Мой личный кошмар

Моя жизнь неумолимо неслась под откос, как съехавший с рельсов поезд. Принц без белого мерседеса польстился на весьма сомнительные прелести своей коллеги и, помахивая насаженным на пику облезлым хвостом издохшего от недокорма коня под именем Предложение-Руки-и-Сердца, радостно скрылся за горизонтом, напевая «Вы нам только шепните, мы на помощь придем…»*. Начальству на работе надоело терпеть мою унылую рожу и постоянные ошибки в бессмысленных отчетах, и мне вежливо указали на дверь. Не сказать, чтобы я была очень расстроена этим — все равно не любила свою профессию, которой обучалась только из-за того, что так хотели мои родители. Но надо было на что-то жить, поэтому увольнение рухнуло на меня, как перекрытия взорванного здания, и придавило к земле. Около недели я безвылазно торчала дома, разбрасывая по всем горизонтальным поверхностям одежду и посуду. Но когда ночью вся эта гора свалилась на пол при непосредственном участии моей кошки Василиски — паршивка решила покорить неприступные вершины аккурат в тот час, когда мне наконец удалось заснуть, — я, проклиная все на свете, заставила себя взяться за уборку. Под воздействием тряпок и тяжелого металла моя квартира приобретала жилой вид, как и моя поломанная неудачами душа. Вырезав из картошки некое подобие лица моего безвременно удравшего женишка, я с воплями радости гоняла ее по полу и боролась за этот ценный трофей с кошкой. Василиска оказалась шустрее и загнала «жениха» под тяжелую кровать, откуда выковырять предателя не удалось даже шваброй, а слабая и беспомощная я с трудом могла сдвинуть коварный предмет мебелировки. На помощь в извлечении позорно укрывшегося на недоступной территории супостата была срочно вызвана лучшая подруга. Катерина, в миру звавшаяся банальной Катькой, примчалась ко мне, словно на пожар, но тушить его она, видимо, собралась с помощью очаровательных пирожных с заварным кремом. Супостат был благополучно забыт — о нем помнила лишь Василиска, караулившая недруга и все ожидающая, когда тот все же решит покинуть свое укрытие. А мы с подругой удобно устроились на кухне и беседовали за жизнь. — У тебя круги под глазами такие, что тебя никакая маска не спасет, — заметила Катерина, выхватив пироженку у меня из-под носа. — Плохо сплю, — я обиженно надулась. — Точнее сказать, не сплю совсем. — Почему? — Кажется, заварной крем плохо способствовал работе мозга. Я с сомнением покосилась на коварные сладости, соображая, не стоит ли уберечь себя от их непредсказуемого воздействия, но жадность победила. — Как ты думаешь? — я взмахнула руками. Мы одновременно посмотрели на сосредоточенную Василиску, что запустила когтистую лапу под кровать, пытаясь достать оттуда картофелину, но терпела поражение за поражением. — Кошмары, — пояснила я и сделала глоток из объемной кружки. — Сны какие-то мутные, неясные. Утром просыпаюсь, словно меня били и возили лицом по асфальту. Я не шучу! — возмутилась я, видя, как захихикала подруга, и задрала футболку. — Видишь? — Да ты, дорогая моя, никак во сне разгуливаешь? — Катерина пораженно присмотрелась к багровому синяку, протянувшемуся поперек ребер. Этот прелестный подарок из мира грез я обнаружила прошлым утром. Что мне снилось ночью, я помнила очень смутно, но перед глазами все еще стояла оскаленная пасть странного существа с длинным, гибким хвостом, что и приложило меня поперек грудины. Проснулась я от сильной боли, но, вопреки подозрениям подруги, в своей кровати, а это означало лишь то, что я никуда с нее не вставала. Но и объяснить подобного явления не могла. Поэтому приняла самое дурацкое решение, какое только могла — не спать. Вскакивать посреди ночи от того, что во сне меня разрывают в клочья, вешают и топят, мне не очень хотелось. — Я так и думала, — удовлетворенно протянула Катерина, и я невольно вздрогнула: такой тон у моей подруги мог быть только в том случае, если она уже что-то придумала. Подозреваю, что это «что-то» меня вряд ли вдохновит. Пока я сомневалась в верности решения рассказать подруге о своей проблеме, та уже оккупировала мой ноутбук и увлеченно стучала по клавишам, что-то выискивая на просторах Интернета. — Вот! — гордо произнесла она и развернула экран ко мне. — Осознанные сновидения? — удивилась я. — Мне это зачем? Распивать спиртное с несовершеннолетними монстрами? — Избавишься от кошмаров, — пожала она плечами. — Хорошая вещь, я пробовала, когда у меня была бессонница. Мне помогло. Я с сомнением покосилась на подробное руководство и решительно закрыла крышку ноутбука. Вряд ли у меня хоть что-то выйдет, да еще и в результате напорчу чего-нибудь. Катерина просидела у меня до самого вечера, медленно, но верно вытягивая меня из пучины депрессии. А может, это сделали пирожные, которые закончились как-то подозрительно быстро… Я в сомнении сидела перед экраном ноутбука. Каюсь, не выдержала и прочитала все, что смогла найти по управлению снами. И мне захотелось попробовать. Все равно хуже, чем сейчас, вряд ли уже будет. Я легла на спину, щелкнула выключателем настольного светильника и закрыла глаза, застывая в неподвижности. По мне тут же проскакали в обе стороны, истоптав лицо двадцатью двумя лапами: кажется, Василиска опять наступила в миску с водой. Наконец кошка, покрутившись и потыкавшись мне в лицо усатой мордой, удобно устроилась у меня под боком, зажамкала когтями по одеялу и умиротворяющее замурчала. Некоторое время я прислушивалась к тихому сонному звуку моей любимицы, старательно отгоняя от себя какие бы то ни было мысли, а после незаметно провалилась в сон.