Любовница

«Правда не может быть горькой или сладкой, правда всегда лишь остается правдой» (с) М. Локк «Диагноз: Одиночество».

      Гудящая голова не могла дать мне сосредоточиться. Я мутным взглядом рассматривала усеянный вещами пол в поисках своей блузки, но все было тщетно. Гостиничные шторы были глухо запахнуты, ни один луч света не мог проникнуть в комнату и помочь мне в поисках.       Сейчас умру от головной боли. Наконец, блузка нашлась за прикроватной тумбочкой. Я взяла ее и направилась в ванную. Вчерашний знакомый, с которым после двух бутылок текилы я согласилась поехать в гостиницу, спал крепким сном, даже похрапывая. Это было замечательно, потому что в мой план входило свалить отсюда побыстрее и избежать разговора с ним. Душ принимать я не стала, поэтому просто умылась холодной водой, оделась и причесалась. Вид у меня был ужасный, потому что я не выспалась. И зачем вообще я вчера с ним уехала? Хотя, понятно, зачем… Вопрос нужно поставить по-другому: кому от этого стало лучше? Этому огромному и бородатому мужику, скорее всего, но точно не мне. Меня вообще тошнит и блевать хочется от своего поступка, какой бы шлюхой я не была в ваших глазах, с первым попавшимся у меня секса еще не было. Ну, до этого момента. Ладно, надо заканчивать это утреннее самобичевание и ехать домой.       Я тихо вышла из ванной. Алекс еще спал, он даже не проснулся, когда я, полностью собранная внешне и разобранная в душе, вышла из этого треклятого номера первой попавшейся нам на пути гостиницы. Даже не посмотрев в сторону клерка у входа, я выбежала на свежий воздух. Солнца сегодня опять не было, это становится какой-то хмурой тенденцией для Лос-Анджелеса. Впрочем, неважно. Я поймала такси и поехала домой.

***

Спустя 2 недели.

      - Слушай, а ведь почти через неделю твой день рождения, - улыбнувшись, сказала Джессика, помешивая тоненькой ложечкой сахар в кофе. Я промолчала, разглядывая солнечную погоду за окном. Мы сидели в нашем любимом кафе и ждали знакомую Джесс: она вроде как могла предложить мне вариант работы по моей специальности. Конечно, это меня очень интересовало, а в последнее время – особенно, потому что накопления уже подходили к концу.       - Эй, Эва, - подруга попыталась меня встряхнуть. Я оторвала свой взгляд от улицы и посмотрела на нее – она разглядывала меня немного тревожно. – Что с тобой?       - Ничего, - я отпила уже остывший кофе. – Все в порядке, просто задумалась насчет работы.       - Надеюсь, что все получится, главное, чтобы она просто пришла, а то вдруг что произойдет и…       Она продолжала говорить что-то дальше, однако я уже не слушала, только делала вид и снова повернулась к окну. Предчувствие у меня было неважное. Первую неделю я валялась с температурой, даже не понимая, где я все это подхватила, а потом на меня нахлынула какая-то апатия и отрешенность, что я перестала интересоваться вообще всем, просиживала дома перед ноутбуком все свое время. Бывало, что настроение менялось со скоростью света: то было весело, то я начинала рыдать. Джессику немного напрягало это, но хотя бы она не покидала меня в этот период, за что я ей была очень благодарна. Просто какая-то простудная инфекция и ничего больше. Ну, я надеялась на это. Через несколько дней все стало проходить, и я чудесным образом снова стала себя чувствовать нормально. А когда Джессика сообщила, что нашла мне вариант работы, я поняла, что жизнь снова налаживается. Про себя я установила, что больше с первым попавшимся под руку спать я не буду!       - Вот она, - раздался голос подруги, и я вынырнула из своего внутреннего мира. К нашему столику подошла не совсем первой молодости дама, элегантно одетая, белые волосы ее были стянуты в тугой пучок. Она улыбнулась Джессике и с интересом посмотрела на меня. – Здравствуй, Ингрид, знакомься, это та самая Эва.       - Очень приятно, - я натянула улыбку на лицо и протянула ей руку. – Вы голодны?       - Нет, спасибо, я буквально на несколько минут, чтобы побеседовать с тобой. Джессика сказала мне, что ты очень хорошо разбираешься с финансами.       - Да, я долгое время работала с этим.       - Вот и хорошо, тогда обсудим детали.       Разговор с Ингрид по рабочим моментам немного встряхнул меня и я, неожиданно даже для себя, быстро втянулась в это и захотела работать. В итоге, она пригласила меня к ним в фирму через неделю к девяти утра, чтобы пройти испытательный срок. Когда она ушла, я повернулась к Джессике и улыбнулась ей:       - Спасибо тебе большое, ты мне очень помогла.       - Как и всегда, - ответила подруга, тоже улыбаясь мне.       Я поняла, что сегодня мне было обеспечено хорошее настроение. А, собственно, что еще могло меня тревожить? Абсолютно ничего. Я была здорова, чувствовала себя превосходно, на Тома вообще внутренне забила и даже думать о нем стала реже, что было для меня колоссальным достижением. Работа нашлась. Что мне еще для счастья нужно? Я и одна могу быть счастливой. Все это я читала про себя, как молитву, пока ехала домой.       Я счастлива. Я счастлива. Я счастлива. Я счастлива. Я счастлива.       Когда зашла вовнутрь, то ощутила какой-то странный запах. Стало как-то не по себе. Надо срочно убраться! Со всеми этими депрессиями я совсем забыла про уборку, а это тоже немаловажный фактор для поддержания здоровья. Кинув сумку на кресло, я вздохнула и пошла в ванную за ведром и тряпкой.       Итак, до назначенной мне встречи оставалась неделя. Как раз выйдет на следующий день после моего дня рождения. Собственно, я с двадцать одного года перестала отмечать этот грустный праздник неумолимого старения. И зачем это вообще придумали? Яростно оттирая особенно въевшееся пятно, я думала о том, что совсем недавно была подростком и у меня были совершенно иные проблемы, меня не тревожили отношения и работа, я не думала о том, как и на что я буду жить. Главным было лишь то, чтобы у бабушки все было хорошо, а остальное неважно. Но все так быстро переменилось, когда я влюбилась в первый раз… И все переменилось, когда это чувство предали. Я понимаю, почему многие девушки становятся такими циничными. Просто потому, что самое первое и сильное чувство было предано. Вера в доброе и прекрасное теряется, а вернуть это неимоверно трудно, а иногда и совсем нереально. Для чего вообще это все надо? Правильно, многие отвечают так: не нужно привыкать, не нужно строить воздушные замки, потому что разрушать все равно придется, а боль от этого такая, что…. Что даже описать ее характер не получается. Это внутреннее, это можно понять только тогда, когда полностью прочувствуешь. И вот после этого организм вырабатывает иммунитет: не нужны серьезные отношения, не нужно привязываться, не стоит этого делать. Вот из-за этого-то многие девушки и становятся шлюхами в глазах «мирного и дружественного» сообщества. А до покалеченной души никому нет ровным счетом никакого дела.       Я не заметила, как наступил вечер, совершенно увлекшись уборкой и размышлениями о том, что стоит, а чего не стоит делать. Итог всех мыслей был такой: больше ничего не исправить, все уже катится туда, куда и должно катиться – в никуда. Устав от всего этого, я выпила горячий чай и приняла расслабляющую ванну, после чего захотелось спать. На часах было всего-то около десяти вечера, но пока я ощущала сонливость, надо было идти и ложиться, иначе потом мне грозила бы бессонница до пяти утра. А может и того больше. Когда я, зевая и на ходу снимая халат, шла по полутемной комнате, то внезапно больно обо что-то ударилась. Черт возьми, что там такое! Я посмотрела вниз и увидела свою маленькую коробочку, в которой хранила важные для меня мелкие вещи. Наверное, она упала, когда я убиралась и даже странно, что я не обратила внимание на стук. Я подняла ее и отнесла на стол, где теперь аккуратно были сложены бумаги по финансовым отчетам со старой работы – я решила пока что это не выкидывать. Тут мой взгляд упал на маленький календарик, где я отмечала некоторые даты, а также свой женский цикл. Вдруг до меня дошло, что по идее и если верить подсчетам, у меня еще вчера должны были пойти месячные. Странно… Наверное, из-за того, что я простывала, цикл немного сместился. Главное: когда нужно будет идти на собеседование, они точно будут. Когда я уже ложилась в кровать, то в голову пришло то, что в своих любимых белых брюках я вряд ли смогу пойти. И это было печально.

***

      Завтра. Уже завтра будет мой день рождения, я постарею еще на один год. Да и горе не залечишь виски, потому что с утра идти на собеседование, и именно поэтому я решила выпить сегодня. Лишь бы был повод. Отметила про себя, что становлюсь какой-то законченной алкоголичкой и что еще немного – и надо вступать в различные сообщества типа «Анонимные алкоголики» и блаблабла. Сразу же вспомнился «Бойцовский клуб». Я усмехнулась про себя: и все-таки Бред Питт неимоверно красивый мужчина. Живу в Лос-Анджелесе и ни разу не встретила его на улицах. А, может, стоит больше выходить на разные тусовки?       Все эти мысли, расталкивая друг друга, роились в моей голове, пока я стояла на балконе и курила первую сигарету. Встала я слишком рано, даже организм удивила, но снова лечь спать даже и не подумаю. Сколько можно? В последнее время я только и делаю, что сплю и ем, так совсем скоро перестану залазить в свои любимые вещи, а гардероб придется обновлять в магазинах «Для дам с большими размерами». Я затушила сигарету, вышла на кухню и допила остатки кофе. Снова захотелось есть, хотя я буквально минут двадцать назад плотно позавтракала. Это все ПМС.       Итак, нужно позвонить Джессике и позвать ее на алкогольную ночь. Никаких клубов, никаких гулянок – просто я, она и Джек Дэниэлс. Но вместо того, чтобы взять сотовый, я зашла в комнату и бездумно открыла ноутбук. За последнее время такое часто случалось, что я продумывала одно действие, а совершала другое. Будто случайно попала в Симсы и неумелый игрок управлял мною, как персонажем. Ладно, долго бегать от этих мыслей не получится: с моим организмом творится очень странное, я бы все списала на ПМС, не будь у меня небольшой задержки. Цикл-то и так не отличался постоянством, но тут было все крайне странно. Я открыла Гугл и вбила туда: «Признаки беременности». Боже, я становлюсь мнительной. Не может же это произойти со мной! Так, симптомы напоминают обычный ПМС – это меня никак не успокоило. Частая тяга к мочеиспусканию, болит грудь, задержка – основное. И приписка: болит не грудь, а соски. Я испугалась, потому что поняла, что у меня как раз только они и болят, не притронешься. Нет, это все не может быть. Я закрыла ноутбук, пошла в ванную и умылась холодной водой.       Нет, со мной-то такого не может быть! Все это ерунда. Я вспомнила, что где-то в шкафу у меня валялся тест, покупала как-то, но не использовала. Они же не портятся, верно? Взяла себя в руки, вернулась в спальню, нашла его и пошла в туалет.       В голове стучала одна мысль: чем раньше, тем лучше. Но со мной все равно такого никак не может быть. Это же я – Эва Сайм!       Чем раньше, тем лучше!       Я сделала все, что обычно делается, а потом положила тест на крышку унитаза, а сама села на пол, прислонилась к бортику ванны и закрыла глаза. Ждать надо минуты три, потом уже можно расслабиться. Я усмехнулась: черт, чем я вообще занимаюсь? Мне бы сейчас готовиться ко дню рождения, а не сидеть около унитаза и ждать, когда проявятся какие-то придуманные мной полоски. Откуда они возьмутся, черт возьми, я же не беременна! Но все равно я продолжала сидеть и ждать, когда пройдут треклятые три минуты. Не выдержав этого внутреннего напряжения, я открыла глаза и посмотрела: одна полоска выделялась ярко-красным, но больше ничего не было. Я вздохнула с облегчением, поднимаясь на ноги. Ну вот, значит, это просто задержка, вызванная простудой. Даже нервный смешок вырвался: я становлюсь такой мнительной. Однако в следующее мгновение, когда я взяла тест в руки и посмотрела поближе, все вдруг закружилось. Рядом с толстой красной полосой еле-еле виднелась тоненькая вторая полоска…