Часть 7
27 сентября 2014 г., 22:17
Перед глазами плясали озорные пятна, которые с большим трудом слились в нормальную картинку реальности. Голова болела так сильно, словно по ней ударили пудовой наковальней. Схватившись за неё руками, Кили зачем-то попытался встать, но сильнейшее головокружение заставило его качнуться из стороны в сторону, и гном вновь упал на кровать. Кили прикрыл глаза и прерывисто задышал. Болело всё тело. Он попытался припомнить события минувшего вечера. Перед глазами одна за другой проносились лихие картинки, в которых Кили видел себя, лежащим на полу и получавшим удары от неизвестных. А потом темнота. Видимо, его хорошо ударили. Открыв глаза вновь, Кили понял, что находится в лечебнице. Но кто его сюда доставил? Явно не пьяный Генри, который даже на ногах стоять-то не мог.
Вдруг дверь открылась, и вошёл королевский лекарь. Он деловито поправил круглые очки на своём носу и заставил Кили выпить какую-то настойку.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил лекарь, садясь перед Кили и глядя на него своими мутными старческими глазами.
— Нормально. Только голова болит, — ответил темноволосый гном. — А как я оказался здесь?
— Тебя доставили вчера вечером. Твой приятель Генри и ещё два гнома, — сухо ответил лекарь. На его лице не дрогнул ни один мускул, лицо было очень плоским и безэмоциональным. Кили он всегда казался злым и неразговорчивым.
— Генри? Он в порядке?
— Ну, если не считать разбитого лица и головной боли от похмелья, то он в полном порядке. А тебя я уже выпущу отсюда на следующий день. А пока лежи и набирайся сил. — Лекарь собрался выйти, но потом резко развернулся и посмотрел на Кили. — Твой брат приходил. Но я не велел ему тебя беспокоить. Он был крайне недоволен…
Лекарь нарочито подчеркнул последние слова, чтобы Кили почувствовал всю серьёзность происходящего. Внутри у Кили всё сжалось. Фили точно не погладит его за это по головке.
— Спасибо… — выдавил Кили и с грустью откинулся на подушки.
Лекарь слегка кивнул и вышел. А темноволосый гном остался наедине со своими мыслями, в которых Фили отрывает ему и без того болящую голову.
***
Фили гневно мерил комнату шагами, пытаясь унять волнение. Когда ему сообщили, что его брат учинил драку в таверне и поплатился за это, то первым чувством, которое овладело молодым королём, был страх. Но потом он сменился гневом. За каким Кили пошёл в эту таверну? Горный вой – место для кучки сброда, которые не знают, куда деть своё время и деньги. Но когда Фили узнал, что с ним был Генри, то никаких объяснений больше не потребовалось. Молодому королю с самого начала не нравилась дружба Кили с этим преступником, который находился в темнице ещё при Торине. Может, не стоило его прощать? Сидел бы себе в клетке, отбывал наказание, и не сбивал бы с пути его глупого младшего брата. Фили злился. На Генри, на Кили и на себя. Он сам виноват в том, что не обращает внимания на младшего, и тот предоставлен сам себе. Вот и попал под влияние шалопая Генри, которому всё равно где и с кем напиться эля. Но вот в то, что Кили учинил драку, Фили не хотел верить. Скорее всего, это Генри её учинил, а младшему досталось случайно, но, тем не менее, это его нисколько не оправдывало. Фили намеревался закатить грандиозную взбучку, но когда лекарь запретил ему увидеться с Кили, сказав, что брат сейчас спит, то гнев вновь сменился страхом. — Бедный мой Кили, — плакала рядом Тэйя, — не мог он сам устроить там драку, наверняка ему просто досталось во всеобщей суматохе. — Не оправдывай его, мама! — грубовато кинул Фили. — Кили уже не ребёнок и должен сам отвечать за свои поступки. — Фили, в тебе сейчас говорит злость на него. Я его не оправдываю, но знаю, что наш Кили добрый мальчик, он никогда никого не обижал. Ох, лекарь сказал, что ему придётся пробыть в лечебнице до завтрашнего утра. А вдруг с ним что-то серьёзное? Вдруг они сильно его покалечили? — Тэйя закрыла лицо руками и начала плакать. Фили перестал хмурить брови и сел на корточки возле матери, отнимая её руки от лица. — Мама, прости, я не хотел злиться. С ним всё в порядке, не волнуйся, просто его по голове ударили, он наверняка уже очнулся. Позже я зайду к нему. — Фили, обещай, что не будешь кричать на него. Я очень тебя прошу, ему и так досталось… — Гномка всхлипнула и безрадостно посмотрела на сына. Фили вздохнул и слегка улыбнулся. — Хорошо, мама. Я не буду кричать. Но серьёзно поговорить с ним мне всё равно придётся. Я не хочу, чтобы он дружил с Генри. Мне придётся отправить его приятеля охранять южные границы, чтобы без дела не слонялся и не сбивал Кили с толку, — ответил молодой король. — Ох, сынок, — вздохнула гномка, — ты у меня такой взрослый, такой… король! Но может не стоит пока принимать таких решений? Возможно, этот Генри переосмыслит своё поведение… Фили резко встал и подошёл к окну, глядя на падающие с деревьев жёлтые листья. — Будем надеяться, — ответил молодой король.***
— Джарек, что ты вновь задумал? — испуганно спросила Софи, когда увидела, что брат держит в руках новенькие метательные ножи. Она недоверчиво перевела взгляд с них на брата. Джарек сегодня был в бодром расположении духа. Он проснулся ранним утром, а потом куда-то ушёл, вернувшись с новыми ножами. Софи терпеливо ждала его, как обычно, не смея никуда выходить. Но сейчас брат даже не спрашивал её об этом. Он разложил пять новых ножей на столе, а свой мешок вновь спрятал под кроватью. — Эти ножи сослужат нам хорошую службу, милая сестрица! — пропел Джарек, хватая Софи за руки и кружа по комнате. Гномка вздохнула. Опять её придётся делать то, чего делать совсем не захочется. — А что потребуется от меня на этот раз? — обречённо поинтересовалась Софи. Джарек вдруг остановился, удивлённо смотря на неё. — От тебя? От тебя, милая сестрица, мне потребуется лишь повиновение и уважение! Ты же любишь своего брата, верно? — Джарек вдруг больно сжал её запястье. Софи пождала губы, не смея вырвать свою руку из руки брата, и выдавила из себя улыбку. — Конечно люблю, Джарек, ты же знаешь! Гном оскалился и оттолкнул от себя Софи. Потом он взял один из лежавших на столе ножей и слегка приставил к горлу сестры. — А раз любишь, то будешь делать то, что я велю, так ведь? — Гномка растерянно кивнула, а Джарек хмыкнул. — Скажи мне, что ты думаешь о Фили? Я хочу знать твоё мнение! — Моё мнение? — удивилась Софи: Джарек никогда не интересовался её мнением. — Да, твоё мнение, — раздражённо повторил Джарек. — Ты стала плохо слышать или ещё хуже соображать? Что ты думаешь о Фили? Охарактеризуй его для меня! Софи немного призадумалась. Она знала немного о Фили, но всё же уже успела подчеркнуть некоторые особенности его характера. — Он добрый. Отзывчивый, как мне показалось. И очень ответственный. Симпатичный. — Щёки Софи покраснели. Она опустила глаза, боясь, что могла сказать что-то лишнее. Но Джареку понравился её ответ. — Очень хорошо, Софи! Значит, сделать это для тебя не составит труда! Только вот брат его… этот Кили. Кажется, он не так доверяет нам, как Фили. Но ничего, на него управу я найду. Главное, чтобы он нос не совал не в своё дело! Кили я сам займусь. А твоё дело – Фили! — закончил Джарек. Софи непонимающе на него уставилась и захлопала длинными ресницами. — В смысле? Что ты хочешь чтобы я сделал с ним? Убила? Нет, ни за что! — воскликнула гномка. — Убила? — теперь удивился Джарек. — Милая сестрица, я сам убью его, когда придёт время! А твоё дело другое! — Он лукаво заморгал, обходя сестру по кругу. — Совсем другое..! А теперь можешь идти к завтраку! А если спросят про меня, то ответь, что мне немного нездоровится. — Ты не пойдёшь со мной? И что такое другое я должна сделать с Фили? — испуганно спросила Софи. — Я скажу тебе. Только позже. А сейчас нам нужно сделать самое основное – стать эреборцами. Мы должны слиться с их толпой, стать незаметными, ничем не выделяться, словно жили здесь всегда. Если мы будем привлекать к себе внимание, то Кили, а возможно и кто-то ещё будут ещё больше подозревать нас, и недоверие, словно ядовитая змея, расползётся по тому тонкому льду, на котором мы стоим. — Так что же ты всё-таки задумал? — еле слышно спросила Софи. Джарек собрал свои метательные ножи и повернулся к сестре. — Скоро. Очень скоро ты всё узнаешь, милая сестрица!***
Ближе к вечеру, когда одна служанок принесла Кили ужин, вновь появился лекарь. Он налил в стакан очередную порцию настойки и залил водой, а потом заставил Кили это выпить. Жмурясь, темноволосый гном пытался уговорить лекаря отменить горькое лекарство, ведь ему стало лучше, но мрачный лекарь так посмотрел на него, что Кили просто закрыл глаза и залпом выпил целебную гадость. Часть её попала не в то горло, вызывая приступ кашля. Лекарь удовлетворённо ухмыльнулся и вновь поспешно вышел. После той гадости, которую пришлось выпить гному, ужинать совершенно не хотелось. Кили отломил маленький кусочек чёрного хлеба и отставил поднос. Голова уже прошла и больше не болела, но лёгкое головокружение и тошнота остались. Интересно, как там Генри? Почему он не зашёл к нему? Может, его хоть немного мучает совесть! Ведь Кили просил его уйти, но приятеля больше интересовала юбки какой-то шлюхи, за что поплатился именно Кили. Но это всё из-за того, что он не мог смотреть, как избивают пьяного Генри, который даже за себя постоять был не в состоянии. Вздохнув пару раз, Кили понадеялся, что разговор с братом откладывается до завтра, но неожиданно массивные двери со скрипом открылись. Кили испуганно сжался и быстро закрыл глаза. Может притвориться спящим? Тогда Фили уйдёт, а на следующий день успокоится и не будет на него кричать и злиться. Кили был абсолютно уверен, что всё это случится, ведь Кили действительно не за что хвалить. Фили встал возле стены и, скрестив руки на груди, несколько минут смотрел на притворяющегося спящим брата. Кили буквально чувствовал на себе прожигающий взгляд Фили, поэтому не смог долго изображать спящего. Открыв глаза, он сначала посмотрел на Фили, а потом на пол, не зная, куда деться. Кили почему-то чувствовал себя так, словно он совершил самое страшное преступление на свете, за что должен ответить перед братом. И почему младший вдруг стал так бояться? Фили продолжал стоять в своей непринуждённой позе, скользя взглядом по брату. После чего он подошёл к кровати и сел на стул. Кили нервно теребил одеяло, не смея поднять глаз и не зная, с чего начать оправдываться. Но Фили начала первым говорить: — Как ты себя чувствуешь? — сухо спросил старший. В его голосе было столько холода, что Кили ещё больше стало не по себе. — Уже намного лучше. Завтра смогу выйти отсюда, — едва слышно пробурчал младший, ещё ниже опустив голову. — Фили, я… Но молодой король не дал ему договорить. Он вскочил со стула и вновь привалился спиной к стене, силясь, чтобы не начать орать, ведь он обещал матери быть сдержанным. — Кили, какого балрога? Ты в своём уме? Ты напился и устроил драку в таверне, в которой и быть-то не должен был! Какого чёрта, Кили, объясни мне? — Фили всё же не выдержал и сорвался на крик. — Фили, я не напивался и не устраивал драки, — тихо сказал Кили, подняв взгляд на брата. — Вот как! А хозяин таверны сказал мне, что ты накинулся на каких-то гномов и начал бить их, а потом и сам получил. А этот твой Генри, чёрт бы его побрал, чуть не изнасиловал какую-то девушку! — ядовито изрёк Фили, смерив младшего взглядом. Глаза Кили округлились. Хозяин трактира решил оклеветать его, потому что больше не на кого было свалить всю вину, ведь те обидчики сразу же скрылись. — Фили, это всё неправда. Мы сидели с Генри и никого не трогали. Ну его потянуло танцевать, он потянул с собой какую-то девушку, а потом к нему подошли неизвестные и просто начали избивать его. И самое ужасное то, что никто не пытался помочь ему, никто! Мне ничего не оставалось делать, как помочь ему. Я кинулся на них, но их было трое. Один держал меня за руки, а другой разукрашивал моё лицо, пока я не отключился. Вот и всё, что было! — закончил Кили. — Что ты там забыл? — ярость брата вновь сменилась холодной безэмоциональностью. — Что? — не понял Кили. — Что. Ты. Забыл. В этой. Таверне? — медленно и по слогам спросил Фили. — Я… я просто пошёл туда с Генри, чтобы немного отдохнуть. Я обещал ему до этого, но потом ты заставил меня присутствовать на ужине, — пробормотал Кили. — Заставил? — теперь Фили не смог сдержать своего удивления. — Ах, значит, я тебя принуждаю делать то, что ты не хочешь, против твоей воли? Тебе предпочтительнее проводить время в сомнительной компании среди сброда пьяниц, чем с родным братом, которому нужна твоя поддержка? — В голосе Фили было столько обиды, что Кили пожалел о своих словах. — Фили, я не это имел в виду. Просто я хотел сказать, что собирался сходить Горный вой с Генри раньше, но не смог… Но он нашёл меня и просто попросил составить ему компанию, я не думал, что всё так закончится… Фили в один прыжок оказался рядом и схватил его за запястье. — Да, братишка, ты вообще своей головой не думаешь. Зачем ты связался с этим преступником? Я тебя предупреждал, что дружба с ним не приведёт ни к чему хорошему. А если бы эти гномы убили тебя? Генри вообще было бы плевать, он продолжил бы свою попойку и не вступился бы за тебя. И почему ты всегда выбираешь таких друзей. Если бы ты не захотел дружить с Уиллом, ничего бы не случилось, а теперь ты связался с Генри и вновь расплачиваешься за это, — в сердцах бросил Фили. — Так всё-таки ты считаешь, что я виноват в том, что Уилл оказался предателем? — Кили сбросил руку брата, а глаза его неожиданно заблестели. Фили вдруг опомнился. Конечно, он так не считал, просто сейчас в нём говорила обида и злоба. Ярость в глазах сменилась страхом большой ссоры. — Кили, Кили, прости! Нет, я так не считаю, Кили, прости меня, — Фили пытался извиниться, но Кили больше не хотел его слушать. Пара случайно брошенных слов – и всё. — Уйди, Фили, я хочу спать. — Кили отвернулся к стене и натянул одеяло до подбородка. Темноволосый гном с силой зажмурил глаза, чтобы ни одна слеза не посмела выкатиться. — Кили, прошу… Я не хотел, — пробормотал Фили. Но младший не ответил. Он продолжал неподвижно лежать, притворяясь спящим. Фили тихо вышел и отправился к себе. «Ну что, доволен? Добился своего? Повоспитывал младшего брата?» — ругал себя Фили, по пути в комнату. Молодой король надеялся, что завтра обида младшего ослабнет, и они смогут нормально поговорить. А пока оставалось злиться на себя, на брата и на те слова, которые были сказаны в порыве злости.
