сердита и растеряна. - Широ-кун, а ты говорил, что таких девушек не бывает, - широко улыбнувшись сказал подозрительный японец. – Вот она, стоит прямо перед нами словно ответ на наши молитвы. - Сеньор? - я недоуменно вскинула брови. - Химитсу-сама, я из Вашего разговора понял едва ли половину слов. Я смеялся над своей глупостью! Именно глупостью! Потому, что искал Вас по всей Японии и совершенно отчаявшись и вернувшись в Токио обнаружил Вас здесь! - Сеньор, не знаю зачем Вы меня искали по всей Японии, но спешу предупредить, что я практически в бегах. Мой отец, как и брат, совершенно не в курсе моей поездки и пребывают в счастливой уверенности, что я сейчас нахожусь в совершенно другом японском городе, – мужчина решительно сдвинул козырёк бейсболки набок, отрывая тем самым пронзительно черные выразительные глаза и схватив мою руку упал передо мной на одно колено и едва коснувшись губами кончиков пальцев пылко произнёс. - Прошу Вас, потратьте два дня своей бесценной жизни, чтобы сняться в моём клипе, прошу! - Вы для этого искали меня по всей Японии? – изумилась я, с искренним сочувствием спросив. – Неужели не нашлось ни одной девушки? - Широ-кун, ты её слышал? – восхищенно смотря на меня, спросил у своего спутника этот подозрительный тип. - Да, Охаяси-семпай, она действительно именно такая девушка какую вы хотели видеть в своём клипе, - как-то опасно сверкнул глазами на вид средне статистический японец. – Идеальна, даже придраться не к чему. - Соглашайтесь, прошу. Иначе буду преследовать Вас не вставая с колен пока Вы не согласитесь! – я прикрыла глаза просчитывая ситуацию. Блин! Прислушалась к голосу интуиции и решительно… - Мне снова нужен будет телефон, место где я смогу переночевать и скинуть все свои двадцать чемоданов, так же будет нужна быстрая доставка до городка Намимори и сохранение инкогнито, – я открыла глаза и встретилась с глазами с плачущим от счастья мужчиной. - Широ-кун командуй паковать чемоданы, мы её забираем. - Уже, Охояси-семпай. - Итак, после того, как я поговорю по телефону, надеюсь меня посветят в то на что же я так легко согласилась? Слушая в наушниках песню в клипе, которой я буду сниматься я не могла удержаться от улыбки. Слышала я её краем уха, но не думала, что буду играть роль в клипе по ней. И не представляла как же сильно вляпалась. Пять дней в Токио пролетели… как десять, Охаяси-сан оказался тираном от которого невозможно было спастись. И, если вы думаете, что мне, как его музе, доставалась меньше всего, то глубоко ошибаетесь! Но так или иначе, на пятый день съемки завершились и меня с этими треклятыми чемоданами доставили в мой уютный и тишайший Намимори. Я не могла нарадоваться тишине и покою знакомых улиц, родному воздуху и неспешному течению жизни захолустного городка. Снова короткие черные волосы, снова никто практически не обращает на меня внимание. Красота! Тишина! Покой! Бездумно бредя по родному Намимори я почувствовала резкий удар по нервам, весь мир словно застыл, и я сорвалась с места гонимая одним единственным желанием предотвратить надвигающуюся катастрофу! Прямо как тогда, когда жизнь Такеши должна была оборваться. Сознание отстранённо отмечало происходящие события, то как потерявшая управление фура неслась на дерево с которого слазил держа в руках маленько котёнка мой лучший друг Шо, а рядом, его дожидалась хрупкая на вид девушка. Я чувствовала, что не успеваю. Чувствовала, что проигрываю эту схватку, как в ушах зазвучала песня, набившая оскомину за пять дней непрерывной каторги и моё сознания поглотила яркая вспышка. Если бы я сейчас умерла, то вечно бы сожалела о том, что не сумела спасти Шо с идиотским котёнком в руках и эту девушку рядом с ними. Как же я хочу их всех спасти! Hane ga nai tenshi wa boku ni itta Ie to kaeru chizu o nakushita Hiriki na boku wa efude o totte Kawaita e no gu ni mizu o sasu* *** Возвращение в реальность было не из приятных, всё тело ломило, как от простуды, а интуиция… Ха! Не в этот раз! Чувство сытого удовлетворения и довольства пронизывало каждую клеточку моего тела и жесткая скамейка, как и неудобная сумка под головой в комплекте с лёгким дискомфортом от ощущения на теле одежды с чужого плеча создавали удивительную гармонию. Чужие голоса ничуть не раздражали, но интуиция не дала мне в полной мере насладиться столь редкой в нашей жизни гармонией. Стоило мне, не открывая глаз, сесть на лавочке как наступила тишина. - Шо, мы живы? – поинтересовалась я. - Тсу! – радостно воскликнул друг, и видимо даже порывался обнять, но вместо этого как-то задушено просипел. – Живы. Я открыла глаза, чтобы лицезреть нечто по истине фантастичное, Сасагава Киоко девушка в обычной жизни очень милая, спокойная, а главное адекватная, глава кюдо клуба, держала моего друга в болевом захвате так что он даже двинутся не мог. Её брат вроде как боксёр, так откуда у неё такие навыки? И всё-таки друга надо спасать. - Сасагава-сан, пожалуйста отпустите моего друга, – мягко улыбнулась я. Краем глаза отмечаю, что рядом со мной неуверенно переминаясь с ноги на ногу стоит девушка с котёнком. Длинные до середины спины волосы девочки темного с фиолетовым отливом цвета прикрывают одну сторону её лица, из-за чего миру представлен на обозрение только один глаз нежно фиалкового цвета. - Тсу, ты моя спасительница! – воскликнул Шо, но покосившись в сторону Сасагавы обниматься не полез. Из-за усыпляющего чувства гармонии я, наверное, еще долго бы соображала, что именно в происходящем не так, если бы рядом не появились Облако и Дождь. Солнце и Гроза сами не понимая, что именно делают и зачем тут же заступили им дорогу прикрывая собой Небо. – Тсу? Что сейчас с ними творится? - А это, мой дорогой Шо, последствия «зова небес», – мрачно ответила я соображая что делать дальше, резко сворачивать ауру атрибута мне сейчас категорически нельзя, это может серьёзно навредить девочкам. - О чем ты? – повернувшись ко мне спросила хранительница Солнца. - Ха-ха-ха, Сасагава-чан, о таких вещах на улице не говорят, - беззаботно рассмеялся Такеши. – И ты права, Тсунаёши, перепутать «зов» с чем-то еще невозможно. Не расскажешь, что произошло? - За мной, – сказал Хибари-сан и все гуськом как по команде, двинулись за ГДК. Хибари-сан кру~уут. Несмотря на дискомфорт от непонимания ситуации со стороны Солнца и Грозы все мы ощущали некое единение, подспудное желание быть ближе, гармонию. Из-за спонтанно произошедшего «зова» мы воспринимали мир несколько искаженно и если у меня это выражалось в том что я искренне верила в свою неуязвимость, то у хранители видели в любом мало мальски подозрительном объекте угрозу общему благополучию, что уж говорить про посторонних людей. Из-за этого из нашей компании выпадал Шо, которому было явно некомфортно под бросаемыми искоса внимательными взглядами хранителей. Из моих рассказав Шо примерно представлял для себя, что такое "зов", но явно был не готов столкнуться с этим лицом к лицу. Перед домом Хибари-сана Шо не выдержал, извиняясь сослался на неотложные дела и смылся. Чтобы объяснить всё девочкам и преодолеть последствия «зова» нам понадобились двое суток во время которых я и на несколько секунд не оставалась без пристальной заботы одного из хранителей. Но, мы это преодолели, выдержали и несмотря на жуткую неловкость ситуации стали намного ближе к друг другу. Нам нечего и незачем было скрывать друг от друга, стеснение бывшее между нами поначалу из-за разницы в поле ушло как будто его и не было, потому что воспринимать друг друга как людей противоположного пола мы перестали. Привязанность, поддержка, гармония и никакого сексуального подтекста или отторжения. Что именно мы говорили и обсуждали столько времени позже вспомнить не удалось ни одному из нас. Мы то сидели рядом чуть ли не в обнимку напоминая нахохленных воробьёв, то разбегались по разным углам и чуть ли не рычали друг на друга. Было весело. Позже порывшись в архивах Вонголы, удалось кое-что выяснить о произошедшем со мной в день той злополучной аварии. У меня каким-то неведомым образом получилось вызвать эффект знаменитой в особо узких кругах пули посмертной воли Вонголы. Я настолько сильно желала спасти этих троих, что пламя Неба, стремясь исполнить моё отчаянное желание вырвалось наружу, на время отодвинуло в сторонку законы логики и здравого смысла. Шо потом рассказывал, как это жутко выглядело со стороны. Вот он полез за котёнком на дерево, вот краем глаза замечает потерявшую управление фуру, он даже не успевает испугаться, когда его ослепляет яркая вспышка. Когда глаза приходят в норму, он видит меня, объятую пламенем, с вытянутыми вперёд руками, едва касающимися машины. Как знакомый со мной с детства человек, к тому же друг, он сразу сообразил, что нужно делать и наконец-таки слез с дерева и хотел вручить спасённую животинку девочке, ради которой вся эта эпопея и началась. Только вот в это время девочка уже была рядом с моей бессознательной тушкой в месте с еще одной не узнанной им поначалу девушкой. Он даже немного опешил, от того как меня быстро упаковали в спортивную форму, спасая от всеобщего позора. И всё-таки разбирая чуть ли не по секундам произошедшее со мной до «вспышки», после не могла понять, почему сработал зов, пока не взглянула на ситуацию немного под другим углом. Ведь то, что со мной произошло было похоже на ситуацию с Такеши. В тот раз угроза жизни потенциального хранителя заставила меня действовать не обращая внимания практически ни на что, в этот раз было тоже самое, но я не успевала, Наги была между мной и опасностью. Достаточно ли этого, чтобы я захотела позвать её и спрятать от угрозы?! Вполне. И это желание, наложившись на «вспышку», могло обратиться зовом. Как же мне всё-таки не хватает учителя… *** Пробежка в быстром темпе, разминка, завтрак, чмокнуть маму в щеку и выйти из дома, тут же встречаясь с ждущей меня перед домом девушкой радостно улыбнуться. - Наги, доброе утро! - Приветствую я. - Доброе утро, Тсунаёши, - робко улыбается в ответ Гроза и мы отправляемся в школу. Наги всего тринадцать и ей пришлось много заниматься, чтобы попасть со мной в один класс, у слишком робкой и хрупкой на вид хранительницы внутри крепкий стальной стержень. Из-за непростых отношений в семье, её характер не имел возможности себя проявить, но сейчас это уже в прошлом. Мы встречаемся по дороге с Такеши и Киоко, я за долго до поворота начинаю высматривать фигуру ГДК. Многое в моей жизни изменилось, но не представление об идеальном утре! После молчаливого обеда на крыше с Хибари-саном я привычно попытаюсь уснуть у него на плече. Пройдёт минут пять-десять, и хранитель отправит меня на следующий урок, напоминая укором в стальных глазах что ночью я должна спать, а не строить коварные планы по завоеванию мира. После уроков я заскочу в логово и буду отвоёвывать солнечный трон у Шо, а Спаннер после полного принятия в нашу зарождающуюся мафиозную семью и посвящения во внутренние тайны, загоревшийся созданием подходящего хранителям оружия, поделится очередными безумными и гениальными идеями. Киоко, сумев выцарапать меня из Логова, потащит меня на ЭКСТРИМАЛЬНУЮ вечернюю пробежку с её братом боксёром. Мой мир меняется с каждым днём всё сильней. Наш мир. Мы что-то теряем, что-то находим, покоряем новые вершины или боимся сделать пару шагов навстречу к ставшему дорогим человеку. Радуемся и грустим, смеёмся и плачем. Мы живём и двигаемся вперёд несмотря ни на что! И даже если мои Небеса в один момент падут, мир не изменится, он продолжит жить. Потому я не буду ни о чем сожалеть. *да-да, тот самый первый опенинг!