А у тебя есть сердце?

Предисловие. 200 лет назад, Антикварная лавка в некоем городе

Маленький антикварный магазин с заурядным названием «Пристань» внешне был невзрачен и ничем не отличался от других лавочек с подобным ассортиментом, но лишь немногие знали об «особых» услугах, которые предоставлял хозяин данного заведения. Так и сегодняшнее происшествие не удивило бы никого, кто знал о тайне магазина. Хозяину пришлось дать выходной своим работникам, чтобы лично заняться поступившим заказом. Но, когда он увидел, что принёс клиент, даже несмотря на то, что работал в этом месте больше половины своей жизни, ему стало не по себе. Попросив гостя подождать минуту, он в молчании подошёл к двери, закрыл её и повесил табличку с соответствующей надписью. Глубоко вздохнув, он повернулся назад и невольно вздрогнул. На мгновение ему показалось, что в глазах клиента мелькнуло что-то хищное, а их цвет… лишь на секунду, но изменился, будто отражая блик света. Пусть ему не впервые приходилось работать с семьёй этого человека, но страх от этого не уменьшился. Иногда ему даже казалось, что они вовсе и не люди. Но не в его принципах задавать лишние вопросы. Так безопаснее. — Господин, вы действительно хотите оставить такую опасную вещь в моей лавке? — спросил его хозяин с надеждой, что тот одумается и уйдёт. Клиент лишь с пренебрежением посмотрел на него, будто удивлялся, как такая букашка ещё смеет с ним разговаривать на равных. Хозяин уже пожалел, что имел наглость подать голос. Прочитав на лице всё, что о нём думают, господин, ухмыльнувшись, уверенной походкой подошёл к креслу и, сев в него, скрестил ноги. Было такое чувство, что это он здесь полноправный хозяин, а не Эстарх Викторович. Господин был полностью уверен в себе. С той властью, которой обладала его семья в их городе можно было себе многое позволить. Его голос был холоден, а внешний вид неприступен: одетый в наверняка дорогой костюм, он не создавал ложного мнения о себе, напротив, показывал, что с ним опасно иметь дело. Или это лишь наедине с Эстархом Викторовичем. — Если бы не хотел, то меня бы здесь и не было. Я заплачу немалые деньги за её хранение. В идеале, её бы стоило уничтожить, но даже моих сил на это не хватает. Артефакт точно потеряет всю свою силу? Собеседник повернулся к нему лицом, давая понять, что теперь разговаривать можно. Хозяин старался говорить уверенно, без запинки, но глаза полностью выдавали его настоящие чувства, и это заметно раздражало клиента. — Вы же знаете, как работает моя ловушка. Всё зависит от силы предмета. Этот же — самый мощный, с каким мне доводилось иметь дело. Думаю, двухсот лет должно хватить. Вам написать расписку, чтобы ваши внуки смогли забрать его? Прежде, чем ответить, мужчина достал пачку сигарет и закурил. У Эстарха даже мысли не возникло сказать ему, что здесь не курят. Он был уверен, что скажи он это, и вместо пепельницы будут использованы его руки. — Пишите, раз без этой людской макулатуры вы не можете жить. Я думал, придётся дольше ждать. Через двести лет я и сам её забрать успею. Хозяин не сдержал дрожь. — Н-но… господин, наверное, вы меня недопоняли. Артефакт потеряет свою силу через двести лет, не меньше. Вы никак не сможете забрать его. Столько люди не живут… — Это вы не живёте, — прервал его сэр. — Охраняйте и берегите этот артефакт, как зеницу ока, иначе… — что будет, если он не выполнит указания, хозяин даже не хотел знать. Хватило одного безумного взгляда господина, чтобы понять, что смерть показалась бы ему не таким плохим концом. — Всего хорошего. Господин ушёл так же внезапно, как появился в лавке. Единственное, что напоминало о его присутствии, — это запах сигарет и лежащие на столе часы с циферблатом в виде сердца и с полустёртыми позолоченными инициалами на обороте.