Жизнь как теннис

Реджина понимала, что у нее еще много времени до игры, и поэтому девушка приняла решение, сходить в кафе недалеко от спортивного комплекса. Ей нужно было побыть наедине со своими мыслями. Она даже отказалась от идеи позвонить Деби, зная, что она скажет обо всей сложившейся ситуации. «Может, я не права, поступая с ней так?! Она не думала, что я ей настолько близка, что она может из-за меня проиграть. Зачем, я испортила ей праздник? Она победила. Это праздник, я очень за нее рада. Нужно поговорить с ней и все это прекратить. Нужно объяснить, что мы не подходим друг другу. Это и правда была лишь страсть. Мы не знаем друг друга. Не знаем, какие мы, не знаем про прошлое. Придуманные чувства. Это просто обман». Реджина посмотрела на часы. Ей оставалось 40 минут до игры. Поэтому она пошла на стадион к назначенному времени, как и обещала Джефу. Девушка пришла к раздевалке, где ее ждал Гордон. Он отдал ей сумку и сказал переодеваться. Через 10 минут Миллс вышла готовая к игре. - Миллс, может, расскажешь, что ты делала на игре Свон? - уточнил Гордон. - Уже ничего. Джеф, ты мой тренер, вот и говори только о предстоящей игре. По-моему она важна?! - достаточно грубо, ответила Реджина. - Ладно. Твоя соперница Симона Хелеп. Это очень серьезная соперница для тебя. Она молода и сейчас у нее пик формы, сейчас она очень сильна и тебе придется постараться. Помни - она сильна на подборах у сетки, поэтому не посылай туда мяч, не играй укорочено. Больше у нее больных мест нет. Поэтому, Миллс, сейчас тебе нужно собраться как никогда и выкинуть все ненужные мысли из головы. - Я поняла, Джеф. Пойдем, у нас осталось всего 10 минут до начала, - Реджина остановилась, - Джеф, если сейчас встретишь Деби, скажи, что мне нужно поговорить с ней после игры. - Хорошо, пойдем. Я кстати ее видел, она уже здесь. - Нет, перед игрой не нужно. - Хорошо, пойдем. Реджина вышла на стадион, он был полностью забит людьми. Очень многие начали скандировать ее имя, когда она появилась. Поприветствовав всех, Реджина начала настраиваться на игру. «Так, мы играли с ней несколько раз, но за последние несколько лет она очень набрала форму. Поэтому статистика моих побед сейчас может ничего не значить. Симона - отличная теннисистка и мне нужна постараться выкинуть все посторонние мысли из головы. И я это сделаю!» Судья объявил о начале игры. Подача была у Миллс. Реджина прошлась глазами по всему стадиону. Джеф был на трибуне, с ним даже уже сидел Стоун, и они о чем-то беседовали. Воркенсон сидела на vip-трибуне, показывая Миллс, что она очень поддерживает ее. Брюнетка подала и первой же подачей сделала счет 15:0. Когда Миллс ушла, Эмма посмотрела на Джонса и, увидев в его глазах понимание, почему она вот так ушла, Свон ничего не говоря, не спрашивая, не узнавая, развернулась и молча пошла в направлении раздевалки. - Эмма, подожди, - остановил ее Киллиан. - Что, Джонс? Хочешь меня поздравить с победой? Или же объяснить, зачем прогнал Миллс? Не утруждайся, я и сама все прекрасно знаю. Спасибо тебе. Я и забыла, для чего я здесь. Я хотела выиграть - я выиграла. Любой ценой. Теперь все мои мысли будут исключительно о теннисе. Нужно еще пробиться в четвертьфинал. Завтра расскажешь кто моя соперница, и усиленно займемся отработкой подач, а то сегодняшний первый сет показал, что мне еще работать и работать, - спокойно и без лишних эмоций говорила Свон, но от нее исходила боль и обида такой силы, что не знающему Эмму человеку показалось бы, что ей все равно. Но Джонс зная ее как облупленную и, видя какие чувства сидят внутри блондинки в эту минуту, не решился ничего говорить, или перебивать ее. Он лишь утвердительно кивнул на все, что говорила Эмма, зная, что переубеждать ее в таком состоянии бессмысленно и Эмма скрылась за дверьми отдаленной раздевалки, и на счастье блондинки там никого не оказалось. «Ну что же. Может это и к лучшему? Пора заканчивать весь этот фарс с чувствами и отношениями. Нужно настраиваться на предстоящие матчи и забыть кто такая Реджина Миллс. Сейчас есть только теннисистка мисс Миллс и все. Все, что было до этого - дурной сон... Но такой настоящий, приятный, самый что ни на есть желанный, и который будет преследовать меня всегда... Кого я обманываю? Я никогда не смогу видеть в ней просто теннисистку. Ри, где же ты? Как ты мне сейчас нужна...» Просидев в своих думах около часа, Эмма все же сходила в душ за это время и, переодевшись, решила выехать в гостиницу, здесь ей было делать уже нечего. - Эмма, вот ты где. А я тебя по всему стадиону ищу, - зашла в раздевалку Портер. - Привет, Мел, - сухо поздоровалась блондинка, - давай сейчас без пресс-конференций, я очень устала и хочу уехать в отель. - Без проблем, Эмма, - улыбнулась Портер, - а как же игра Реджины? Она начнется через 20 минут. - Киллиан, скажет мне счет. - Стоп, - остановила Мел уже выходившую Свон, - что случилось? - Ничего. Матч мисс Миллс меня сейчас интересует в последнюю очередь. Сейчас мне нужен отдых, а потом усиленная работа к предстоящем матчам, - все это Эмма говорила холодно, но внутри чувствовала, как все переворачивается. Сложно дается ей отрицание своих чувств. - Черт! - выругалась агент, - вы опять поругались? Да сколько можно? - Никто не поругался, Мел. Мы обоюдно решили прекратить всяческие контакты, вернее мисс Миллс хорошо дала понять мне это. Сейчас я не хочу больше об этом говорить. Мне нужен отдых и работа. Я сюда приехала показать весь свой теннис и пройти в финал, вот этим я и займусь, - холодно и безумно спокойно проговорила блондинка, да так, что Мел даже не нашлась, что возразить и пропустила Свон из комнаты. На выходе со стадиона Эмма встретилась с Деби. - Здравствуй, Деб, - поздоровалась блондинка и, не останавливаясь, вышла на улицу. - Привет, - Деби хотела спросить у Эммы как игра, но та даже не остановилась, - Эмма, подожди. Ты куда? - Я в гостиницу, - уже на улице Эмма буднично ответила Воркенсон. - И можно узнать с какого это хрена? - не сдержалась от эмоций Деби. - С такого, что моя игра закончилась, и я еду отдыхать от тяжелого матча, - продолжала удивлять спокойствием саму себя Свон. - У Миллс игра через 15 минут, ты не собираешься поддержать свою девушку? - спросила Воркенсон. - Свою девушку? - приподняла бровь Эмма и по глазам Воркенсон поняла, что Реджина ей ничего не рассказала, - Деб, она не моя девушка и никогда не будет таковой. - Свон, вы вчера вечером переписывались, и все было хорошо. Что произошло? - пытаясь быть спокойной, спросила Дебора. «О, Господи. Да за что они все на мою голову? Спросите у Миллс что произошло...» - Ничего не произошло, - холодно ответила Свон, - прости, Деб, мне уже пора, - и снова собиралась уйти Эмма. - Нет, я знала, что Миллс идиотка, но у меня хоть какая-то надежда была на тебя. Кто из вас теперь накасячил? Почему нельзя просто быть друг с другом? Хотя ладно, иди, отдыхай. С победой, - выговорившись Воркенсон пошла на стадион, - Миллс, я тебя точно убью. - Да не причем тут Миллс. Я виновата! - кинула Свон и, развернувшись, ушла в направлении машин. Дебора развернулась и посмотрела на Эмму, - объясни мне, что у вас произошло? Я вижу, ты переживаешь. - Произошло то, что я идиотка! Не нужно было даже думать о том, что у нас может что-то получится. Я в этом виновата, только я, - услышала из-за спины вопрос Деборы Эмма и тихо проговорила себе под нос. - Свон, хватит ныть. У вас все может получиться. Пойми, Миллс - сложная и упрямая, в ней масса недостатков. Но если она любит ... Эмма, хватит устраивать, этот тупой детский сад. Ты сейчас идешь со мной на трибуну и поддерживаешь свою девушку или ты возвращаешься в гостиницу и теряешь ее и последний шанс быть с ней счастливой, - Воркенсон развернулась, - решать тебе. Я буду в vip-зоне, - кинув последнюю фразу, ушла. Эмма так и продолжала стоять спиной, она поняла, что Воркенсон ушла и оставила ей выбор. «А может Деби права? Нужно плюнуть на свою гордость и просто подойти и извиниться перед Реджиной? Она ведь злится то не потому что Джонс прогнал ее. А потому что я сама не рассказала ей мою проблему. Но как я должна была ее рассказать, если сама до конца не могу понять это? Нет. Нужно завязывать с самоедством, а просто разъяснить ситуацию и дальше пусть решает Миллс. Я постараюсь принять любой ее выбор. Хоть это будет и тяжело... Да и зачем?» - Эмма была полностью уверена, что Реджина не выберет их. Походив около выхода и обдумав кучу вариантов, как поступить, Эмма остановилась на одном - поддержка Реджины. Свон не хотела, чтобы Миллс проиграла, и будет из-за всех сил болеть за нее. Но вот на счет их отношений Эмма все же придерживалась своего первого решения - нет никаких отношений, а есть только теннис. Свон поднялась на трибуну для особых гостей уже в разгар первого гейма. И ничего не говоря Воркенсон, подсела к ней и стала наблюдать за игрой. Миллс была настроена на игру. Она не смотрела по сторонам, и поэтому не видела, когда Эмма появилась на трибуне. Реджина с легкостью взяла первый гейм, следующей была подача соперницы. - Свон, а ты какой сок любишь? - спросила Воркенсон, она порадовалась выбору Эммы. Эмма смотрела за каждым ударом Реджины и не замечала ничего и никого вокруг. После первого гейма Эмма услышала, что Воркенсон, что-то спросила: - А? Что? - посмотрела на подругу Миллс Эмма. - Нет, ничего. Просто Миллс любит персиковый, хотя всегда пьет ананасовый, - Деби хотела разрядить обстановку и снять напряжение у Эммы. - Персиковый? Ананасовый? - ничего не поняла Свон, она совершенно выпала из реальности. - Сок, Свон, сок. Она любит пить персиковый, - повторила Деби. - Черт, Деби, причем тут сок?! - взорвалась Свон, - какая разница какой она пьет сок, когда она играет на корте? Да и вообще, какая мне разница? - На корте она проводит лишь часть своей жизни. А в жизни она должна пить, и любит она персиковый сок, но пьет всегда ананасовый. Ты просто должна это знать, - Воркенсон понимала, что несет чушь, но ей нужно было выпустить эмоций Эммы. - Пить она конечно должна. Но какое мне дело до ее предпочтений, Воркенсон?! - гаркнула блондинка, - зачем мне это знать? Мне совершенно наплевать на это! Пусть хоть виски с колой пьет, мне все равно. Она сделала свой выбор, и я тоже! - последнее Эмма говорила уже стоя. Эмоции, переполняющее ее, не давали просто сидеть на месте. Реджина принимала подачу, как боковым зрением увидела движение на трибуне. Она перевела взгляд и увидела стоящую Эмму, которая кричала на Воркенсон. Деби в свою очередь была совершенно спокойна и следила за игрой. «Эм, ты пришла. Нет, я не могу быть этому рада, но я рада» - за размышлениями Реджина отвлеклась, и счет стал 40:30, не в ее пользу. - Она не пьет виски с колой. Из алкоголя Миллс предпочитает мартини. Эмма, ты правильно сказала, что ты сделала свой выбор, ты здесь! - посмотрев на Свон, констатировала Воркенсон. - Я здесь с одной единственной целью - поддержать Реджину. Как только матч закончится, я сразу уйду, - эмоционально высказывалась Свон, а потом посмотрела на табло и увидела гейм-поинт у Хелеп, - черт! Было же 0:30. - Она увидела тебя, - спокойно сказала рыжеволосая. - И что у нее такой же синдром как у меня? - усмехнулась Свон. - Какой синдром? Она отвлеклась, на то, что ты стоишь и орешь на весь стадион, - пояснила Деби. - Забудь, - махнула Эмма и, сев на место, продолжала следить за игрой. В это время Миллс шла на лавочку отдыхать между геймами. Счет стал 1:1. Реджина сидела на лавочке и смотрела на Эмму, которая была сильно напряжена. Но тут ее взгляд поймала Деби, которая была спокойна. - Может, ты все же объяснишь мне, что произошло, - сказала Дебора. Эмма, не отрываясь, смотрела на Реджину, и когда Миллс пошла на корт, Эмма сказала: - Она разозлилась на меня. И я ее понимаю, я не сказала, что могу проиграть в ее присутствии, - устало ответила Свон. - Ты не сказала одной из лучших теннисисток и своей девушке, что ты можешь проиграть в ее присутствии?! Свон ... у меня нет слов, - скрывая улыбку, сказала Деби, - Эмма, у каждого спортсмена есть свои суеверия. Миллс, выходя на корт, прокручивает свою ракетку в руке три раза, а на ее голове одна и та же повязка вот уже 6 лет. Ты должна была сказать. - Деби, да я сама не верю, в это суеверие как ты выразилась. Но всегда когда приезжал отец на мои игры, я проигрывала, дергалась и нервничала, как говорят Джонс и отец, а сама я этого не замечала. И только после травмы плеча отец перестал посещать мои матчи, и тогда я прокляла все на свете, в том числе и себя за такую вот ситуацию. Ты не представляешь, каково это знать, что никого рядом нет, а еще сложнее, когда ты знаешь, что так и должно быть. Я не хотела и не хочу верить, что не могу играть в присутствии близких мне людей. Мне важно было, чтобы Миллс пришла, но получилось, так как получилось, - грустно улыбнулась Эмма. - Скажи ей об этом. И заметь, успокаиваешься ты, успокаивается она, - махнув рукой в сторону табло, где счет был 40:0, сказала Деби Свон усмехнулась и немного выдохнула когда, посмотрев на корт, увидела, что Миллс подачей навылет завершила гейм в свою пользу. - Деб, она не захочет меня слушать. - А и не нужно чтобы она хотела, тебе просто нужно сказать. Миллс - это стена, просто не все знают, что стеклянная, - похлопав по плечу Свон, сказала Воркенсон. Эмма благодарно посмотрела на Воркенсон и все же задала вопрос, ответ на который окончательно убедит или же разубедит Свон: - Скажи, ты действительно считаешь, что у нас получится? Ты ее лучшая подруга, скажи честно я, правда, нужна ей? - Давай так, я кое-что расскажу тебе, и ты поймешь мой ответ, - сказала Деби, а Эмма лишь кивнула. - Реджина, влюбилась в 17 лет. Это сразу были ответные чувства. Дэниэл и Реджина оба спортсмены, поэтому было трудно, но они справились. Он стал ее тренером. Они обручились, и Реджина собиралась уйти из спорта и завести полноценную семью. Но около 6 лет назад он погибает в автокатастрофе и мир Миллс рушится в одночастье. Любимого человека нет, тренера, который ее всегда поддерживал, нет, жизни, которую они планировали, тоже не будет. Она бросает все, что связывает ее с Нью-Йорком и с той жизнью, которая была до. Бросает родителей, друзей, квартиру, которую они купили незадолго до трагедии, а главное она бросает теннис. Она уезжает в Лос-Анджелес, где пытается начать новую жизнь. Когда мы приехали к ней с Джефом, там не было Реджины Миллс. Это была подавленная, уничтоженная девушка, которая не хотела жить. Нам удалось тогда вернуть ее на корт, она начала хвататься за теннис, как за последний глоток воздуха. Многие чемпионаты были выиграны, но за 5 лет в Нью-Йорке она возвращалась дважды. Два года назад, когда не прошла даже в 1/8 финала и сейчас. Сейчас в ее жизни появляешься ты. Реджина - сдержанная, холодная, высокомерная начинает реагировать на жалкие высказывания какой-то никому не известной теннисистки. Она срывается, и прилюдно показывает все то, что накопилось. Отвозит человека, которого знала 4 дня в школу, откуда начинала свой путь в спорте. Признается в чувствах в парке и там же целует. Миллс - веселая, авантюрная, счастливая, когда знает, что рядом есть ты. И поверь мне те чувства, которые она испытывает к тебе она не испытывала их к ...- Деби рассказывала, не сводя глаз с Реджины, - Реджина - моя лучшая подруга и я очень счастлива, что я могу ее видеть хоть немного прежней. Свон слушала Воркенсон и пропускала каждое слово через себя. Каждое слово как удар поддых, каждое предложение как ножом по сердцу. Эмма понимает чувства Реджины и очень сильно проникает в них. Смотря на Воркенсон, которая не отрываясь следит за Миллс, Свон окончательно принимает решение и уже ничто не сможет остановить ее в своем выборе. Она выбирает - счастливую, жизнерадостную, веселую, любимую и любящую Реджину. Ри. Она сделает все возможное, чтобы Миллс стала такой. Деби права говоря, что Реджина изменилась и изменила ее именно Свон. У Эммы открылись глаза на многие вещи. На многие поступки Миллс. Она и правда скрывается от людей, но Эмма даже не подозревала, насколько это было серьезно и больно. Жизнь - это боль и рядом должны быть люди, которые уменьшают эту боль, уменьшают эту жизненную пытку. Но у некоторых такой поддержки нет и это самое ужасное в жизни. Когда тебя окружают люди, а ты по-прежнему чувствуешь пустоту и ужасную, ноющую боль. Эмма понимала это как никто другой. Она пропустила всю жизненную боль Реджины через себя и как никто другой понимала ее чувства и эмоции. И теперь у Реджины есть человек, который будет всеми силами заглушать прошлую боль, тяжелые чувства, ненужные ощущения, горесть потери любимого человека и не даст сожалеть о настоящем и выборе, который, несомненно, придется принять. И этот человек ни за что не отступится от нее. Ни сейчас и ни в будущем. - Она будет счастлива, я обещаю, - сказала Эмма, не отрываясь, смотря на Реджину. - Свон, я рада, что ты все правильно поняла. Я не сомневаюсь, что Реджи будет с тобой счастлива. А теперь нам нужно успокоиться, - Деби посмотрела на табло где счет был 5:4 и разыгрывался гейм, в котором счет был 40:15. «Давай, Реджи, давай. У тебя получится...» - твердила у себя в голове Свон, когда как Миллс укороченным отыграла одно очко. 40:30. Посмотрев на сосредоточенной лицо Реджины, Эмма улыбнулась и не сомневалась, что очко, гейм, сет, да и весь матч будет за Миллс. - Она возьмет его, - уверенно сказала Свон, не отрываясь от корта. - Я в этом и не сомневаюсь, - улыбаясь, сказала Воркенсон. Реджина была сосредоточена на подаче Хелеп, девушка для себя решила, что это последний гейм в этом сете и он будет за ней. Бросив мимолетный взгляд на Эмму, Реджина поняла, что близкий человек рядом, и она не должна подвести Эмму. Две подачи, два очка за Миллс. Гейм взят, первый сет выигран. Свон встала с места и подняла одну руку в локте вверх и, обойдя сидящие места, подошла вплотную к ограждению и пристально наблюдала за Реджиной, которая в это время отдыхала на лавочке. Эмма поймала взгляд Миллс и одними губами прошептала: - У тебя получится! Я верю. Миллс отдыхала, когда почувствовал на себе нежный взгляд, она перевела свой взор на Эмму и сразу же встретилась с ее глазами. Миллс чувствовала поддержку со стороны Эммы, брюнетка знала, что в нее верят. Второй сет Миллс начала с совершенно другим настроем, ее игра была быстрой и уверенной. Она брала практически все подачи. Реджина вспомнила все слабые места Симоны и била точно по ним. Брюнетке удалось завершить второй сет со счетом 6:1. Матч выигран, все счастливы и рады. Все трибуны скандируют имя Миллс. Поблагодарив всех за поддержку, она пошла к выходу, у которого скопилась куча журналистов. - Мисс Миллс, вы рады свой победе? - Да. Я очень рада, но сейчас меня это не волнует. У меня есть дело поважнее, - пробираясь через толпу, ответила Миллс. - Реджина, как вам игра мисс Свон? - Я не смотрела. - Мисс Миллс, что за важные у вас дела? Вы случайно не хотите поделиться ими? - Нет. Стоун, заканчивай это, - рявкнул Реджина. Саймон очень быстро сориентировался и они с Гордоном вывели Миллс из толпы. - Стоун, спасибо. Я не жалею, что ты мой агент, - сказала Миллс, перед тем как зайти в раздевалку.