Небеса не знают любимчиков

Чейз любила держать все под контролем, но жизнь и мир вокруг не предсказуем. Этим ранним утром она спускается в гараж своего дома и стягивает брезент с любимого мотоцикла отца — облегчённого Harley-Davidson глубокого зелёного цвета. Когда Аннабет терзают мысли, она чувствует какое-то давление со стороны — ей помогает ощущение свободы, которое дарит ей природа и скоростная езда. Сесть за руль авто или мотоцикла, открыть окна, чтобы ветер со свистом врывался внутрь, выжать максимальную скорость и понестись по автостраде на восток: по двухполосной дороге через сосновый лес. Туи, сосны и ели уходят макушками в небеса, свет с трудом проходит через них, а воздух наполнен еловым ароматом. Дышится легко, свободно, сполна. Сегодня ночью шёл дождь и асфальт был ещё мокрым. Мощные колёса мотоцикла оставляли за собой брызги, которые попадали и на чёрные кожаные ботинки Чейз. Аннабет с восхищением наблюдала как лес медленно одевался желтой листвой. Она появлялась медленно, словно кто-то невидимой рукой раскрашивал листья багрово-золотой акриловой краской. Чейз высоко подняв глаза к небу, наблюдала за макушками величественных темно-зелёных сосен и перестала контролировать направление руля. Колёса мотоцикла опасно развернулись на скользкой дороге и на скорости 100 км/ч заскользили к обочине, где за ограждением начинался отвесной берег озера. Голова всклочилась моментально, внимание сосредоточилось и переключилось на здесь-и-сейчас, вырвав Аннабет из тысячи мыслей. Выворачивая руль, ей оставалось только «положить» мотоцикл на дорогу, чтобы не вылететь в озеро. Скрежет колёс, дым из-за резкой остановки мотора, запах жженой резины и чуть придавленная левая нога. Кожаные лосины были свезены, нога под ними, наверное, тоже. — Блять, — Чейз вылезла из-под мотоцикла, который лежал у самого края обрывистого берега, присела на ограждение и разрыдалась. Всхлипы учащались и через две минуты она почти не могла дышать. Бесило, что она даже не может прикрыть лицо руками — они были в мокрой жиже дорожной грязи. Всё не так. Всё не стабильно. Её накрывало снова и снова волной панической атаки. Руки тряслись. Дышать было не возможно из-за всхлипываний, она будто подавилась воздухом и не могла прокашляться. Это был один из самых ярких эпизодов за последние пол года. Впервые она подумала, что может умереть прямо здесь, посреди дороги в сосновом лесу. Не из-за аварии, а из-за того, что не могла дышать под гнетом мыслей и чувств, которые беспорядочным вихрем проносились в ее голове. Аннабет нащупала на запястье браслет Тиффани из серебристых шариков и стала перебирать их один за одним, считая про себя. Каждый шарик — попытка вдоха и выдоха. Один за одним. Ощущая тактильно, считая мысленно, вдыхая и выдыхая. Успокаиваясь. Ей потребовалась пройти круг браслета четыре раза, чтобы задышать. 93 шарика. 46 вдохов и 47 выдохов. Опершись спиной на лежащий на обочине мотоцикл, Бет смотрела за бликами солнечных лучей на поверхности озера и продолжала дышать, перебирая браслет. Мыслей наконец-то не было. Голова была пуста. После тревожных потрясений и эпизодов, наступало долгожданное безмолвие. За эти моменты страдающие психическими расстройствами отдавали сотни долларов на таблетки, которые ослабляли нервные реакции мозга, вводя человека в сладостные минуты «безмыслия». Минуты, когда в голове светило солнце, дул легкий ветерок с альпийских гор и зелёная трава приятно касалась босых ног. Минуты, когда тяготы мыслей и чувств отправляли воспалённые мозги на короткий уикенд под кайфом. От этих мыслей она улыбнулась и встала — мокрый асфальт отдавал холодом. Её психотерапевт отдыхала сейчас на Маврикии со своими детьми и мужем. Бет долгое время не хотела ее беспокоить, но эпизоды пугали её, возвращали в состояние пятилетней давности. Она снова думала о смерти. ⠀ Аннабет достала телефон из кармана куртки, обрадовалась тому, что на нем не было ни царапины и написала сообщение Линде Мартин с вопросом о ближайшем приёме. Она просила о помощи.