Тёмные окна

Янтарные глаза смотрели не мигая. Кот вытянулся стрункой, словно египетское изваяние, источая при этом ленивое благородство. Лёша опасности не чувствовал. -Кис-кис-кис… Парень присел на корточки и протянул руку. -Совсем дурак? Кот дёрнул хвостом и отвернулся. Лёшка опешил, но потом вспомнил, что это его сон, а в нём может случиться всё, что угодно, включая говорящих чёрных котов. Впрочем, вопрос о том, что делать дальше, волновал Алёшу куда больше, чем вопрос о нормальности местной фауны. Поэтому он встряхнул головой и обратился к коту: -М…- кот вылизывал заднюю лапу, не обращая никакого внимания на жалкие потуги парня заговорить с ним. – Ты не знаешь случайно, как бы я мог проснуться? Кот поднял удивленный янтарный взгляд на Лёшку. -Ты ведь только что заснул. -Но мне тут не нравится. -Подумать только, тебе не нравится свой собственный мир. Кот встал, потянулся, выгибая спинку, и засеменил по узенькой дорожке. -Постой! -Ну что ещё? -Расскажи мне… Расскажи мне об этом месте. -Я тебе уже всё сказал, это твой внутренний мир. Анализируй и делай выводы. Кот фыркнул и явно собрался бежать дальше. -А я могу вернуться хоть как-то отсюда?! -Как-то можешь, мне-то почем знать? Я твоё пренебрежение, а не генератор идей. И кот скрылся в ворохе оранжевых листьев. Лёшка окликнул его пару раз, но ответом ему послужила тишина, даже эхо никак не отозвалось. Парень побрел дальше, оглядываясь по сторонам. Он не был уверен в том, что хочет встретить кого-нибудь ещё. -Привет! Сердце дрогнуло от испуга, и Лёшка обернулся на ходу. Споткнулся о камень под ногой и полетел на землю, в последний момент заметив обладательницу тонкого голоска. Мелькнуло перед глазами ситцевое голубое платье и любопытное, чуть-чуть испуганное личико маленькой девочки. Через долю секунд спина познакомилось с землёй совсем близко, от глухого, и неожиданно сильного, удара выбило дух и… Лёшка очнулся в своей кровати. Светило солнце. Пели птички. Радио на кухне заливалось сюитой из оперы «Кармен». Всё было до безобразия обычно-привычное и Максимов, с облегчением провел рукой по лицу, стряхивая остатки сна, глубоко вздохнул, выравнивая до сих пор колотящееся сердце, и встал с кровати. У него созрела идея. Ближе к обеду, Максимов ползал по полу и, высунув кончик языка, с маньячным блеском в глазах рисовал мелом круг вокруг дивана и журнального столика. Круг получался не совсем ровным, но жирным. Сразу было видно, что рисовали его с усердием. Лёшка посмеивался, радуясь тому, что мерзкий призрак, если верить теории и отечественной литературе, не будет теперь к нему приставать. Как только стемнеет, Лёшка прочно обоснуется с пиццей, ноутбуком и наушниками на диване. Закончив свою творческую работу, Максимов отложил огрызок мелка на столик, плюхнулся на диванчик и вытянул ноги. Совсем рядом чихнули и выругались. -Ты что паркет портишь? Призрак снова чихнул и Лёшка с ужасом увидел, как из кухни выплыло полотенце. Как в замедленной съемке капельки воды срывались с ткани и глухо ударялись об пол. Всё ещё ворча что-то себе под нос, Оу принялся стирать мел с пола. Лёшка зачарованно смотрел как исчезает белая полоса, которую он рисовал с таким усердием. Призрак снова чихнул, видимо у него была аллергия на мел. Или просто слишком хорошее обоняние. Максимов расхохотался над своими мыслями, почувствовал недовольный и холодный взгляд Оу и, перестав ржать над абсурдностью ситуации не нашел ничего лучше, чем побиться головой о спинку дивана.