50 shades of infinity

I want to reconcile the violence in your heart I want to recognize your beauty is not just a mask I want to exorcise the demons from your past I want to satisfy the undisclosed desires in your heart

На бедного Курта в этот момент было страшно смотреть. Он чувствовал, что выглядит глупым и до боли беспомощным с раскрасневшимися щеками, широко распахнутыми глазами и полуспущенными с бедер трусами, но пошевелиться или хотя бы попытаться что-то сделать просто не мог. У него от страха словно парализовало все внутри, и он тупо таращился на Блейна, который тоже растерянно замер на мгновение, встретившись на секунду со взглядом голубых глаз. Однако уже в следующую секунду он резко изменился в лице, встал, и Хаммел даже не успел заметить, как легкие, идеально обтягивающие мускулистые бедра спортивные штаны Блейн заменил слегка потертыми джинсами, которые пусть и не полностью скрывали его эрекцию, но хотя бы не так явно ее показывали. Теперь бизнесмен выглядел привычно спокойным и словно бы непробиваемым, и юноше оставалось только лежать с потерянным видом и удивляться столь быстрым переменам настроения мужчины. — Пришла моя мать, так что если хочешь — выходи, — между делом бросил Андерсон, небрежно застегивая пуговицы на рубашке, а Курту стоило больших усилий удержать на месте свою челюсть, иначе она неминуемо упала бы вниз. — И, если надумаешь, советую тебе все же приодеться немного. Она у меня, конечно, понимающая, но все же не думаю, что тебе захочется стать предметом ее шуток на ближайшее время. Курт буквально задрожал от страха. Паника внутри него разрасталась, и непроницаемое выражение лица мужчины лишь усугубляло положение, но тут Курт заметил огоньки веселья в медовых глазах и, не удержавшись, бросил в него подушкой, тихо засмеявшись. — Блейн, я чуть инфаркт себе не заработал! — притворно возмутился Хаммел и, заметив свою наготу ниже пояса, поспешил натянуть боксеры обратно. Вскочив с кровати, он хотел было подбежать к мужчине и добить его второй подушкой, но тот успел уже скрыться в дверном проеме, одарив юношу на прощание легкой полуулыбкой, и, бесшумно выплыв из комнаты, плотно закрыть за собой дверь. Курт так и остался стоять посреди комнаты с подушкой в руках, растерянно глядя на закрытую дверь. Вроде бы ничего серьезного не произошло, но что-то внутри неприятно его укололо. Он на мгновение позволил себе подумать, что Блейн поддержит его веселье и подыграет ему, но, увидев этот странный быстрый побег... почувствовал странное разочарование вперемешку с обидой. Он не имел никакого морального права обижаться на бизнесмена, тем более, когда его мать была за дверью, но контролировать свои эмоции сейчас было действительно сложно: после такого насыщенного утра. Мысль о маме Блейна снова вернула Хаммела с небес на землю. Волнение от возможной встречи не утихало, и первым желанием было просто запереться в комнате и не выходить оттуда до ее ухода, но это было бы некрасивым поступком в отношении самого мужчины. Андерсон не говорил ему оставаться в комнате, и хотя бы поздороваться с близким Блейну человеком Курт просто был обязан. Отшвырнув подальше на кровать злосчастную подушку, он медленно пошел в ванную, пытаясь хоть чем-нибудь занять подрагивающие руки. Остановившись у умывальника, он открыл кран с холодной водой и, набрав пригоршню, резко ополоснул разгоряченное лицо. Взгляд парня непроизвольно упал на висящее напротив большое зеркало: глаза покраснели и опухли от слез, на шее красовались красные и местами темно-бордовые засосы и синяки, а волосы растрепались, лежали на голове в безумном беспорядке и выглядели просто отвратно — впервые в жизни юноша их так сильно ненавидел. Глубоко вдохнув, он вернулся обратно в комнату, пытаясь взглядом отыскать свои вещи. Его шаги были чересчур медлительными, движения — ленивыми, и стоило признать тот факт, что он не хотел сейчас знакомиться с мамой Блейна. Нет, Хаммел, безусловно, отдал бы все на свете за возможность увидеть мать такого человека, как Андерсон, но Курт... просто боялся все испортить. Сегодня он был не в лучшем своем виде, а производить впечатление неопрятного и дешевого мальчика по вызову ой как не хотелось. Однако выбирать не приходилось, и Курту осталось только натянуть свои белые штаны, аккуратно застегнуть ширинку и, прикрыв недлинной рубашкой область паха, нерешительно выйти из безопасной комнаты, прикрывая за собой дверь, тем самым скрывая беспорядок в спальне. Уже практически у самых дверей лифта стояла женщина средних лет, держа в руках свою маленькую черную сумку и укоризненно глядя на сына, стоящего спиной к вышедшему парню. Заметив Курта, несмело мнущегося на месте, она приветливо улыбнулась (боже, у нее такая же широкая улыбка, как и у Блейна, когда тот перестает себя сдерживать) и легко махнула рукой, приглашая подойти ближе. — О, ты, должно быть, Курт, верно? — все еще улыбаясь, она немного склонила голову вбок, заставляя Хаммела покраснеть под долгим взглядом. Блейн резко развернулся и, заметив появление юноши, едва заметно расслабился. Курт бы этого не заметил, если бы только не скользнул взглядом по мужчине: он увидел, как напряжение ушло с его лица, как мелкие морщинки незаметно разгладились, а уголки рта немного приподнялись вверх. — Д-да, миссис Андерсон, я К-курт, — залепетал пришедший в себя шатен, подходя ближе к женщине. — Приятно познакомиться, я... Вовремя остановив себя от поспешно сказанной реплики, Курт резко замолчал и испуганно уставился на женщину, чувствуя, как у него стремительно потеют ладони. Ему хотелось провалиться сквозь землю от стыда: давно он не чувствовал себя таким жалким и беспомощным. Хотя подождите-ка, о чем это он? Буквально несколько минут назад. В спальне. На кровати. Под Блейном. — Зови меня просто Пэм. Я еще не чувствую себя такой древней, — она негромко посмеялась, и Хаммел наконец почувствовал, как стальная хватка у его горла потихоньку ослабевает. — Мам, ты, кажется, домой собиралась. Финн тебя отвезет, — Блейн нажал на кнопку вызова лифта, выразительно посмотрев на женщину, и она с сожалением выдохнула. — Ну что ж, Курт, рада была с тобой познакомиться. Моему сыну уже не терпится выставить меня, — она снова посмотрела на мужчину, но тот словно не замечал упрека в ее взгляде, — так что я, пожалуй, действительно пойду, — она встретилась взглядом с парнем и улыбнулась. — Надеюсь, мы с тобой еще поболтаем. Тихий короткий сигнал оповестил о прибытии лифта, и Курт немного дернулся от неожиданности, когда тяжелые железные двери раскрылись. — До встречи, — тихо сказал юноша и, осмелев, подошел чуть ближе — теперь он стоял рядом с Блейном, отчего тот лишь приподнял бровь, загадочно улыбнувшись. — До свидания, мама. Рад был тебя видеть. Они не двигались с места, пока двери лифта не закрылись и указатель вверху не подтвердил, что кабина успешно поехала вниз. Курт почувствовал невероятное облегчение, ведь ему было безумно неловко разговаривать с мамой Блейна в таком состоянии, да и поведение самого Андерсона его невероятно смущало. Он, конечно, знал, что мужчина не любит излишней нежности, но тон, каким он говорил со своей матерью, показался ему довольно прохладным, если не вовсе ледяным. Курт отчаянно не понимал, как можно так разговаривать с самым близким тебе человеком, ведь он даже с Кэрол никогда не позволял себе подобного. Не имея с раннего возраста своей мамы рядом, он научился ценить каждое мгновение со своей семьей и, возможно, слишком рано осознал хрупкость и непостоянство человеческих жизней. И то, как Андерсон вел себя и, кажется, считал это вполне нормальным, выбивало Хаммела из колеи. Есть моменты, где парень предпочитает смолчать и молча пропустить какую-то фразу мужчины мимо ушей, но это... — Она у тебя замечательная, правда, — все же вырвалось у него, и он медленно повернулся к брюнету, следя за его реакцией. — Зря ты с ней так. Она ведь любит тебя, а ты ведешь себя... — Нам пора. Одевайся, — резко отрезал Блейн и, развернувшись на месте, пошел в комнату. — Я отвезу тебя домой. — Но Блейн, подожди, — юноша быстро пошел за ним следом, пытаясь догнать на полпути, но встретиться у них получилось только в той злополучной комнате. Немного запыхавшись от быстрого шага, парень остановился посреди комнаты, глядя, как мужчина, стоящий около окна, запустил пальцы в волосы и тяжело вздохнул. — Блейн, я просто хотел сказать тебе, что, если бы у меня была мама, я... — Это не твое дело, ясно? Собирайся. Я жду тебя у лифта через пять минут. Мужчина вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. А у Курта в этот момент оборвалась какая-то призрачная надежда, что этого человека можно будет хоть как-то изменить. ***

I know you suffered But I don't want you to hide It's cold and loveless I won't let you be denied

Напряжение между ними возрастало с каждой секундой. Хаммел буквально чувствовал искры тока между ними и боялся сказать хоть слово, боясь еще больше разозлить и без того напряженного мужчину. Тем более, когда в лифте между ними не больше метра. На самом деле Курт тоже был в ярости. Глубоко в душе его невероятно бесил тот факт, что Блейн никогда не считается с его мнением. И если приказы его или что-либо подобное он мог простить (да что скрывать, было в этом что-то особенное), то вот так нагло его затыкать и уходить мужчина просто не имел никакого права! Но если юноша и дальше хотел «проводить время» с бизнесменом, придется либо в себе что-то менять, либо объяснить Андерсону, что у него тоже есть право на собственное мнение. Громкий звук мобильного телефона разорвал висящую тишину, и Курт поспешно достал из кармана телефон, гадая, кому же пришло в голову ему позвонить. Глаза шатена широко распахнулись и, кажется, поползли на лоб, когда он увидел на дисплее знакомое имя и, пока Андерсон, который уже заинтересованно косился на горящий экран, ничего не заметил, быстро ответил на звонок. — Слушаю. — Курт, я прошу тебя, дай мне все тебе объяснить! Не вешай трубку! — голос Дейва все равно был слышен, даже несмотря на низкую громкость динамиков, и к Блейну стремительно пришло осознание. — У тебя есть две минуты, — Курт старался ничем не показать своего волнения, замечая, как от злости покраснели уши мужчины. — Прошу, давай встретимся и обо всем поговорим! Мне очень, очень жаль, правда. Спасительные двери лифта разъехались в разные стороны, и Хаммел был на некоторое время избавлен от разъяренного Блейна, который, не глядя по сторонам и сжав руки в кулаки, твердым шагом направлялся к одной из многочисленных машин, находящихся в паркинге. Юноша на некоторое время даже перестал воспринимать бывшего одноклассника, засмотревшись на роскошные дорогие машины, но был тут же окликнут парнем, который все еще что-то говорил в трубку. — Да-да, прости. Дэйв, я пока не могу, я... меня нет в городе. Поговорим позже. — Ты с ним, да? С этим мерзким напыщенным... Не обратив внимания на то, что Дейв еще говорил, Курт поспешил нажать на отмену вызова. Он боялся даже посмотреть на Блейна, который открыл пассажирскую дверь ослепительно-черной BMW X5 и нетерпеливо ждал, пока парень закончит свой разговор, поэтому юноша поспешил юркнуть в машину, опустив голову вниз и быстро убирая телефон в карман. Он понимал, что имел полное право поговорить с человеком и Блейн в этой ситуации был абсолютно не прав, но видеть еще раз мужчину в гневе ему не хотелось: на сегодняшний день и одного раза было достаточно. Из паркинга они выехали в полной тишине. Выехав на дорогу, Андерсон начал стремительно набирать скорость, ловко лавируя между машин и словно не замечая гневных выкриков и громких сигналов вдогонку, ну а Хамеллу оставалось только лишь испуганно вжаться в кожаное сидение и, невольно задержав дыхание, с опаской следить за стрелкой на спидометре, которая тем временем достигла отметки «сто». За окном невероятно быстро проносились дома, деревья, другие автомобили, и юноша неоднократно замечал сердитые лица водителей. На отметке «сто двадцать» его выдержка лопнула. — Блейн, — промямлил он, косясь на мужчину. — Ты не мог бы ехать немного помедленнее? Двигаться с такой скоростью очень опасно. Блейн одарил его равнодушным взглядом, тем не менее, немного сбавляя скорость, и парень наконец смог спокойно вдохнуть. Однако, глянув на бизнесмена еще раз, он не заметил никаких перемен в выражении его лица, что невероятно его расстроило: он-то наивно надеялся, что за прошедшее время мужчина оттаял и не злился на него. Как бы ни нравилась Курту вся эта независимость, невероятная загадочность и постоянный самоконтроль мужчины, юноше гораздо приятнее было видеть Блейна с широкой улыбкой на лице, когда он на секунду позволял себе забыться, или же с печальным лицом, играющего в одиночестве на рояле. И пусть парню было больно смотреть на расстроенного Андерсона ночью, но именно в тот момент он смог действительно разглядеть настоящие, искренние его чувства и эмоции, не прикрытые никакими привычными для него масками. Спящий Блейн тоже стал для него сродни новогоднему чуду, которое маленький мальчик обнаружил под ярко наряженной елкой в рождественское утро в виде долгожданного подарка. Поэтому сейчас, даже когда Хаммел чувствовал, что мужчина не прав в этой ситуации, именно он должен был сделать первый шаг к примирению, ведь портить настроение еще больше после такой незабываемой ночи было просто кощунством. Андерсон выглядел отрешенным: напряженно глядя прямо вперед и сжимая в сильных руках матовый руль, он, не отрываясь, смотрел на дорогу, лишь изредка поворачивая голову перед поворотом и совершенно игнорируя парня. Курт еле заметно усмехнулся своим мыслям: Блейн сейчас вел себя как маленький обиженный ребенок, которому не купили игрушку в магазине. И только лишь тогда, когда первые несмелые слова сорвались с его губ, он поймал себя на мысли, что он все чаще сравнивает мужчину с ребенком. — Блейн, слушай... — он замолчал и, дождавшись, пока бизнесмен остановился на светофоре и посмотрел на него, продолжил: — Прости, я не хотел расстраивать тебя. Я понимаю, что твои отношения с родителями не мое дело, и больше я не буду пытаться навязать тебе свое мнение. До этого сидевший на своем сидении ровно, Блейн резко повернулся и удивленным взглядом посмотрел на парня. Не до конца уверенный, что делает все правильно, Курт на мгновение поднял свой взгляд в район переносицы мужчины, после чего опять уставился на сложенные на коленях руки. Однако этого для мужчины было достаточно. — Хмм, ну хорошо. Я рад, что ты сумел так быстро усвоить урок. Хаммел почувствовал на своем подбородке прохладные пальцы, которые уверенно приподнимали его голову вверх. Переборов свой непонятно откуда взявшийся страх, он все же рискнул и заглянул в медовые глаза, которые при свете дня казались необычайно светлыми. Теперь в них плескалось одобрение вперемешку со спокойствием. Удивительная трансформация. — Прости меня за резкость, — на секунду Курт, словно лишившись в один момент вообще способности думать и двигаться, почувствовал, как Блейн также замер на секунду. Буквально на какие-то жалкие секунды в глазах промелькнуло что-то непонятное, а пальцы сильнее сжали подбородок, но сзади раздались громкие сигналы недовольных водителей, и Андерсон, резко отстранившись, вжал в пол педаль газа. Курт, не двигаясь с того самого момента, мог поклясться, что заметил выдох облегчения в этот момент. Резким стартом его отбросило на сидение, но он предпочел и вовсе отключиться, прокручивая в голове сказанную Блейном фразу. Он извинился. Извинился за то, что был грубым. Извинился за свое привычное поведение. За то, каким тоном разговаривает большую часть своей жизни. Да, тут определенно было над чем подумать. Слишком много странного и нетипичного для мужчины поведения стал замечать Курт в последнее время. Блейн был необычайно нежным с ним в его первую ночь, спал с ним в одной кровати, при этом крепко обнимая во сне, за последние несколько часов извинился два раза, да и... — Признаться честно, меня даже заводит твоя строптивость временами, — уголком губ улыбнулся Блейн, и Курту показалось, что у него покраснели даже кончики ушей. — Но тебе придется изменить свое поведение после подписания контракта. Настроение юноши резко упало до отметки «ноль». Каждое упоминание мужчины об этом чертовом контракте убивало в нем последнюю надежду. Ну почему он просто не может о нем забыть?! Почему просто не хочет встречаться, как все нормальные люди? Потому что он Блейн Андерсон. Он не такой, как все. Помня, какую реакцию вызывают у Блейна любые вопросы, касающиеся его личной жизни и семьи, юноша решил начать издалека. Ему было слишком любопытно, чтобы молчать, да и к тому же, нужно же знать, на что идешь, когда подписываешь контракт. Поэтому, собравшись с силами, Курт повернулся к Блейну. — Блейн, скажи... — он прочистил горло и, получив утвердительный кивок от мужчины, продолжил: — Блейн... Расскажи мне. Расскажи мне все. Почему ты такой? Что привело тебя к этому? Почему ты стал таким, каким стал? Позволь мне узнать тебя, перед тем, как... Он не закончил фразу. Он боялся произносить это вслух. Но Блейн понял. Понял и так, ему не нужно было пояснений. Однако он молчал, продолжая ехать, и Хаммел уже хотел было пойти на попятную и отказаться от своих попыток. Спустя десять долгих и томительных минут машина, которая уже выехала на автостраду I-5, замедлила свой ход и остановилась на обочине. Андерсон глубоко вдохнул, выдохнул, упирая свой взгляд на потоки идущих впереди машин. А потом он посмотрел на Курта. Юноша никогда не забудет этого взгляда. В этих медовых, в этих удивительных карамельных глазах он всегда видел контроль и собранность. А сейчас в них была... растерянность? — Зачем тебе это? — голос тут же стал жестче, а хрипота заметней. — Я хочу узнать тебя, — голос предательски дрожал, но Хаммел изо всех сил держался. — Перед тем, как доверить тебе мою жизнь. Он не позволит себе отступить. Только не сейчас, когда Блейн почти сдался. Он уже не отступит. — То, что ты услышишь, совершенно тебе не понравится, — горько усмехнулся мужчина, снова отводя взгляд на дорогу, и Курт нашел его руку на коробке переключения передач. Холодные пальцы. Горящее сердце. — Это твоя жизнь. Ты можешь доверить мне все. Я просто хочу знать. Я хорошо подумал. Возможно, даже слишком хорошо. — Ну что ж, тогда добро пожаловать в мою жизнь, Курт Элизабет Хаммел. Ты будешь первым гостем здесь. Он повернул ключ в замке зажигания и, переключив нужную передачу все так же с рукой юноши на своей, мягко нажал на педаль газа. Машина плавно покатилась вниз по склону, быстро набирая скорость и вклиниваясь в поток машин, и так же быстро колотилось сердце Хаммела, который буквально вцепился пальцами в смуглую ладонь. — Как известно всем, я приемный ребенок, и, безусловно, мне было сложно освоиться в новой семье после детского дома. Мистер и миссис Андерсоны замечательные люди, и я безумно благодарен им за то, что дали мне шанс на эту жизнь. Со временем я, конечно, привык к новой жизни, но в минуты грусти я иногда уходил на задний двор и сидел там так долго, как мог, вспоминая свою родную мать. На тот момент мне было пятнадцать, когда Она впервые пришла к нам в дом. Мама познакомилась с ней на очередном фуршете в честь чего-то, и с тех пор они стали неразлучны. Она бывала в нашем доме чаще, чем в своем. Практически всегда, когда я был один, она приходила ко мне и просто сидела рядом, никогда не задавая вопросов. В общем... Я был ее Сабмиссив шесть лет. — Господи, — вырвалось у Курта, и от неожиданности он невольно прикрыл рот свободной ладошкой, другой еще сильнее хватаясь за Андерсона. — Не спрашивай меня, как это случилось, просто прими как есть. Да, она соблазнила меня, да, я был с ней шесть лет, поэтому я знаю, что предлагаю тебе. Мы до сих пор с ней в хороших отношениях, она руководит одной из моих фирм. Сью Сильвестр, если слышал. Никто об этом не знает до сих пор, поэтому твое молчание само собой разумеется. Когда мы оба поняли, что эта связь исчерпала себя, мы пришли к выводу, что для нас будет лучше все прекратить. С тех пор я сам по себе. — Но неужели у тебя никогда не было отношений? — потрясенно прошептал Хаммел, с ужасом глядя на задумчивого мужчину. — Нет. Никогда. Ничего такого, что предшествует сексу, ни в школе, ни в колледже. Я был верен ей, и сейчас клянусь быть верным тебе. Курт, прошу, согласись стать моим, и ты не пожалеешь об этом! Только с тобой я чувствую необъяснимую совместимость, мне с тобой комфортно, и мне бы не хотелось упускать такой шанс. Подумай хорошо, и напиши мне потом ответ, хорошо? Только обязательно все хорошо изучи и не принимай поспешных решений. Курт был потрясен. Потерян. Шокирован. Но, черт возьми, эти глаза... Глаза, смотрящие на него... молили? Он не понимал. Он больше вообще ничего не понимал. Он запутался. Запутался в одном единственном человеке, сидящем рядом с ним. Он ничего не понимал. Но знал одно. Каким бы страшным ни казалось такое будущее, он готов был согласиться уже сейчас, лишь бы Блейн всегда был с ним таким открытым и приветливым. Ему нужно время подумать. Много времени. ***

Soothing I'll make you feel pure Trust me, You can be sure

Спустя час долгой поездки в тяжелом молчании они подъехали к дому. На улице заметно похолодало и поднялся ветер, поэтому окна пришлось прикрыть. Курт невольно плотнее укутался в легкую летнюю куртку, хотя ему казалось, что мурашки по его телу бегали совсем не от холода. Блейн смотрел на него. — Мне пора, — тихо проговорил Хаммел, открывая дверь и быстро выходя из автомобиля. — В следующий раз одевайся теплее, — голос Блейна догнал его из машины. — Ты не должен болеть. Внезапная мысль поразила его. «Ты же никогда не будешь с ним счастлив. Ему нужен только секс и твое подчинение, игра с тобой на его же правилах, а тебе всегда будет этого мало. Тебе ведь нужно совсем не это, не обманывай себя. Ты безнадежный романтик, а он деспотичный тиран. Он не будет меняться ради тебя, это ты будешь прогибаться под ним, мучаясь и терзаясь от неразделенных чувств». Глаза невыносимо защипало, а в уголках стремительно собирались слезы. Стараясь случайно не моргнуть и не позволить себе уронить ни одной слезинки, Курт глубоко вдохнул и, натянув ужасно фальшивую улыбку, больше похожую на гримасу, повернулся к Андерсону, который в непонимании практически вышел из машины. — Пусть тебя греет мысль о том, что на мне твои трусы, — заставил себя стрельнуть глазками Хаммел и, коварно улыбаясь, гордо прошел в подъезд, закрывая за собой дверь. Только услышав звук захлопнутой двери и отъехавшей машины, Хаммел дал волю чувствам. Соленые потоки устремились по его горящим щекам, и он не мог остановиться, как бы ни заставлял себя успокоиться. Ему не хватало воздуха, из него вылетали лишь рваные вдохи и всхлипы, и он без сил прислонился к стене, чтобы ненароком не рухнуть на грязный бетонный пол. Слишком много произошло. Ему была просто необходима разрядка. Потому что он больше не выдерживал. *** К огромному счастью Хаммела Рейчел не было дома, поэтому до ее прихода вечером он сумел взять себя в руки и полностью успокоиться. Он заставил себя приготовить им двоим ужин, что помогло ему ненадолго отвлечься от своих грустных и давящих мыслей, но, несмотря на все тщетные попытки, парень снова и снова упорно возвращался в тот прекрасный шикарный дом в Сиэтле, в ту самую волшебную ночь в его жизни, к тому самому единственному мужчине, с которым хотелось быть до конца своих дней и от которого в то же время хотелось бежать без оглядки. Чем больше Курт думал и вспоминал, о чем ему рассказал Блейн, тем сильнее убеждался в том, что понемногу начинает его понимать. Очевидно, что то, что сделала с бедным пятнадцатилетним парнем та ужасная женщина, не могло не повлиять на неокрепшую детскую психику. Какой же жестокой и безжалостной нужно быть, что сотворить с подростком такое! У Курта просто в голове не укладывалось, как взрослая, вполне успешная женщина могла пойти на такое? Зачем ей понадобилось втягивать в свои «игры» невинного мальчика? А был ли он таким уж и невинным? Внезапно юноша понял, что совершенно ничего не знает о детстве Блейна. Под всем известной информацией об усыновлении в раннем возрасте определенно скрывается что-то еще, чем мужчина упорно не желает делиться. Так может, именно в том далеком детстве, перед тем как мистер и миссис Андерсон забрали его из детского дома, кроется именно то, что поможет Курту найти такие необходимые сейчас ответы? Было ли в его детстве что-то такое, что могло подтолкнуть его к связи с той женщиной и согласиться на ее предложение? — Привет, Куртси, — громкий голос заставил Курта вздрогнуть и обернуться. Рейчел вернулась домой. Увидев стол, она как-то загадочно улыбнулась и, приподняв одну бровь в свойственной лишь ей манере, посмотрела на парня: — По какому поводу праздничный обед? Мы что-то отмечаем? — Это мне у тебя нужно спросить, — быстро нашелся смутившийся парень, заинтересованно глядя на не прикрытую шарфом шею подруги, на которой красовался темный засос. Кажется, Рейчел тоже даром времени не теряла. — Ну, я смотрю, у тебя тоже есть, чем похвастаться, — она выразительно глянула на друга, и его лицо неумолимо залилось краской, когда он вспомнил о своей бледной измученной шее, ничем не прикрытой дома. — И явно чем-то большим, чем просто поцелуями в машине. — Ладно-ладно, я сдаюсь, — парень поднял руки вверх, застенчиво опуская глаза в пол. — Обо всем этом мы поговорим с тобой позже. А сейчас давай просто есть, — с мягкой улыбкой пробормотал Курт, чувствуя, как разливается внутри непонятное тепло от мысли, что после появления в их жизни четы Андерсонов они с Рейчел стали гораздо ближе, чем когда-либо. Остаток дня они провели в нескончаемых сборах необходимых вещей для переезда в Сиэтл, который должен был состояться уже на следующей неделе, и бесконечных разговорах о чудесных и таких полярных братьях. После того, как Берри поделилась своими мыслями и нескончаемыми восторженными возгласами по поводу Купера, она принялась бесстыдно выпытывать у Хаммела все подробности прошедшей ночи и лишь широко улыбалась, когда Курт пытался пересилить свой бешеный стыд и, сглаживая некоторые моменты, путанно все рассказать сверх меры любопытной подруге. О многих вещах, таких как, например, Красная комната, пришлось молчать, но даже и без этого подробностей хватало с головой. — Я очень рада за тебя, Курт, — начала девушка, укладывая последнюю стопку книг в доверху наполненную коробку, — но Блейн до сих пор кажется мне каким-то странным и... опасным? Я не знаю, как тебе это объяснить, но я не доверяю ему до конца, поэтому, Курт, прошу тебя, будь с ним осторожным. Обещай мне, что с тобой все будет хорошо. Рейчел, отложив так и не уложенные книги на пол, подошла к парню и обеспокоенно посмотрела на него. По телу Хаммела прошла мелкая дрожь от мысли, что Берри, даже не зная ничего о бизнесмене, считает его опасным, так что же должен был сделать Курт? Разумом он понимал, что лучше держаться от этого мужчины подальше и нужно скорее забыть его, как страшный сон, но буквально все его существо тянулось к Андерсону. Даже несмотря на Комнату Боли, даже несмотря на подчинение, на чертов контракт, он все равно хотел быть с ним! Его необъяснимо тянуло к нему, и эта неконтролируемая тяга пугала его до дрожи в коленках. — Д-да, Рейч, я понял тебя, — заставил себя улыбнуться Курт. — И хотя в этом нет необходимости, я буду осторожен. А сейчас, если ты не возражаешь, я пойду к себе и лягу спать, а то мне с самого утра болит голова. — Ну еще бы, — ухмыльнулась она, заметно повеселев. — Ну иди-иди, любовничек. Неспокойной тебе ночи. — Рееейч, — деланно обиделся парень, но тут же, не удержавшись, захихикал. Да, определенно, Берри умеет поддержать в нужный момент. ***

Please me Show me how it's done Tease me You are the one

Уже полностью готовый ко сну, Курт взял со стола свой ноутбук и поудобнее устроился на кровати, открывая его. Пока загружался браузер, Хаммел, закусив губу, думал, что же именно Блейн говорил ему посмотреть. Из утреннего разговора на кухне медленно начинали всплывать слова, но парень решил начать с самых основ, ведь обо всей «этой сфере» не знал абсолютно ничего. Вбив в строке поисковика слово «подчинение», он замер в ожидании увидеть что-то неприятное и пугающее, но, к сожалению, не нашел для себя ничего интересного. Тут в его голове промелькнула шальная идея написать Андерсону и, прежде чем он успел себя остановить, рука уже дотянулась до телефона и разблокировала экран. Немного подумав, Курт улыбнулся и напечатал смс. Я тут решил посмотреть, во что ты меня вовлекаешь. Не подскажешь, с чего лучше начать? ;) Ответ пришел буквально секунд через тридцать, что несказанно, но приятно удивило Хаммела. С замиранием сердца он нажал на иконку. Хм, похвально, похвально. Попробуй начать с «сабмиссив». А я пока отправлю тебе на почту контракт. Заинтригованный, парень несколько секунд смотрел на пришедший ответ, и в его голове созрела идея немножко поиграть с мужчиной. Возможно, потому что была ночь, и это всего лишь переписка, но Курту хотелось немного... угодить Блейну? Хорошо, мой Господин. Слушаю и повинуюсь ;) Представив лицо Андерсона в данный момент, Курт сдавленно захихикал, стараясь не привлекать внимание бродившей где-то поблизости Рейчел. Телефон завибрировал. Даже так? Я смотрю, ты уже втягиваешься, да? Что ж, мне это определенно нравится, я вижу, что не ошибся с выбором :) А теперь иди и все изучай. «Сабмиссив». Начинай) В удивлении приподняв бровь, Курт начал медленно вбивать это слово в поисковую строку, отложив телефон подальше от себя. Нажав на самую первую ссылку, он открыл сайт и... впал в небольшой шок. «Сабмиссив — это человек, который способен получать оргазм от боли, уметь подчиняться человеку и полностью от него зависеть. Должен уметь кончать по приказу. Управление оргазмом состоит из двух базовых элементов: первое — обучение Сабмиссив задерживать оргазм, пока он не будет разрешён Доминантом, вторая, гораздо более сложная техника, состоит в обучении Сабмиссив испытывать оргазм по приказу, как правило, выраженному словами, без физической стимуляции, обычно необходимой для сексуальной разрядки». Господи, неужели Курт согласится на такое? Как вообще можно кончать по приказу? Разве это не зависит от человеческого организма? Курт услышал звук пришедшего сообщения и открыл свою почту, где уже горело ярким светом непрочитанное сообщение от Блейна Андерсона. Изучи его внимательно. Все как следует обдумай. Если что, ты всегда можешь спросить все у меня. А я буду ждать твоего ответа и надеяться на то, что ты согласишься. +Вложение(Документ) Загрузив себе на ноутбук контракт (черт бы его побрал), Курт с неприятным сосущим чувством под ложечкой начал медленно и вдумчиво читать, решив начать с тех самых приложений, о которых ему говорил Блейн. НЕДОПУСТИМЫЕ ДЕЙСТВИЯ: Действия, включающие игру с огнем. Действия, включающие мочеиспускание или дефекацию. Действия с использованием иголок, ножей, включающие порезы, проколы, а также кровь. Действия с использованием гинекологических медицинских инструментов. Действия с участием детей или животных. Действия, которые могут оставить на коже неизгладимые следы. Игры с дыханием. Действия, включающие прямой контакт тела с электрическим током или огнем. С каждым последующим предложением глаза Курта расширялись все больше, хотя казалось, что это уже просто невозможно. Сабмиссиву ЗАПРЕЩЕНО: • Прикасаться любым способом к вещам Доминанта без его на то позволения и согласия. <...> • Целовать, обнимать, ласкать и прикасаться любыми предметами к Доминанту без его согласия. Сабмиссив ОБЯЗАН: • Подчиняться всем приказам Доминанта. Раб соглашается на любые действия сексуального характера, приемлемые для Доминанта и оговоренные в контракте. • Спать минимум шесть часов в сутки. • Питаться регулярно. • Всегда содержать тело в чистоте. • Не злоупотреблять спиртными напитками, не принимать наркотики и не подвергать себя неоправданному риску. Он читал и приходил в неописуемый ужас. Сабмиссив должен, Сабмиссив обязан, Сабмиссив имеет право, Сабмиссив, Саб, Саб, Саб... На этом Хаммел хотел было яростно захлопнуть ноутбук и отбросить его подальше от себя, но тут его внимание привлек заголовок «Пределы допустимого». •Использование игрушек (вибраторов, фаллоимитаторов, анальных пробок и др. • Связывание, подвешивание, жесткий бандаж, использование цепей. • Мастурбация. • Анальный секс. • Анальный фистинг. • Анальный футфистинг. Очередное непонятное для него слово заставило снова воспользоваться старым добрым гуглом. Уже спустя минуту он отчаянно пожалел о том, что вообще решил это посмотреть. Потому что то, что он увидел на экране, повергло его в такой дичайший шок, что к горлу подкатил комок, а дрожащие руки быстрее спешили закрыть злосчастную мерзкую вкладку. Так, это определенно нужно вычеркнуть из списка. Срочно. До глубокой ночи Хаммел сидел в интернете и методично искал и смотрел непонятные ему слова, что-то помечал в контракте, и самым удивительным было то, что вся эта пугающая его до чертиков, вся эта жестокая тема подчинения... его возбуждала. Уже который час он сидел, поставив ноутбук прямо на свой стояк, который уже давно ныл и даже приносил боль, но Курт зарекся сначала досмотреть все до конца, и только потом уделить внимание себе. Он совершенно не понимал реакции своего организма. Сказать, что он был в шоке от всего увиденного, это не сказать ничего, и любой другой адекватный человек уже давно закрыл бы компьютер, но Курт... Ему хотелось еще. Вот что его пугало. Он ведь никогда даже не задумывался о таком, тогда почему его так тянет на подобные эксперименты, которые явно не закончатся ничем хорошим? Ему было страшно. Его колотило, и чем больше он думал, тем сильнее паника накрывала его. Как можно подчиняться кому-то все время? Как можно не иметь собственного мнения? Да как, черт возьми, можно не иметь возможности прикоснуться к человеку, с которым спишь?! Ну вот почему именно тот человек, которому Курт отдал самое дорогое, что у него было, в которого первый раз так безнадежно и сильно влюбился, ради которого готов на все, оказался таким? Ему нужно было подумать. Действительно хорошо подумать. На часах было без двух минут два. Забыв даже толком выключить компьютер, Курт просто закрыл крышку ноутбука и, отложив его на тумбочку около кровати, лег наконец на прохладную подушку, измученно прикрывая глаза. Опустив руку под резинку пижамных штанов, он сжал руками уже давно стоящий колом член, головка которого стала уже темно-бордовой. Зашипев от неприятных ощущений, он медленно провел рукой вниз и чуть не захныкал от переполнявших его эмоций. Перед глазами снова возник Блейн, именно такой, каким он был прошлой ночью. Хаммел видел его так отчетливо и так точно, словно силуэт мужчины был отпечатан на той стороне век. Его загадочно-медовые, волшебно-карамельные глаза, в которые так редко удавалось заглянуть и в которых так отчаянно хотелось потеряться, его бархатная смуглая кожа, к которой не разрешалось прикасаться, вопреки желаниям парня, но неумолимо тянуло, его волшебный рот и чувственные руки, которые творили с ним необъяснимые вещи... Чем быстрее двигалась рука, чем жестче сжимая набухший член, тем сильнее начинало трясти парня. Он понимал, что готов пожертвовать всем, что у него есть, чтобы на месте его руки оказалась рука Андерсона, чтобы его губы целовали его постоянно, чтобы Блейн всегда был рядом. Он готов был отдать себя в рабство, чтобы провести еще хоть одну невероятную ночь с Блейном, готов был добровольно испытывать боль ради него. Но одновременно с этим он ничего такого не хотел. Он мечтал о спокойной семейной жизни где-нибудь в загородном доме, мечтал о детях и о тихом семейном счастье. Но с бизнесменом ему на такое и надеяться нельзя было, но что же ему делать, если больше ни с кем он не будет чувствовать себя таким счастливым, как с Андерсоном?! Он буквально разрывался внутри себя. В голове помутнело, тело невольно прогнулось, и он с трудом сдержал в себе громкий стон, который готов был вырваться и мог бы разбудить спящую за стенкой Берри. Устало простонав в подушку тихое «Блейн...», Хаммел буквально рухнул обратно на кровать, тяжело и измученно дыша. Он чувствовал, что его тело разом покинули все силы. Он не мог даже встать за салфеткой, поэтому, наплевав на все, он повернулся на бок и плотнее укрылся одеялом. Практически сразу он провалился в глубокий сон, в котором его снова окружали те самые плетки и поводки, от которых смертельно хотелось бежать. _______________________________________________________ *Я хочу усмирить жестокость в твоём сердце, Я хочу удостовериться в том, что твоя красота не просто маска. Я хочу изгнать демонов из твоего прошлого, Я хочу удовлетворить неприкрытые желания в твоём сердце. Muse – Undisclosed Desires