Наш маленький секрет

Просыпаться в обнимку с кем-то было странно, не то чтобы со мной никогда такого не было, в раннем детстве с Торой мы делили одну кроватку, потому что по одиночке спать не могли, но вот чем-то моей интуиции ситуация не нравилась. Ну, что такого в том, чтобы проснуться в обнимку с двумя малышами? Может, потому что я проспала или потому что Ламбо и Реборн спали вцепившись в мою одежду так, что наверняка освободиться можно было бы только оставив в их загребущих ручках клочки одежды? Было еще темно и включив подсветку на своих ручных часах с удивлением узнала, что проснулась даже раньше времени, всего на пятнадцать минут. На целых пятнадцать минут! Может я сутки проспала? Тогда где спасательная миссия по вызволенною меня из коварного плена подушек и одеял, отрыванию от клейкой неги простыни? Ну, не могла же я выспаться в самом-то деле! Или могла? Выбраться из постели оказалось еще той задачкой, но с горем пополам и лишившись части одежды выбраться удалось, хотя на этот счет интуиция опять непонятно на что среагировала прокатившейся по спине волной мурашек. Но я всё же выбралась! Привычный утренний покой был разбит стоило мне открыть входную дверь и нечто сбило меня с ног, рыжая макушка и просто стальные объятья вызвали стойкое ощущение дежавю. - Энма-кун, что-то случилось? – спросила я, успокаивающе поглаживая его по спине. Меня лишь еще крепче обняли, на время лишая необходимого притока воздуха, но потом я почувствовала, как меня отпустили, резко вздёрнули с пола и не очень аккуратно поставили на ноги. - Доброе утро, босс! – радостно возвестил мальчик, а я внутренне похолодела понимая, что это просто финиш! Нет, Реборн, конечно, делает вид что не замечает кое-каких не состыковок, но всему же есть предел! - Энма, ну-ка, пойдём поговорим, - схватив мальчика за руку на крейсерской скорости, покинула дом. Мама мия! Разговор вышел у нас с Энмой трудным, очень трудным, те несколько бутыльков с валерьянкой, которые я после разговора выпила залпом не разбавляя и не чокаясь на организме не сказались никак. Пить что-то кроме валерьянки не решилась, я у себя одна единственная, мало ли что мне может взбрести в голову под экстремальным успокоительным? В общем разговаривая с этим в общем не глупым мальчиком я поняла, почему в различных историях супергерои скрывают свои личности с таким маниакальным упорством. Потому, что быть чьим-то героем в маске и легким флёром загадочности и шибанутости это круто, а без – стрёмно, очень стрёмно. Потому что о тебе знают всё лучше чем ты сам и доказать свою правоту на счет тех или иных событий в своей жизни у тебя не получится! Я это особенно прочувствовала на пятой минуте лекции на тему: «босс, первая после Бога, и все просто обязаны склоняться перед ней от дозы её запредельной улётности». Вызов отца Энмы в школу, такого всего мрачного и позвякивающего цепями, покруче любого кентервильского привидения, был естественной реакцией моего сознания спасти остатки здравого смысла. Какая улётность?! Для меня же до сих пор любое неудачно оказавшееся под ногами ровное место весомый повод, чтобы споткнуться?! Марко явившись мягко пожурил сына за импульсивность, согласился, что круче меня никого нет, поблагодарил «великодушную и добрейшую леди босс» за то, что я уделила им время. Не без понукания со стороны интуиции я двинула речь о пользе дисциплины и о важности её для хорошего мафиози, еще не понимая насколько сильно этой лекцией подпорчу жизнь своим подчинённым. После исчезновения главы семейства с маленьким Ураганом, я еще несколько часов пыталась выйти из состояния когнитивного диссонанса, пытаясь уложить в голове тот факт, что Марко, соглашаясь со словами сына, был абсолютно серьёзен. Настолько насколько может быть серьёзна лопата в руках у гробовщика. Это в очередной раз напомнило мне, что то что я делаю далеко не детская игра в песочнице, то, что за мои ошибки будут отвечать другие люди. Так же как тогда, только уже намного масштабней. Плюнув на всё, я скрылась на крыше, но долго пробыть в одиночестве, валясь и ничего не делая не получилось, Облако с мрачным настроением опустился радом со мной просто излучая волны раздражения и гнева. - Ты испугалась, - констатировал Хибари-сан. - Я знала, что так будет, но не ожидала, что настолько скоро…- вздохнула я. – Эта ответственность будет давить мне на плечи всю оставшуюся жизнь… Я знаю почему и ради чего встала на этот путь. - Не верится. - Босс обязан не только ценить, но и оценивать каждого из членов своей семьи, уметь жертвовать немногим ради большого. Успехи и неудачи семьи – его успехи и неудачи, босс не имеет право быть слабым, он не может ошибаться, ибо он есть закон, а в законе никто не должен сомневаться. Глава семьи, её сердце, разум и душа, её защита и самое уязвимое место – бескрайнее Небо… - я ненадолго замолкла, произнеся эти жуткие слова. - Много на себя берёшь, - фыркнул успокаиваясь хранитель Облака. - Не больше, чем обязана взять, – ответила я. – Хибари-сан, ты же это чуешь, верно? Хранитель не ответил, но мне и не нужен был его ответ, о некоторых вещах не обязательно говорить в слух чтобы понять. Например, то, что что-то очень сильно беспокоило Облако в последние дни, он злился чаще обычного и срывался на окружающих, готов был кинуться даже на меня. - Ты боишься,- констатирую факт я, от чего Хибари-сан дёргается и с шумом выдыхает сквозь плотно сжатые зубы воздух, получившийся звук на удивление похож на рассерженное шипение большой дикой кошки, которой наступили на лапу. Убьет нахрен. – Он ведь должен был вернуться еще пару дней назад, так? - С чего ты взяла? – от взгляда слишком равнодушных глаз хотелось спрятаться, зарыться в бетон крыши, а то и вовсе в подвале школы начать героический поход к центру Земли. Я недоуменно вскинула брови всем своим видом показывая, что он задал явно дурацкий вопрос. – Зверёк, я бы сказал, что тебя это не касается. - В Киото сейчас начался переполох, неизвестный устранил несколько видных фигур в местной политике и сейчас куролесит в Токио, – улыбнулась я. Думая о том насколько удивится Хибари-сан когда увидит свою крошечную племянницу и старшего брата. По данным переданным мне Марко выросший в приюте и ничего не знавший до недавнего времени о мафии и родителях раздолбай и бунтарь Киоши Сато попал в очень неприятную ситуацию с якудза и остался один с новорождённой дочерью на руках с очень яркой перспективой закончить жизнь на дне одного из заливов близ Токио. И всё было бы довольно печально для этого «тихони» и малышки, если бы некий Хаку Хибари не узнал, что является отцом этого раздолбая и счастливым дедушкой. Сколько еще будет лихорадить Токио вопрос риторический, ибо зная характер отца Хибари-сана просто так он не успокоится. Ненавязчивую помощь наша семья обеспечила, а большего для успешного завершения этой истории и не требовалось, поэтому я решила пусть будет сюрприз Хибари-сану, с чем его отец в нашем последнем телефонном разговоре со мной нехотя, но согласился. - Токио? - Вернётся расскажет, – Хибари-сан приблизил своё лицо к моему, пристально вглядываясь в глаза. Опасный и жестокий хищник смотрел на меня из глубины зрачков моего хранителя, казалось, что одно неверное движение или слово может закончиться для меня разорванным в клочья горлом. И даже некролога никто не напишет, зверь не оставит от меня даже маленького пятнышка крови на бетоне или клочка одежды. Схрумкает без соли и перца морда кошачья и даже не поморщится. Глаза в глаза, воля против воли, Небо и Облако, моя зависимость против его свободы. Никаких масок, притворства, секретов – никаких барьеров, две души на ничтожном расстоянии друг от друга. Мягкая улыбка на моих губах отражается хищным оскалом на его лице и сосущее ощущение в области живота будто мне всадили туда крюк и подвесили за него над пропастью, оскалившейся пиками острых скал, вызывает неуместное головокружение. Жажда крови в его глазах отражается пониманием и спокойствием в глубине моих, и он скалит зубы, проверяя на прочность мою решимость, и он сейчас действительно готов меня убить даже не за слабость, а за малейшую её тень. В этом противостоянии не может быть победителя пока один из нас жив, но даже, если бы я не начала его сейчас, то рано или поздно я это противостояние всё равно бы начала. Потому, что босс должен иметь возможность и право отдавать приказы, даже если ему не хочется. Босс должен делать то, что считает нужным для благополучия семьи и это его право, обязанность и проклятие. Хибари-сан прав, что я много на себя беру, но и я права, ведь беру не больше чем обязана взять. Никаких уловок, никакой лжи, пламя Облака готово поглотить мое, загрызть до смерти, подчинить Небеса своей воле не оставив места больше ни для чего, подмять под себя вынуждая Небо необратимо измениться, стать другим. Стать более мягким и податливым, более зависимым и безмятежным, а не таким бескомпромиссным и высоким настолько, что пугает холодом и глубиной. Что Небесам мало тянуться от горизонта до горизонта бледно голубым куполом, им нужно всё. Ему не нравится, что его Небо настолько переменчиво и алчно. Облаку было спокойней жить не зная этой глубины. Внезапно взгляд Хибари-сана неуловимо меняется, и он просто на просто чувствительно кусает меня за нос и добродушно фыркает, отстраняясь и вытягиваясь рядом во весь рост. Моё лицо сейчас наверно можно было бы брать в палату мер и весов и использовать в качестве эталона апофигея классического. А еще мне было жутко обидно, я тут настроилась, накрутила себя, смирилась с тем что могу потерять замечательного друга и… Меня укусили за нос! По попе бы стукнул и в угол поставил я бы это еще как-то переварить могла! Хотя нет, поняла бы, но не переварила, а стала с еще большим упрямством добиваться полного признания меня как босса семьи. Мда, Хибари-сан единственный человек который настолько хорошо меня понимает и настолько качественно может вправить мои мозги на место. С одного укуса. Я глубоко вздохнула, вслушиваясь в уютную, неповторимо мягкую, облачную тишину. Спустя несколько минут Хибари-сан оставляет меня на крыше одну, а я еще немного понаблюдав за облаками возвращаюсь к работе. «Зверёк, тренировка в полный контакт» короткая записка на маленьком листке оставленная между документами в папке, от которой я невольно рассмеялась, хотя должна была с воплями ужаса лететь к канадской границе, пересекая океан аки посуху и сбивая на ходу корабли, имевшие несчастье оказаться у меня на пути. Ну, что хотела, чтобы он воспринимал меня как босса? Обломись Савада, была зверьком, зверьком и помрёшь! И чтобы это знаменательное событие не произошло сегодня, нужно на тренировку взять с собой Киоко. И ей практика и мне облегчение… Я так и слышу, как птицы глумливо кричат «Ахо! Ахо!», аж слёзы умиления на глаза наворачиваются. А я сказала умиления! Поздно вечером, когда я вползла в дом, голодная, злая и готовая шипеть на каждый подозрительный шум или движение, кухня меня неожиданно встретила обилием еды на столе от которой в воздух поднимался разноцветный дымок. Разнообразные блюда и выпечка просто приковали к себе мой жадный взгляд. От непривычного, но далеко не неприятного запаха еды желудок полузадушено рявкнул и принялся глодать позвоночник с явным намёком, что если я не возьмусь за ум, он возьмётся за меня в серьёз. ЕДА! - Ого! А для кого это всё счастье? – боясь спугнуть удачу спросила я и когда незнакомая девушка что-то начала говорить о своей любви, о счастливой сопернице, мой мозг смог уловить и вычленить из всего монолога только то, что это всё мне и делиться ни с кем не нужно. Человеческий разум вернулся ко мне только на последнем эклере с ядовито зелёным кремом. - Бьянки-сан, а почему соперница? Простите я не помню, чтобы в чем-то с Вами соревновалась… И могло произойти какое-то недоразумение, - сказала я героическим усилием воли оставляя половинку божественно вкусной выпечки. – Было бы очень обидно, если бы настолько вкусную еду я съела из-за ошибки. Мне так стыдно… Из-за того, что приготовленная вами еда была такой вкусной на вид и божественно приготовлена, а я была такой голодной, что не стала ничего уточнять. Вы простите меня, Бьянки-сан? Бьянки-сан почему Вы плачете? Я настолько Вас расстроила? Бьянки-сан!