Seething blood

«Я был в Германии, потом в Германии. Потом на ближнем востоке. Затем в Израиле…» (Всадник Война, «Сверхъестевесвенное», 4 сезон). Фонарь замигал серебристым светом, а через секунду лампочка в нем взорвалась. Луна спряталась за темными тучами и щупленький ангел почувствовал приближение того, кого он ждал. - А позвонить никак? Мне казалось, пернатые уже хорошо набрались людских штучек, - брюнет лет двадцати пяти облокачивался о столб и насмешливо смотрел на вызвавшего его. - Не ломай комедию, Асомдей, - бесстрастно ответил тот. - Какие мы серьёзные, - хмыкнул демон. – И что я могу сделать для архангела, который чуть не сыграл хорошую роль в Апокалипсисе? Или тебя уже повысили, Рафаил, и ты у руля? - Ты, перестань упражняться в остроумии, - настоятельно порекомендовал архангел. Он поправил воротничок белоснежной рубашки и присмотрелся к одному из Князей Тьмы. Да уж, забавно было идти на встречу с тем, кого в прошлой войне готов был пытать до сумасшествия, а затем прихлопнуть, не раздумывая. Только после произошедшего Захария понял, что они все полягали в этой войне и неважно как, духовно или в прямом смысле. – Дело есть. - О, и какое может быть дело у архангела к Высшему демону? – все так же продолжал Асомдей. – Между прочим, ты вызвал меня с очень вкусной оргии. Не стыдно? - Ничуть, - хмыкнул тот. – Грядет новая война и я не думаю, что Аду угодно, чтоб левиафаны развалили к чертовой бабушке этот мир. А значит, нам нужно тайно сотрудничать, ибо предначертано, что… - Что Рай и Ад схлестнуться воедино, дабы поразить силу древнюю и восстанет новая звезда, - со скучающим видом продолжил демон. – И без тебя знаю, занудик. - Вот как? – абсолютно невозмутимо спросил Рафаил. – Тогда к чему ломаться? Ах, да, забыл: у Демоната никакой конкретики. Какая большая оплошность с моей стороны. Так что? - Какие условия, дорогуша? Я же демон, мне нужна выгода, - усмехнулся Асомдей. - Чего ты хочешь? – устало спросил архангел. Демон наиграно задумался, а затем ответил: - Сотню невинных дев. Буду лишать чести. А то ещё чуть-чуть и будет у вас целая армия ханжей, а мне никакого удовольствия, понимаешь, - он облизал губы и усмехнулся. - По рукам, - Рафаил, скрепя сердце, подал демону руку. Тот брезгливо посмотрел на бывшего неприятеля. Затем обошел два раза. - А мне казалось, ты знаешь наш бюрократический режим лучше. Он, разумеется, утомил нас за много веков, но, увы, таковы обычаи, - Асомдей встал перед архангелом ровно. Тот нехотя поцеловал неприятного союзника. - Все? – раздраженно спросил представитель небес. - Все, мой безгрешный друг, - не без иронии ответил демон. - Вот и славно, - невозмутимо усмехнулся представитель небесного воинства и предложил пройтись. На что легионер тьмы ответил согласием, после чего они пошли по грязной дороге, обсуждая прошлую войну, грядущую и прочие житейские мелочи. *** «Назвался груздем – полезай в кузов». (народная мудрость) Стары, но всегда актуальны мысли человечества о Преисподней. Там всегда безнадежно. Не зря демоны так рвались на землю. Все, кроме высшего сословия. Такие опытные вояки, как Велиар, Самаэль и Астарот всегда были против вылазок к жалким людишкам и творили порученные Люцифером дела с помощью целых штатов подданных. Раньше среди них был Азазель, но Апокалипсис он не пережил. Армия лишилась ещё тогда генерала и знаменоносца, но в этой войне эта потеря значила ещё больше. Теперь место Желтоглазого занял самый скользкий демон – Асомдей. Самаэль всегда ему не доверял, зная, что его суккубы мешают ведьмакам и чернокнижникам. Астарот чаще всего был просто сдержан, а вот Велиар откровенно ненавидел собрата. Но тем не менее он был ценен, как никогда. Особенно в этот миг, когда дошел слух о возвращении демона с того света. - Каким образом она могла вернуться, а наш генерал погиб смертью храбрых от гребаной оболочки Михаила? – недоумевал Астарот. Попечитель демонической армии был всегда в лучших отношениях с наиболее высшим звеном. Он предпочитал для оболочек больших землевладельцев и вообще влиятельных людей. Весьма мудрый, если не считать алчности и любви к приобретению душ. - Был бы ангелом, брякнул бы что о неисповедимых путях, но увы, - хмыкнул Самаэль, не отвлекаясь от документов одного из своих подопечных и крутя кривой кинжал в руках. Именно с помощью него демон забирал грешников в Преисподнюю. В сущности он был весьма умным и спокойным, но его природа давала знать своё. Недаром он всегда вселялся в мудрых мужей, а порой и жен. - Нужно найти её, - твердо произнес Велиар. Гневный и вспыльчивый демон прошелся по возвышению, где они собрались. Затем отдал приказ получше прожаривать вояк и вновь вернулся к союзникам. – И либо убить, либо склонить на свою сторону. А лучше всего первое. - Только я этим заниматься не буду, как все тут, - чуть надменно произнес Астарот. – Как и Самаэль, и Асомдей, - демон слегка брезгливо посмотрел на предводителя суккубов и инкубов. - Тогда этим займусь я, - раздражено вздохнул демон ссор и споров. – Я найду её. А заодно и захвачу эту полукровную уродку. Дочь Гертруды. - Правильное решение, - вставил своё веское слово Асомдей, чем заслужил гневный взгляд от Велиара, но ничуть не смутился. - Чудно, - хмыкнул Самаэль. Отношения демонов вообще интересная штука. Эти твари всегда нуждались в твердом лидере, но увы, всех лидеров отправили в тар-та-рары Винчестеры. Теперь царил хаос. Высший демонат без предводителя – ничто. Четыре сильнейших императора лучших армий ссорились, как бабы на базаре. - Только если вы её убьете, вы так и не узнаете как ей удалось вернуться. Хотите дальше томиться неизвестностью? Томитесь, - продолжил демон смерти. - Самаэль, она вернулась, а значит в системе произошел сбой! – горячо ответил Велиар. - Говоришь, как программист, - хмыкнул Асомдей. – Лучше бы Вельзевула взяли. - Поверь, мы того же мнения, - съязвил Астарот. - И что ж не позвали? – злейший демон, которого в людском мире даже часто путали с самим Сатаной, явился на возвышении, таща за собой любимые погремушки: пятьсот отрубленных голов. Самаэль брезгливо поморщился, а Вельзевул довольно улыбнулся. – Кстати, вряд ли ты, Велиар, найдешь эту потаскушку. - Это почему? – с вызовом выступил демон гнева и ссор. - Ты помнишь, кому она продавала душу, чтоб не умереть во времена великой чумы? – Вельзевул присел на пол и свесил ноги с обрыва, а затем и любимую игрушку, дразня адских псов. Те рычали, пытались допрыгнуть, падали и дико скулили, а демон лишь ухмылялся. - Тамми, - недовольно пробурчал Астарот, который всегда ненавидел жестокого союзника, который вечно ходил с Азазелем на всякого рода вылазки. Хренов паршивец устроился хорошо и работал себе спокойно среди своих любимых людишек. Да, вы не ослышались: Вельзевул любил свои игрушки. Преимущественно в мертвом виде, так они не создавали проблем. - То-то же. Ведьмы отлично заметают следы, а это значит, что вряд ли вы найдете нашу счастливицу быстро. Возможно, к тому моменту её с полукровкой захватят ангелы, а это нам не выгодно. Руби они найдут и убьют. Прятаться она умеет, мама-Тамми научила, но вот пернатые больно-то умны. Вы согласны? – демон вскочил и начал ещё пуще дразнить псов, из ртов которых уже текла пена. - К сожалению, - прошипел Велиар. - Мм, милый, что ты так меня ненавидишь? Ведь Азазель мертв, Бальтазар полег в бою, Кроули больше нет и я теперь вновь промышляю убийствами и тюремщиками, - Вельзевул произнес это без тени издевки. Демон жалел всех трех. Они были для него лучшими собратьями. Тот, кто думает, что такие твари не способны на что-либо светлое – крайне непроницателен. Для этого демона была не чужда скорбь о тех, к кому он привязался. Нет, он не помнил, что означает быть человеком. Да, Вельзевул был одним из самых верных. – Ах, да, я забыл: ты всегда был жалким подобием стратега. Мозгом из вашей шайки-ройки всегда был наделен Самаэль. - Да я тебя сейчас… - Велиар уже двинулся для удара, как его задержали Астарот и Асомдей. - Именно. Большего, горячий адский парень, ты ничего не стоишь, а Преисподней всегда нужен был тот, который умел бы достать все из всех уголков земли, - со спокойной ухмылкой ответил демон, выкидывая любимую игрушку жаждущим зверям. - А ты? – с вызовом фыркнул Велиар. - А я груздем не назывался, мне в кузов не надобно, - Вельзевул оглянулся пару раз и посмотрел на новую партию мучеников, которых везли большие телеги, запряженные псами, которые и сами были не прочь сожрать добычу, но боялись демона, как огня. – Так что лучше ты докажи всем, что сможешь отыскать и привести Руби в легион. Ну, и да: убить её – самая глупая идея. Азазель поручал ей дело и она его выполнила, так что зря вы так, «друзья» мои. А сейчас, увы, я хочу немного поразвлечься с новичками. Теперь-то я понимаю, что такого в этом находил Аластар, - сказал Высший и спрыгнул с обрыва. - Подонок, - прошипел Велиар. – Я найду её. И потом посмотрю, что скажет этот жополиз. - Ну-ну, - хмыкнул Самаэль. Вновь воцарилась тишина, прерываемая лишь криками мучеников и гомоном резвящихся демонов. Астарот нервно прошелся по возвышению. Он не сильно-то верил Вельзевулу, однако он хорошо знал погибшую Тамми: ведьмы у нее были первоклассные и у них с Самаэлем часто были общие дела. Правда, это никак не успокаивало «зловонного» демона, ибо прикинуться лапочкой Руби всегда умела. А иначе как она смогла убедить беспощадную Лилит, чтоб та её отпустила? Практика показывала, что демонесса относительно слаба, но ничуть не глупа. - Я верну эту сучку сюда, - твердо заявил Велиар, взяв в руки свой меч. – И брошу её в ноги Вельзевулу, чего бы мне это не стоило, - с этими словами демон ссор обратился черным дымом и улетел к выходу из Преисподней. - Пожалуй, и я пойду, - торопливо сказал Асомдей и засеменил к выходу, в то время, как Самаэль и Астарот хотели выпить чего-нибудь и уйти на празднество. - Не нравится мне он. Не нравится и все, - серьёзно сказал демон смерти. Попечитель демонической армии лишь передернул плечами и оба пошли вниз, где суккубы затеяли хмельную пирушку, совращая души праведников похотью. *** «Разруха не в клозетах, разруха в головах» («Собачье сердце», Булгаков). Дин Винчестер хлопнул дверцей любимой Импалы и огляделся. Они заехали в лес, где, судя по рассказом жителей маленького городишки, завелось нечто жуткое, пожирающее людей. От семерых жертв были найдены лишь обезглавленные тела. Что б это ни было, оно было опасно и нужно было обеспечить спокойствие людей. - Тишь да гладь, - Сэм уже стоял посреди поляны, щурясь от лучей пробивавшегося сквозь кроны деревьев солнца. - В тихом омуте черти водятся, слыхал такое? – мрачно спросила Руби, помогая Лии выйти. У полукровки начинался обостренный голод и в скором времени должен был случится новый приступ. Демонесса знала, что лучше всего, если девушка будет держаться рядом с ней. - Да уж доводилось, - хмыкнул младший Винчестер. – По-видимому, чертяка силен и хорошо заметает следы, раз лес выглядит, как райское местечко. – охотник подошел к обоим машинам. – Нужно прочесать лес. А лучше всего будет разделиться. - Я не оставлю Лию тут одну! - горячо сказала Руби. – Приступ начнется и пока мы будем бодаться с этой тварью, она задохнется. - Веское замечание, - задумчиво произнес старший Винчестер, оглядывая западную часть леса. - Тогда этим займемся мы с Дином, а вы останетесь здесь стеречь машины и прочее, идет? – Сэм вздохнул и понадеялся, что брат сейчас не вспыхнет по поводу того, что не хочет оставлять свою детку на демона. По правде говоря, эта привязанность немного раздражала охотника. Черная красотка была напоминанием об отце, а каждая мысль о погибшем родителе вызывала в младшем Винчестере яркие вспышки тлеющей боли. - Идет, - с легким раздражением ответила Руби, и открыв дверь тачки этой Дейвис помогла Лии лечь на заднее сидение. - Не было бы её, - Дин указал на ноги полукровной брюнетки, - я бы детку не оставил на демона, - при этом охотник брезгливо поморщился. - Какой расизм, - хмыкнула демонесса и достала из бардачка два ведьминских мешочка. – Держите. Что бы это не было, убить ему будет вас сложно. Если это, конечно, не наши развлекаются… и не ваши, - при этом Руби многозначительно посмотрела на старшего Винчестера. Тот с надменным равнодушием принял изделие. На миг их взгляды схлестнулись воедино. Яркая зелень жизни и мучительный мрак смерти – прекрасно, не так ли? Но затем Дин широким шагом пошел к чаще. - Сэм, ты идешь? – спросил охотник, остановившись у деревьев. - Спасибо, Ру… - младший Винчестер осекся и поймал себя на том, что сравнивает постоянно эту демонессу и Руби. Ведь так же и та помогала им охотиться и подавала такие мешочки. - Джен, - машинально поправила брюнетка и Сэм лишь коротко улыбнувшись пошел за братом. - Нда уж, - хмыкнул Винчестер, перелезая через ствол поваленного дерева. – Вендиго тут не бывают и на них не похоже. Может, какая-нибудь тварь на тип языческих божков? - Не знаю, Сэмми, ты у нас мозг, - с усмешкой произнес Дин, отворачивая одну из веток. – По крайней мере, ЭМП зашкаливает. На мстительного духа похоже слабо. - Мы проезжали вышку, - напомнил Сэм. – Смотри! На кусте висела чья-то голова. Глаза вывались из орбит, а череп норовил выскользнуть из кожи. Оба брата содрогнулись и подошли к нему ближе. - Какая прелесть, - саркастично произнес младший Винчестер. - Вот интересно, этот «всадник без головы» в курсе, что даже от мозгов его жертв воняет, как от свиней? – с умным видом спросил Дин. Сэмюель тяжело вздохнул и присмотрелся к первой улике. Что-то легкая она слишком была, судя по всему. Как будто это была пустышка. Охотник брезгливо оторвал листочек и за волосы кинул голову на землю. Она тут же раскололась на две части. И что самое интересное, она была пуста. - Вот ведь, - сказал старший Винчестер, взирая на это зрелище. – И что это за птичка-мозгоклюйка над ним поработала? Насколько я помню, таких мы ещё не видели. - Память тебе не изменяет, - задумчиво произнес Сэм. Что-то это все смахивало на старый добрый фильм ужасов. Оставалось лишь найти дом с приведениями в чаще. С таким видом нечисти они ещё не встречались и это не просто пугало парня, которого, казалось, уж ничем не напугаешь, это доводило его до внутренней истерики. Немного успокаивал лишь тот факт, что в кармане ведьмовской мешочек. Как-никак, а защита. – Не плохо все-таки разделится. Чтоб это ни было, оно не тронет нас, пока мешочки с нами. - Ты так доверяешь этой Джен? – спросил Дин. Сэма передернуло: опять воспоминание о Руби и о тех временах. - Нет, просто мне знакомо содержимое этого ведьминского талисмана, - держа себя в руках, ответил младший Винчестер. - Ну, смотри, - пожал плечами старший брат. – На мне южная часть леса. - Хорошо. Дин перелез через ствол поваленного дерева. Буйствующая зелень немного успокаивала его душу, но все равно ему было немного не по себе. Охотник не прошел и десяти шагов, как врезался в кого-то высокого. Когда он поднял взор на этого встречного – изумился. Перед ним стоял Рафаил собственной персоной. - Мне казалось, прошлый раз мы распрощались не очень хорошо, чтоб ты сейчас меня искал, - с невеселой усмешкой произнес Винчестер. После предательства Кастиила доверять ангелам стало ещё сложнее, чем тогда, во времена Апокалипсиса. А с этим у них были особенные отношения: охотник отказался впустить архангела Михаила из-за того, что Сэму было предначертано стать оболочкой Люцифера и они должны были сразить друг друга. Хорошую же свинью подложили братья, когда оба воинствующих предводителя покатились в небытие. - Нынче время не то, чтоб ты снова показывал, насколько равнодушен к делам высшим, - спокойно проговорил архангел. – Сядь вот на пенек. Пирожок не предлагаю, ибо поговорить надо. - Мда, очень остроумно, - фыркнул Дин, но все же сел на то самое дерево, чрез которое перелезал. Одно непонятно: как его нашел ангел, если на его ребрах по-прежнему печать Еноха. Хотя, последнее время, все вокруг непонятно всем. Время такое и ничего тут не попишешь. – И что тебе надо? - Твоя помощь, - с ухмылкой ответил архангел. Винчестер некоторое время тупо смотрел на него, а потом расхохотался. Как же это было смешно, нелепо и больно! Из-за этих пернатых он столько вытерпел, что ни в сказке сказать, ни пером описать, а они ещё и помощи просят. - Моя помощь? – переспросил охотник, отсмеявшись. – По-моему, это наивысшая наглость. Впрочем, я уже навидался каким может быть ваше воинство. Все такие белые и пушистые, а на самом деле пора в солярий и на эпиляцию. - Ну, Дин, мир больше не такой, как прежде. Не мы делаем себя такими, мы лишь последствие деяний ваших, - ответил Рафаил все на той же ноте. Не впервой ему было уговаривать этого самоуверенного придурка им помочь и спасти человечество. Поломается он и на этот раз. - Мир одинаков всегда и разруха не в нем, а разруха в душах. Вы, как были наглыми самодовольными тварями, так и будете. И демоны, как были лживыми изворотливыми заразами, так и будут. Дело состоит лишь в том, что вы все такие раздутые думаете, что мы, люди, будем лизать вам задницы и лебезя перед вами, помогать вам, - зло проговорил Винчестер. - О, я как знал, но на этот раз ты сдашься, - Рафаил обошел мужчину. – Да, сдашься. – А затем исчез в легком полумраке осеннего леса. Дин оглянулся – никого. И слава Богу. Больше никто и никогда не сможет его покорить россказнями о том, что высшим существам нужна его помощь. Никто. Не верит он более в трескучие слова об «идеалах добра», «высшей справедливости» и «нуждающемся мире». Для него теперь есть лишь он сам, братец Сэмми и любимый дробовик. Ну, и это «оружие» и её демоническая подружка. «Не удивлюсь, если они лесбиянки», - с легкой ухмылкой подумал Винчестер. *** «А мы не ангелы, парень, Нет, мы не ангелы, Темные твари и сорваны планки нам Нету к таким ни любви, ни доверия, Люди глядят на наличие перьев…» (Би-2, Агата Кристи - «Мы не ангелы») - Неплохо бы найти хоть домик лесника, - пожаловалась Лия, утирая кровь демонессы с лица. - Неплохо бы, - равнодушно ответила Руби. Она по своей природе солдат и ей не привыкать спать в машине, быть в военно-полевых условиях, ложится под пытки для исполнения возложенного на нее поручения. Люди слишком много кладут на плечи демонов, не осознавая, что тренируй они свою силу воли и их бы не совратили на деяния жуткие. - Это да, мало ли что это за тварь, - подал голос Сэм. Он жутко волновался за Дина, который до сих пор не возвращался. – И я думаю, что нужно найти… - Твоего брата, - подсказала Лия. Она напилась жизненноважной жидкости и теперь была в полной гармонии с собой и миром. Демонесса Гертруда и падший ангел Анаил сделали её и сильной и слабой в одночасье. А потом оставили её одной выживать. От кого только бедняжка не спасалась. Одно время на полукровку покусился Кроули, потом отец хотел отыскать и уничтожить девушку. Некие охотники желали смерти Лии. Лишь Женевьев Дейвис пожалела её, взяла с собой, защищала от всего. Охотница говорила, что та есть её смыслом жизни и больше ей нечего терять. Они были обе одни в этом мире. Руби говорила также, но другой была эта демонесса, все равно другой. Чувствовалось в ней звенящее роковое отчаяние. - Я займусь этим, - вдруг сказала Джен и взяла в руки дробовик. – В конце концов, демоны посильнее вас будут и попроворнее. - Ну да, - хмыкнул Сэм, получив в ответ лишь гневный взгляд. Руби явилась на поляне, по которой, вероятнее всего, проходил Дин. Талисман её изготовления чувствовал хозяйку и это могло помочь в поисках этой заблудшей душонки. Как же она хотела придушить его в лесной чаще, чтоб отомстить своему убийце за все. Как же она его ненавидела! Ненавидела до кончиков волос этой дурнушки, в которую вселилась. И эта злоба давила, выедала, жгла, рвалась на волю… но не могла ничем помочь демонессе. Азазель всегда говорил, чтоб она глушила эмоции, потому, что это мешало думать. Но когда она кого слушала? Ещё Тамми говорила, что её подчиненная очень упряма. - Руби, Руби, Руби, - вдруг послышалось из-за спины и демон содрогнулась. Как и кто? Охотники не могли узнать. Никто, кроме Лии не знал её настоящего имени. Она обернулась и увидела перед собой старого доброго высшего демона Асомдея. - Полагаю, Ад прознал о моем возвращении? – спросила Руби. Она хорошо знала демонических ищеек. Они были не хуже шпионов Рая и могли узнать обо всем на свете. - Какая сообразительная, - хмыкнул Князь Тьмы. – Азазель был прав, когда брал тебя на службу. - Выкладывай зачем пришел, Асомдей, - грубо оборвала его ведьма, - сказочки и комплименты будешь отпускать своему легиону. - Вай-вай, какие мы грозные, - саркастично ответил демон. – Кстати, а что тебе сказали твои охотнички и полукровка? – Асомдей подошел ближе и вдохнул запах её волос. – Ты смотри: вся пропахла этой сучкой. - Тебе не наплевать? – резковато спросила Руби. Он лишь поморщился. - В сущности, на то, как ты выкручиваешься сейчас, мне действительно плевать, - хмыкнул князь, отойдя на шаг от демонессы. – В Аду многие болтали о твоей природе. Говорили, ты покладистее. И спала с Азазелем. - Врут, как дышат, - фыркнула демонесса. – И это все вода. Сказал бы лучше: зачем явился? Без тебя дел невпроворот. Надобно моего любимого убийцу найти. Доверие этих полукровок мне поважнее твоей бесцельной болтовни. - Руби-Руби, - покачал головой Асомдей, убрав длинную черную челку с глаз. Он любил брать в оболочки обаятельных брюнетов. Это как раз шло ему под имидж демона, совращающего невинных дев, хотя по правде говоря, эти невинные душонки сами были не прочь отдаться ему, ибо развращает не секс, а его отсутствие. – На тебя объявили охоту. И взялся за это дело Велиар. Этот вояка не наделен мозгом, но на спор с Вельзевулом сделает что угодно, ибо я всегда говорил, что зависть страшное чувство. - Причем же тут зависть? Тут скорее подчеркнутое желание выпендриться, - хмыкнула демонесса. – И в чем меня обвиняют? - В возращении, - просто ответил Асомдей. – Желают узнать, как это ты вернулась, а Азазель погиб навсегда. - Ну, удачи вам, прятаться-то я могу, - с легкой усмешкой произнесла Руби. Ей не терпелось скорее уйти искать ненавистного убийцу, нежели говорить с адским совратителем. - Но предупредить тебя стоило, - ответил князь и испарился. Дин выбился из сил в поисках хоть какого-то следа. Лес был все таким же густым, а конца или края видно было мало. Уже смеркалось, лесная чаща падала во тьму ночную, а Сэм прочесывал, вероятно, вторую часть леса и не известно, что могло с ним случиться. Через минут двадцать ходьбы, после разговора с Захарией, Дин напал на совершенно пустой домик лесника. Судя по всему, сюда давно никто не заходил и время как будто остановило здесь свой ход. Вероятнее всего, все ушли из этого дома, а уж при каких обстоятельствах, это был другой вопрос. - Винчестер, тебе не говорили, что в незнакомые домики нельзя заходить? А то там может обитать волк-извращенец в бабушкином белье и поджидать внуков? – Руби оперлась о дверную раму, когда Дин стоял посреди коридора и рассматривал картину на стене. - А тебя не учили быть со мной поосторожнее? Эта твоя Лия и Сэм могут тебе верить, но я-то не дурак. Наслышаны мы о «добрых демонах», больше на это не поведемся, - охотник обратил на демонессу взор потрясающе зеленых глаз. Сколько же тоски в них было! Для девушки было открытием, что не только демоны утратили смысл жизни после Апокалипсиса. - Говоришь о себе в множественном числе? Надо же! А я-то думала, что гордыня – прерогатива демонично прекрасного Сэмюеля Винчестера, а тут такое открытие, - язвительно произнесла Руби, упиваясь легкой болью охотника от сравнения его с братом. Младшему-то пророчили наиболее великое будущее. - Я уже советовал тебе заткнуть пасть? – спросил Дин. Это замечание действительно попало в цель. Он ненавидел, когда их сравнивали ещё тогда, когда оба ходили под стол пешком. - И не раз, - хмыкнула Руби и прошлась по коридору. – Судя по всему, тут никого, и не плохо бы тут остановиться, как и советовала Лия. Кстати, тебя уже ищут. Я бы с удовольствием тебя укокошила и сказала, что так и было, однако в эту войну даже самый отвратительный противник становится союзником, не так ли? - Я тебя тоже очень люблю, - саркастично произнес Винчестер. Он ненавидел всех демонов в равной степени. Правда, некоторых уважал. Было такое. Например, погибшую Кейси. Она была из преданных демонов. Преданность и верность… наверное, эти два качества можно встретить сейчас лишь у собак. Охотник тряхнул головой, отгоняя наваждение. А затем достал телефон из кармана куртки. Странно, но сеть здесь была и через минут пять ожидания он услышал обеспокоенный голос брата. – Все нормально, Сэмми, бери мою детку, полукровку и их тачку. А потом проедете минут тридцать на юго-восток и найдете дом лесника. Тварь не нашел. Жду. - Правильно, что ты не доверяешь демонам. Но в большинстве случаев мы не такие звери, какими себя выставляем. Люди и сами не лучше, стоит лишь легонько подтолкнуть вас к краю пропасти, как вы полетите в нее с радостным кличем. Грязные, грешные, уродливые… - Кто бы говорил, - с легкой усмешкой произнес Дин, сев на небольшой стульчик, который жалобно скрипнул и разломался. Джен заливисто расхохоталась. Мужчина насупился: не хватало ещё перед демоном опозориться. Но затем на него также напал приступ хохота: в конце концов, он всего лишь упал. И почему? Потому что не посмотрел, на что садиться. Надо сказать, он удивился, когда увидел, что демонесса протягивает ему руку и ждал подвоха. Секунда…и она на чем-то поскользнувшись, рухнула прямо на охотника. - Черт тебя возьми, Винчестер, всех за собой тянешь, - проворчала Руби, слезая с хохочущего мужчины. Через секунду оба смеялись над этой нелепой ситуацией. А затем умолкли в одночасье. Убийца и жертва. Забавно, черт подери. Взаимная ненависть, одинаковая разбитость, мертвые души. - Скажи, а у вашего племени есть НАСТОЯЩАЯ верность? Или вы чаще всего промышляете предательствами и всякими подлостями? – спросил Дин. Его давно интересовал этот вопрос. Всегда хочется знать, как им, демонам. Ангелов он изучил уже хорошо. И темная, и светлая половина пернатых созданий была ему известна, а вот о лучших чувствах адских тварей он был наслышан плоховато. - Как тебе сказать? – пожала плечами Руби. Она была несколько удивлена этим вопросом, хотя знала ответ на него. Даже знала причину, по какой Винчестер задал его ей. Забавно лишь то, что она использовала его брата для своих целей, хоть была преданна Аду. Всегда. – Невозможно предать тех, кого не любишь. Демоны любят лишь своих генералов, а любовь к людям им чужда. Ведь Люцифер никогда не любил ваше племя. И я его понимаю, хоть сама была когда-то человеком. Тебе, как рабу Господню, не понять меня. Просто ты непроходимый гуманист, а для меня, как и для всех демонов, вы лишь средство исторического процесса, не более. - Говоря по правде, я тебя отчасти понимаю, - вздохнул Дин, прислоняясь к холодной стене спиной. Демон говорил почти правду. Все они говорили иногда правду. За две тысячи лет люди натворили больше бед, чем демоны за одну войну. А насчет предательства… он бы никогда не предал свою семью, а на всех остальных ему всегда было и будет плевать. Так смысл ли было обвинять ту же Руби в том, что она подтолкнула Сэма к краю пропасти? Смысл ли делать чудовищ из демонов и героев из ангелов, если с двух сторон одной медали, под названием жизнь, если обе стороны одинаково могут ранить в самое сердце? Сначала улыбаться, а потом вогнать кинжал по самую рукоять? Двуличность нынче в мире стала модной. - Заткни себе это понимание куда подальше, Винчестер, - горько произнесла демонесса и похлопала по карманам кожаной куртки в поисках сигарет. Затем легким щелчком зажигалки подкурила и затянулась. Лунный свет освещал точеный профиль этой охотницы. Дину она отчаянно напомнила убитую им Руби, но он постарался вызвать хоть каплю здравого смысла и напомнил себе, что эта сучка давно уж сгорела вместе с церковью, где восстал Люцифер. А на месте, где это случилось, давно уж росли виноградные грозди какой-нибудь сердобольной хозяюшки. Так всегда в мире: из мрака вырастает свет, а в свету распускается мрак. – Вы лишили смысла жизни тысячу демонов и не каетесь. - И не будем, - с ироничной ухмылкой ответил Винчестер. – Слишком много чести. Вы хотели добить этот мир, а мы взяли и сделали это раньше. Самая удачная провокация с нашей стороны. - Ну да, на большую-то вы не способны, - усмехнулась Руби, выдыхая никотиновый дым. Он пронзал все её существо и заставлял уходить в безоблачную негу, где все теряло свой смысл. И не было ни горя жизни, ни пыла сражений, ни спокойствия смерти. За окном послышался звук машин, подъезжающих к дому. – Только кому от этой вашей провокации стало легче – это вопрос, - произнесла демонесса и встав, подалась на крыльцо, оставляя Дина в легкой задумчивости. *** «Я владею миром, но мир не имеет власти надо мной». (Бальзак) Сэм вошел в захудалую кухню. Ему не спалось. Мысли о Бобби и грядущей войне тянули его на край пропасти так же, как и Дина. Только чувствовал он это посильнее. Младший Винчестер всегда отличался более широким эмоциональным спектром, нежели старший. Война потрепала его больше, чем других. Смерть близких людей пережить можно, а смерть собственной души – нет. Он не помнил ничего из того, что было в Аду, но хорошо помнил ту боль, что дано было ему испытать. Это было просто невыносимо и вряд ли все когда-нибудь станет таким, каким было. - Не спится? – из глубокой задумчивости Сэма вывел голос Лии. Он поднял взор на девушку, сидящую в углу на ветхом столе и смачно жующую яблоко, купленное по дороге на эту охоту. - Не спится, - вздохнул Винчестер и попробовав на крепость стул, сел на него. Через мгновение он увидел перед собой протянутую ему бутылку с виски. – Что это? - Отрава для крыс, - саркастично брякнула Лия, доедая последний кусок сочного фрукта. – А если быть серьёзным: пей не задумываясь. Спионерила это адское пойло с прилавка. Надо же, каких дур берут на работу! От них одни убытки. Впрочем, мне это только на руку, от Джен не дождешься выпивки. Слишком правильная. - Ты все ещё говоришь о демоне? – усмехнулся Сэм. - Разумеется, - искренне улыбнулась Лия. – Не все же вам быть праведниками. - Это так мило, - хмыкнул Винчестер. – Говоря по правде, я никогда не был праведником, но всегда хотел изменить себя. Быть может, если все изменят себя в лучшую сторону, мир станет чище и лучше. - Я сейчас расплачусь, - фыркнула брюнетка и хлебнула из горла янтарной жидкости, от чего на сердце мигом полегчало. Бальзамом на душу она и была. Виски давно помогало забыться девушке. И в моменты, когда становилось совсем тягостно, Лия забывалась алкоголем. - Давай, - ухмыльнулся Сэм. – Платочек дать, иль сама справишься? - Ну-ну, остряк, - не смогла не улыбнуться девушка. – Как жизнь лучше расскажи? Должна же я знать, каково моему спасителю. И не смотри на меня так: кабы не ты, я бы задохнулась в том отеле. - Не преувеличивай, - скромно улыбнулся охотник. - И не думала, - ответила девушка. – Так ты бы выпил со мной! Не хочу быть форменной алкоголичкой. - Ну, давай, - Винчестер принял бутылку из рук Лии и надпил. Мгновенно потеплело, похорошело и жизнь уж не казалась форменным адом. Возможно, так стало даже легче: если тебе некого, кроме брата, терять, то возможно, это и есть свобода, как бы это цинично не звучало? Свобода от всего: от отношений, от работы, от мирских забот. Сложно было признаться себе, что ему нравилась амнезия, которую даровала война. Винчестер предпочел окунуться в нее, дабы не искать ответ на самые главные вопросы: «Что он сделал со своей жизнью? Не много ли на него возложили? И как бороться с этим всем, а главное, с собой?» Теперь снова отголоски новой войны прозвучали в воздухе, вновь повеяло жареной плотью и кровью врагов. – Каково это, принять свою смерть безоговорочно? - Для меня нормально, - пожала плечами Лия. – Таким тварям, как я, не место в этом мире. Сэм, я чудовище. Я была создана для этой войны и по провидению, мне суждено сгинуть в бою. Как бы не повернулась ваша жизнь, мне не дано прожить её с вами. - Я тоже был таким, как ты. И прошлое то и дело настигает меня, но знаешь, что меня спасло? – полукровка непонимающе уставилась на охотника, а тот продолжил: - Вера в собственные силы, вера в то, что Дин и Бобби помогут мне. В то, что и Кастиил поможет нам. Все так и было: реалистично, но в тоже время иллюзорно. Я отдал себя ради других и понимаю тебя получше других. - Спасибо, Сэм. Спасибо, - только и смогла сказать Лия. В комнате воцарилась тишина, а в лесу лишь иногда было слышно кукушку и шум крон, прогибающихся под порывами северного ветра. Ветра перемен, который нес лишь одну весть: ничто более не станет таким, как прежде. Ничто. - Винчестер, тебе не говорили, что деткам нужно засыпать не позже десяти вечера? Ах, да, забыла, бравые охотники никогда не спят, ведь так? – Руби спустилась с крыльца и села на капот «Импалы», с удовольствием наблюдая за реакцией мужчины. - Ещё раз сядешь на мою детку, я тебя пристрелю, - хмыкнул Дин и демонесса встала с машины. – А насчет твоих нотаций о режиме дня… кто бы говорил? - Ну, мне-то веков эдак семь, а ты ещё не пережил свою тридцать пятую весну, - пожала плечами женщина. Она не могла признаться себе, что упивалась этим жутким страхом, который пронзал её, когда Винчестер был рядом. Только страх и ничего больше подстрекал её испробовать его нервы, пощекотать самолюбие, вызвать гнев. Что терять, если ты и так уже мертв? Есть ли смысл отпираться? Жизнь утратила свою целостность и у Руби более никогда не будет высшего предназначения. - Ты сентиментальна, какая прелесть, - с едва уловимой иронией произнес Дин. – Не часто доводилось видеть демонов с такими речами, хоть пришлось слышать многое. Ваше племя отличается особым красноречием, но я-то знаю, что вы мягко стелите, да жестко спать. - Ты смотри какой проницательный, - хмыкнула Руби. – Все анализируешь других, а о себе думать не умеешь? Винчестер с презрением посмотрел на демонессу и отошел на пару шагов. Та же села на капот её «жеребца», как она окрестила тачку этой Дейвис и внимательно посмотрела на охотника. - У меня всегда хватало времени, но не здравого смысла. Я никогда не задавался и не горю желанием, думать о том, что я сделал с собой. Мне это не нужно. Я тот, кто я есть и не нуждаюсь в нотациях демонов. - Умерил бы свой расизм, милый, - с иронией произнесла Руби и легла, опершись локтями о заднее стекло машины. – Не время и не место, чтоб показывать, насколько мы друг друга не перевариваем. Я бы с огромным удовольствием тебя прихлопнула прямо сейчас, да нельзя. И ты горишь желанием меня либо в Ад отправить, иль того хуже – убить. Меня, маленького беззащитного демона. - Святая невинность, - хмыкнул Дин, покосившись на Джен. Как же она его бесила! Эдакая вся крутая, напыщенная сучка, которая не знает ни одной преграды, думающая, что все может и никто не помешает ей. Она, наверняка, что-то замышляла и не зря очутилась в Юконе именно тогда, когда они с Сэмом там расследовали дело. Хватит! Насмотрелись уж на всяких «леди Зорро». Больше на эту удочку не поведутся никогда. Хотя, если быть честным перед собой, она права: не Руби сподвигла его брата на начало Апокалипсиса, а он сам. Именно он не хотел видеть в Сэмми уже взрослого и вполне рассудительного человека, способного самому решать, что хорошо, а что плохо. Может, кабы Дин обращался с ним, как с равным, тот не пошел бы на убийство Лилит и не взломал бы случайно последнюю печать. Быть может, они бы остались живы. - Опять ты о святых, - улыбнулась Руби, сев ровнее. – Неужто не насмотрелся на пернатое воинство и не понял, что они такие же, как и мы? Помыкали тобой, как хотели, а ты и рад стараться. Один знакомый рассказывал о том, как вы чуть не дали восстать Самайне. Ключевое слово «чуть». - Я вот думаю, откуда это ты такая умная взялась? Неужто легион думает, что он все ещё непобедим? Не боишься, что я раскрою твою подлинную сущность Лии и Сэму? - Что ты имеешь в виду? – спокойным голосом ответила вопросом на вопрос демонесса. Внешне она была абсолютно равнодушна, а внутри - готова расплакаться от страха. Он может её убить. Гадкий ничтожный ангельский прихвостень! Дин Винчестер – вот корень её бед! Не родись он, все было бы хорошо. Не вернись из Преисподней – Руби была бы лучшей из лучших, помогла бы развалить эту планету к чертовой бабушке. Так нет же! Чертов Кастиил постарался! Чертов ублюдок, да сгорят они оба на самых худших кругах Ада! - Что ты просто маленькая лживая сучка, которая возомнила, что можешь быть сильнее всех. Вся эдакая героиня, а сама тварь из тварей. Я докопаюсь до того, кто тебя подослал к нам, - охотник поставил руки с двух сторон от демонессы. - Ну-ну, - хмыкнула та, - удачи тебе в этом деле. Как только найдешь – маякни. - О, ты все ещё сомневаешься в моих способностях? – нагло ухмыляясь Дин глядел ей в глаза. - Что ты, милый, - так же ухмыляясь ответила Руби, приблизившись к нему на встречу. – Только вряд ли ты найдешь моего босса. - Это почему же? – спросил Винчестер, облизав нижнюю губу. Он вдыхал запах серы, смешанный с запахом метала и ароматом выделанной кожи, из которой была сделана её куртка. Он не знал, что с ним, да и не хотел знать. Он ненавидел эту самодовольную тварь ещё с первой встречи и так будет всегда. - Потому что его… - демонесса сделала эффектную паузу. Ещё одна знакомая, в Преисподней, говорила, что если не знаешь что сказать или хочешь придать значимости своим словам – выдерживай паузу. Чем больше пауза, тем больше выгоды. – Потому, что его нет. Я работаю на Лию. А если сказать точнее, я её защищаю. - Чертова сучка, - разочарованно буркнул Дин, отойдя на шаг от демонессы. - Тебе не кажется, что у тебя вошло в привычку называть меня «сучкой»? Ты не думаешь, что это по меньшей мере невежливо. Я ведь дама. - Не кажется, - отрезал охотник. – Я привык называть вещи своими именами. - О, подумать только: я для великого и ужасного Дина Винчестера – вещь, - хмыкнула Руби. Страх. Только он давал это пьянящее чувство свободы. Изощренное любопытство подстрекало её испытать, на что способен охотник в гневе. Смерти она опасалась не так уж сильно, а вот узнать о способностях лучшего из мучеников Аластара – это лучше. – Может ещё возьмешь для пущего доказательства? - Не хочу мараться. В отличие от Сэма, я понимаю, что все вы демонессы просто грязные уродливые тварюки. Видел одну, когда мою бедную душу в Ад забирали. Страшна мать! Присниться ночью – заикой станешь навечно. - О, можно подумать, ты сам шибко красив, коротышечка ты наш, - язвительно произнесла Руби. Дин мгновенно закипел и двинулся на нее. Он пригвоздил её к капоту «Мустанга» и зло смотрел на нее, прожигая взглядом, давая понять насколько он её ненавидит, насколько она ему противна! Вдруг демонесса расхохоталась. Громко, заливисто, как будто не боялась его вообще. Как будто ей нечего было терять. - Что осклабилась? – словно выплюнул Винчестер. – Жизнь тебе, я вижу, недорога. - Нисколько, - ответила Руби, отсмеявшись. – Ты даже не представляешь, насколько жалко сейчас выглядишь: злой на себя за то, что тебя тянет к плохим девочкам. Доведенный мной до белого каления. Похоть и гнев… ммм… всегда любила эти грехи в едином порыве, когда агрессивные порывы и сердца злобных тварей становятся одинаковыми – это прекра… - демонесса умолкла на полуслове. Расстояние между их губами было не более четверти дюйма. Ещё секунда и она бы охотно поверила, что убийца поцелует свою жертву, однако он лишь сократив ненужное расстояние, оттянул её нижнюю губу и укусил, держа её за волосы. Через минуту отпустил и с ненавистью прошипел: - Убирайся, сука. Руби повторять дважды не надо было: она встала с капота и кинув растерянный взгляд на Винчестера, бросилась бежать в дом, чтоб закрыв за собой дверь, без сил сползти по ней. Дин посмотрел на небо, светлеющее над густыми кронами деревьев, а затем достал из бардачка флягу с виски. Сегодня было сорок дней по Бобби. Не плохо бы помянуть того, кто заменил им отца и был с ними до самого конца. Охотник поборол желание слизать кровь демонессы с губ и вытер её тыльной стороной ладони. Скоро рассвет, а в его душе по-прежнему темная ночь. *** «- Матерь Божья! – потрясенный до глубины души, воскликнул Причер. - Срань Господня! – поправили его сзади». (Олег Дивов, «Саботажник») Утро ознаменовалось резким протяжным рыком, от которого кровь в жилах заледенела даже у Лии. Сэм, уснувший на коленях полукровки подорвался и выглянул в окно: на них сунуло семеро змиев. А в коридоре была слышна какая-то толкотня и громкий поток неженской лексики. - Дин, Джен, какого черта тут происходит?! – спросил младший Винчестер, выбежав к двери, где его брат и демонесса баррикадировали дверь. - Ваши прелестные зверьки лезут! – запыхавшись, бросила Руби. – Сдается мне, эти ребята могут и через окно пройти… - Истину глаголешь! – тяжело дыша, ответил Дин. – Минут десять, как поперло! В кухне послышался шум битого стекла и демонесса мигом двинула туда, а за ней побежали охотники: если с полукровкой что-то случиться, им не расправится с левиафанами разом. Картина, которую они увидели, повергла их в шок: на полу лежал корчащаяся в предсмертных муках тварь, а у стола бегала Лия. Увидев вошедших, она крикнула: - Надо заманить их разом в дом и зажечь его! – брюнетка продолжила поиск, а Руби подбежала к ней. - Ты уверенна, что сможешь их одолеть? - Да, мать вашу! – ответила полукровка. - На живца? – Сэм сообразил пораньше брата. - Нет, блин, на мертвеца, если хочешь! – с сарказмом отрезала Лия, наконец нашедшая нож. - Выбивай часть стенки! – приказал Дин и бросил по стеклу табуретом. Руби с силой пустила в свободном полете ветхий стол, который коснувшись слабоватой стены, разломался, а затем с помощью телекинеза пробила стену. Вся компания левиафанов двинулась в дом. - Сами сдаетесь? – с жуткой улыбкой произнес главарь. - Конечно, дорогуша, - с елейной улыбкой ответила Лия и указала на дорожку из собственной крови, между ними и левиафанами. – Сюрприз! – она бросила спичку и быстро утащила за собой Винчестеров и демона. Послышался взрыв и огонь красноватым отблеском показался у двери. Охотники и Руби растащили баррикаду и быстро выбежали во двор. Не медля ни секунды, они забрались в машины и быстро уехали с места происшествия. Дом взорвался и на целых семерых тварей стало в мире меньше. *** «Одно дело попасть молотком в стекло критику Латунскому и совсем другое дело – ему же в сердце». (Булгаков, «Мастер и Маргарита») К середине дня они прибыли в соседний штат. Лии всю дорогу было плохо: бороться с жуткими древнейшими змиями было слишком энергозатратно. Всю дорогу она стонала, хрипела, звала мать, Женевьев, бредила. Руби уж думала, что она умирает или ей нужно ещё демонической крови, но нет. Полукровка просто изнемогала от того, что потратила столько сил. Ей было очень плохо. - Это не дело, - деловито сказала демонесса, выходя из машины. Винчестеры припарковали свою тачку у захудалого мотеля, в который полиция, не то, что ФБР, не заглянет. Нужно было схорониться, ибо та шайка-ройка мерзких тварей, наверняка, передала своему начальству о том, что нашли друзей своего «благодетеля», и на хвосте у охотников и девушек могли висеть ещё парочка левиафанов. - Что именно? – спросил Сэм. - Лии совсем хреново после утренней зажарки, - ответила демонесса серьёзным голосом. – Крови ей не нужно, есть не хочется. - Надо думать, она истратила много сил на убийство чертовых тварей, - предположил младший Винчестер и был абсолютно прав. – Одно дело ради забавы расплавить тарелку тремя каплями крови и совсем другое уничтожить врагов ею же, но в больших количествах. - Вот и я о том же, - ответила Руби, опираясь на дверцу «Форд Мустанга» и стараясь не обращать внимания на то, что её прожигали взглядом Дин с одной стороны, а с другой – Лия. – Надо залечь на дно дня на три. Я приготовлю нам мощную защиту и сможем перекантоваться пару суток здесь, а там посмотрим. Что ты об этом думаешь? - Солидарен, - кивнул Сэмюель. – Дин? - Да, пусть так будет, - слегка поморщившись, ответил старший Винчестер. Лию отпаивали горячим чаем. В номере, где были девушки, царила тишина, изредка прерываемая перешептыванием Сэма и Джен. Дин большую часть времени сидел у окна, раздумывая о бытие и прочих прелестях. - Мда. Лучше бы меня вообще не рожали, - полукровка села ровно на кровати и налила из термоса ещё чашку чаю. Все тело ныло, как после крови демона. Слабость, как будто напилась человеческой. Лии было хуже некуда. – Не родители, а два идиота. - Меня удивляет, что наши повелись на пернатых ублюдков, - хмуро произнесла Руби, курящая в открытую форточку, выразительно покосившись на Дина. - Господи, ну причем тут демоны и ангелы?! – взбунтовалась Лия. – Дело в том, что оба моих родителя оставили меня одну, без какой либо поддержки! А Анаил вообще убить хотел! Мама хотя бы просто умерла, а этот меня хотел лишить жизни! Джен – единственная, кто мне заменил родителей. И ты тоже! – полукровка обессилено упала на мягкую подушку. До жути хотелось умереть прямо сейчас и послать к черту все: мир, высшее предназначение, демонов, ангелов, охотников. Только что-то держало её здесь. Что-то, что нельзя объяснить словами, мыслями, сердцем. Это просто противоречивые чувства такие, как, знаете, если вы видите, как ваша теща летит в пропасть на вашем дорогущем автомобиле. - Ну, теперь у тебя есть мы, - чуть охрипшим голосом произнес Сэм, чем обратил на себя внимание Руби и Дина. Старший охотник и демонесса переглянулись, а младший Винчестер лишь неотрывно смотрел на жертву своего рождения. Порочная. Обреченная на смерть с самого начала. Ведь он и сам таким был, есть и будет. Только он смог выкарабкаться из тьмы, а Лия вряд ли сможет. Смерть – это единственное, ради чего она живет. Не иметь право на существование, быть изгоем даже для родного отца. Быть оружием в руках высших сил. Сэму все это было хорошо знакомо и он понимал одно: нельзя, чтоб он к ней привязался. Иначе он просто не сможет отпустить её в долину вечной охоты. Не сможет и все тут. - И я, - выделилась Руби. Демонесса встала с подоконника и взяв пустой термос вышла из номера, оставив всех трех в глубокой задумчивости.