Преемник — 2: Настоящий король

      Отсылка к началу одиннадцатой части       Миа открыла глаза. На ресницах был иней, а закоченелые руки потеряли чувствительность. Девочка попыталась встать и понять, где она находится. Как только она приподнялась на локтях, голова начала кружиться, а к горлу подкатила тошнота. По телу пробежали мурашки, словно девочка была на холодном ветру, который впивался в кожу зубами-иглами.       Кое-как справившись с обессиленным телом, Миа заставила себя принять сидячее положение и оглядеться. Пол под ней принялся шататься, и девочка испугалась, что сейчас упадёт в пустоту. Сморгнув набежавшие слёзы, которые резали глаза, словно льдинки, девочка напрягла зрение и поняла, что она находится в клетке, которая была подвешена почти что к потолку. Осторожно пододвинувшись к краю решётки, Миа попыталась заглянуть вниз и понять, где она находится, и кто их похитил. Снизу тянуло дымом и жареным мясом. Непонятного наречия крики были едва различимы и не похожи на гномий говор. Кто же напал на них с отцом?       Миа вновь напрягла зрение, которое после удара по голове давало совершенно нечёткую картинку. Сощурившись, девочка увидела жутких, страшных существ, разрывающих голыми руками кабанов и жарящих их на вертеле. Некоторые ели сырое мясо, не дожидаясь, когда оно приготовится. Девочка вновь почувствовала, что её тошнит. Она отползла не середину своей шатающейся клетки и распласталась на её дне. В горле пересохло и хотелось пить, только вряд ли она в ближайшем будущем увидит воду. Эти существа наверняка съедят её так же, как и несчастного кабана. Где же отец? Что стало с ним? Вдруг они уже убили его? Девочке не хотелось в это верить, но похоже, что именно так всё и случилось. Почему тогда её не убивают? Чего эти существа ждут?       На глаза вновь навернулись слёзы, которые стали резать опухшие глаза. Девочка укуталась в свою старую куртку, которая очень плохо согревала, и принялась дышать на сцепленные в замок ладошки, которые уже тряслись от холода. Отцовскую шубу с неё сняли.       — Тащи ещё одного кабана, — закричало существо на общем наречии.       — Нет, подавайте мне гнома, сожру его прямо так, с кожей и костями, — ответил другой, не менее мерзкий голос.       Миа в страхе подползла к прутьям решётки, чтобы повнимательнее разглядеть обладателя мерзкого голоса.       — Гномов сейчас нельзя жрать, их и так у нас мало. Хозяин прирежет тебя, если тронешь хоть одного из них, — сказал первый монстр.       Второе существо лишь прорычало в ответ и принялось выковыривать из зубов кости кабана. Миа неловко перекатилась на другую сторону клетки, и та, зашатавшись, издала противный скрип. Одна из тварей подняла голову, продолжая обгладывать сочные косточки животного. По лапам текли слюни, а глаза блестели в свете разведённого костра.       — Девчонка пришла в себя. Можно её сожрать? — вновь спросил самый голодный.       Другое существо сильно ударило его кулаком в морду и зарычало, изрыгая из пасти нечеловеческий гортанный вопль.       — Хозяин порвёт тебя на мелких кабанят, отродье. Гномов не трогать, пока он сам нам не прикажет. Забыл, каким Хозяин бывает в гневе?       Миа затряслась от страха, съёжившись в своей клетке. Она закрыла глаза и попыталась представить, что сейчас она дома, лежит под тёплым одеялом, потягивает горячий чай и ждёт, когда папа расскажет ей сказку. И пусть крыша их дома давно прохудилась – нет места роднее и милее. Всё происходящее должно оказаться не более, чем страшным кошмаром. Наутро девочка проснётся и посмеётся над этим кошмаром вместе с отцом.       Досчитав до десяти, Миа хотела было открыть глаза, чтобы убедиться в правильности своих мыслей, но её клетка стала опускаться, издавая противные вопли скребущегося в дверь бездомного кота. Железо задребезжало, безжалостно ломая слух. Миа закрыла уши руками, чтобы не слышать этот противный звук.       Твари, с силой дёргавшие за рычаг, гортанно смеялись и брызгали слюнями, мечтая порвать девчонку на куски. Миа отползла в дальний угол клетки, как будто существа её там не могли заметить. Когда клетка опустилась, кто-то открыл клетку и вытащил девочку на свет за шкирку. Он бросил её к костру и хрипло зарычал. Девочка перевернулась на спину и уставилась на пленителей. Это были орки. Но не такие, которых она видела раньше, – эти были в тысячу раз страшнее их. Их сморщенные рожи напоминали помесь орка, вепря и варга. Волосы росли даже на спине, и это делало их схожими ещё и с лошадьми. Гнилые зубы, словно бивни, торчали из ртов, не помещаясь в них полностью. На этих существах не было ничего, кроме набедренных повязок. Ножны с кривыми кинжалами, размером с девочку, пугали не меньше, чем эти твари.       Миа хотела закричать, но горло не смогло издать ни звука. Хрип, больше похожий на мыший писк, только повеселил орков. Один из них щёлкнул девочку по спине, словно хотел с ней поиграть.       — В котёл её бросим? Или прямо так сожрём?       Увидев, как их жертва затряслась от страха, орки лишь громче загоготали.       — А может, бросим нашим варгам? Они сначала оторвут ей руки, потом ноги, а когда доберутся до лица…       — Заткнитесь, тупые безмозглые идиоты, — прорычал кто-то из шайки тварей. — Хочешь, чтобы Хозяин всем нам кровь пустил? Он приказал не трогать девчонку!       Миа посмотрела на того, кто только что «заступился» за неё. Это тоже был орк, только не такой уродливый, как остальные. Правда, один его бивень был сломан, но на морде было не так много шрамов, как у остальных. Длинные когти орка чуть ли не в кожу ему впивались, когда сжимал руку в кулак. Орк этот сейчас был вооружён мечом, на котором была засохшая кровь.       — Это тебе Хозяин сказал? Или ты хочешь спугнуть нас, чтобы потом сожрать гномью девчонку в одиночестве? — не унимался самый голодный орк.       Между тварями завязалась перепалка, в ходе которой они начали обнажать свои мечи, ятаганы и кинжалы. Миа стала медленно отползать прочь, чтобы затеряться и незаметно улизнуть, но орки сразу же заметили движение с её стороны.       — Куда собралась, дрянь? — прохрипела тварь, хватая девочку ха шкирку.       Миа завизжала, закрыв руками глаза.       — Отпустите, отпустите меня!       Эти крики вызвали у орков только смех. Тварь встряхнула девочку с такой силой, что у неё закружилась голова.       — Давайте отрежем ей что-нибудь! Руку! Или ногу! А может, и то, и другое! — загоготал другой орк, тыча в девочку своим кривым ножом.       Другие дружно поддержали его и приготовились разорвать девочку, но тварь, которая была изначально против этого, потому что боялась гнева Хозяина, с силой толкнула приятеля, и тот зашатался, чуть не уронив гномочку.       — Брось девчонку! — прошипел орк без одного бивня, вынимая меч.       — Она твоя что ли? — возмутился орк, который чуть не упал.       — Нет. И не твоя. Она принадлежит Хозяину. Брось её, пока он не прокусил твою шею.       — У него и так много гномов, а эта мелкая мне будет на один зуб! — не унимался орк.       Один Бивень подошёл ближе, приставил меч к горлу наглого орка и слегка надавил.       — Брось её. Я больше не стану повторять.       Орк посмеялся и, бросив девочку на пол, схватился рукой за лезвие меча. Из раны заструилась кровь, но орк даже бровью не повёл. Он сузил злые глаза и с силой отвёл от себя оружие.       — Думаешь напугать меня? Хочешь лишиться своего второго бивня, тварь?       Один Бивень зарычал на него в ответ и едва поборол желание перерезать глотку, но тут раздался рык ещё более устрашающий. Все твари мигом утихли, и слышался только треск костра. Миа в страхе подняла глаза и замерла. Страх парализовал её тело, девочка даже крика не могла издать. «Сейчас это чудище порвёт меня на куски», подумала девочка, и из её глаз покатились слёзы, размером с горошину. Ей стало так страшно, что она даже дыхание затаила, не отводя взгляда от Хозяина орков.       Грязные чёрные волосы обрамляли огромную тяжёлую голову, изо рта торчали не два, а четыре бивня, а в носу было маленькое круглое кольцо, словно у свирепого быка. Кожа, испещренная многочисленными порезами и незажитыми ранами, блестела в свете костра. Грива, растущая на спине, словно у дикого коня, доставала до самых бедёр. Орк держал в своих лапах тяжёлый топор, которым за секунду мог разрубить кого угодно.       — Развлекаетесь, твари? — прорычал, словно раскат грома, вожак.       — Они хотели сожрать гномью девчонку, — сказал Один Бивень. — Хотели нарушить ваш приказ, Хозяин.       Чёрный орк перевёл взгляд с Одного Бивня на второго, совсем недавно державшего гномочку в своих цепких лапищах.       — Хозяин, я не собирался нарушить ваш приказ. У вас и так много гномов, а эта слишком мелкая, чтобы…       Договорить орк не успел. Хозяин подошёл совсем близко и без колебаний вонзил топор в живот орка. Тварь протяжно взвыла, а изо рта потянулась тонкая струйка крови. Издав последний вздох, орк упал, а все расступились, чтобы мертвец не задел их.       — Я не собираюсь обсуждать с нарушителями, почему они должны выполнять мои приказы. Запомните, твари: ослушались – распрощались с жизнью.       Все орки продолжали молчать, косясь на тело мёртвого. Хозяин убрал топор и, подойдя к девчонке, ухватил её за шкирку и куда-то потащил.       — Нет, отпустите меня, пожалуйста, — не своим голосом завопила Миа, брыкаясь и размахивая руками.       — Заткни пасть, гномья тварь, — взревел Хозяин, и девочка замолчала, продолжая обливаться слезами.       Пока орк тащил её куда-то, она старалась понять, где они находятся. Место напоминало разрушившуюся крепость, с дырявой крышей и промёрзшими стенами. В холодных коридорах орки жгли костры и ели мясо. Дым уходил прямо в дыры в остатках крыш. Пока они шли, Миа чувствовала ветер, который проникал во все щели крепости и уносил с собой скудное тепло. Миа жалела, что на ней сейчас нет шубы отца. Наверняка она слетела с неё, когда орки тащили их сюда, или эти твари целенаправленно сняли шубу, чтобы гномочка медленно умирала от холода.       Они подошли к подъёмной решётке, и орк то-то гаркнул на чёрном наречии. Решётка стала медленно подниматься, и Чёрный орк потащил девочку внутрь. Здесь определённо было теплее, и повсюду тоже был слышен гам гигантских тварей. Вожак подошёл к большой клетке и, отперев её, бросил девочку туда. Сам он сел на импровизированный трон, состоящий из костей, грязи и дерева. Здесь тоже горел костёр, дым которого выходил в специально прорубленную дыру в стене. Здесь было, по меньшей мере, тридцать орков. Наверняка, самые приближённые Вожака. Они рвали мясо зубами и запивали его вином, горячащим кровь.       Девочка отползла в дальний угол, в самую тень, чтобы её не было видно. Вожак бросил на неё короткий свирепый взгляд, а потом посмотрел на одного из своих слуг. Слуга этот сразу же среагировал и подал Хозяину кусок чёрного мяса и кружку с вином из перезревшего винограда. Сделав глоток, орк поморщился и бросил кружку на пол.       — Что это за отрава? — прорычал он.       Слуга сразу же попятился назад в испуге. Хозяин принялся отрывать от мяса куски, рыча и чавкая, словно свинья. К Вожаку подошёл другой орк, с такими же чёрными грязными волосами на спине, и не менее свирепым взглядом.       — Что там произошло? — спросил орк на общем языке.       — Гномью девчонку хотели сожрать, — ответил Вожак.       — Я тоже считаю, что её надо убить. Отца её тоже. Эта гномья тварь не принесёт нам пользы…       Вожак вскочил со своего трона, сжав пальца на горле орка, и тот захрипел.       — Здесь только я решаю, кто и что принесёт нам пользу. А ты, Вхазр, либо подчиняешься мне, либо сейчас же сдохнешь! Что бы выбираешь?       — Я всегда… всегда тебе подчиняюсь, Ангнотус, — прохрипел Вхазр.       Ангнотус разжал когти, и Вхазр повалился на пол, кашляя и ругаясь на чёрном языке. «Значит, мой папа жив», подумала девочка, услышав об отце. Только что им нужно? Почему сразу не убили?       — Мне нужна его голова. Голова этого юного гнома, их короля. Убившего Шакса.       — Его убил Торин, — сказал Вхазр, вставая.       — Да, но эта гномья мразь уже мертва. А голова короля, которого он выбрал, должна украшать мою пику. Как и голова того гнусного предателя Даина, — прорычал Ангнотус. — Он не сдержал данного слова оркам, сбежал, и теперь преспокойно пребывает в Эреборе. Когда мы нападём, его убейте первым. Короля оставьте мне. Напоследок, перед смертью, он посмотрит, как я разрываю всех гномов на части, а потом и ему снесу голову руками.       — Господин, Даина нет в Эреборе. Гномий мальчишка отослал его прочь. Нам неизвестно, почему, — сказал Вхазр.       — Что?! — взревел Вожак. — Гномья крыса сбежала обратно в Железные холмы?       — Не знаю, — ответил орк.       Ангнотус разинул пасть, выпуская рык и зловонное дыхание. Он сжал руки в кулаки и разорвал на части оставшийся кусок мяса.       — Железные холмы никуда не денутся. Сперва захватим Эребор и лишим их предводителя. Они познают мой гнев сполна. Этот мальчишка должен был сдохнуть ещё в прошлый раз. Пора восстановить равновесие. Готовь пленников.       — Да, но что делать ещё с тремя? И с этой девчонкой?       Ангнотус перевёл взгляд на клетку, и Миа в страхе подалась назад, ударившись затылком о стенку клети. Вожак открыл клетку и, схватив девчонку за руку, выдворил её наружу.       Миа затряслась от ужаса и закрыла глаза. Ангнотус засмеялся и снова куда-то потащил девочку. На этот раз за ними шёл Вхазр. Орки стали спускать вниз, в темноту. Поначалу здесь не было никаких звуков, но потом раздались крики и смех, а в ноздри ударил запах крови и сгоревшего мяса. Миа открыла глаза, в ужасе смотря на всё. Повсюду были развешены факелы, которые освещали голые спины пленников. Повсюду была кровь. Очень много крови. А ещё были клетки в которых были… гномы. Очень много гномов. Одни смиренно сидели и ждали своей участи, другие кричали и сыпали проклятиями.       Вожак подвёл девочку к клетке, где находился её отец. Увидев дочь, он встрепенулся и ухватился руками за прутья.       — Миа, дочка, ты в порядке? — закричал несчастный отец, не сдерживая слёз.       — Молчать! — проревел Вожак. — Я спрашиваю тебя в последний раз, Фарго. Если ты откажешься, я сейчас же оторву ей голову, а потом зажарю и скормлю тебе же. Итак, твой ответ?       — ДА! Да, я согласен на всё! Не трогайте мою дочку, прошу вас… — заплакал Фарго, оседая на пол клетки.       — Папочка, мне страшно, — стала плакать Миа. Она не понимала, что происходит, и зачем им столько живых гномов. А теперь и они попали в плен. Почему же их не убивают?       — Запри девчонку, — приказал Вожак Вхазру. — Выпусти Фарго и помести к другим. А потом пошли ещё отряд к южной границе. Нам нужны ещё гномы…