Любовница

«Некоторые люди уходят слишком рано, а некоторые – слишком поздно. Надо уходить вовремя» (с) Э. Ремарк «Жизнь взаймы»

      Медленно тянулось время, словно мед из банки. Только цвет меда был не золотистым, как обычно, а черным, как деготь и склизким, как смола.       Закурив очередную сигарету, я шла на работу, держа в другой руке полную банку с кока-колой. Нет, ее я терпеть не могла, но иногда очень хотелось чем-нибудь себя отравить. Как будто бы я и так мало поглощала пестицидов. На знойной калифорнийской улице стояла невообразимая жара, я уже думала о прохладном вечере, а еще, наверное, стоит поехать на пляж. Эти мысли роем носились в голове, я только ощущала холод от банки с газировкой и представляла, что я вся окунаюсь в это, но легче не становилось.       Докурив, я затушила и бросила окурок в урну, закинула жвачку с ментолом и зашла в офис. Но что-то было не так, как обычно… Люди толпились в коридоре, кто-то выносил большой шкаф и кричал, куда лучше всего повернуть, чтобы эта громадина пролезла в проход как следует. Кто-то подписывал какие-то бумаги. В недоумении я сняла солнечные очки и надела их на голову.       - Что происходит? Привет, - спросила я у знакомой сослуживицы Элен.       - Привет, Эва, ты вовремя, - она теребила ручку своей купленной в переходе сумочки. – Наша контора закрывается…       - Что? – выкрикнула я, от неожиданности чуть не уронив банку с колой. – Какого хрена?       - Нашего гендиректора обвиняют в махинациях. Он что-то там натворил. Вроде говорят, что он проиграл в покер… А сумма немаленькая, вот он и заложил наш офис. У него же он не один, так что в пролете он не останется. Но нас всех сократили.       - Что? – глухо повторила я, пытаясь понять, как тупость одного человека может сразу разрушить жизни кучи других людей. Хотя, стоп. Так обычно всегда и бывает. Кто помнит математику со школы, тот должен знать, что такое обратная пропорциональная зависимость. Обычно чем больше денег и власти, тем меньше совести и человеческого соучастия. Только один человек в истории думал не о себе, а о других. И это был Христос. А люди, созданные по образцу и подобию, но выгнанные из Рая по ошибке Евы (что за ирония!), стали лживыми и эгоистичными тварями. Я сжала в руке банку, она затрещала, но наполнена она была наполовину, поэтому ничего не выплеснулось. – Где он?       - Кто?       - Директор?       - Его уже нет, он приехал, подписал бумаги о сокращении всего персонала с выплатой зарплаты первые два месяца, а потом куда-то уехал. Налетели эти люди, стали опечатывать комнаты и выгонять нас, но мы же еще не все вещи собрали.       - Ну да, - моих вещей тут, слава Богу, не было. Я просто развернулась и фурией вышла на раскаленную жаровню улицы. Понедельник начался просто супер, что сказать.       Я выкинула противную колу в урну, дрожащей рукой достала сигарету и закурила, чтобы немного успокоиться. Так, хорошо, денег на первое время хватит, учитывая еще и содержание. Это плюс. Минус: надо искать новую работу, а теперь вряд ли подфартит так, как случилось с этой. Но думая дальше, я немного успокаивалась: что я, не найду себе нормальное место? Конечно же, найду! Можно неделю даже побездельничать.       Захотелось кому-нибудь рассказать про сегодняшнее утро, но когда я стала перебирать знакомых, перехотелось. Бабушке точно нельзя, Джес хватает своих проблем, Том… Мудак последний, этот Каулитц. Снова потерялся после последней ночи, не звонит и не пишет. Хоть это и было ожидаемо от него, он периодически любил пропадать, ничего не объясняя, считал это, наверное, своей фишкой. Но меня это жутко накаляло. Знаете, чувство покинутой и забытой игрушки, потому что мальчик вдруг вырос. Вот именно это самое я всегда ощущала, когда он уходил. Чем он объяснял свои «уходы»? Да ничем, правда, я сама запуталась, когда у него были дела, а когда он просто тупо решал за нас двоих, что мы не можем быть вместе (последнее наступало тогда, когда у него складывались вновь хорошие отношения с Рией. Но это бывало редко, обычно они с ней жутко срались почти все время. И тогда я ощущала безмерную любовь с его стороны. Что вот за ирония).       Пока я стояла и думала, куда же мне собственно теперь податься, в сумке завибрировал мобильник. В душе ухнуло: Том, я быстро достала сотовый. Номер был неизвестным.       - Алло!       - Привет, Эвочка, - тихий голос резанул по перепонкам: я так давно его не слышала.       Это звонила мама.       - Здравствуй…       - Прости, что я на такое долгое время совсем забыла про тебя, просто у меня было столько проблем, - такие знакомые и лживые предложения. Когда она терялась на неопределенный срок, то вечно начинала разговор со мной этим заученным текстом. Я мотнула головой, ничего не отвечая. А, собственно, зачем? Она ведь никогда меня не слушала…- Эвочка, как у тебя дела? Может, ты заедешь в гости?       - Мама, все хорошо, замечательно и просто супер, - я пошла вдоль тротуара, чтобы просто не стоять на месте. – Нет, извини, дел столько, что никак совсем. Я бы рада, правда, но нет.       - Ну ладно, у тебя же работа, я совсем забыла, - улыбнулась она на том конце трубки. Меня взяла такая злость: несколько лет мне не звонила, а тут разговаривает, как ни в чем не бывало! Пока я слушала все это, в голове было только одно: или у меня никогда не будет детей, или у моих детей никогда так не будет.       После того, как мама попрощалась и положила трубку, мне стало еще хуже. И почему люди думают, что я как бесчувственный пень способна долгое время ждать звонков, при этом не ощущая пустоты внутри? Они что, думают, что вместо нервов у меня железные канаты? Я держалась, как могла, когда узнала о сокращении, но теперь, после звонка мамы и воспоминания о Томе, сорвалась, поймала такси и поехала в магазин: купить чего-нибудь покрепче.

***

2 года назад, Лос-Анджелес.

      Девушка уже несколько дней находилась в непонятной прострации, чувствуя только одно склизкое чувство внутри: ее использовали. Использовали и бросили. Хотя, небольшая поправка – все-таки, до самого ужасного не успело дойти, и за это Эва была благодарна судьбе. Хотя все было так сумбурно и непонятно, что выть хотелось от безысходности. Ну почему, почему он перестал звонить? Все же было так хорошо… Вечером она пыталась проанализировать эту ситуацию и дать какое-то рациональное ей объяснение, но выходило все еще более запутанно, чем прежде. Обычно она думала, что он просто понял, что у него есть девушка и что с Эвой не получится серьезно, поэтому решил отстать от нее, чтобы лишний раз не бить по чувствам Эвы. Но потом она думала, что про нее-то он вряд ли думал, потому как зачем это нужно? Все люди – чертовы эгоисты, сначала все всегда думают лишь о себе, а те, кто говорит, что им-то это чувство не свойственно – еще и лгуны ко всему в придачу.       Так что, скорее всего, он просто решил, что на Эву лучше не тратить свое драгоценное время: слишком долго придется ее обхаживать. Ну что ж, подумала девушка и со злостью ткнула подушку, так ему и надо, он сам виноват. Обычно после этих мыслей она засыпала.       Дни тянулись и тянулись, телефон молчал. Тем временем, она понимала, что жить у бабушки – это, конечно, хорошо, но нужно ехать в город и устраиваться на работу. У нее было образование в финансовой сфере, так что устроиться не составит труда. Конечно, раньше она жила с Майклом, но в связи с последними обстоятельствами… В общем, Эва решила, что нужно искать работу и начинать жить самостоятельно.       Утром девушка встала с решимостью, что начнет сегодня поиски и направилась в душ, чтобы постоять под расслабляющими теплыми струями. Телефон, который по привычке она таскала везде, лежал на автомате рядом с душем. Внезапно раздался звонок, Эва даже удивилась, кто может трезвонить в такую рань, она закрыла краны и наспех вытерла руки полотенцем, а потом склонилась над телефоном, чтобы узнать, кому она понадобилась. На экране светилось: Том. Руки у девушки задрожали, она резко схватила сотовый, он выскользнул из мокрой еще руки и шлепнулся прямо в ванную, где она стояла, разлетелся на составные детали и, понятное дело, замолк.       - Черт! – крикнула девушка, кинувшись собирать его, поскальзываясь о мокрый кафель. С телефоном, как оказалось, все было хорошо, только батарея выпала. Эва быстро его собрала и включила, усевшись на бордюр. Ей было холодно, но одеваться было долго, она протянула руку за махровым полотенцем и закуталась. Он включался дольше, чем обычно, как ей казалось, это злило, но она ничего не могла поделать. Как только загрузилась телефонная книга, она зашла в список вызовов и стала перезванивать Тому. Абонент занят! Ну вот… Эва решила, что лучше будет положить телефон и подождать, когда он снова позвонит. Она вытерлась и быстро оделась, взяла сотовый и пошла назад в комнату. Пока шла, он снова зазвонил.       - Алло, - она сделала голос как можно отрешеннее, будто не ждала его звонка.       - Привет, Эва, почему ты сбросила?       - Так получилось, я была занята. Что ты хотел?       - Ты такая злая, что-то произошло?       - Ну да, действительно, ничего же не произошло. Подумаешь, сначала говорил одно, а потом пропал на две недели.       - Прости, - он сказал это таким голосом, что Эва сразу же простила его. Она, в принципе, перестала обижаться уже после того, как раздался звонок. – У меня тут работа, столько дел было, правда. Я даже и не заметил, что прошло столько времени, думал, что только вчера тебе звонил.       - Не врешь?       - Нет, конечно, зачем мне это нужно, - он улыбнулся, а девушка сразу же растаяла. Собственно, правда, зачем она вздумала обижаться на него? – Собственно, я вот заглажу сегодня свою вину. Приглашаю тебя вечером в кафе!       - Так мило, я согласна.       - Я заеду за тобой около восьми вечера. Будь готова.       - Я буду ждать.       После этого разговора все мысли по поводу неудач, по поводу поиска работы и всего подобного сразу же улетучились. Когда рядом Том, то какие могут быть проблемы? Точнее, пока он не совсем рядом, но до восьми вечера осталось всего-то каких-то шесть часов… Четыре часа… Боже, уже через два часа! Эва начала собираться рано, планируя создать сногсшибательный образ, но в итоге получилось все, как обычно. Впрочем, выглядела она довольно мило и была довольна этим.       - Бабушка, я еду сейчас на свидание, - сказала она, докручивая последний локон плойкой.       - Ты так быстро переключилась со своего Майкла, я рада, что ты не хандришь. Удачи.       - Спасибо, бабулечка.       Когда окна осветили фары белой Ауди, Эва схватила сумочку (обулась она намного раньше, чтобы привыкнуть к туфлям) и выскочила на улицу. Когда она подошла к уже знакомой машине, сердце ее готово было выпрыгнуть через грудную клетку. Том улыбнулся, нагнулся, чтобы открыть ей дверь. Она села и сразу почувствовала аромат его духов. Сразу вспомнилась их первая встреча.       - Привет, Эва.       - Привет.       - Когда ты села, я вспомнил, как подобрал тебя у обочины и подвез к дому. Ты так сопротивлялась, не то, что сейчас.       - Хочешь, чтобы я выскочила на ходу из машины? – улыбнулась Эва, поудобнее усаживаясь.       - Нет, конечно, у нас сегодня грандиозные планы.       - Я уже в предвкушении, - прошептала девушка.       - Пристегнись.       Он выехал на шоссе, нажал на педаль газа, машина взревела и поехала по пыльным улицам.