Трефовый валет

Никогда в жизни Мир не чувствовал себя так хреново как сейчас. Голова кружилась, горло саднило и ужасно хотелось пить, да и каждый звук раздавался в мозгу так, словно по наковальне били огромным молотом. Перед глазами все было мутным и размытым. Проморгавшись и еще немного полежав, он решил все же приподняться и осмотреться. Подъем оказался довольно тяжелым, словно ему на грудь положили десять килограмм лишнего веса, но все же Самойлов смог подняться и сесть. Схватившись за голову, он снова закрыл глаза подавляя приступ тошноты, который комом застрял в горле. Что вчера было? Почему так плохо? Сделав пару глубоких вдохов, Мир открыл глаза и осмотрелся. Комната казалась смутно знакомой. Самойлов сидел на угловом диване, с краю которого, кое-как скрутившись, спал Марк. Глаза Мира тут же расширились, когда он вспомнил, что вчера вместе с немцем приехал к нему домой, чтобы напиться. Похоже, набухались они довольно хорошо, если сейчас так плохо. Одно немного удивляло, почему они оба в трусах. Свесив ноги с дивана, Мир закрыл лицо ладонями. Зачем он столько выпил? Что было ночью? Почему он и немец в одном белье? Неужели Берг воспользовался состоянием Мира? От этой мысли Мир резко поднялся, за что сразу же поплатился. По голове словно топором рубанули, от чего блондин застонал, снова схватившись за голову. Почувствовав шевеление рядом, Марк стал просыпаться. События прошлой ночи тут же ворвались в его еще сонный мозг, от чего сонливость как рукой сняло. У них с Миром был секс! Вернее подобие секса. И что самое странное, как Марк позволил себя трахнуть? Но эти мысли тут же улетучились, когда в голову влезли другие картинки - продолжение бурной ночи. Где-то к трем часам утра Самойлову стало плохо и он попросил отвести его в туалет. Там, обнявшись с белым другом, он изливал ему душу довольно долгое время. Марк кое-как передвигаясь, последствия секса давали о себе знать острой болью в пояснице и копчике, успел сходить на кухню. Выпив минеральной воды из стеклянной бутылки, которую он взял из холодильника, Берг захватил еще бутылку и вернулся к Миру в туалет. Зрелище было необычным. Самойлов со страдальческим выражением лица, обняв унитаз, фактически спал, уложив щеку на ободок. Немцу пришлось перетащить его на диван в гостиную. Казалось бы, на этом веселье закончилось, но нет. Миру снова стало плохо. В общем, так толком и не поспав за всю ночь, Марк сейчас себя чувствовал почти так же отвратно как и Мир. - Все еще тошнит? – спросил Марк, приняв сидячее положение и тут же скривившись, перенес вес тела на правую сторону. Мир убрал ладонь с лица и повернул голову к немцу. Он не помнил практически ничего с того момента, как выпил второй стакан виски. - Сам вали в туалет, у меня сил нет уже тебя туда тащить снова, - зевнул Берг и подняшись, с какой-то уж слишком ровной спиной пошел в сторону кухни. Взгляд Самойлова устремился в ворсистый ковер на полу, затем на свои босые ноги, далее переместился к тюбику с какой-то мазью, которая лежала возле вороха одежды. Опустив руку вниз, Мир поднял тюбик и поднес ближе, чтобы прочитать, что там написано. Вазелин. Какого хрена? Почему на полу валяется тюбик с вазелином, да еще и открытый? Кинув на пол мазь, Мир снова встал и насколько мог быстро пошел в след за немцем. Это что получается, он его заманил, напоил и трахнул? Так? Марк стоял у окна и курил, взгляд у него был уставший, да и под глазами тени залегли. Всегда идеально уложенные волосы, сейчас были растрепаны и находились в хаотическом беспорядке. В черным трусах он смотрелся довольно неплохо, если учесть, что и тело у немца было подкаченным. Остановившись в дверном проеме, Мир уставился злым взглядом в Берга. - Что? - спросил немец, выдохнув сизый дым. - Ты? Сука! Ты напоил меня, а потом трахнул! Да я тебя сейчас убью просто! – в голосе блондина была слышна боль, обида и злость. Он действительно не мог понять, как вообще такое могло с ним случиться. Ведь, Мир только- только начал доверять Марку, а он такое с ним сделал. - Успокойся, убиватель блин, - сделав очередную затяжку, ответил Берг, - у тебя зад болит? Нет. А знаешь почему? Потому что ничего не было. Ты нажрался вчера в бревно, а потом тебя стало тошнить. Мне пришлось тебя в туалет три раза таскать. Марк понял, что в таком состоянии Миру лучше не знать, что произошло между ними ночью. Как бы обидно это не было признавать, но немцу придется пока придушить свое самолюбие, чтобы Самойлов не наломал дров. К тому же, прошлая ночь только сильнее распалила немца, и сейчас он был дико не удовлетворен. - Но, вазелин! Там открытый тюбик на полу валяется! – попытался возразить своим аргументом Мир. Ему очень хотелось поверить в то, что только что сказал немец, но сомнения все еще одолевали его. - Господи, откуда я могу знать, что он на полу делает? Ты вчера стал буянить, скинул пару раз аптечку, а там и вазелин лежал, выпал, наверное. Батя мой мозоли им мажет, возможно, закрыть забыл. Успокойся и садись завтракать, - докурив, Марк затушил окурок в пепельнице, прикрыл окно и повернулся к кофемашине. Достав из верхнего ящика пачку с ароматным напитком, он засыпал его в машину и включил ее. Сейчас им нужно было выпить крепкий кофе и успокоиться. Особенно Самойлову. Мир хотел еще что-то возразить, но закрыл рот. Вроде бы все логично. Хотя, почему они без одежды - непонятно. - А почему мы в трусах? – Самойлов сел за стол. - Потому что когда блюешь, смотреть надо куда, - фыркнул немец, доставая чашки с полки. Врать он еще не разучился, правда не учел тот факт, что одежда лежит на полу, и если Мир ее осмотрит, то заметит, что нет там следов содержимого его желудка. В кухне раздался довольно приятный аромат свежесваренного кофе. Он заглушил даже запах сигарет. Налив горячий напиток в чашки, Марк подал одну Миру. Сам же, оставаясь стоять у подоконника, опершись о него задом, сделал пару глотков, с удовольствием закрыв глаза. - Может ты и прав, - сдался Самойлов. Взяв чашку в руку, он сделал пару глотков и поставил ее обратно на стол. Горячая жидкость отозвалась урчанием в желудке. Все же там было пусто. - Могу пиццу заказать, - подал голос немец. - Не нужно, я домой поеду, - блондину было неловко находится рядом с немцем в одних трусах. Да, тело у него красивое, и именно поэтому взгляд Мира смотрел куда угодно, но только не на Берга. - Кофе хотя бы допей. Сейчас дам тебе кое-что из моей одежды. Не пойдешь же ты в грязном? – отставив чашку, Марк осторожной походкой пошел на выход из кухни. Нужно придерживаться истории о том, что Мир испачкал свою одежду. - А че ты так странно ходишь? – заметив странную походку немца, спросил Мир. Марку в этот момент захотелось забиться истерическим хохотом. И вот в этого балбеса он влюбился? Такие очевидные вещи не понимает? - Ты когда бухой – дико невменяемый. Толкнул меня вчера, я упал и ударился копчиком, - продолжил врать немец. - А, ну ладно. Извини, я не специально, - замялся Мир, отвернувшись к чашке с кофе. Тяжело вздохнув, Марк направился в свою комнату, чтобы подобрать что-нибудь для Мира. В большом зеркальном шкафу у немца было много дорогих вещей, главное, чтобы размер подошел. С виду, Самойлов по телосложению не больше Марка, но все же джинсы, которые ему нашел немец оказались тесноваты. Хотя и выглядело довольно сексуально. А вот зеленый свитер оказался впору. Немец даже не пожалел свою любимую кожаную куртку для блондина. В приличных шмотках Мир совсем по другому выглядел, этакий мажор после бурной пьянки. - Я верну, - одевая свои кроссовки в прихожей, буркнул Мир. Голова все еще гудела, и думать просто не хотелось. Сейчас он приедет домой, там выпьет обезболивающее и завалится спать до самого вечера. - Можешь оставить себе, - улыбнулся усталой улыбкой Марк. – Тебя подвезти? - Нет, я и так доставил тебе кучу неприятностей, - закончив с шнурками, Мир поднялся и открыл дверь. – Спасибо, что вытащил из участка. - Пустяки, обращайся. Самойлов вышел из квартиры Берга и направился к лифту. Сам же немец, борясь с желанием прижать Мира к стенке и зацеловать, выдавил из себя прощальную улыбку и закрыл дверь. Первый раз в жизни он оставляет у себя кого-то после секса и первый раз его динамят таким тупым способом как временной амнезией. Горько усмехнувшись, Марк отправился к себе в комнату. Нужно было отоспаться, а вечером позвонить Громову и выяснить, какого хрена он повесил на Самойлова кражу. *** Общение с немцем не прошло даром для Свята. От Марка он научился терпению, хитрости и стратегии. Изощренность ума в Громове и так присутствовала, а вместе с новыми навыками получалась довольно гремучая и опасная смесь. Святу не понравился их последний с Бергом разговор, и тогда он решил сыграть в небольшую игру, в которой после ее завершения, все сразу станет на свои места. Зачем выбивать из человека правду, если он сам, даже не осознавая этого, преподнесет ее на блюдечке с голубой каемочкой? Вечерний звонок Берга в резиденцию Громовых для Свята не был неожиданностью. Он правильно расставил все пешки и в итоге ожидал, что Марк ему позвонит. Сидя в уютном кресле в гостиной у камина, Громов младший, попивая виски из хрустального бокала, слушал разгневанные слова своего бывшего лучшего друга Берга. - Свят, я серьезно, это уже переходит все границы, - холодным тоном сказал Марк. - Почему же? То есть, когда я его избивал, а до этого чуть не сломал его психику для тебя это не было переходом границы? – спокойным голосом ответил Свят, сделав еще один глоток янтарного напитка двадцатилетней выдержки. - Ты забыл, что обещал Прозову, что скосишь срок на два месяца Самойлову? - попытался упрекнуть немец друга. - Нет, не забыл. Это мой ему прощальный подарок. Строптивый был раб, какое отношение ко мне, такое и к нему, - Свят в этот момент глянул на камин, в котором плескался огонь, пожирая сосновые поленья, от чего в комнате раздавался довольно приятный, еле уловимый, сосновый аромат. - Свят, забери заявление. - А если нет? Вещь-то редкая была. Эх, память все же. - Громов, у твоей бабки никогда не было этой вещи! Уж я-то точно знаю! – похоже Марк стал потихоньку терять самообладание, от чего Громов лишь усмехнулся. – Забыл, что я спас твою задницу? - Марк, Марк, Марк. Ты меня совсем разочаровываешь. Скучный стал и неинтересный. - Не заберешь заявление, пожалеешь. Я тебя предупредил! – стальным тоном произнес Берг, взяв себя в руки. - Не стоит говорить то, что не сможешь осуществить, - улыбнулся в трубку Свят, - ведь теперь я знаю твои слабые места Марк. Не зли меня, - после этих слов Громов отключил звонок и положил телефон на столик рядом с бутылкой дорогого напитка. Налив себе еще виски в бокал, он сделал глоток и на миг прикрыл глаза. Все происходит именно так, как он и запланировал. Берг сам себя выдал.