Преемник — 2: Настоящий король

      Фили не терпелось познакомиться поближе с Линэей, которая, по утверждению Кили, могла быть им полезной в деле по разоблачению Даина. Король был несколько ошеломлён, когда увидел, что Кили и Двалин привезли девушку с собой, но зато теперь была надежда на то, что лучница сможет им помочь, если Железностоп готовит очередной заговор.       Поначалу ужин проходил непринуждённо, Кили увлечённо рассказывал о том, какой длинный путь они проделали, как снова наткнулись на разбойников и чуть не поплатились за свою неосторожность жизнями. Линэя снова оказалась в нужное время в нужном месте и спасла путников. Фили в очередной раз выразил лучнице благодарность за спасение своего брата и лучшего воина.       Линэя сидела возле Кили, диковато поглядывая на всех и коротко кивая, когда к ней обращались. Рядом с собой она поставила свой лук, который немного пугал служанок и кухарок. Они искоса поглядывали на лучницу и боязливо ставили перед ней новые блюда, дрожащими руками убирая тарелки. Фили довольно вежливо, но в то же время твёрдо, попросил девушку оставить оружие вне трапезной, чтобы никто не чувствовал себя неловко. Линэя хотела поспорить, но взгляд Кили остановил её, и девушка подчинилась. Фили пообещал, что лук доставят к Линэе в комнату, и никто не посмеет его украсть.       Тианисса сидела точно на иголках, искоса наблюдая за Линэей, которая всё время смотрела только на Кили. Принцесса даже к еде не притронулась, пила воду и вполуха слушала разговор. Фили решил, что принцесса неважно себя чувствует и предложил ей подняться в свои покои и отдохнуть, но Тиа уверила его, что хорошо себя чувствует, просто не так сильно голодна.       Линэя ела с опаской. Когда подали суп, она убедилась, что все попробовали, и только тогда взялась за ложку. Мясо она ела прямо руками, не удосужившись воспользоваться вилкой и салфеткой. Двалин смотрел на девушку с усмешкой, ещё больше убеждаясь, что она не только сумасшедшая, но ещё и невоспитанная. Самая что ни на есть дикарка. Когда разговор зашёл о Саймоне, Двалин уткнулся в тарелку, чтобы не слушать бред сумасшедшей снова.       — Этот Саймон, о котором ты часто упоминаешь, кто он? Он знает что-то о дальнейших планах Даина? — спросил Фили, отправляя в рот небольшой кусочек запечённой курицы.       Линэя с негромким чавканьем оторвала от куриной ножки сочное мясо и облизала жирные пальцы. Потом пригубила воды из кубка и стала отвечать.       — Саймон не просто какое-то существо, вроде нам с вами, ваше величество. Он существо высшее. Я бы назвала его духом дома, в котором я жила.       — Вроде домового? — с иронией поинтересовалась Тианииса, но Линэя отнеслась к её ответу очень серьёзно.       Лучница кивнула и стянула со стола большой кусок хлеба, откусив от него и начав жевать.       — Да, вроде домового. Но он всегда говорил, что я должна делать. Как в тот раз, когда я впервые спасла Кили и Двалина. Это Саймон сказал, куда мне идти и кого спасти. Вам стоит благодарить только его. Он спас вас моими руками! — Линэя говорила с гордостью.       Фили был несколько удивлён, однако старался ничем этого не выдавать. Он лишь поймал взгляд Двалина; воин едва заметно покачал головой, он не верил дикарке. Король кашлянул в кулак, стараясь побороть противоречивые эмоции, после чего поспешно отпил из кубка.       Из-за наступившего молчания в разговор решил вмешаться Кили, он принялся прославлять врачебные способности Линэи, которая запросто вылечила его руку, лестно отзывался о её храбрости. Всё это время сидевший рядом Сенж вытирал здоровой рукой пот со лба. Первый лучник выглядел очень слабым, лицо его было бледным, но он держался, как мог. Когда речь зашла о вылеченной руке Кили, он вдруг резко встал, извинился и неловко выбрался из-за стола, чуть не повалив по пути кубок.       Тианисса очень хотела остаться, чтобы узнать, чем закончится разговор, но страх за Сенжа оказался сильнее. Извинившись, она наскоро вытерла полотенцем рот и поспешно покинула трапезную. Снова наступило неловкое молчание, но Кили опять постарался исправить ситуацию, рассказывая, как Линэя привела их в своё жилище, показала им Саймона и разрешила остаться на ночлег.       — Мы предложили ей поехать с нами, ведь жизнь в лесу, да ещё в одиночку, очень трудна и опасна, — наконец закончил Кили.       Линэя всё время смотрела на лучника с каким-то пиететом, словно он говорил о чём-то приятном её уху. Видимо, никто никогда не был благодарен ей за то, что она спасла кому-то жизнь.       Оставшаяся часть ужина прошла в более непринуждённой атмосфере. Разговаривали о погоде, делах в королевстве и о последнем месяце зимы, который обещал быть самым холодным. Набегов со стороны орков или других завоевателей не предполагалось, границы были чисты, а последние враги, которые ещё лелеяли надежу урвать хоть что-то в людских селениях, разгромлены. После так называемой официальной части король решил поговорить с Линэей наедине, но уже завтра, а сначала нужно было дать девушке освоиться и отдохнуть. Из-за стола она вышла вместе с Кили, юноша обещал проводить её до её покоев.       Все остальные тоже понемногу расходились, пока за столом не остались Двалин и Фили. Воин ещё потягивал воду из кубка, деликатно отказавшись от предложенного вина; гном хотел поразмыслить над некоторыми вещами, а для этого нужна ясная голова. Король велел слугам оставить их одних и убрать со стола позже.       — Ты веришь в то, что рассказала Линэя? — немного погодя, спросил Фили у Двалина.       Воин ответил не сразу. Он ещё немного отпил из кубка, потом вытер губы салфеткой и пожал плечами.       — Она не похожа на сумасшедшую, но то, что она говорит, как-то не вяжется с тем, что видел я сам. Возможно, она просто неплохо врёт, чтобы отвести подозрения от Даина. Вполне может быть его шпионкой, — ответил Двалин, подцепив кинжалом кусок мяса, лежавший в тарелке.       — Я тоже было подумал об этом, — кивнув Фили, постукивая пальцами по столу, — но если бы так – зачем ей сидеть в лесу и ждать очередного вашего появления? Что-то тут не сходится. Может девушка действительно много лет прожила отшельницей, и так называемый Саймон стал тем воображаемым живым существом, которое делало её не такой одинокой.       — Тогда как она узнала про нашу поездку? — уже раздражённо спросил Двалин, со злостью отрывая от мяса большой кусок; воину уже порядком надоело, что Линэя не говорит им правды – кроме той, в которую воин отказывался верить.       — Это ещё предстоит выяснить, — задумчиво произнёс Фили и с молчаливым подтекстом взглянул на воина; Двалин чуть не подавился куском мяса.       — Ты намерен пытать девчонку?       — Что? Конечно нет! — воскликнул Фили; брови его удивлённо подскочили. — Никто не собирается никого пытать. Просто хочу ещё раз поговорить с ней. Только на сей раз – наедине. Думаю, если она врёт, то рано или поздно начнёт путаться в своих рассказах. Будем надеяться, что она просто обычная девушка, которая слишком долго прожила отшельницей.       — Хорошо, если так, — согласился Двалин, вытирая салфеткой губы и убирая за пояс свой кинжал, — но за ней стоит присмотреть. Пока что я ей не доверяю.       — Это само собой. Она нам тоже не доверяет. Единственный, кому она могла бы рассказать всю правду – это Кили. Она от него не отходит и верит только ему. Думаю, мы используем это, — подытожил Фили, поднимаясь с места. — А ты пока что присмотри за Линэей, насколько это будет возможно.

***

      Тианисса догнала Сенжа в коридоре. Лучник медленно шёл вдоль стены, опираясь на неё рукой, чтобы снова не упасть в обморок.       — Сенж? — негромко окликнул его девушка.       Сенж повернулся к ней, и Тиа увидела капельки пота на лбу. Расстояние от трапезной до коридора далось ему явно с трудом.       — Всё в порядке, — переведя дух, ответил Сенж, губы растянулись в мучительной улыбке.       Лучник снова отвернулся и заковылял вперёд; волосы разметались, а верхняя пуговица рубашки была расстёгнута, как если бы Сенжу стало невыносимо жарко.       — Мне-то уж не лги, — фыркнула принцесса.       Она догнала лучника и перекинула его руку себе через плечо, игнорируя все протесты. Сенжу пришлось сдаться и полностью опереться на Тианиссу, которая, что удивило лучника, без особого труда вела его вперёд. Гномка снова напомнила ему его сестру Доротею, и лучник невольно хмыкнул.       — Ты чего? — Тианисса приостановилась, испугавшись, что могла неловко потревожить раненую руку лучника. Но Сенж сморщился от смеха, а не от боли.       Он взглянул на девушку с чуть кривоватой улыбкой.       — Ты просто так похожа на мою сестру! Помню, как однажды ей пришлось тащить меня с речки, когда я чуть не утонул, порядком наглотавшись воды! — Сенж снова рассмеялся. — Я был похож на мокрого цыплёнка, а она на настоящего воина – такая решительная, сильная…       Сенж вдруг умолк, и улыбка сползла с его лица. Вместе с приятными воспоминаниями пришло осознание, что сестра давно мертва и больше он её никогда не увидит.       — Тебе очень не хватает её, — тихо сказала Тианисса, повернувшись лицом к Сенжу.       — Да, — подтвердил лучник, смотря прямо перед собой невидящим взглядом. — Она была единственной, кто всегда меня поддерживал.       — А как же Эсфирь? — неожиданно вспомнила Тианисса. — Ты обещал мне рассказать о ней. Если, конечно, хочешь.       Принцесса прикусила губу. Может, Сенж вовсе не хотел вспоминать о случившемся, а она заставила его снова бередить зажившую рану. Но лучник ничем не показал, что эта тема ему неприятна. Он лишь пожал плечами, вновь медленно двигаясь вперёд, опираясь на принцессу.       — Если тебе так интересно, то я поведаю тебе эту историю. Но давай сначала дойдём до моих покоев – шумный коридор не место для таких бесед.       Тианисса кивнула, поудобнее устраивая руку лучника на своём плече. Медленно ковыляя, они наконец добрались до покоев Сенжа, возле которых обнаружили часового.       — Ты можешь идти, я сама присмотрю за Первым лучником, — сказала Тианисса. Она знала, что король всё ещё опасался за жизнь Сенжа, поэтому приставил к его покоям охранника.       — Я буду поблизости, — поклонился страж, после чего скрылся за углом.       Тианисса ввела лучника в комнату, и Сенж чуть ли не повалился на кровать, как большой мешок с картошкой. Он заполз на кровать с ногами, после чего победно скинула сапоги, используя только одну руку. Тиа закрыла дверь и помогла Сенжу избавиться от сюртука, который аккуратно убрала в шкаф. Потом она подставила к кровати стул и присела, дотронувшись рукой до предплечья лучника.       — Покажи мне свою руку, — мягко попросила принцесса, поймав на себе внимательный взгляд Сенжа.       — Нет.       Сенж даже отодвинулся, лишь бы Тиа не прикасалась к нему. Каждый день он всё меньше хотел, чтобы тема его загнивающей руки была главной во всех разговорах с ним. Гном решил отвлечь принцессу историей об Эсфирь, которую она так хотела услышать. Тианисса не стала настаивать на осмотре руки и сама взяла на себя инициативу поговорить на другую тему. И выбрала она ту, что давно её мучила: она решила поговорить о Линэе. Тианисса словно ждала этого разговора с начала ужина, и Сенж удивлялся, что она так долго держалась. А теперь барьер, удерживающий все слова, рухнул, и принцесса не могла сдержаться. Она подсела ближе и с досадой посмотрела на Сенжа.       — Ты веришь ей, Сенж? Веришь Линэе? — спросила девушка.       Сенж пожал плечами. Он не мог сказать точно, верил ли он в слова дикарки, но звучали они довольно-таки странно. Особенно странной показалась ему история о Саймоне, который якобы знает всё на свете, но в то же время никто не может его увидеть.       — Она просто долго прожила одна, — подытожил свою версию Сенж. — Тут хочешь-не хочешь, а придумаешь себе воображаемого друга. По себе знаю! — Лучник усмехнулся. — Когда я ждал своего спасения в недрах подземного плена, мне стало казаться, что я вижу свою сестру…       — Но эти галлюцинации были у тебя от употребления мёда, поэтому не наговаривай на себя! — перебила его Тианисса. Немного помолчав, принцесса сказала: — Надо бы приставить к ней служанку, которая могла бы сопровождать её везде. А то эта Линэя прилипла к Кили, как заноза, и не отходит. А он не может отвлекаться на всю ту ерунду, что она будет болтать…       Сенж хитро сощурился, понимая истинную причину такого недовольства Тианиссы. Она просто ревновала Кили, хоть и пыталась это скрыть, однако все эмоции были написаны на её лице. Сенж постарался поддержать Тиа, но ещё напомнить ей, что замуж она должна выйти за Фили.       — Линэя просто никого здесь не знает, не злись на неё, — мягко сказал Сенж, стараясь удержаться от громких возгласов и наставлений.       — Я и не злюсь! — фыркнула принцесса, вскакивая со стула; её тёмные волосы взметнулись, сделав принцессу похожей на большую чёрную кошку. — Я просто не понимаю, почему Кили ей так верить и сам ни на шаг не отходит?       Сенж хотел бы сказать, что Кили просто пытается быть вежливым, ведь это он пригласил девушку во дворец, а потому и чувствует за неё ответственность, но только лучник сам мало верил в эти оправдания. Кили тоже смотрел на Линэя не просто с чувством заботы…       Неожиданно дверь в комнату открылась, и вошли именно те, кого обсуждали Тиа и Сенж – это были Кили и Линэя. К Сенжу закралось неожиданное провидение, что раз Линэя общается с неким Саймоном, то запросто могла и сама читать мысли или слышать сквозь стены! Тианисса замерла у стены, с нескрываемым раздражением разглядывая дикарку. Линэя держала в руках лук, крепко прижимая к себе, а Кили натянуто улыбнулся, поняв, что они помешали разговору.       — Тианисса? — выдохнул Кили. — Мы не знали, что ты здесь.       — Зачем ты привёл её сюда? — выпалила девушка, не слишком заботясь о тоне, каким был задан вопрос.       — Тише, спокойно! — Кили примирительно выставил руки вперёд и шагнул ближе к лучнице, как бы пытаясь защитить её. — Мы здесь чтобы помочь.       Тианиссу передёрнуло от такого «мы», но она постаралась держаться невозмутимо, и потому спокойна села на стул и скрестила руки на груди. Сенж удобнее утроился на подушках, с любопытством разглядывая вошедших.       — Помочь кому, интересно? — спросил лучник.       — Тебе, конечно! — воскликнул Кили, не обращая внимания на иронию в словах Сенжа. — Или предпочтёшь, чтобы мы пригласили Сибелиуса?       Сенж примирительно выставил вперёд руку и покачал головой.       — О нет! Лучше вы, чем Сибелиус! — после чего кривовато улыбнулся, обращаясь к Линэе. — У тебя и правда есть чудодейственные травы, которые творят чудеса? Лучница с хитринкой в глазах в глазах взглянула на Кили, а потом на Сенжа.       — Есть. Но не здесь. Все целебные и нужные травы в сундучке, который я привезла с собой. так что поднимайся и следуй за мной в покои, — чуть ли не повелительным тоном сказала Линэя.       У Кили это вызвало улыбку на губах, а Тианисса раздражённо фыркнула. Но Сенж заметил, как сильно у неё тряслись руки, принцесса разволновалась, хоть и пыталась это тщательно скрыть.       Кили помог Сенжу подняться и обуться, а Тианисса подала ему повседневный плащ, который хорошо прикрывал его руку. Линэя первая вышла в коридор и огляделась. Поблизости могли быть стражники, и потому они пробирались тихо и осторожно, словно беглые преступники. Тианисса с Сенжем шли сразу за лучницей, а Кили замыкал эту безмолвную осторожную процессию.       Тианисса была недовольна тем, что происходило, и по большей части просто не понимала, но и спорить не хотела, раз речь шла именно о спасении Сенжа. Она лишь слегка ткнула лучника в бок, но тот тихо усмехнулся и пожал плечами, мол, терять ему уже нечего. В покоях Линэи царил беспорядок, хотя она провела там не больше суток. Перед походом на ужин она просила никого не заходить и ничего не трогать. После того, как служанка обрядила её в чудовищное платье и сделала ужасную причёску, Линэя подальше убрала свою тюк, а потом убежала. Побродив по коридору, она наткнулась на Тианиссу, а потом вернулась в комнату, где, на её счастье, никого не было. Линэя спрятала подальше свои травы, запихнула под кровать тюк с одеждой, а мешок с колокольчиками убрала под половицу, которая надломилась под воздействием ножа. Там Линэя решила подержать дух Саймона, пока король лично сам не захочет услышать его. До тех пор никто не должен украсть его.       Первой в комнату вошла Линэя, убедилась, что никого нет, и запустила всех остальных. Тианисса буквально втащила Сенжа, у которого уже стали заплетаться ноги от быстрой ходьбы. Кили запер дверь, бегло осмотревшись и убедившись, что их никто не видел. Тиа усадила Сенжа на стул, а потом повернулась к Линэе и Кили, смотря на них вопросительно.       — Итак, кто-нибудь из вас мне объяснит, почему мы крались по коридору, а теперь ещё собираемся делать что-то с Сенжем без разрешения Сибелиуса?       Сенж лишь пожал плечами, предоставив Кили возможность оправдываться. Тот поджал губы, посмотрел на Линэю, а потом подошёл ближе к Тианиссе, чтобы не кричать через всю комнату о своём плане. Лучник вкратце рассказала принцессе о том, что произошло с ними в пути, и как Линэя вылечила его руку, после чего снял перчатку и продемонстрировал сказанное.       — Рана была нешуточная, я мысленно распрощался с возможностью держать в руках лук. А теперь взгляни – как будто ничего не было! Разве это не чудо!       Рядом фыркнула Линэя, которая как раз извлекала маленький сундучок со своими травами из укрытия.       — Это не чудо, Кили. Это просто правильное использование ингридиентов и нужные слова! Тебе помог Саймон, потому что я попросила его об этом!       На минуту повисла тишина, но Линэя как будто не обратила на неё внимания, продолжая копаться в своём сундучке. Тианисса покачала головой, давая Кили понять, что лучше им не связываться с чокнутой дикаркой, но тот лишь нахмурился и, схватив Тианиссу за руку, вывел её в коридор на пару слов.       — Ты что, сам не понимаешь, что она совершенно ненормальная? — зашипела на Кили Тианисса, стоило им оказаться одним в коридоре.       Кили испуганно оттащил принцессу подальше от двери, надеясь, что Линэя её не слышала. Гном приложил палец к губам.       — Как бы там ни было, врачует она неплохо! — негромко парировал Кили, оглядываясь по сторонам. За ними никто не следил.       Тиа закатила глаза и привалилась спиной к холодной стене, скрестив руки на груди. Она недовольно качала головой.       — Ты не хочешь, чтобы Сенж исцелился? — Кили подошёл к принцессе и слегка тронул её за плечо.       Гномка вскинула глаза на лучника, а брови её при этом недобро сдвинулись. Она отскочила от стены, чуть ли не нападая на Кили и тыча в него указательным пальцем.       — Больше всего на свете я хочу, чтобы Сенжу стало лучше! Но лечить его должен Сибелиус, а не так, кого мы знаем чуть больше суток! — Тианисса разозлилась по-настоящему, Кили видел, как в её глазах плясали дикие огоньки.       Гном постарался упокоить принцессу, примирительно выставив вперёд руки.       — Я знаю Линэю чуть дольше! И на себе испытал её мастерство врачевания. Так что ей можно верить. А Сибелиус предлагает только один выход, и ты знаешь, что Сенжу он не по вкусу. Так что у нас просто нет выбора – либо травы Линэи подействуют, либо Сенж умрёт – что и так будет неизбежно, если мы ничего не сделаем. Поэтому я прошу тебя о терпении. Дай Линэе шанс. — Кили приблизился и аккуратно тронул Тиа за руку. — Пожалуйста.       Тианисса смягчилась. Она расслабила руки и перестала наступать, слова Кили произвели на неё нужный эффект. Слова гнома, который был ей небезразличен, и это злило ещё сильнее. Но принцесса собралась, коротко кивнула и без лишних слов вернулась в комнату. Кили постоял лишь секунду, переводя дыхание, после чего последовал за Тиа.       Линэя уже развесила повсюду свои колокольчики, а Сенж сидел на стуле с расширенными глазами и кривоватой улыбкой на губах. Он молча наблюдал за дикаркой, боясь спугнуть её манипуляции. Рыжеволосая лучница была очень сосредоточена, очень чётко отмеряла расстояние межлду колокольчиками и потирада переносицу, будто решала, какое платье ей надеть к обеду. Увидев вошедших Кили и Тианиссу, она широко улыбнулась и отошла к двери, обведя рукой проделанную работу.       — Здесь колокольчики смотрятся очень красиво! Саймону тут нравится! — Линэя посмотрела на Кили ожидая его реакции.       Юноша относился к происходившему совершенно спокойно, словно развешивание языческих атрибутов было делом обыденным, а потому согласно кивнул и плотнее закрыл дверь. Тиа отошла к стене и просто вжалась в неё, скептически наблюдая за происходящим. Она решила не мешать, а просто посмотреть, что из всего этого выйдет.       Линэя попросила Сенжа снять плащ, после чего принялась разбинтовывать его руку. Как только она закончила, то быстро зажала ладонью рот, сдерживая рвотный позыв. В комнате сразу образовался запах гниения и разложения. Тиа даже отскочила от стены, чтобы взглянуть. Линэя тяжко вздохнула.       — Ну что ж, — мрачно сказала она, — приступим!