Преемник короля пиратов

Прошла неделя. За это время команда не встретила ни одного корабля, к всеобщему разочарованию. Было несколько бурь, через которые Кримбу с успехом прошел. Весьма скучная неделя. - Через три дня у нас кончатся запасы пищи, - появившись из камбуза, доложила Натсуми. - Все благодаря кое-кому, кто слишком много ест, - пробурчала себе под нос Мизу, покосившись на Юми. Он не услышал. - Кстати, Насу, можешь со мной немного позаниматься? - Хорошо, пойдем. В течение этой недели Мизуки усиленно училась обращаться с хлыстом. Натсуми помогала настроиться морально, быть на одной волне с оружием, слиться с ним. Навигатор делала большие успехи, все-таки это оружие идеально ей подходило. Ей не терпелось увидеть его в действии, когда будет настоящий бой. Она изучила уже действие двух сил, правда в это неподходящее время заглядывал Юми, и результат, случайно опробованный на лице и теле канонира, радовал девушку. Нет, она, конечно, жалела его, но сам результат был выше всяких похвал. Не раз она уже после тренировок восторженно благодарила Юмико, который только отмахивался, смазывая очередную царапину или рану посерьезнее. Пока девушки занимались, канонир, который дал себе слово больше не заходить к ним в это время, сидел на палубе. Казуко занимался любимым делом - спал. Близнецы смотрели на море. - Почему вы стали врачами? - не ожидавшие нарушения тишины братья вздрогнули. Такуми повернулся к Натсуми, стоявшей у выхода из каюты. - Пять лет назад мы встретили одного человека, который был врачом. - Быстрее несите ее сюда! На площади города царило волнение. - Что случилось? - поинтересовался идущий мимо Такуми, поймав за рукав одного из суетившихся мужчин. - Сестру порезали, - коротко ответил он, вырываясь, - нужен доктор, срочно! Мужчина убежал, а рядом с братьями появилась женщина, моментально доложившая все факты. - К ним домой воры залезли, а его дома не было, в магазин ушел, а у нее кровь не сворачивается, болезнь такая, - тараторила она. – А воры ее в плечо резанули, а врач нас еще вчера на неделю уехал, в общем, помрет она, не жилец больше, - радостно закончила женщина, не замечая злости в глазах Такуми. "Да как можно так относиться к чужой жизни!" - ярость в душе мальчишки поднималась до невиданного уровня. - Да разойдитесь вы! Ей нужен воздух! - яростный крик, два выстрела в воздух и толпы как не бывало. Молодую женщину несли на носилках, ее длинные белые волосы казались окрашены прядями в ярко-красный, а по руке из плеча сбегал багровый ручеек, оставляя дорожку на каменной дороге. - Врачей нет, - прибежал запыхавшийся брат раненой женщины. - Все уплыли, вернутся не скоро. Что делать? - паниковал он. Женщина все больше бледнела, сливаясь лицом с цветом волос. - Я ее вылечу, - раздавшийся спокойный голос был неожидан, все уже потеряли надежду. Братья все еще стояли рядом. - Я врач и могу позаботиться о ней. По дороге от причала поспешно шел мужчина с небольшой бородкой и седыми, несмотря на молодой возраст, волосами. Его глаза были карие, а кисти рук изящные, как у девушки. Через два часа мужчина вышел из дома, где жила больная. Его руки были в крови, но он счастливо улыбался. Ведь только что он спас жизнь. Именно с этого начался нелегкий выбор для двух братьев относительно профессии. Баром отца, несмотря на его предательство и трусость, оба брата дорожили и хотели заниматься только им. Но профессия врача... Спасать жизни, дарить людям надежду и счастье, видеть, как твоими стараниями улучшается состояние и здоровье людей. Все чаще братья об этом задумывались. - Вы хотите стать моими учениками? - удивленно спросил мужчина, смотря на двух близнецов, которые с этой просьбой пришли к нему домой. Прошла неделя с момента его прибытия на этот остров и спасения женщины. Узнав, что врачей здесь временно нет, он остался здесь, чтобы позаботиться о больных. - Хорошо, - сам удивился своим словам врач. - Меня зовут Юу, зовите меня просто по имени. Я вас научу всему, что знаю сам. - Юу заменил нам отца, и мы никогда этого не забудем. Пока мы учились, он взял на себя управление баром и нанял персонал. Ему было тридцать два года на тот момент, и тридцать семь когда его убили.