Я стану счастливой.

В голове с бешенной скоростью проносились картинки…Ее воспоминания, бурей ворвавшиеся в голову. Момент и она видит яркую улыбку друга. Он говорит, что все будет хорошо, что они всегда будут вместе. Она улыбается ему, а он крепко держит ее руку, но вокруг все темнеет. В голове что-то щелкнуло, словно сломалось. Слышится крик, ее крик, безумия и паники, она вырывает свою руку, отталкивая его. На его лице расцветает надменная ухмылка и губы, повторяя, шепчут: «Балласт», а потом картинка распадается на осколки. Сердце больно кольнуло и щелкнуло, разбившись вовсе… Вот они с Эльзой и Венди на источниках после трудного задания. Разговаривают, смеются, на ее лице играет счастливая улыбка, на щеках легкий румянец при воспоминаниях первой любви к безбашенному волшебнику, одно лишь ерзание под водой выдает ее стеснение. Но снова тот удар. девушка бывшая ей сестрой, пусть и не родной кровожадно улыбается, ее милый смех переходит насмешку над девушкой, а в глазах отражается презрение. В груди резко отдает болью на ее слова, она в надежде поворачивает голову к маленькой девочке, но видит тоже, картинка перед глазами размазывается, она чувствует как жгут глаза и как что-то течет по ее щекам. Она отчетливо слышит их голоса: «Ты нам не нужна! Слабачка!». Что-то вновь ломается, нет, не предмет, ее чувства, еще один кусочек сердца, словно самый хрупкий хрусталь, разбился. И снова она где-то. Открытое поле в лесу, слышится звук взрывов и крики. Вдалеке она видит того розоволосого парня и тех девушек, рядом стоит парень держа щит, защищающий их, не только его, но и ее, от этого на сердце потеплело. Она еще кому-то нужна. — Грей, — нежно произносит она в надежде, что все это дурной сон. — И почему я должен защищать такую как ты, — выплевывает он ей, а она получает еще один удар в сердце, появляется трещина, — Такая как ты не нужна гильдии, лучше бы ты сдохла, — гадкая усмешка и эти слова еще одним ударом вонзились в нее, еще один кусочек разбился. Снова закрывает глаза, снова попадает в другое место, про себя умоляя прекратить все это, она больше не хочет: «Все, хватит, достаточно!» — Тебе как обычно? — улыбается беловолосая девушка, получая в ответ кивок. Ты счастливая что-то напеваешь себе под нос, ожидая возвращение подруги, тебе не терпится рассказать ей о выполненном задании, а ее реакция, как ты думаешь, заставит улыбнутся. Но все рушится, когда она возвращается, секунда и любимый напиток на тебе, течет с волос на кофту и ниже, подруга смеется над тобой, а ее поддерживают остальные, никто даже не думает помочь, на глаза вновь наворачиваются непрошеные слезы. — Лю-чан, — голос, вселяющий уже давно исчезающую призрачную надежду, вместо того чтобы поддержать и успокоить ее, словно каблук дорогой туфли добивает все то, что уцелело. Все то, что уже не склеить. Несколько людей за несколько минут разбили все: надежду, веру в будущее, в друзей. Разбили и ее, растоптав чувства и закрыв на плотный замок сердце уничтоженное навсегда. Ей казалось, что она словно идет по гильдии и с любимых, горячо обожаемых ею друзей спадали маски, громко ударяясь о пол, кусочки от каждой зарывались ей глубоко в душу, царапая кожу и оставляя шрамы. А казалось ли? Все ее страхи и опасения осуществились, желание вспомнить пропало, но поздно. Счастливые дни, день предательства, весь тот год, проведенный с ними, всплыл в ее голове. Настоящий год ее жизни. А тот, фальшивый год, внушенный ей отцом, раскололся как воспоминания до этого. Все казалось ей ложью. Казалось словно все ей врут. И снова, казалось ли? Слезы, снова они, какой же слабой она стала. Она встряхнула головой. «Неправда» отдалось в мыслях эхом. «Не я слабая, они делают меня слабой. Все это, все то, что произошло, из-за них, » — кричало подсознание, слезы лились все сильней, а вместе с ними нарастал и гнев и странное чувство спокойствия, пугающее ее. — «Все: Кай, папа — мне врали.» — на слово «папа» и вдруг голова вновь закружилась. Она зло скрипнула зубами, поняв, что еще не все, есть еще эти чертовы настоящие воспоминания. Их тренировка в первый год вместе, как же тогда она уставала, вот они вновь ругаются, он говорит ей убираться, а она колеблется, но все же встает, несмотря на страх, поборов сомнения. Он улыбается ей, он доволен ей, он впервые доволен ей, появляется это чувство дежавю, чувство счастья, что она испытала тогда. Звучит вопрос, на который тогда она и сама не ответила, хотя подсознательно уже знала ответ, но она забыла его, она чуть не подружилась с ними вновь, она хотела простить их. От этих мыслей самой стало противно, тот давно известный ответ, всплыл в ее голове, а сама горько усмехнулась, прекращая попытки остановить слезы, их все равно смоет дождь. Она наконец произносит это слово, режущие сердце сомнения пропали, она отомстит им и плевать на все их извинения, они всеравно ничего не изменят. Ей было больно, они разрушили и ее жизнь, ее саму, и Хвост Феи заплатит за это.

Они заслужили. Они заплатят.

— Так кому? — повышенным тоном повторила Минерва, не услышав шепота блондинки до этого, — Что такое трусишь? Боишься, что твои жертвы услышат и убьют тебя раньше? — Орландо протягивала каждое слово, стараясь даже таким простым поступком задеть, обидеть, разозлить. Она ждала любой реакции, которая принесет ей удовольствие, той что развеселит любящую опасные развлечения брюнетку. — Ну-ну, это просто не твое дело, — протянула блондинка, сузив глазки и придав голосу слащавый тон, полностью спародировав Минерву, на лице которой отразился шок, а затем и гнев. Все свои последующие слова девушка просто сопровождала ехидной улыбкой, — Хочешь знать то чего не следует, моя месть другим тебя не должна волновать, ведь прямо сейчас первой жертвой станешь ты! — Что? — со стороны казалось что от возмущения Саблезубая забыла как дышать, тот безумный гнев, та жажда крови снова возвращалась. — Как ты смеешь, ты… — Слабачка? Не хорошо так говорить, — помахала указательным пальцем заклинательница, притворно поцоков. — Но-но, красавица, ты слишком много болтаешь, это бой, так дерись или ты меня боишься, Орландо? — последней точкой кипения стали эти слова, внутри магички произошел взрыв. Она как ненормальная, одержимая чем-то ринулась на блондинку, быстро сократив и без того маленькую дистанцию. Брюнетка попыталась ударить ту кулаком в живот, но она увернулась, замяв ей руки за спину, однако не рассчитав получила в живот, а в это время Орландо хищно улыбнулась и, высвобождая руки, отпрыгнула на безопасное расстояние. Оставлять это без ответа она не собиралась, так что использовав магию убийц драконов Люси использовала рев и клык дракона, все произошло так быстро, что Минерва, не успевшая даже приземлится на ноги, была не в силах увернутся и попала под прямой удар. Очередная волна пыли застелила стадион, от чего зрители разочарованно вздыхали. Дочь дракона не слабо задела Орландо. Часть ее платья сгорела, а на месте дырки виднелась кровь и глубокое ранение, сопровождаемое ожогом. Она недоуменно взглянула на соперницу. — Да, это ведь объявляли, это моя магия убийц драконов, — ухмыльнулась девушка, высоко подняв голову, а затем и устремив верх руки, в ее сторону посыпались громкие овации. Минерва же на это недовольно рыкнула, прошептав под нос заклинание. Под заклинательницей ровно по кругу засветилась земля. — Ха, — выразив все свое впечатление одним смешком, она ввела Саблезубую в ступор. Резкий взмах крыльев и Люси порхала над землей, — Удар крыльев дракона смерти! — выкрикнула девушка, а Минерву снесло сильным потоком и перекинуло на место ее же печати. В этот же момент взорвалась земля, под идеальный расчет времени, произведенном Хартфилией. — Вот это да! Потрясающий бой! Люси из новой гильдии на равных, нет, даже побеждает Минерву, сильнейшую волшебницу Саблезуба, от которой когда-то терпела побои. За два года многое поменялось! — Использовать ее же магию против нее самой, умно, не тратишь собственные силы и унижаешь этим противницу одновременно, — улыбнулся блондин. — Я уверен ты выиграешь, Люси, — слух Роуга поймал слова друга, в шоке уставившись на последнего. — Стинг, когда ты сказал, что влюбился ты имел виду, — не успев договорить он заметил искрению улыбку светового убийцы драконов. — Я говорил, что не уверен. Единственное в чем я уверен сейчас, так в том, что не хочу видеть ее поражения, так что давай просто понаблюдаем, хорошо? — блондин подмигнул другу, на что тот печально вздохнул, вызвав у первого волну смеха. — Гхаа, — у волшебницы Саблезуба не было сил даже подняться. Как только она выбралась из ямы, устроенной своим же заклинанием, в нее попало множество сфер. Она приготовилась их отразить, но они в прямом смысле прорезали щит, после чего не в силах уклонится Минерва оказалась полностью исцарапанной. Все царапины были глубокими и сильно саднили. Бок болел не давая забыть про рану. На Люси же, напротив, не было ни одного серьезного ранения, всего несколько царапин и пару ожогов. «В самом начале мне уже казалось что я выиграла, а через пятнадцать минут нахожусь в столь плачевном состоянии. Ха-ха, интересно это я стала так слаба или она настолько сильна?» — Минерва зажмурилась, чтобы не полились предательские ручьи слез из глаз. Она чувствовала как нога приземлилась ей на спину, их роли полностью поменялись, сейчас она терпит избиение этой блондинкой не в силах ответить. — Еще десять минут, но Минерва уже не в силах пошевелится, означает ли это конец боя? Победа за Драконом или все Тигр найдет в себе силы встать? «Десять минут? Силы встать? Не смешите!» — ухмыльнулась брюнетка через силу, печально, но злобно при этом оскалившись. — «Сегодня мне не выиграть, я ее недооценила, так что…» — Я сда… — девушка уже хотела сдаться, как почувствовала, что ей что-то закрыло рот, пленка из магии плотно держала губы, из-за чего единственное что могла брюнетка так это тихо мычать. — Ну нет, я еще с тобой не закончила, — прошипела ей блондинка на ухо, усмехнувшись, она замахнувшись ударила ее в больной бок, кровь с новой силой хлынула из раны. Опередив летящие тело с помощью крыльев, она схватила ее за руки и ногу, удерживая в воздухе, ногой пиная в разные участки спины, от чего та изгибалась и пыталась кричать. Через пару минут ей надоело, она поднялась повыше, отпустив жертву, та с большой скорость больно стукнулась о землю. От вида корчившейся от боли когда-то гордой тигрицы, избивающей ее, Люси заливисто, безумно и громко рассмеялась. У нее было такое чувство, что тоже сходит с ума, а Орландо стала жертвой. Не жертвой мести, она стала жертвой ее гнева, просто грушей, на которой Люси старалась сорвать свою злость. — Стойте, остановите бой! — крикнул Роуг. Он, внимательно следивший за боем, слышал как его согильдиец хотел сдаться, как Люси заткнула ее, но не обращал внимания. Но когда он поймал просящий взгляд Минервы решил вмешаться. Она прерывисто дышала, а в глазах читалась мольба о помощи. Роуг ненавидел ее, но она все-таки его напарница в этих играх. — Конец боя! Победила Люсьена Хартфилия из Сердца Дракона, для своей гильдии она зарабатывает десять очков, — объявил Чапати, после чего вызвал медиков, унесших плачущую Минерву. Второй раз ее так опозорили на играх. Она чувствовала себя униженной, но в душе успела поклясться отомстить девушке, сместившей Эльзу и ставшей для нее врагом номер один. — И последний бой на сегодня Варкрай из Цербера против Джени Релайт из Синего Пегаса! — начался новый бой, а Люси скрылась в потоке оваций направленных в ее сторону. — Не считаешь что слегка перестаралась? — усмехнулась Лиан, встречая подругу вопросом, но победительница ее нагло проигнорировала, шокировав и расстроив беловолосую. — Хэй, Люси, ты чего? — искренне изумился убийца демонов, поймав ту за руки, не сильно сжав ее кисть. Увидев леденящий взгляд заклинательницы, Дей оцепенел. Он видел его не впервые, она смотрела так, иногда, когда была действительно зла, в основном это были ее враги на заданиях и парочка слабаков из гильдии, но он впервые почувствовал его на себе. По кожи пробежало стадо мурашек. — Отпусти, — прошипела блондинка, взглядом указав на руку. Тот послушно, считай машинально, убрал свою руку с запястья дочери мастера, примирительно подняв обе руки верх. Как только она была свободна, Люси скрылась в темноте коридоров стадиона. — Чего это с ней? — произнес в пустоту Дей, смотря на место, где только что стояла блондинка. — Может устала? — наивно предположил парень, получив от сирены по голове. Друзья обменялись непонятливыми взглядами, а потом вздохнув с мыслями: «Сама разберется», принялись смотреть бой, в глубине души все же немного переживая за девушку. Кай и Сет тоже обменялись взглядами, но не такими, они наоборот подтвердили теории друг друга, они почувствовали сильный всплеск эмоций девушки во время драки.

***

— Почему? — девушка облокотилась к стене, медленно сползая вниз. Мокрая одежда неприятно липла к коже, но охлаждала, приводя мысли хоть в какой-то порядок. — Врут, мне все врут, — ни плакать, ни кричать не хотелось. Нужно было поговорить с отцом или хотя бы с Каем, но и этого она не хотела, просто не могла. Сейчас она хотела бы отключить все чувства, притупить эту тупую боль. — Все ложь, часть моих воспоминаний была всего лишь красивой сказачкой, ха, — сильно стукнув головой об стенку, девушка положила руки на лицо, прикрывая глаза, словно пыталась спрятаться. — Ахахахаха… ахахаха… — в коридоре послышался неудержимый, безумный, на грани сумасшествия, с нотками безысходности, громкий смех, срывающийся на хрип, — Что я теперь должна делать, во что должна верить?! … Папа, мамочка…помогите мне, прошу…

***

— Где носит эту идиотку? — казалось бы по комнате летали молнии, гневный голос был слышен всем находящимся рядом номерам, злой взгляд метался от одного напарника к другому. Невиновные ни в чем друзья сжались под пристальным взглядом взбешенного парня, уже несколько минут он нервно расхаживал по комнате, зажав руки за спинной, скопировав привычку отца. Дей и Лиан стояли опустив головы, небольшое чувство вины поедало их изнутри, становясь все сильнее. За то, что отпустили ее тогда, за то, что не смогли сейчас найти. Сет пофигистично наблюдал за не прекращающимися движениями напарника, не приятно жмурясь, когда разносился громкий крик, в голове парня прокручивались идеи где носит блондинку, особенно в ее то нестабильном эмоциональном состоянии. Он не волновался что с ней случится, скорее что может случится с человеком который с ней сейчас столкнется. Айри в номере не было, она исчезла сразу после игр, сказав что ей следует размяться. Люси не умирала от смертельной раны, она не спала беспокойным сном как в прошлый раз, и вряд ли ее похитили, просто захотела побыть одна и ее можно понять. Придя к такому заключению, юная волшебница решила не заморачиваться, она сильна и довольно умна, так что выкрутится в любом случае. «Ну почему эта девчонка всегда доставляет проблемы? Почему именно такая проблемная девица мой контрактор?» — мысленно выругавшись, он тихо цокнул и взяв кожаную куртку с громким хлопком двери, вышел из комнаты. Дей и Лиан облегченно выдохнули, и виновато переглянулись. Лиан поджала губы. Дей сжал до боли кулаки. Сет проследив за действиями парочки, хмыкнул и тихим ленивым движением приподнялся с подоконника, перекинув ногу через окно, через секунду уже выпрыгнув, свежий холодный воздух ударил в голову, освежая мысли и давая шанс мыслить здраво и свободно. В комнате отеля, остались только серена и убийца демонов, между которыми повисло немое напряжение, а еще больше угнетала давящая тишина.

***

— Еще, — осушив очередной бокал с алкоголем и с грохотом поставив его на стойку, громко произнес парень. Бармен окинув взглядом молодого мужчину хотел было что-то сказать, но наткнувшись на пугающий взгляд темно-зеленных, сейчас почти черных глаз, передумал, наполняя в очередной раз стакан вязкой красной жидкостью. «Мстить» — отдавалось эхом в голове парня. Скрежетая зубами, он с грохотом ударил кулаком по столу. Весь день он пытался выкинуть из головы случайно услышанные слова, пытался убедить себя в своей ошибке. Она не могла так поступить, она не могла стать их врагом. — Смотрите-ка кто тут, одна из феечек, — окликнул насмешливый голос, слегка опьяневшего, до чертиков злого парня. Обернувшись парень увидев знакомого ненавистного волшебника из ненавистной ему гильдии, тот стоял с ухмылкой и презрением в глазах, возвышаясь над розоволосым. Поборов в себе желание, резко сорвавшись с место ударить тому по челюсти, решил все же спросить, — Что ты тут забыл? — зло прошипел он, сжимая в руках пустой фужер, покрывшийся множествами трещин. — Да вот зашел выпить, это ведь бар, — хмыкнул парень, одарив второго взглядом «а-ля идиот», на что тот покраснел от возмущения. Подав бармену знак рукой, он подозвал зеленоволосого к себе, заказав еще два фужера с крепким напитком. Человек ушел выполнять заказ, а между парой соперников за победу в ВМИ, за Люси, повисла гнетущая тишина. Один дырявил гневным взглядом другого, на лице которого красовалась слегка вымученная ухмылка. — Ты не выдел одну неугомонную блондинку? — как бы невзначай поинтересовался беловолосой, внимательно взглянув на собеседника. — А? — парень непонятливо пару раз моргнул глазами, — Люси пропала? — вопрос огненного волшебника дал ответ на вопрос красноглазого, и демон вновь хмыкнув, встал, осушив фужер. Он молча покинул бар, продолжая скитаться по городу, оставив Драгнила в непонятках. «Значит и к феечкам она не ходила», — демон устало вздохнул, мельком взглянув вверх, на небо, которое так безумно любила девушка и каждую звездную ночь проводила лежа на траве и любуясь зрелищем. Он иногда присоединялся к ней, он любил вот так побыть с ней в тишине и понаблюдать за мерцающими бесконечным звездами на темно-синем просторе, это успокаивало. Но словно на зло, сейчас на небе не было не единой звезды, небо было покрыто темными серыми облаками. — Я смотрю ты почти успокоился, — прозвучало совсем рядом, неожиданно, демон даже не почувствовал его прихода, однако и бровью не повел. — И даже тому пареньку морду не набил, признаю удивил. — Не сегодня, не то настроение. «Когда этого не доделанного дракона непонятно где носит, уж точно не время разбираться с этим придурком. Вот где она?» — По мне так он идеальная груша для срыва злости, — усмехнулся парень, спрыгнув с дерева. — С ней все в порядке, она с мастером. — словно прочитав его мысли добавил парень, легонько улыбнувшись, заметив сдержанный облегченный вздох красноглазого. По лицу дракона скользнула хитрая улыбка, редкая, но вполне привычная, — Ты влюблен в наше ходячие бедствие? — Скорей всего, — по губам демона также скользнула улыбка, теплая и неуверенная, какую вызывала только она, — Эта глупышка для меня особенная, важный человек, я не могу уверенно назвать ее любимой, но и сестрой как ты, тоже. — Естественно, она моя сестричка, а вот брата демона мне иметь не очень-то хочется, особенно в этой роли я бы не хотел видеть тебя. — Взаимно, — он загадочно улыбнулся, как-то незаметно с середины улицы они переместились на лавочку в парке и мимолетное замечание перешло в искренний разговор двух людей, представляющих подобие друзей. — А почему Люси не скажешь, что у нее и брат тоже есть? — Не хочу, в конце концов Лейла просто присматривала за мной с момента смерти родителей и иногда в шутку называла своим сыном, рассказывая о моей маленькой непослушной сестренке, — искренне улыбнулся парень, вспоминая яркую, нежную и добрую королеву, ту что стала ему как мать и счастливые дни, проведенные с ней. — Ты поэтому вступил в гильдию? — С одной стороны, еще было интересно что в голове у Акнологии. Неожиданный для него поступок, создание гильдии. — Узнал? — горько усмехнулся беловолосый, понимая глупость своего вопроса. — Нет, до сих пор не понимаю, видимо это невозможно, — он понимающе взглянул на демона, что пытался сделать тоже на протяжение ВМИ, но то, что творится в голове дракона смерти загадка, казалось если бы возможно было бы заглянуть в его мысли, ты попадешь в вакуум, где и затеряешься.

***

Темная большая комната со шторами, цвета морской волны, прикрывающими небольшие окна, в которых виднелся красивый закат. Красное солнце уходило за горизонт, остатками света освещая землю. Обстановка в кафе была простой, но элегантной и уютной. Небольшие из темного дерева столькими с мягкими стульями красной обивки. А также играла расслабляющая музыка, спокойная и тихая. — И не надо на меня так смотреть, — притворно-строго произнес парень, в голосе чувствовались насмешливые нотки, собственно такие же что и во в взгляде. — Так это правда был ты? — спокойный голос, слегка поднабрал тон, на последних словах сорвавшись на полу крик. Девушка приподнялась, стул с грохотом отодвинулся, чуть не упав, а руки блондинки с грохотом стукнули по столу. — О? А у тебя были и другие варианты? — удивленно вскинув бровь, спросил Акнология, наблюдая за краснеющим от злости лицом. — А как же, — саркастично подтвердила девушка, слегка успокоившись, она села на место. Цвет лица возвращался в нормальный, точнее излишне белый, бледный, но такой привычный для нее. — И какие, если не секрет, — усмехнулся парень, театрально-печально вздыхая, слишком быстро успокоилась, он ожидал большего. Ловко достав сигарету из пачки в кармане, дракон так же быстро зажег ее, облоко неприятного дыма пролетело мимо нее. Люси презрительно фыркнув, сложила руки на груди, не любила она эту его привычку. — Кай к примеру, он ведь тоже принимал в этом спектакле участие, и не сомневаюсь, играл далеко не последнюю роль, — подозрительно прищурилась Хартфилия, зло скрипнув зубами. Обманывали ее те кому она безоговорочно доверяла, а она наивно верила. Ну что за дура! — Было дело, но послушай, перед тем как начнешь кричать, — лицо дракона, приняло непривычно серьезное выражение лица. Выкинув сигарету, он сложил руки в замок, посмотрев прямо на заклинательницу. В ее карие глаза своими голубыми, внимательно наблюдая за зрачками, сейчас набирающими панику. В эти глаза, борющиеся с желанием отвернутся от этого пронзительного взгляда дракона Апокалипсиса. От его взгляда, как же она его не любила, это серьезное выражение, эти холодные цвета неба глаза. — Я сделал это ради тебя, девочка, — неожиданно потеплевшие глаза, сейчас прекрасно смотрелись с легкой улыбкой, редкой, но красивой. И это тоже она не любила, как он идеально выбирает моменты чтобы улыбнутся, чтобы скрыть весь свой холод и показать свои человечные черты, нечестно. — Благодаря провалу ты смогла принять нашу гильдию, ты смогла впустить не только Кая, но и других в свое сердце, восстановившееся при потери этих воспоминаний сердце. Да, точно. Этот провал не принес ей ничего плохого, почти. Благодаря несносной выходке отца она всего лишь смогла жить дальше. Впускать в свое сердце людей, которых ей хочется защитить сейчас. Хотя и воспоминания принесли ей страх и боль предательства, она все равно рада, что они у нее есть. Да, предательства это страшно, но сейчас она другая, это другие люди, и, возможно, когда-нибудь она доверится им как себе. Она не жалеет, за то что по глупости от потери некоторых воспоминаний, снова подружилась с людьми, за то, что привязалась к ним, за то что снова доверилась. Даже если ее вновь предадут и они тоже, то ситуация не повторится, она стала сильнее, она сможет защитить свое хрупкое сердце в этот раз. — Спасибо, — смущенно пробормотала девушка, в очередной раз надеясь что ее не услышат, но в очередной раз потерпела крах. — Пустяки, — беззаботно улыбнулся дракон, издав легкий смешок, от чего девушка вновь вскрикнула. — Но я все равно злюсь на вас с Каем, вы не должны были делать это без моего разрешения! — А ты бы разрешила? — незатейливо поинтересовался Акнология, не сумев скрыть интерес и удивление в голосе. — Конечно же…нет, папочка, — мило улыбнулась представительница королевской семьи драконов, ее улыбка больше походила на хищный оскал. — Копаться в моей голове, истинное безобразие. — Тогда к чему было подобное обвинение, к тому же с нами даже твои духи согласились, — дракон Апокалипсиса осекся, с подозрением глянув на дочку, как и ожидал молодой парень, аура вокруг девушка заметно потемнела. — Повтори, — грозно произнесла златовласая потихоньку закипая. Так не только он и Кай, еще и духи были участниками дешевого спектакля. «И как я только об этом раньше не подумала, ведь Локи, то я встретила в Фейри Тейл, как и многих других духов. А значит они были в сговоре с этим…этим! Чертовы заговорщики, эти обманщики мне за это обязательно заплатят.» — Ну не злись, дорогая, никто не виноват что ты довольна наивна и бываешь глуповата… — продолжить дракон не смог, его нагло перебили, криком на все кафе. — Да ну вас, — залившись краской, она запульнула в отца яблоком с тарелки фруктов, следом за ним отправилась тарелка с лапшой и огромным количеством кетчупа, но дракон удачно и легко уклонился, удивленно присвистнув, а вот официантка оказавшаяся под прямым попаданием, с криком схватилась за голову, матеря весь честной народ. Дважды. Заклинательница же просто замерла, наблюдая за синеволосой бестией, тихо произнеся, — Упс… — Ахахахаха, — гневный взгляд блондинки переместился на отца, схватившегося за живот, чертов дракон, использует любую возможность развлечься, даже глупые выходки дочери. — Вы! …Да вы, вы заплатите! — закричала девушка, зеленые глаза метались со смеющегося парня на застывшую девушки с подобием виноватого выражения, но его портили губы, сомкнувшиеся в неуверенной кривой усмешке. Скинув часть лапши на пол, она продолжала бессмысленно кричать, по-красному, то ли от злости, то ли от смущения, лицу стекали прозрачные соленые дорожки от слез, смываемые такими же дорожками красной жидкости, похожей на кровь. — Чертова парочка, — зло процедив последние слова и вызвав новую волну смеха дракона Апокалипсиса, синевласка громко цокнув, с громким стуком каблуков убежала в ванную комнату. — Мы вообще то не парочка, — слегка растерянно прошептала блондинка в образовавшуюся пустоту, сев на место, снова прожигая дракона карими глазами. — А все это из-за тебя! Ты просто не можешь не создавать проблем, да? — Кто-бы говорил, — ухмыльнулся Акнология, от чего блондинка захлебнулась соком, возмущенно уставившись на отца. — И не спорь, кто сегодня после боя драку на улице устроил? И все только чтобы отвлечься от какой-то гильдии, — от слов отца девушка замерла, она и забыла за разговором с Калипом. — Ага, — пробурчала, кладя в рот ложку с шоколадным десертом. От глаз Акнологии это не укрылось, два голубых глаза опасно блеснули. — Кстати говоря, Люси, а что насчет феечек? — припомнил главную проблему дракон, голос был серьезен, как и взгляд, в противовес широкой ухмылке. Новая сигарета оказалась во рту, слегка раздражая чувствительный нюх принцессы драконов. — Фейри Тейл, — от одного упоминания этой гильдии, сердце пронзила тупая боль. Тот день вновь пронесся перед глазами, начавшими неприятного жечь и покрываться пленкой слез. — Фейри Тейл, — прорычала название гильдии заклинательница, сильно сжав руки в кулаки, вжимая их в стол, покрывшийся небольшими трещинками. — Возможно ты простила их? — вдыхая табак подальше в легкие, саркастично усмехнулся, продолжая. — А может в твоей светлой головушки есть план мести? — наблюдая и сравнивая реакцию на свои слова дракон удивился, заметив редкое явление, его расчетливая дочь была в растерянности. «Хотя в последние несколько дней не такое уж и редкое. Эта гильдия действительно делает тебя слабее.» — Акнология улыбнулся уголками губ, печально. Это было действительно печально, он тот кого боится весь мир, не может уничтожить одно белое назойливое пятно в жизни важного для него человека. Это не поможет ей разорвать их связь, скорее она не разобравшись в чувствах. Наблюдая за их смертями, даст волю чувствам, когда пожалеет их, всколыхнутся те, что до сих пор хотят их простить, которые очень глубоко верят в них, такие маленькие и хрупкие, но в такой ситуации это наиболее возможный вариант. Может просто усмехнутся наслаждаясь и злорадствуя, что ее обидчики мучаются, медленно умирают, но при таких обстоятельствах это вряд ли. Она слишком добра, и эта часть может пересилить жажду мести. — «Шестьдесят на сорок, плохой вариант, слишком высока вероятность, что в итоге она меня возненавидит и ее целью стану я. Все построенное за эти два годы будет разрушено моими же руками. Так что их участь только в твоих руках, милая.» — Простила? — это слово ворвалось в мысли не выходя, стараясь заглушить, прогнать таковое как «Мстить», но…

Слабачка!

Девушка резко зажмурилась. Помотав головой, прогоняя наваждение, пронзающее словно острые иголки все тело, покрывая его царапинами и ссадинами, а ведь это просто слова. — Я… — решительно начала девушка, как в голове появился силуэт улыбающегося брюнета. Отогнав этот образ, послышались слова, развеять которые не получилось, они эхом отдавались в голове. - Потому что ты дорога мне. — руки парня сжались в кулаки, она не видела, она помнила этот жест. — Ты моя подруга, лучшая подруга. — печальный голос, она чувствовала ее, его печаль и сожаления. Она помнит его взгляд в тот момент. Помнит его грустную усмешку. - Которая даже не помнит меня. Да, теперь она понимает значение этой фразы, как и последующих, — Прости меня, Люси. Я знаю как виноват, и не знаю как искупить свою вину. Я никогда не считал тебя слабой, ты всегда была мне дорога, всем нам. Умоляю, прости! Что мне сделать, чтобы ты простила меня, и все стало как раньше? — Я… — слова застряли в горле, голос дрожал. Этот голос, привычный, с нотками холода и заботы, произносящий то, что она всегда хотела услышать. Эти картинки всплывающие в голове, до самых мелочей копирующие произошедшее. Его поведение, слова, взгляд и ее, то как она обняла его, как заплакала, как чувствовала злость на него и корила себя за слабость, сменяющиеся теплом и спокойствием. Но еще раз, зажмурившись, образ ледяного мага в голове зачеркнули, а после он и вовсе разбился на осколки, как и ее сердце когда-то, тот кучек его, тот в котором было столько надежды. Он не заслужил ее прощения, то был момент слабости и только, неожиданно и непонятно, знай она все, не простила бы. — Я никогда не…черт, да заткнись! - Эта битва такая бессмыслица, тебе не кажется? — О чем ты? Мы враги, так и должно… — Нет. Мы друзья. Мы смеялись вместе, гуляли, защищали друг друга… — Неправда. Я не знаю тебя. Это бред. — Сейчас неправду говоришь только ты, Люси. Ты ведь уже поняла это, правда? Я думаю ты не сможешь сама разобраться в этой ситуации, но я твоя подруга и всегда готова помочь тебе. У тебя очень много друзей, который всегда будут рядом. — Тогда почему ты так поступила? — Прости. - она помнит этот тихий шепот, ее слезы, стекающие по бледному лицу, обрамляемому белоснежными волосами, как у одного важного для нее человека. Помнит как они спорили, как в итоге помогла ей. Не поверила в ее слова, но поверила в саму девушку. Когда они встретились вновь. Несмотря на засевшую глубоко обиду, она ей понравилась. Мира всегда ей была как сестра, но даже так… она зачеркнет и этот образ. Он как и другие распадется на осколки, так же как и ее сердце. Еще миг и растворяется и веселая шатенка, плачущая, расстроенная, избитая, но все же тихо шептавшая это глухое, глупое извинение. Оно ничего не изменит. Оно не исцелит разбитое сердце. Предпоследний образ, один из самых больных, второй среди них, тех кто все же попытал удачу. Тот образ, который она простила, возможно и с воспоминаниями, но все повернулось не в ту сторону. Она принесла большое облегчение и чувства понимания и облегченности, но в тоже время когда-то не меньше боли. Прости, Титания. И образ вновь зачеркнут, перед глазами снова осколки, ярко-алого цвета, как ее волосы. И Нацу… тот кого больше всего желала простить девушка. Тот кто всегда приносит спокойствие и счастья в ее жизнь, те веселые моменты, даже после провала в ее голове. Но он тот же человек, который сбросил ее в пропасть, где она чуть ли не умерла, не задохнулась в одиночестве. Тот чьи слова не просто нанесли глубокие порезы и разбили кусочки ее сердца. Он тот кто вместе с ним, уничтожил и ее чувства, смысл жизни. Все ее яркие воспоминания гильдии рассыпались, стоило его просто увидеть в тот день. Он тот, кто принес ей большего всего боли, словно желая перекрыть ей моменты счастья, что подарил ей. Еще один образ распался, в этот раз осколки зеленые, как его глаза. Они в любом случае предатели. Те, кого нельзя простить. Те, кто не заслуживают второго шанса. Пусть зачеркнуть их ей сейчас больно, но иначе они снова могут принести ей нестерпимую боль, столкнувшую ее в персональный ад.

Они заслужили. Они заплатят.

— Чего конкретно ты хочешь? — прозвучал вопрос для нее проносящийся эхом по залу, быстро заглушаемый спокойной музыкой и тихим бормотанием других людей. — Возможно простить, вернуться? «Хочу? Да, я решила чего хочу», — взгляд из мутного просветлел, снова приобретая свой холодный карий цвет, с просветами голубоватого, едва заметных глаз дракона. — «Если бы это было возможно, я был хотела вернутся и сделать все по-прежнему. Но, нет, я не смогу. Я не смогу простить их сколько бы они не извинялись», — даже если их грызет совесть, так что задевает даже душу, потихоньку утопаемую в этом чувстве вины, которую, может спасти одна она, ее простое «Прощаю». Она хочет чтобы все было по-прежнему, какой-то кусочек сердца, маленький, который они не смогли разбить в тот день, тот в котором хранятся дорогие ей воспоминания за тот год, но она не сможет простить их за тот день, в который они разбили ей сердце на эти маленькие осколки, едва ли удерживаемые душой в ее теле. Даже если она простит и вернутся, все не будет так как прежде, доверие и дружба этой гильдии ее, исчезли, растворились в тот день… Простить? Вернуться? Нет, никогда. Она не сможет…не хочет. Она уже решила чего хочет. — Я хочу, чтобы и она поняли меня, поняли как больно мне было, каково это, когда сердце разбивается, оставляя за собой пустоту, когда тебя накрывает тьма из-за пропавшего желания бороться, что значит быть сломленной, одной, не в силах подняться, когда нет не только сил для того чтобы жить, нет даже желания. Когда живешь почти год ради одной цели, которая ни к чему не приведет в итоге, просто из-за слов, — стальной тон, но он чувствовал, слышал, видел ее печаль и боль, гнев и сожаление, силу и слабость. — Как? — одними губами переспросил он, пристально наблюдая за мимикой девушки. — Да, никак, я не смогу заставить их почувствовать такую боль, но я могу заставить их почувствовать саму боль, заставить корчится в агонии, умоляя прекратить. Могу давить на их чувства к друг другу, манипулируя и доставляя боль. Могу сделать так, что кто-нибудь из них окажется на этой грани…грани жизни и смерти, а остальные будут раздавлены и напуганы, — губы блондинки сомкнулись в кривой усмешке, в глазах отразилась вся боль, все страдания, через которые она прошла по их вине, темнее и исчезая, их затмевал гнев и жажда мести.

Они заслужили. Они заплатят.

***

— Ааааааааааа! — разнесся крик по комнате, вспотевшая, напуганная девушка вскочила с постели. Тело трясло, било в конвульсиях, словно ненормальная она вцепилась в волосы, чуть не вырывая их и продолжая кричать, срывая тонкий громкий голосок в тихий хрип. — Что случилось? Что с тобой? — вторая девушка, так же проснулась, подскочив к кровати подруги. Но та не замечала, смотря в одну точку, она в бреду шептала, безумно смеясь. — Уничтожь или будь уничтожен, игра на выживание началась. Ахахахахаха… — Л-л-и-ан-н?

***

— Игра началась, — усмехнулся мужчина, пнув небольшой камушек, устремив свой взгляд на луну. Довольно хмыкнув, он припомнил подслушанный разговор в ресторане, она его не подвела, приняв ожидаемое решение, она не такая как мать. При упоминании девушки, голубые глаза в миг потемнели, в них отразились то ли гнев, то ли печаль, а может и то и другое одновременно. Тихий шепот, разнесся бархатистым голосом, — Лейла…

***

— А? — по телу блондинки прошлись мурашки, от чего она слегка приобняла себя за руки, унимая дрожь. — Что-то случилось, госпожа Лейла? — У меня плохое предчувствие, — ответила она, мельком взглянув на небо. В голове появился силуэт любимой дочери и возлюбленного, широко улыбнувшись, она вернулась к работе, все еще слегка подрагивая. Что-то приблежалось. Что-то не хорошее. Она чувствовала это.