Любовница

Нет любви не вовремя. Не вовремя может быть только икота, менструация, смерть или соседка. Но не любовь. (с) Я. Вишневский «Любовница» («Менопауза»)

      Я накрасила губы матовой красной помадой. Мама бы сейчас сказала, что я выгляжу, как шлюха. А я просто подобрала ее к моей новой разлетающейся красной юбке. На улице стояла ужасная жара, поэтому мне нужно было что-то легкое, иначе я буду чувствовать себя некомфортно. Как же могут некоторые люди ходить в обтягивающем и черном в плюс 30?       Волосы сегодня я распустила, хотя заколола часть заколкой, чтобы не мешались и не лезли в глаза. Через час мы должны были встретиться с Джессикой, чтобы поехать в книжный магазин: я безумно захотела приобрести несколько новых книг и знала, что надо это выполнить. Чтобы поменьше думать о том, о ком не надо думать.       Прошло около месяца после того, как мы разговаривали с Томом. Как он вдребезги разбил всю мою любовь, сердце и тому подобное. Тогда я была уверена в том, что люблю его, но сейчас я понимала, что никаких чувств, кроме раскаяния и жалости, внутри не осталось. Причем, эти чувства были не к нему. Они были к самой себе.       Выпив несколько бутылок вина, прочитав про себя как молитву фразу «У него есть невеста», я послала Каулитца к черту. Плюс сто к силе.       Ладно. Я ведь торопилась к Джесс.       Сегодня настроение было как никогда возвышенным и приподнятым. Будто белый зефир, который я ела на завтрак. Еще одно событие заставляло искренне улыбаться своему отражению в зеркале: сегодня мне впервые не приснился Том. Пока я ехала по дышащим паром улицам Лос-Анджелеса, когда даже кондиционер не спасал от духоты, я вспомнила некоторыми кадрами последний месяц. Каждую ночь он мне снился. То он просто приходил и заговаривал со мной, но я слышала его голос, словно наяву. То звонил мне, требовал что-то. Я просыпалась с ноющей болью в сердце и осознанием, что с ним все кончено и что я больше не являюсь его любовницей. Что я вообще никем теперь ему не являюсь. От этой мысли стало немного грустно, но я уже подъезжала к назначенному месту.       Джессику я увидела издалека: она мило разговаривала с каким-то парнем, который мне смутно кого-то напоминал: я не могла понять, кого. Я решила немного подождать, наблюдая за их беседой. Со стороны было явно видно, что Джессика с ним флиртует. Когда они попрощались, парень повернулся лицом, и я сразу же поняла, кто это был: это же тот парень с ресторана, когда мы праздновали день рождения Джесс, которого я попросила принести подарок. Вот так поворот. Когда он скрылся из виду, я вышла из машины, подкрадываясь к беспечной Джесс: она тихонько что-то мурлыкала себе под нос.       - Да ну? Селин Дион? – я ошарашено узнала в этом попискивании знаменитую Май Хэарт вил го он.       - Ты же знаешь, как я люблю этот фильм. Привет. Мы обнялись и, осуждая произошедшее только что, направились к книжному магазину.       - Том не звонил? – внезапно поинтересовалась подруга.       Я поперхнулась воздухом: вот уж не думала, что его короткое имя вызовет внутри меня такую бурю эмоций.       - Нет. И не надо, знаешь ли.       - А я его просто недавно видела.       - Где? – тут же забыла я про маску безразличности. Действительно, очень нужная мне информация.       - Да, мимоходом, - мы уже зашли в магазин и двинулись вдоль стеллажей, однако книги меня перестали интересовать на короткое мгновение. – Он был со своей девушкой, вроде. Они шли по парку.       - Ммм, замечательно, - глухо отозвалась я, почувствовав ледяной укол прямо в сердце. И почему мне так неприятно становится, когда кто-то говорит про его девушку?       - Тебя это трогает?       - Да, черт возьми, теперь ты довольна? – я бросила эти слова и обогнала ее, бесцельно свернув в первый поворот. Тут на глаза попалась книга неизвестного мне автора, зато название было в точку: «Любовница». Сука, почему какой-то замкнутый круг? Я схватила книгу с полки и пошла к кассе, где сонная девушка отбила мне ее, сказав натянуто: «Спасибо за покупку». Не за что. Я бы втрое больше заплатила, если бы ты меня научила, как забыть про этого ублюдка.       Джессика потерялась где-то в глубине магазина, я не стала ее ждать, а вышла на улицу, села на ближайшую лавочку и открыла книгу. Януш Вишневский. Определенно, поляк. Книга состояла из нескольких историй, я открыла оглавление и нашла ту, что была обозначена этим надоевшим мне словом: «Любовница».

«Он входил. Иногда сбрасывал пиджак на пол, иногда вешал его на вешалку в прихожей. Без единого слова подходил ко мне, задирал юбку или резко спускал мои брюки, влезал языком ко мне в рот, потом раздвигал мне бедра и вводил в меня два пальца. Иногда внутри еще не было влаги, и когда он выбирал не те пальцы, я чувствовала во влагалище его обручальное кольцо».

      Что? Что я только что прочитала? В голове помутнело: ведь это все, что было между нами. Между мной и Томом. Именно такие отношения, за исключением одного – у него пока еще не было обручального кольца. Пока. Еще. Я снова почувствовала жуткое омерзение от себя. Боже, зачем, ну зачем я связывалась с тем, кто имеет девушку! И почему именно мне досталась роль за кулисами? Я закрыла книгу и бросила ее в урну. Не потому, что она была плоха, я не могла полностью об этом судить, прочитав один абзац. Нет. Выбросила, потому что не хотела дочитывать это до конца, не хотела знать, что же будет в конце с героиней, потому что я обязательно примерю это на себя. Поход в книжный меня не успокоил, а, наоборот, еще больше расстроил все чувства… Как же вообще получилось так, что я стала такой?

***

Лос-Анджелес, 2 года назад.

      Утром солнце ярко проглянуло сквозь темные занавески. Девушка отвернулась от назойливого света, однако уже проснулась, зарывшись в подушки. В голове тут же вспыхнуло воспоминание вчерашнего вечера. Желудок сделал крутое сальто, и стало нехорошо, потому что снова перед глазами встала сцена, как уже бывший любимый трахал эту шлюху. В голове возник такой вопрос, так сказать, на размышление: а что толкнуло его на измену? Первый ответ – разлюбил. Ладно бы он ее бросил, просто бросил, но он изменил ей, а, значит, ему совсем плевать на ее ощущения, чувства и тому подобную ерунду. Подбив подушку кулаком, девушка решила еще поваляться, думая о том, как же все-таки странно и неожиданно меняется судьба. Если бы не встреча с Томом, то она вряд ли бы сейчас чувствовала себя более-менее спокойной. Том… Что-то всколыхнулось внутри, а жар разлился по щекам. Вчера она даже и не отметила, какой же он умопомрачительно красивый… Но странный. Да, странный. Но если сегодня он позовет ее прогуляться, то она сто процентов скажет «да». Не слишком ли быстро ее внимание переключилось? Скорее всего, все увиденное мгновенно заставило вычеркнуть Майкла из своей жизни. А, может, это даже и к лучшему?       Лицо той шалавы возникло перед ней: она видела, как та извивалась, все черты ее лица перекосило чувство приближающегося оргазма. Эве стало окончательно не по себе, она попыталась отогнать эти мысли, встала и направилась в душ.       Этот домик действовал на нее мгновенно. Точно подорожник, который лечит порезы. Хотя рана в ее душе была намного тяжелее, чем обычный ушиб на коленке. После освежающего душа стало намного легче дышать, она посушила волосы феном и спустилась вниз. Бабушка на кухне уже сделала ее любимый завтрак: овсянку, булочки с маслом, варенье и ароматный кофе. Как будто бы и не было вчерашних событий, благо что сам Майкл так и не позвонил. А это о многом говорит.       - Как там мама? Ты у нее была? – спросила как обычно между прочим бабуля, но Эва-то знала, что за этим вопросом скрыто очень много боли.       - Нет, но она мне звонила, - пожала плечами девушка, убрав назойливые волосы назад. – У нее все хорошо, новая работа ей нравится. А еще у нее какой-то новый ухажер.       - Еще один? – тихо спросила бабушка.       - Да.       Эва не любила говорить про личную жизнь своей матери. Она не была к ней сильно привязана, но все-таки это была ее мама, которая хотя бы раз в месяц звонила и спрашивала, как у нее дела. Чтобы отвлечься от этой темы, девушка заговорила о своих проблемах, рассказала про измену Майкла, но про Тома ничего не стала говорить, даже сама не знала, почему утаила этот незначительный факт от родного человека. Тут же на Эву нахлынули воспоминания про Майкла, и как она с ним познакомилась. Это было около шести лет назад, когда она была еще подростком, который очень мало знает о предательстве дорогих людей. Быть подростком – великолепно. Первые встречи, первые поцелуи… Первая любовь. Это никогда не забывается. И вот почему-то сейчас Эва вспомнила об этой встрече. Как она ехала на своем любимом велосипеде по проселочной дороге, которая виляла из стороны в сторону и нечаянно наехала на камень. Велик перевернулся, Эва упала прямо на дорогу. В ноге она почувствовала сильнейшую боль: как оказалось, она продрала ногу о камень, да так, что образовалась рваная рана. Эва увидела кровь и заплакала от того, что это было ужасно несправедливо. И тут подошел парень примерно такого же возраста и предложил ей свою помощь… После этого как она полюбила его! А сейчас оказалось, что все это было фальшиво. Как же странно тасуется колода карт. Почему все так сложно?       Поев, она поднялась наверх. Телефон мигал пропущенными звонками. Интересно, кто это мог быть? Сердце стало стучать в два раза быстрее, она сразу же подумала про Майкла и что было бы намного лучше, если бы он и правда просто забыл про нее. Но пропущенные были от Тома. Девушка тут же перезвонила.       - Привет, я тебя уже раз десять набирал, - тут же сказал чертовски притягательный голос с небольшой хрипотцой. Эва улыбнулась, сама не зная, чему. - Доброе утро.       - Доброе утро, я просто завтракала с бабушкой и не слышала, - она легла на кровать и закрыла глаза.       - Как спалось?       - Отлично, - улыбнулась Эва. Давно у нее никто не интересовался о таких мелочах. Обычно парням это неинтересно. – Спасибо, что вчера подбросил меня. Не знаю, как бы я дошла до дома.       - О чем вообще разговор? – но по голосу было слышно, что он доволен. – Я звоню пригласить тебя прогуляться со мной. Не против?       У Эвы перехватило дыхание. В комнату, мурлыкая, зашел пушистый кот Флаффи и забрался на кровать рядом с девушкой. Рассеянно поглаживая его за ухом, она сказала:       - Нет. Я с удовольствием с тобой прогуляюсь.       - И расскажешь, где потеряла туфли. Ты вчера обещала, - улыбнулся он.       - Хорошо, но это невеселая история, уж поверь, - вздохнула Эва, открывая глаза, тут же щурясь от яркого света.       - В общем, до встречи. Я заеду за тобой через два часа.       - Отлично, я жду.       Улыбаясь до самых ушей, она положила трубку и тут же пошла рассматривать свой небольшой гардероб: ведь почти все вещи остались в том доме, на пороге, в дорожной сумке. Через два часа полностью собранная, по звонку телефона, она вышла к уже знакомой белой Ауди.       Том был в очках, в джинсах и в белой футболке, которая выгодно подчеркивала все достоинства его великолепной фигуры. Одна рука небрежно лежала на коленке, другая – на руле. В ней она увидела дымящуюся сигарету, тут же вспомнила, как пыталась покурить, и ей почему-то стало стыдно за свое поведение. Ну ладно, теперь-то что об этом вспоминать? Она села вперед, немного скованно улыбаясь парню.       - Привет, Золушка, - сказал он, взглядом рассматривая ее с головы до ног. На них он немного задержался. – Хотя ты сегодня в обуви. Необычно.       - Да хватит уже, - засмеялась она. – Подумаешь, шла в три часа ночи босиком. Это не запрещено!       - Ну да, о чем я вообще говорю, - он затушил сигарету и выкинул ее в окно, потом завел машину и под мерный шум двигателя, они отъехали. Разговор был легким, непринужденным. Эва не чувствовала никакого стеснения и было такое ощущение, что она знает его уже всю жизнь. Странно очень. Но задумываться было некогда: Том не давал ей заскучать, рассказывая великолепные истории. Солнце жарило нещадно, и даже кондиционер не спасал.       - Хочешь мороженого? – спросил Том, увидев маленький киоск, у которого была приличная толпа.       - Не отказалась бы.       Он припарковался немного вдалеке от киоска. Они вышли и присели на ближайшую лавочку под тенью дерева (за коваными воротами начинался парк), решив подождать, пока разойдется толпа.       - А что ты делал там так поздно ночью? – внезапно спросила Эва.       - Ехал со студии, - задумчиво ответил Том, оглядываясь на киоск. – Я играю в одной рок-группе.       - Шутишь? – засмеялась Эва. – Да ну ты брось.       - Правда!       - Да ладно? – девушка очень сильно удивилась.       - Серьезно. Я гитарист, а мой брат – солист.       - Брат? – еще больше удивилась девушка.       - Да. Близнец.       - Близнец? – еще больше удивилась Эва, раскрыв широко глаза. Этим она очень сильно позабавила Тома, он захохотал. – А это точно ты? Не твой брат-близнец?       - Конечно, я, потому что внешне мы не похожи. Слишком разные у нас…       - Томас? – раздался голос со стороны, и к их лавочке подошла красивая, утонченная девушка азиатской внешности. Том тут же преобразился, поднялся и, к ужасу и непониманию Эвы, обнял ее и поцеловал в губы. – Привет, а ты с кем тут, - она улыбнулась, оглядываясь на застывшую, как статуя, девушку. – Здравствуйте.       - Привет, - почти шепотом онемевшими губами произнесла Эва.       - Это с работы, она будет сниматься в новом клипе, я встретился с ней, чтобы отвезти в студию, а то она совсем не знает город, - он говорил легким тоном, совсем другим, нежели когда разговаривал с Сайм. Более взрослым и грубым с нотками какого-то превосходства. – Познакомьтесь, это Эва Сайм.       - Очень приятно, - девушка улыбнулась белоснежной улыбкой. Рядом с ней Эва себя ощущала гадким утенком.       – Меня зовут Рия Зоммерфельд, я модель.       - Мне тоже приятно, - кое-как выдавила из себя Сайм. – Ладно, я поняла, где студия, я сама доберусь. Приятного вам времяпровождения, - с неприкрытой злостью бросила она, встала и направилась на ближайшую автобусную остановку.