Сладкоголосая Сирена

      Тони сидел на диване, упираясь локтями в колени и сцепив пальцы в замок. Он невидяще смотрел на меняющий краски город через панорамное окно. Вот зажглись огни в соседних небоскребах, а вместе с ними раздался голос Джарвиса: — Сэр, к вам мисс Поттс. Через секунду тихо дзинькнул лифт и осветил тёмное помещение искусственным светом ламп. Энтони вздохнул, очнулся, вышел из мыслительного транса, в котором пребывал с момента прилёта. Он весело помахал рукой помощнице. — Только не говори, что ты летал на задание, — Вирджиния вопросительно посмотрела на Старка, а потом покачала головой. — Ты неисправим, Тони. Старк схватил планшет и быстро нацарапал стилусом ответ: Какой есть, Пепп! Она закатила глаза. — А если бы тебя убили? Меня убить могут каждый день. Вот затрахать всей Гидрой до смерти — не каждый. Вирджиния возмущенно открыла рот и резко качнула головой. Она вдруг сжала тонкие губы, сощурила глаза и упёрла кулак в бедро: — Что случилось, Тони? И не смей мне врать, что ты не можешь рассказать. Я тебя не про миссию спрашиваю. Энтони обернулся, отнимая руку ото лба. Его брови поползли вверх. Старк укоризненно смотрел на помощницу, будто говоря: "Ну как так можно?". Мисс Поттс каламбур не поддержала. Она нахмурилась, хлопком ладоней зажгла свет и направилась к той части зала, которая отвечала за кухню. — Рассказывай. Старк оценил решительно настроенную женщину, сжимающую в руках силиконовую лопатку. Он тяжело вздохнул и вдруг понял, что поделиться проблемой с Пеппер — лучшая идея за весь сегодняшний ужасный день. Пока Тони торопливо описывал всё, что с ним произошло в Альпах, Вирджиния нарезала овощи в салат и изредка помешивала тушащиеся в сливках кусочки куриной грудки. Тони как раз поставил точку в завершающем рассказ предложении, когда перед ним возникла тарелка с едой. От аппетитного аромата рот Старка наполнился слюной. Он положил планшет напротив Пеппер, а сам жадно накинулся на яркий салат из рукколы, помидоров и моцареллы. — Вот как! — Тони вскинул голову, отвлекаясь от нежнейшего мяса. Голод отступил, хотя гений не придавал ему значения после возвращения. — Локи. К своей тарелке мисс Поттс даже не притронулась. Она отложила планшет и опёрлась ладонями о стол. — Может, пора уже связаться с Тором? Его братец слишком много себе позволяет для заключенного. Я не могу связаться с Одинсоном, пока он в Асгарде. Другой мир — не другой континент. — Тони, ты в тринадцать лет спокойно собирал чипы-шпионы, в двадцать уже управлял огромной компанией, в тридцать — создал реактор, костюмы Железного Человека, замкнутый энергетический реактор, питающий башню автономной энергией. Ты гений, Тони, и ты сможешь придумать способ связаться с Тором или его семьёй. Раз у Асгарда есть порталы, значит, они появятся и у нас. Порталы... Старк задумался. Он никому не сказал, но тогда, во время битвы за Тессаракт, Тони успел просканировать куб и взять из него немного энергии, как бы немыслимо это ни звучало. Волны, излучаемые Тессарактом, были чем-то невообразимым, космическим. Из них столько всего можно было получить, столько устройств собрать, столько открытий совершить. Старк как раз занимался изучением, когда влез Локи со своим проклятием сирены. Ты умница, Пеппер! Что бы я делал без тебя! — Сидел бы голодным дальше, — гордо сообщила женщина, наконец приступая к своей порции.

***

После ужина мисс Поттс ушла, взяв с Тони клятвенное обещание выспаться. Но, как только лифт, отделяющий его аппартаменты от компании, опустел. Старк поспешил спуститься в лабораторию. Он решил начать работать прямо сейчас, потому что неизвестно, сколько именно времени у него уйдёт на получение необходимого результата. За окном уже было достаточно светло — солнце почти достигло зенита. Но Энтони совершенно этого не заметил. Он увлёкся схемами анализа, выданными ему Джарвисом. В голове гения с молниеносной быстротой один план сменял другой. Он раскрывал прямо в воздухе одно окно за другим и стремительно черкал на них короткие заметки, чтобы ничего не забыть. Его почерк, похожий на кардиаграмму, сам собой преобразовывался в холодный компьютерный шрифт. — Сэр, к вам мистер Роджерс. Старк резко обернулся. Его сердце пропустило удар, когда он увидел за стеклянной звуконепроницаемой стеной Стива. Тони до боли прикусил губу, чтобы не выкрикнуть имя. Он боялся, что толщины прозрачной преграды будет недостаточно. Боялся причинить боль. Роджерс печально улыбнулся и кивнул. Старк медленно подошёл вплотную к стеклу, внимательно рассматривая любимого. Как ты, Стив? — Скучаю без тебя, — прочитал по губам Тони. Роджерс шагнул к стеклу, приложил к нему раскрытую ладонь. В его синих глазах было столько боли, что Старк упёрся лбом в холодную преграду и нежно провёл пальцами по стене, напротив ладони любимого. Он даже не подумал о том, что, возможно, причинит Стиву боль. Но ничего не произошло. Старк горько улыбнулся. Он был готов сейчас отдать всё своё состояние за возможность обнять. И, конечно же, сказать, как сильно любит. Однако земля не расходилась под ногами, не выпускала из пучин Ада бесов, жаждущих заключить быструю сделку. Единственный бес во Вселенной был зелёным, сидел сейчас в золотой тюрьме и гадко хихикал. Его душу умащивал мёд мести. И ослаблять наказание бес явно не собирался. Роджерс через стекло поцеловал Тони в губы. — Я люблю тебя, — шепнул тот в ответ. В душе Старка горечь потери мешалась с бессильной пока яростью. Эта гремучая смесь медленно вызревала, выстраивалась в понятную наконец и оттого простую схему. Он мягко улыбнулся, оглаживая пальцем контур скулы Роджерса. Решение принято и обжалованию не подлежит.