I Would

Луи запел свой финальный хит перед тысячами, нет, миллионами людей. Это было волнующе. После многочисленной тяжёлой работы он, в конце концов, стал суперзвездой. Луи Томлинсон, звезда настоящего времени. Каждый хотел его, он был знаменитым и любимым, и великолепным. И, к тому же, талантливым. Каждый знал его имя. В итоге все, о чем он мечтал, осуществилось. И Найл, его гитарист, и Лиам, его бэк-вокал, тоже были рядом. Как только он окончил свою песню, толпа зааплодировала. Он попрощался с его любящими фанатами и затем быстро покинул сцену, где, он знал, ждет Гарри, его парень. Гарри улыбнулся ему, и вдвоем, рука об руку, они вошли в его гримерку. - Луи, ты такой горячий, - сказал Гарри, подходя к Луи с соблазнительным выражением на лице. - Знаю, Гарри. Полагаю, ты тоже. - Ага, мы оба. Вот почему я думаю, что нам нужно заняться сексом. - Что? Гарри? Вечно ты со своими пошлыми предложениями. - Ты отказываешься? - Конечно же, нет. Иди ко мне. - Уже иду, мой прекрасный бойфренд с потрясающими мышцами. Луи с Гарри занимались любовью до рассвета, и Гарри был удовлетворен, потому что его парень был шикарен. - Было ведь было лучше, чем с Кэролайн, не так ли? - Ох, Луи, конечно, разве может быть иначе? - Лу, мы должны пожениться. - Разве? - Да, особенно, когда ты так хорошо меня трахаешь— хxx - Луи! – разбудило Луи хихиканье. Кто-то маленький забрался на него и захихикал еще сильнее. Дэйзи и Фиби, близняшки. - Луи, ты издавал во сне странные звуки. Ты в порядке? Ты умирал! Мы спасли тебя! – смеялась Фиби, обнимая старшего брата. Луи покраснел и закашлялся. - Да, да, вы спасли меня, спасибо. Только теперь никому не рассказывайте, хорошо? - Хорошо, - хором сказали сестры, и Луи прогнал их, поцеловав каждую в лоб. Ему все еще нужно было собираться в школу, но он был таким уставшим, а его рука болела. Стоп, почему она вообще болит? Ох. Вот же черт. Луи быстро оделся и посмотрел в зеркало. Ну ладно, по крайней мере, он выглядел горячо. Луи надел красный свитер, чтобы его мама не замечала этого первые несколько дней. Или хотя бы сегодня. День в школе проходил почти без происшествий; пара толчков там и тут, обед с Найлом и Лиамом, которых он до сих пор находил очаровательными. И он до сих пор не объяснил Гарри, почему так быстро сбежал вчера (Я плохо себя чувствовал. Может, это все из-за еды Кэролайн. Наверное, так и есть. Извини.), и самым волнительным событием этого дня было упоминание Найла о шоу талантов. - Хей, Лу, видел листовки? - Листовки с чем? - Школьным шоу талантов, идиот, с чем же еще? - А, нет, не видел. Почему ты говоришь об этом? - Я думаю, ты должен поучаствовать. - Найл, ты с ума сошел?! – закричал Луи, чуть не уронив свое шоколадное желе. - Так и есть, но у него есть причины, Луи, - добавил Лиам с другой стороны. - Причины?! Ребят, леди здесь смеются даже над тем, как я точу карандаш, неужели вы думаете, что я соглашусь петь перед ними? Найл грустно на него посмотрел. Лиам поддержал его, и Луи ненавидел их обоих. Лиам попытался снова: - Смотри, Лу, ты должен просто игнорировать их, они ничто. Мы знаем, что мы лучше них. Мы знаем. Ты не будешь петь для них, ты будешь петь для нас, для Гарри, для себя. - Это все, конечно, хорошо звучит, но, Ли, ты же знаешь, они не останавливаются, когда дело касается оскорблений и унижений. Они пихают, толкаются и бьют. Не думаю, что когда-нибудь смогу смириться с этим. - Тебе не нужно делать это одному. Найл и я будем рядом. Просто, ты настолько талантливый. Помнишь ту песню, что ты спел нам, когда мы впервые встретились? Она неебически шикарна. - Лиам ругается, он ругается! – Найл резко поднялся и тыкнул пальцем в Лиама, который просто усмехнулся на это, - Но, послушай его, Лу, если он ругается, это значит, что он говорит правду. Луи засмеялся. - Ладно, в этом есть смысл. Если вы, ребята, поможете мне закончить музыку и слова, и, если мы успеем до начала конкурса… который…? - В пятницу. - В пятницу? Это так скоро! Если вы поможете мне довести эту песню до идеала до пятницы, тогда я сделаю это. - Хорошо! - Это мой Луи! - … но только, если вы выйдете со мной на сцену, и Найл сыграет на гитаре, а Лиам поможет бэк-вокалом. - Что? Это жульничество! – зашипел Найл. - Нет, это не жульничество, Найл, замолчи. Договорились или нет? - Договорились, - Лиам улыбнулся, и они с Лу пожали друг другу руки. Вечером, когда все трое пришли домой к Луи и после множества объяснений насчет трех его тату, Луи, Лиам и Найл начали работу. Пока Луи и Найл работали над некоторыми аккордами и слаженным звучанием их гитар, Лиам работал над самой мелодией и лирикой в тех местах, где ее все еще нужно было чуть-чуть исправить. Эта песня была о чистой, неразделенной любви и, после того, как Лиам признался, что он и сам до невозможности влюблен, они с Луи начали гораздо лучше понимать, какие чувства хотят выразить и показать в песне. Они сильно трудились, и даже Лотти и Физзи помогали им, говоря свое честное мнение, которое было примерно ой, мне очень нравится и я хочу это на свой ipod! Луи и самому она очень понравилась. И теперь это была не только его песня, но и Найла с Лиамом тоже. И, по какой-то причине, из-за этого он чувствовал себя лучше. Парни ушли около шести, но Луи продолжал писать немного дольше, окончательно закончив к семи. Случилось так, что именно в этот момент раздался звонок в дверь и неожиданно прибыл Гарри. - О, Гарри, привет. Входи, - сказал Луи, пока сам прятал свою гитару. - Привет, Лу. Что делаешь? - Просто наигрывал всякое, ты знаешь, как обычно. - Как обычно, - повторил Гарри, падая на подушки. - Хочешь немного поиграть в «Battlefield»? - Ммм, нет, на самом деле, я хотел поговорить о твоих тату. Луи поперхнулся воздухом. - Моих тату? А что с ними не так? - Что с ними не так?! Когда ты их сделал? Почему? Как? – Гарри с волнением прыгал вокруг Луи, словно щеночек, и, серьезно, когда случилось так, что в друзьях у Луи оказались только щенки? Луи соврал и сказал Гарри, что он сделал их в прошлую субботу, и добавил, что не рассказывал о них, потому что ему казалось, что Гарри уже заметил их. Он почувствовал, что ему больно, ведь Гарри на самом деле поверил ему, неужели он действительно не обращает на него никакого внимания? После этого он рассказал ему об опыте с Брайаном и как пообещал этому мужчине его (их) первого ребенка, и тема с тату была закрыта. Они начали говорить о мелочах, по большей части о музыке и школе, и Луи снова повеселел. До того момента, когда Гарри снова упомянул о вечеринке. - Ты идешь на вечеринку Салли в эту пятницу, Лу? - спросил Гарри. Луи вдруг стало жарко. - Гарри, ты серьезно? - Серьезно? Конечно. О чем ты говоришь? - Гарри, я не люблю вечеринки! Может, люблю, не знаю, но не вечеринки с таким типом людей! - Каким типом, Луи? - Гарри беззащитно на него посмотрел. И, блять, Гарри такой невежественный. Но с Луи хватит. - Таким, кто запихивает меня в шкафчики и оставляет синяки, Гарри. Тех, кто шепчется за моей спиной, или высказывается мне в лицо. Те, кто приклеивают мне на спину тупые бумажки. Те, кто кричат "педик" мне в след, каждый чертов день. Этот тип людей. Гарри открыл рот, но ничего не сказал. Он уставился на Луи с широко раскрытыми глазами. - И я устал от них, Хаз. Я устал от того, что ты постоянно ошиваешься с ними, не замечая, кто они на самом деле. Ты можешь делать большее, ты хороший человек, они нет. Прости за то, что я такой лузер, а ты часть крутой компании, прости за то, что ты застрял тут со мной, но ты должен увидеть, что они далеко не хорошие. - Луи— - Я не заставлю тебя выбирать между мной и ними, Гарри. Я собираюсь облегчить твой выбор. В конце концов, мы не рождены быть друзьями, - это все была ложь, такая ложь, потому что Луи никогда не встречал кого-то столь подходящего ему, как Гарри, но он не собирался заставлять его оставаться с ним. - Лу... - Просто... уходи, Гарри. Пожалуйста, - слабо добавил Луи. Гарри застыл на своем месте в течение нескольких минут, не двигаясь, не разговаривая, и, Луи казалось, даже не дыша. А после ушел. Он ушел и только тогда Луи начал плакать. ххх На следующий день, в четверг, за день до шоу талантов, Луи избегал Гарри словно чумы. Ему удалось встретить его лишь трижды, и то он был уверен, что сам Гарри не заметил его. Он избежал его даже во время обеда, потому что он, Найл и Лиам пошли в музыкальную комнату, попрактиковать их песню. Луи никогда не чувствовал себя более одиноким и опустошенным, потому что мог пересчитать по пальцам то время в прошлом, когда он был без Гарри, и это ранило больше всего. Гарри стал важной частью его жизни, а ушел из нее так быстро, словно ничего и не значил. Он пошел к себе домой. Нет, у него все еще не было машины. И его жизнь словно бы превратилась в фильм-клише, потому что в этот момент полил дождь. Но он всегда был любителем драмы, так что сейчас особо не жаловался. Как только он зашел в дом, то схватил банку Нутеллы и закрылся в своей комнате, решив больше никогда из нее не выходить. Первые несколько часов он делал свое домашнее задание, но, к своему стыду, закончил его легко и быстро. Он пытался занять себя чтением энциклопедии по истории, но это длилось всего двадцать минут, в течение которых он извертелся до невозможного. И тогда он схватил родную гитару и начал наигрывать бессмысленные мелодии. Играя исключительно грустные мотивы, и уставившись в окно на дождливую улицу, он заметил красный пикап, подъезжающий к его дому. Он не знал никого, у кого бы был красный пикап. Он пристально и с любопытством наблюдал за ним. Дождь сделал трудным разглядеть того, кто вышел из машины, но казалось, это был низкий, худой парень его возраста. Раздался звук дверного звонка, и Луи надеялся, что этот человек, пришел увидеть не его. Он не хотел, чтобы его донимали, он хотел быть в депрессии и одиночестве навсегда или даже дольше. Он остался на месте, свернувшись в клубок рядом со своим шкафом. Раздался стук в дверь. Господи, почему его мама пускает всех в его комнату так просто? Что, если бы это был серийный убийца? Луи вздохнул, он бы не отказался от серийного убийцы прямо сейчас. - Входите. Можно было увидеть кожаные сапоги с того места, где Луи свернулся калачиком на полу. Кожаные ботинки? Он поднял голову, чтобы увидеть, кто носил кожаные ботинки и знал при этом Луи. Он резко выдохнул. Здесь было слишком много красоты. И слишком много кожи. Это значило только одно. Зейн Малик. - Зейн Малик? – прошептал Луи с широко раскрытыми глазами. - Привет, Луи, - помахал Зейн. Что мог Зейн, подобное Богу создание, делать здесь, с обычным смертным вроде Луи? Ой, он сказал это вслух? Зейн засмеялся. - Ага. Не волнуйся, я не буду обращать на это внимания. - Дерьмово… но что ты делаешь здесь? - Послушай, Луи, этим придуркам, которые зовут себя друзьями Гарри, на самом деле все равно. Но мне нет, поверь. Я заметил, что сегодня он был расстроен, не мог даже выговорить и слова, и я спросил, что случилось, тогда он рассказал о вашей ссоре. - И у тебя были все причины так поступить, Луи. Эти люди придурки, и они оскорбляют всех, кто на них не похож, словно они какое-то дерьмо. Я не люблю их, и единственная причина, почему я с ними вожусь, это то, что они не хотят уходить. Я ненавижу их. Единственный, кого я считаю другом это Гарри, он не такой недалекий как остальные. Вот почему я забочусь о нем. Но он не хочет говорить, Луи, не хочет. Я пытаюсь исправить это. Можно? У Луи стало сухо во рту от того, что он до сих пор не мог поверить в то, что Зейн был здесь и говорил эти слова. Никогда он не думал, что у него будет разговор вроде этого. - Да… - Я знаю, почему вы ребята поссорились… или, скорее, я знаю одну из причин. Он тебе нравится, Луи— - Что? Нет, нет, я никогда бы не смог— Зейн усмехнулся. - Тсс, я знаю это, потому что чувствую тоже, что и ты. - Ты влюблен в кого-то? - В мальчика, - Зейн кивнул. И что. Луи почти перестал дышать. Он совершенно точно не ожидал этого. - Почему ты говоришь это, Зейн? Что ты хочешь, чтобы я сказал ему? - Я просто хочу, чтобы ты поговорил с ним. Может, ты поделишься с ним тем, что чувствуешь? - Сказать, что чувствую? Это только разрушит нашу дружбу. - Если ты что-нибудь не сделаешь, все останется так, как сейчас. - Но он не чувствует того же. У него есть девушка! - Они расстались. - Что? Когда? - Вчера после школы, я был там. - Ауч, это ведь было перед тем, как он пришел ко мне. - Немного смущающе, если ты спросишь меня. В любом случае, Луи, Гарри может ответить взаимностью на твои чувства, никогда не говори никогда? - Откуда ты знаешь? - Он никогда не перестает говорить о тебе. Это утомительно. Луи засмеялся. - Серьезно? Господи, он такой идиот. - Так и есть, но… ты любишь его? - Д-да. - Даже если он не любит тебя так, как ты его, навряд ли это разрушит вашу дружбу. - Спасибо, Зейн. За заботу о Гарри… и за этот неожиданный разговор. Спасибо. - Не проблема, - Зейн улыбнулся, - К слову, возможно, твоя сестра только что попросила меня встречаться с ней. Так может, это станет семейной привычкой? – он ухмыльнулся. - Лотти. хxx - Я нервничаю. Ребята. Я нервничаю, я больше не хочу никуда выходить. Убейте меня, убейте меня прямо сейчас! - Эй, Луи, Луи, успокойся! Все хорошо. Мы выйдем вместе с тобой. - Нет. - Луи. - Ладно, хорошо, просто дайте меня подышать. Луи сделал вдох и выдох, вдох-выдох, и продолжал делать это, пока исполнялись остальные номера. Большинство из них были музыкальными, что, в принципе, было ожидаемо, но одним из них было шоу посредственных волшебников (по крайней мере, теперь мы не будем худшими), а другое было комедийным, и они даже были не совсем плохи. В принципе, все было это было мило, но остальные были… средними. Они состояли только из рок-каверов и баллад. Хотя поначалу все было хорошо. Пока они не начали повторяться. Луи хотел бы потерять сознание в этот момент, хотел бы даже умереть. Но он не мог и не поступил бы так, потому что Найл и Лиам были с ним. Он поклялся, что если бы их не было, он отказался бы в тот же момент, когда вообще решился на это. Взойдя на сцену, он мог услышать перешептывания, потому что гляди, это Томлинсон, этот неудачник вообще понимает, что делает? Луи начал потеть, и нет, это было совсем не так как в его мечтах. Дерьмо. Он подошел к микрофону, оглядываясь, чтобы проверить, готовы ли Найл и Луи. Они уже были готовы, и Найл показал два больших пальца вверх. Блять. Он сглатывает. - Эм, привет. Тишина. - Мы «Луи и Собаки» и это авторская песня, которую мы сейчас вам исполним. А вот как это должно быть. Он должен был подать Найлу сигнал, чтобы начать, но не смог. Потому что он увидел Гарри, освещащего все, вплоть до трибун в спортзале, своей яркой улыбкой. Разве ему не положено злиться на Луи? Почему он смотрит на него, как гордая мамочка, хлопая даже сейчас, когда он ничего не играет. Потому что он был Гарри и это то, что делают все Гарри Стайлсы, очаровывают все на своем пути, даже когда им всего лишь шесть лет, и никогда не бросают. И он любит его, так что пошло все к черту. - Эм, я хочу посвятить эту песню кое-кому. Моему лучшему другу… Гарри, я написал эту песню для тебя. Послушай, пожалуйста. И тогда плотина рухнула, он подал Найлу сигнал начинать, эхо от струн пронеслось по помещению, и он начал петь. And up in my head, we were kissing, I thought things were going alright, with a sign on my back saying kick me, reality ruined my life./ Возвращаюсь к мыслям, где мы целовались, я думал, что всё идёт как нельзя лучше, а на спине был приклеен листок с надписью "Пни меня", реальность разрушила мою жизнь. It feels like I’m constantly playing, a game that I’m destined to lose, cause I can’t compete with your boyfriend, he’s got 27 tattoos./ Такое чувство, что я не перестаю участвовать, в игре, где обречён на поражение, потому что не могу соревноваться с твоим парнем, ведь у него 27 тату. Would he say he’s in l-o-v-e, well if it was me, then I would./ Скажет ли он, что л-ю-б-и-т, что ж, если бы это был я, я бы сказал. Would he hold you when you’re feeling low, baby you should know, that I would./ Держал бы он тебя за руку пока ты расстроен, малыш, ты должен знать, что я бы держал. Песня закончилась, и повсюду была тишина, Луи хотел плакать, не уверенный, от счастья или опустошения, ведь он только что открыл свое сердце в песне. Аплодисменты пришли ниоткуда, причем очень, очень громкие. Возможно, он даже слышал, как кто-то свистел. Кажется, было слышно несколько «фу» с того места, где сидел Гарри. Он отчетливо слышал «педик» ни от кого иного как Роя. Он взглянул видеть реакцию Гарри, и Луи почти засмеялся, потому что в этот самый момент Гарри ударил Роя в нос. Он хотел увидеть, что случится дальше, но не смог, потому что Гарри побежал через трибуны прямо к Луи. Когда он прибежал, никто больше не обращал на них внимания, увлеченные чем-то еще, Луи быстро глянул, чтобы посмотреть, и увидел, как быстро мелькнула черноволосая голова, выбивая из Роя все дерьмо. - Зейн, - засмеялся Луи. И тогда случилось так, что Гарри поцеловал его в губы. Луи чуть не свалился в обморок, и нет, он не был драматичным. Гарри целовал его. - Луи, это было… лучшим. Ты лучший. Луи засмеялся, потому что, это были не его мечты, это происходило в реальности. - Гарри, я надеюсь, что ты знаешь, что ты самый важный человек в моей жизни. Даже если ты немного невежественный временами. - Я знаю, но тебе поможет, если я скажу, что не был таким уж глупым? Луи, ты самый удивительный из всех, я думаю, только солнце и звезды наравне с тобой… ты не непримечательный, Луи, а самый заметный человек из всех, что я знаю. Пусть те придурки идут нахуй. Луи засмеялся, и в этот раз сам поцеловал Гарри. - Люблю тебя, Хазза. - Я тоже люблю тебя, разве это не было очевидно? И блять, черт, пиздец, сука, это действительно произошло. - Это реально, правда? - Нет, это все сон, Луи. А ты скоро проснешься. - Замолчи, Гарри. И Гарри замолчал, но только потому, что он хотел поцеловать Луи. xxx Они начали свой выпускной класс с новыми татуировками; у Луи был большой компас на предплечье, а у Гарри был корабль еще больших размеров. У них были парные тату, и Гарри хихикал каждый раз, как видел их, и, господи, он влюбился в пятилетнего. Было бы ложью сказать, что все закончилось как в сказке, потому что все было не так. Ну, может быть для Гарри и Луи. Потому что хэй, привет, они наконец-то встречаются. Но унижения стали еще хуже, и теперь Гарри был на обратной стороне лодки, а для Луи это и было худшим. Но по некоторым причинам, теперь ему было все равно. Почти неважно, ведь Гарри сидел теперь с ним каждый день во время ланча, и знал имена Лиама и Найла (и Эйдена). Даже Зейн, что после конкурса так же подвергался насмешкам. Во-первых, потому что общался с неудачниками, педиками и ботанами. И, к тому же, сам был геем. Оказывается, тем, в кого был влюблен Зейн оказался Лиам Пейн, факт, который Луи нашел восхитительным. И, с небольшой помощью Луи и Гарри, Зейн и Лиам начали встречаться незадолго до начала школы. (К тому же, теперь Луи практически любил Кэролайн. Он приходил к ней почти каждую неделю, и весь вечер они обсуждали «Холм одного дерева», «Секс в большом городе» и заплетали волосы Гарри. Нет, на самом деле не заплетали, но это только потому, что сам Гарри отказался. И оказалось, Кэролайн с самого начала знала, что он был влюблен в Гарри.) И сейчас, Лиам, Зейн, Найл, Луи и Гарри сидели в столовой, за столом возле угла. И им правда было все равно на всякие там клички. Ведь все было хорошо. Иногда Найл даже говорит: - Ребят, вы знаете, это очень круто. Вы парни целуетесь друг с другом, и все такое, а это значит, что все девчонки мои. Разве не круто? Луи смеется, обнимая Гарри. - Да, Найл, это круто. ~ the end.