Немного из жизни семьи Скалетта

      Майкл выглядел почти как все люди восьмидесятых. Надел джинсы, рубашку посвободнее и куртку сверху. Было прохладно. Ирена, молодая жена, поцеловала его на прощание и пожелала удачи. Так, просто. Приятно это было. В месте, куда он направлялся, не нужна была удача.       После обеда в кафе Майкл заехал за братом. Тот был взъерошен, взбудоражен и счастлив. Значит, от неё.       — Привет, Ларри! Опять с ней был? – Майкл улыбнулся, только крайне грустно.       — Да, брат. И не говори ни слова. Я люблю эту девушку, кем бы она ни была.       — Ты такой романтик, брат. Любовь к куртизанке, нереализованные планы, поиск смыслов, жажда славы…       — Напишу вот когда-нибудь книгу или сниму фильмец, вот ты по-другому заговоришь. Все будут говорить, какой Иларио классный! Я выкуплю её у этого гада.       Микеле знал, что девушка Иларио, дочь Меридит, не от бедности или безвыходности спит со всеми, с кем захочется. Ей просто нравился такой образ жизни. Она не знала ничего другого. Все это знали и видели, но Иларио, похоже, правда не понимал, в чём вся суть его настоящего несчастья.       — Я много думал над тем, что сказала нам Меридит, — заговорил Иларио уже в машине. – Это же офигеть какая жизнь была у родителей тяжёлая, но крутая.       — Крутая? Нам тоже досталось, Ларри.       — Ну переживания, адреналин… Это было офигенно. Они пожили и так, и сяк. Жаль, что мама рано покинула нас.       — Она истосковалась. Сама себя сожрала. И могла себе это позволить. Нас она воспитала достойно, мы уже не малыши…       — Это был не повод ей умирать.       — Конечно. Я любил и люблю её, храню память о ней. Но я не могу представить другого исхода, зная всё то, что предоставила наша общая знакомая.       — Сбежали бы в закат…       — С двумя обосранцами в лице нас?       — Ну да, не очень романтично.       — Там ещё этот Ачиль… Всё ухлёстывал за мамой. Это, наверное, он был тогда, в семьдесят первом?       — Мужик на шикарной тачке и с цветами? А мама послала его нахрен и вызвала полицию? Да, теперь не сомневаюсь.       Майкл замолчал. Он задумался о силе любви этих двух мужчин к его матери. Отец и Ачиль… Их связывала не только мама. Криминал. Убийства. Может, даже модель поведения. Почему их мать, Линетт, добрейшей и чистейшей когда-то души человек, привлекала таких моральных уродов? Это, может, был закон баланса? Ответственные возились с безответственными и непунктуальными, счастливые грели несчастных, а хорошие страдали и любили плохих…       Она остановились на парковке у супермаркета. Опять эти доски с колёсами – скейтборды. Подростки с ума сходили от них. Наезжали на прохожих, попадали под машины. Майкл вспомнил своё детство и улыбнулся. Мама бы не запретила им эти доски, будь им по пятнадцать. Она всегда покупала им что-то. Всегда говорила с ними. Всегда любила. Всегда следила. Компенсировала им отца как могла.       Прошлись немного молча, потом Иларио завёл разговор о всяком разном. Майкл не слушал, вглядываясь в машину, которой он явно раньше не видел здесь. Странная, будто не отсюда. От неё буквально несло семидесятыми и какой-то поганой аурой.       Темнокожий суровый мужчина глядел на них из приоткрытого окна. Закурил. Особенно пристально он уставился на Майкла.       — Лар, как думаешь, откуда эта тачка?       — Хер бы знал… Может, судя по водиле, из Орлеана?       Братья усмехнулись, перешагнули последнюю преграду – небольшой поребрик — и оказались на кладбище.       Они выкупили для неё лучшее место, установили самый дорогой памятник и выбрали лучшую фотографию, которая ей так нравилась. Там она улыбалась и была молода. Она уже знала Вито Скалетту, но не предполагала, сколько бед и несчастий он принесёт.       — Чё за хрен стоит возле маминой могилы? – удивлённо выпалил Иларио.       У могилы спиной к братьям стоял мужчина в возрасте. Он принёс цветы, любимые у Линетт – розовые розы.       — Знакомых у нас не так много было. Может, это тот самый Ачиль?       — Его уже лет десять не было. Вряд ли. Эй, ты, какого хера ты тут забыл?       Мужчина обернулся и обомлел. Он попятился назад, но наткнувшись на надгробную плиту, остановился, отступил вправо, чтобы не затоптать цветы. На Майкла и Иларио Скалетта смотрели испуганные и удивлённые глаза. Глаза Майкла.       — Это тебе не какой-то там Ачиль… — шепнул Майкл.       Мужчина был сед, лоб морщинист. Но он сумел сохранить какой-то особый шарм, мужественность и силу. Волосы серебристые, но такие же густые, как были лет тридцать назад. Взгляд синих глаз ясный и твёрдый, даже жёсткий. Руки морщинисты, но как-то по благородному они смотрелись, эти руки. Лучший костюм, оттуда, из пятидесятых. Майклу стало плохо. Так он бы выглядел, надень сегодня свой любимый костюм. Выглядел бы он так лет через сорок.       — Вито Скалетта? – не выдержал Иларио.       — Д-да… — ответил мужчина неуверенно.       Иларио не стал ничего говорить, а просто бросился к отцу. Он крепко обнял его, а Майкл заметил, что за воротами стоит тот самый водитель из машины и пристально смотрит на них. Ему стало не по себе.       Конечно, оба брата были удивлены, рады, даже счастливы. Особенно Иларио. Майкл же сдержанно пожал отцу руку.       — Надеюсь, ты объяснишь, отец.       — Микеле, холоден ко мне, сынок.       — Я Майкл. Прошу не звать меня именем из паспорта.       Вито Скалетта слабо улыбнулся.       — С каких пор ты только Майкл?       — С тех самых, когда ты всех нас убил. Убил нашу семью и исчез. Мне было, знаешь ли, так легко знать, что ты не ушёл к другой бабе, не кинул нас. Тебя убили. Ты умер. Поэтому не был с нами. А ты, — Майкл вдруг почувствовал прилив гнева, схватил отца за грудки, — ты был жив всё это время…       На территорию кладбища зашёл водитель.       — Линкольн, всё хорошо, — махнул ему рукой Вито, — это мои дети, не видели меня двадцать пять лет.       — Сразу видно, что твои, — буркнул водитель.       — Я объясню. Прямо здесь?       — Да, при матери, прошу.

***

      Линетт увели, Ачиль ушёл за ними. Рядом же появился какой-то огромный бугай, держа пистолет наготове.       — Ох, пожри земли напоследок, Скалетта. Ждём Ачиля.       Скалетта действительно ждал. Отсчитывал секунды, так ему хотелось скорее умереть. Как вдруг он вздрогнул. Бугай трижды выстрелил в воздух.       Через несколько минут послышались выстрелы со стороны, куда увели Лин.       «Просто сообщаются так».       Показалось так сначала. Просто сообщаются… так… они… Это их способ…       — АХ ТЫ МРАЗЬ! ТЫ УБИЛ ЕЁ! СУКА ТЫ ТАКАЯ!       Все кинулись держать Скалетту, так как ему, страшно разозлённому и безумно несчастному, и руки-то не нужны были для мести. Ачиль пришёл быстро. Он был расстроен и зол не меньше Вито.       — Ну что, Вито, теперь ты?       — ТЫ ОБЕЩАЛ!       — И что с этого? Линетт нужно следить за детишками.       — Что? Вы их?..       Вито всё же вырвался, повалил на землю Ачиля, тот поддался. Но кроме укуса в щёку Вито ничего не смог подарить Ачилю. Тот засмеялся истерично, страшно.       — Преподайте-ка ему урок.       Скалетта потерял сознание от побоев. Очнулся он уже сидя в какой-то грузовой машине.

***

      — Я очнулся в машине, которая вывезла меня за границы штата. После меня выбросили за пределы страны. Каким-то хреном на меня повесили такие вещи, о каких я даже не знал. Я скитался, парни, долго. Я не знал точно, живы ли вы. Но о Линетт… я думал, что она точно мертва.       — Вас обвели вокруг пальца, обоих. Она думала, что пристрелили тебя, а ты… Жесть, — прокомментировал услышанное Иларио.       — Я продолжал верить и надеяться.       — Судя по твоему водиле и тачке, надеялся ты на свою криминальную карьеру.       — Я вас нигде не мог отыскать. Мой прокол, что поверил в вашу смерть. Я ожесточился, хотел отомстить. У меня ничего не осталось. Вас прятали от меня. И я знаю кто это был. Ачиль выбросил меня для каких-то грязных дел его подельников в других штатах. На меня хотели свесить всё и отправить куда-нибудь далеко и навсегда. Но я сбежал. Ачиль не ожидал, что у меня будет поддержка со стороны. Он был могущественнее, но не так уж, чтобы хитрее. Мне помогли одни люди. Я обзавёлся семьёй. Не трясись, Майкл, не той, о какой ты подумал. Другой.       — Криминальной?       — Да. Семья Скалетта преуспевает в Новом Орлеане. Линкольн – часть моей семьи. Мы нашли, если вкратце, Ачиля. Я отомстил.       — И это позволило тебе раскрыть все информационные потоки? – предположил Майкл.       — Да, я узнал, что ваша мать, моя супруга, не так давно умерла. Я узнал, что с моей сестрой. Я посмел предположить, что шлюха Меридит знает больше. И она знала. Не рада была меня видеть, но сказала мне, где могила. Ваших адресов не сказала. Но я бы узнал у её дочки-болтушки.       — Она моя девушка, — сразу предупредил Иларио.       — М-м-м, — Вито Скалетта улыбнулся грустно. Так же, как Майкл.       — Вот и завершающая точка, мама. Теперь мы знаем всё. Вот он, тот, кого ты так любила, кого ты ждала. Он пришёл. Правда, немного не успел, — Майкл повернулся в сторону фотографии.       Линетт Скалетта улыбалась с фотографии, такая красивая и такая счастливая. Три её самых любимых и родных мужчины, живых и здоровых, глядели на неё и стояли рядом. Она была бы… была счастлива.