Домашний орк

Хоббитон оказался неплохим местом. Аккуратные дорожки, ухоженные рощи, надежные мосты, гнущие спины над рекой и даже самыми незначительными ручьями. Сюрпризом для орчонка стало то, что полурослики жили в норках, как кролики. Будь здесь его отец, он сумел бы пробраться в круглую зеленую дверку разве что на четвереньках, да и то цеплялся бы частями трофейной людской амуниции, которую специально переделал под себя. Проходя по садику, он заметил небольшой совочек и тут же тайком сунул его за пазуху. Если металл добротный, получится сделать неплохую заточку. Белладонна сделала вид, будто ничего не заметила, и провела орчонка в дом, указывая на одну из дверей почти у самого входа: «Думаю, тебе подойдет эта комната, – сказала она мягко. – В ней потолок повыше и большая кровать… а еще Дейзи, похоже, понравилось тут». Азог озадаченно посмотрел на свою волчицу, забравшуюся в нижний отсек серванта, стоящего в нише напротив входа в предложенную ему… комнату. Настоящую чистую комнату без решетки на окне, с мягкой постелью, прикроватным ковриком и шкафом. Гном деловито помогал слугам выгружать вещи. Он протиснулся мимо орчонка в дверь и брякнул объемистую сумку в сундук в ногах кровати. Видимо, глаза Азога заметно округлились, потому что возница снизошел до объяснения, буркнув: «Вещички твои». У него отродясь не было столько «вещичек», если не считать коровью ногу, которую он как-то стянул у варгов, но от этой добычи осталось одно воспоминание. Почесав за ухом, он зашел в комнату и озадаченно осмотрелся: где это видано, чтобы так содержали рабов? – Идем со мной, Азог, – позвала хозяйка. – Я покажу, где у нас столовая и ванная комната. Только, пожалуйста, не бери столовое серебро, это – память о моей прабабушке, я очень огорчусь, если что-нибудь пропадет. Это окончательно сбило орчонка с толку. По ее словам выходило, что он может распоряжаться вещами в доме, исключая ножи и вилки, а если пропадет какое-нибудь кольцо или вот, например, ваза – даже плети не получит? Проходя мимо одной из дверей, он втянул носом воздух. Пахло… да чем только не пахло! Главное, ужасно аппетитно. Можно было корябнуть косяк когтем, чтобы лучше запомнить, хотя этого и не требовалось. Нужно было срочно сделать запасы. Хоббитянка тем временем продолжала знакомить его с укладом жизни в Бэг-Энде. От него требовалось совсем немного – охранять дом от грабителей и не пугать слуг. Всем этим полуросликам он был представлен. – Скажи, как Дейзи будет реагировать на гостей? – спросила Белладонна, накрывая на столик в гостиной. – Присаживайся. – Я велю ей охранять логово, – пообещал Азог, решив, что от этого беды не будет. И примостился в кресло, поджав одну ногу под себя. – Она уже знает запахи всех, кто был сегодня в доме, а чужаков не пустит. – У нас часто бывают гости, наши друзья и родственники, – объяснила хозяйка, наполнив чашки каким-то ароматным настоем. – Мне бы не хотелось, чтобы она покусала кого-нибудь из них. Разве что Лобелию, – последнее, судя по тону, было сказано в шутку. – Дейзи знает слова «свой» и «чужой», – Азог тихонько свистнул, и его малышка, задрав хвост, примчалась из коридора, пристроившись под столом. – Одно слово, и она съест вашу Лобелию. Вопреки его ожиданиям, хозяйка ни капли не испугалась, а ведь стоило бы, у Дейзи хватило бы сил загрызть хрупкую женщину. Вместо того чтобы побледнеть и лишиться дара речи, хоббитянка благосклонно улыбнулась и кивнула ему. Орчонок спустил со стола свою чашку, дав щенку ее обнюхать, и только потом отпил немного и сморщился – вкус оказался горьким и терпковатым, незнакомым, а еще он ухитрился обжечь язык. Хоббитянка взяла с небольшого блюдца ложечку и помешала ею в чашке, предложив орку сделать то же самое. Соблазн стянуть серебряную вещицу был весьма велик, но он удержался, это было бы слишком заметно. Да и серебро дешево стоит по сравнению с золотом. Пресловутые приборы имели какую-то значимость только из-за того, что ими владела прабабушка хозяйки, а скупщик возьмет за бесценок. – Смелее, – подбодрила его женщина, снова показывая пример. – Вот так, по кругу. Неуклюже побултыхав ложкой на дне, Азог недоверчиво попробовал напиток снова и с удивлением обнаружил, что вкус изменился. Хоббитянка с интересом наблюдала за его реакцией, а потом положила на блюдце перед ним несколько печенюшек и сама предложила одну Дейзи. Та с сомнением понюхала руку и лакомство, после чего сцапала его, смачно хрумкнув, благо, хозяйка норы держала за самый краешек и ее пальчики не пострадали. – Да вы двое, гляжу, сладкоежки, – улыбнулась она, вытерев руку о фартук и пододвинув орчонку корзинку с печеньем. Тот скормил Дейзи еще немного печенья и припрятал немного в карман на случай, если ей захочется еще. Прибежал обрадованный чем-то Бильбо, забрался матушке на колени и подмигнул озадаченному Азогу, как будто на что-то намекая. *** С тех пор, как совершенно сбитый с толку орчонок вернулся в свою новую комнату, чтобы перерыть сундук, и обнаружил на тумбочке у входа длинный гномий кинжал в красивых ножнах, прошло несколько лет. Очень многое изменилось. Дейзи перестала помещаться в свое излюбленное место в нижнем отделении серванта, по-прежнему стоявшего в коридоре. Теперь она клала туда голову, сворачиваясь на проходе, и дрыхла, слегка всхрапывая, когда ее переступали, перепрыгивали и даже переползали. Сам Азог начал частенько наталкиваться головой на люстры, но ни в какую не соглашался переезжать из норы в сарай, каким бы благоустроенным тот ни был. Так вышло, что он очень сдружился с хозяйским сынком. Он хоть и был маленьким, но слово свое умел держать. Поначалу малышу приходилось сложно с диковатым орком, норовящим похоронить в саду окорок, прячущим по углам всевозможную снедь, шурующим в кладовке и оставляющим следы зубов на грудинке и колбасе, а также питающим нездоровое пристрастие к золотым украшениям. Как такому большому орку удавалось стащить у гостей часы или запонки, серьги или даже браслет - было загадкой. Бильбо находил нашкодившего орка и всякий раз уговаривал отдать добычу, особенно это касалось украшений Белладонны. Их было немного, но, что самое удивительное, по ним маленький Бильбо рассказал ему чуть ли не всю историю своей семьи. Когда у Азога было дурное настроение, он частенько огрызался, ссорился с Банго или пугал Лобелию, и даже несколько раз убегал в ближайший лес - чистенький, с редким подлеском. А спустя час-другой к нему приезжал Бильбо на навьюченной, как пони, Дейзи, и побег превращался в веселый пикник. Хоббитенок снимал с варга перекидные сумки, расстилал небольшую скатерть, расставлял на ней всякие вкусности. Всего раз он устроил настоящие неприятности. Случилось это во время первого визита гномов в Бэг-Энд. Едва увидев Двалина и его старшего брата, Азог выхватил свой нож, который до этого использовал только для разделывания кроликов, которых Дейзи ловила не только для себя, но и для хозяев. Орчонок словно взбесился, оцарапал Белладонну, накинулся на гномов. Не порезал, зато покусал. Дейзи, увидев, что ее любимого хозяина обижают, в клочья разодрала штаны Балина и прогрызла ему новый сапог. Успокоился Азог только после того, как сыновья Фундина общими усилиями окунули его в бочку с дождевой водой. Разгоряченные дракой гномы порывались убить орчонка на месте, и Банго был на их стороне, но за Азога и Дейзи вступилась хозяйка норы, зажимающая кровоточащий порез на плече, и ее перепуганный сын, в один голос уверявшие, что инцидент произошел из-за банального недопонимания и никто не собирался никому вредить. Балин и Двалин приняли извинения, но с тех пор гномы стали частыми гостями Бэг-Энда. Азогу это, конечно, жутко не нравилось, но он стал умнее и не ввязывался больше в драку. Однако старался всячески отвадить нежеланных посетителей другими способами. Он подговаривал Дейзи метить их сапоги, сам вылавливал где-то мышей и подсовывал тушки в кровати или карманы гномов, наливал воду в трутницы и подменял табак в кисетах на опилки. И что самое удивительное – не попадался!