Жизнь как теннис

Один только человек на всем стадионе быстро опомнился и со всех ног побежал за врачом. Как только Джонс привел врача, они вместе подняли, так и лежавшую Свон с корта и увели в подтрибунное помещение. Тем временем судья остановил матч из-за дождя, и Эмме не пришлось даже брать медицинского перерыва. Шарахнина всем видом показывала, как она сожалеет, но подойти к Свон не решилась и скрылась в одной из раздевалок. Боль. Ужасная и обволакивающая боль не отступала ни на секунду. Единственное, что сказала Эмма, когда она оказалась в раздевалки это, - Джонс, мне нужна Миллс. И Киллиан, не говоря и слова, быстро вышел, оставляя сидящую на лавочке Эмму и колдующего над ее плечом доктора Уайта. Реджина закрыла лицо руками, увидев, как Эмма падает. За эти вроде бы секунды, у девушки пронеслись все моменты, связанные с Эммой. От их гневных ссор, страстного и в тоже время нежного секса, до легких прикосновений и признаний в любви. Из глаз потекли слезы, смотря, как любимая девушка лежит на корте под дождем. Когда камера взяла крупный план Свон, Миллс почувствовала всю боль, которую чувствовала Эмма. Когда Эмму увели с корта, брюнетка посмотрела на отца девушки, который просто молчал. Буквально через 10 минут в комнату отдыха влетел Джонс. - Киллиан, что с ней? - выпалила девушка. - Реджина, пошли, - не отвечая ни на вопрос Миллс, ни на немой вопрос Дэвида, кинул Джонс и вышел из комнаты. - Реджина, - беря Миллс за руку, нарушил тишину Дэвид, но дальше было все понятно без слов. Миллс только кивнула и выбежала за Джонсом. В ее голове крутилась одна страшная мысль, что с Эммой что-то серьезное, иначе ее бы не позвали. Она бежала по коридору в сторону раздевалок, по которому быстрым шагом шел тренер Свон. - В какой она? - спросила Миллс. - В той, - показал на дальнюю, любимую Эммой раздевалку Джонс. Реджина рванула туда. Она влетела в помещении, где сидела Эмма с опущенной головой. - Эм! - подбегая, окликнула ее брюнетка. Свон медленно подняла голову и улыбнулась, когда увидела Миллс. - Ри, - только и смогла высказать Эмма, как доктор вколол обезболивающие девушке. Свон дернулась от еще большей боли. - Эмма, девочка моя. Любимая. Потерпи. Сейчас оно подействует и тебе станет легче, - целуя, шептала Реджина, у которой текли из глаз слезы. Свон провела второй рукой по щеке Реджины, стирая стекшие слезы. - Ри, милая моя, все же хорошо. Не плачь, - успокаивала уже Эмма Реджину и почувствовала, как боль начинает стихать, а Свон начинает, наконец, чувствовать руку. - Нет, не хорошо. Тебе больно, - обнимая за талию Эмму, сказал Реджина, - завтра мы едем к лучшему врачу, который лечил мою травму. А сейчас собирайся. - Миллс, даже не думай об этом! - грозно вставила Свон и встала с лавочки, обходя врача и подходя к стоящему около дверей Джонсу. Тот понял ее взгляд и, сказав Уайту, что их можно уже оставить, и его помощь больше не нужна, они вышли из раздевалки. - Что значит, не думай? Свон, я прекрасно знаю, как обидно проиграть из-за травмы. Пожалуйста, остановись. Я тоже откажусь от турнира, только не переживай по этому поводу, - Реджина говорила серьезно и в этом никто не мог усомниться. - Я один раз уже отказалась играть из-за травмы. Больше такого не повторится. Миллс, я умру на корте, но выиграю или проиграю там, но никак, ни здесь, - также серьезно ответила Свон. - Значит, умрешь на корте?! - выпалила Миллс, - ты, что не понимаешь, что можешь все усугубить и больше никогда не вернуться в спорт? Ты же сама потом завоешь, если так будет! - Реджина, - тихо сказала Свон и подошла к взволнованной возлюбленной, и взяла дрожащие руки брюнетки в свою, - я люблю тебя. Я сделаю все для тебя, я изменюсь для тебя во всем, что только скажешь. Но не в теннисе. Ри, девочка моя, поверь, я знаю, что делаю. И это не очередной псих или принцип. Я могу. Я могу выйти на корт и продолжить играть. Только, пожалуйста, не останавливай меня, а то будет только хуже. - Если ты этого так сильно хочешь, - выдыхая, соглашалась с решением любимой Миллс, - тогда я пошла к твоему отцу. Он переживает за тебя. - Нет, - снова строго остановила Миллс за руку Эмма, - во-первых, дождь еще не прекратился, и матч не возобновился. Во-вторых, к отцу пришли уже все наши общие знакомые, а к ним пошел Джонс. И, наконец, в-третьих, ты пойдешь со мной и будешь смотреть на игру на трибуне. И это последнее мое слово! - отчетливо, строго и лаконично выдала Свон и, присев на лавочку, стала разминать плечо. Реджина стаяла и с удивлением смотрела на блондинку. - Ты уверена? Ты выигрывала, когда меня не было на трибуне, - но увидев пронзительный взгляд Эммы, согласилась, - хорошо. Как плечо? - Нормально, - сквозь зубы и боль проговорила Эмма то, поднимая, то опуская руку. - Это заметно, - сказала Миллс и присела на лавочку к Эмме. Реджина повернула к себе лицо девушки и нежно поцеловала. Эмма мимолетно ответила на поцелуй, но через пару мгновений оторвалась от сладких губ Миллс и всматривалась в ее безумно красивые карие глаза. И как обычно бывает, момент всегда портит, раскрытая дверь и, заходящие Джонс и Воркенсон. - Ну вот, они опять целуются, - улыбаясь, сказала Деби. - Воркенсон, у тебя, что чутье на это дело? - буркнула Миллс. - Это у вас чутье на нас с Килли, - обнимая мужчину, ответила рыжеволосая. - Как плечо? Уайт сказал, что одно неосторожное движение и... - не стал договаривать Джонс, увидев взгляд блондинки. - Я выхожу играть, Джонс, и даже не думай меня отговаривать, - отчеканила блондинка. - Я попыталась, но как видишь ... эта попытка не увенчалась успехом, - сказала Реджина. - Да хватит вам. Если она чувствует в себе силы, то она должна играть. Вы сами спортсмены и должны ее понять, - сказала Воркенсон. - Спасибо, Деби, - улыбнулась Эмма, - хоть один человек меня понял. - Да, конечно, она поняла, - буркнула Реджина, - это не ее любимый человек будет себя гробить. - Миллс, она не будет себя гробить, - также встал на сторону блондинки Джонс, - единственное, о чем я тебя прошу - если почувствуешь, что не можешь, остановись, - серьезно говорил Киллиан, на что Эмма со всем пониманием кивнула. - Я уже согласилась, поэтом я просто буду сидеть на трибуне, и болеть за свою девушку, - сказала Миллс. Деби посмотрела на Джонса. А Джонс перевел свой взгляд на блондинку и Эмма ответила. - Это я попросила. Я хочу, чтобы она была рядом, - сказала Свон и взяла ладонь Миллс в свою, переплетая пальцы. Реджина приобняла Эмму. - Так, все будет хорошо, - сказала Деби, - Свон, а ты знаешь про ... - Про что? - с интересом спросила блондинка. Миллс посмотрела на Деби. - Про что? - с интересом спросила Миллс, но по глазам можно было понять, что сейчас Реджина ее убьет. - Да ... ну ... про ... - Деби мялась и не могла ничего сказать, - мы с Килли после чемпионата едем в Вашингтон. Свон была безумно рада за своих друзей, но у нее почему-то было ощущение, что Дебора чего-то не договаривает. - Родные мои, я так рада за вас, - искренне говорила Свон. Киллиан подошел к Воркенсон, и без предисловий и уже совершенно не обращая внимания на присутствующих, страстно поцеловал свою девушку. Деби от неожиданности даже растерялась, но недолго мешкая, ответила своему мужчине на поцелуй. - Неужели Воркенсон остепенилась?! - прошептала Миллс на ухо Эмме. - Я думаю, да. Джонс отличный кандидат на эту роль, - также прошептала блондинка и только хотела поцеловать Реджину, как в комнату вбежал болбой и уведомил всех присутствующих, что крышу починили и через 15 минут матч продолжится. - Ну, вот и отлично, а то я больше не могу быть в ожидании, - сказала Миллс. - Джонс, давай оставим их на пять минут. Я знаю, что им это нужно, - сказала Дебора. Джонс кивнул и, взяв руку Деби, они вместе покинули комнату. - Миллс, я надеюсь, ты не сбежишь с корта, даже если я буду проигрывать? - Ни за что на свете, - сказала Реджина, - я до последнего буду с тобой. Эмма двинулась вперед и, смотря в глаза Миллс, накрыла ее губы своими, одной рукой притягивая за талию. Реджина наслаждалась объятиями и поцелуем с Эммой. С ее любимой Эм. Каждое прикосновение девушки к ней вызывало у Миллс мурашки. Ей не хотелось отпускать Свон, ей именно сейчас хотелось сказать, то, что она планировала сказать позже. Но понимая, что сейчас главное, чтобы Эмма победила и отвлекать от этого ее не следует, она отстранилась. Посмотрев в глаза, Реджина нежно провела по щеке блондинки. - Ты даже не представляешь, как я тебя люблю. - Представляю, - приложила свою ладонь к руке Реджины Эмма, - ведь я люблю тебя не меньше. Реджина улыбнулась. Она понимала, что игра скоро начнется. - Пойдем, - она встала и протянула руку. Эмма вложила свою ладонь в руку Реджины и с ее помощью встала с лавочки. Как только девушки уже подходили к выходу на корт, из одной из раздевалок вышла Шарахнина. - Эмма, Реджина, - сказала девушка, - Эмма, как ты? - с волнением спросила Мария. - С ней все хорошо и она готова дальше продолжать борьбу, - держа Эмму за руку, уверенно сказала Миллс. - Я очень рада. Я не хочу быть причиной ... - Ты не станешь причиной. Я сама не увернулась, - перебила ее Свон. - Реджина, Эмма, я вам двоим хотела сказать, что я рада, что вы вместе, - улыбнулась Шарахнина. - Спасибо, - сказала Миллс, и они с Эммой вместе улыбнулись. - Увидимся на корте, - сказала Маша и решила уйти и еще ненадолго оставить девушек наедине. - Вот видишь, Миллс. Все только и рады за нас, а мы счастливы, - обвивая талию Реджины руками, говорила блондинка. - Эм, теперь мне все равно. Ты рядом, родители и друзья «за». Единственное еще, что мне нужно, чтобы ты была только моей, - сказала Реджина. - Миллс, я твоя и только твоя, - улыбнулась Эмма, - и всегда, чтобы ни случилось, я буду с тобой и буду рядом. Миллс улыбнулась еще шире и развернула Эмму к выходу лицом. - Иди и выиграй. Хотя для меня - ты всегда победительница, - и она подтолкнула девушку к дверям. Свон рассмеялась и быстрым шагом направилась на корт. Не оглядываясь, она крикнула: - Я сделаю это для тебя! - и скрылась под звуками аплодисментов. Реджина проводила взглядом любимую и быстрым шагом отправилась на трибуну. Где уже сидели их друзья. Не было только Дэвида, так как он продолжал следить за всем по телевизору. Она села рядом с Деби - Все хорошо? - спросила Воркенсон. - Да, все хорошо, - ответила Миллс и устремила свой взгляд на Свон. Матч вновь возобновился и уж точно больше не прервется. Крыша заслоняла небесные капли и не давала больше ни намека на прекращения встречи. Игра остановилась на счете 7:6, 6:5 и 30:0 в пользу Свон, хотя подача была Марии. Эмме нужно пересилить себя и свою боль в плече, которая так никуда и не уходила. Свон соврала и Миллс и Джонсу, что все в порядке, и оно ее не беспокоит. Боль так и преследовала блондинку. Пока она шла, пока доставала ракетку или когда просто поднимала руки для благодарности за поддержку зрителям. «Свон, всего два мяча! Два мяча и матч закончен. Давай, Эмма, сжав зубы, играть!» - настраивала себя блондинка и, встав с лавочки, пошла, принимать подачу Марии. Шарахнина могла спокойно воспользоваться ситуацией и наисильнейшими ударами добить Свон, но Мария не стала сильно подавать, а просто перекинула мяч на сторону блондинки. Эмма прекрасно увидела, как ее соперница играет не в полную силу, но все же пыталась принять достойно. Но как только мяч коснулся ракетки, Эмма, сжав зубы от наисильнейшей боли пустила его в сетку. 15:30. - Черт! - выругалась вслух блондинка и схватилась за больную руку. Киллиан в это время не сидел на месте, а стоял в нескольких метрах от корта, а рядом с ним караулил доктор Уайт. Увидев гримасу боли на лице подопечной, Джонс не стал останавливать игру, увидев через несколько секунд поднятый большой палец блондинки и абсолютно серьезное лицо. Миллс не поверила Эмме, что с ней все в порядке. Она готова была выбежать на корт и прекратить все это. - Да, что она делает? Ей же больно. - Реджи, успокойся, - успокаивала Деби подругу, - она справится. Победит и все будет хорошо. - Я сначала ее прибью. Она опять мне врет, - Реджина была очень зла на Эмму. Реджина устремила свой взгляд на Свон, которая возобновила игру. «Эмма, ты можешь! Надо закончить сейчас, а потом будь, что будет...» Свон вновь встала принимать. На этот раз Мария подала сложную подачу. Она была не сильной, но настолько закрученной, что Эмме пришлось вложить в отдачу все свои почти оставшиеся силы. Мяч улетел под заднюю линию и лег так, что Шарахнина уже ничего не смогла сделать и сама уже пожалела, что исполнила закрут. 15:40. - Матчбол Эмма Свон, - слышалось с судейского возвышения. «Отлично, Свон. Еще один и ты в финале. Нет, не так, Еще один и ты выполнила свое обещание. Реджи, это только для тебя!» - улыбнулась она всей трибуне, где сидели ее друзья, но в особенности эта улыбка предназначалась Миллс. «Как же болит... Нет. Нужно настроиться и прекратить об этом думать. Черт с ней с болью, плевать, если больше не смогу играть! Я сделаю! Я сделаю это прямо сейчас!» - полностью сосредоточенно и, выключив все излишние мысли, Эмма встала принимать. Подача. Но мяч в сетке. Свон выдохнула, ожидая несильную вторую подачу. Но ожидания блондинки не оправдались. Шарахнина решила рискнуть. Мяч навылет и пробивает заднюю стенку. Линейный судья едва успел отскочить. 30:40. По-прежнему матчбол у Свон, но на этот раз последний в этом гейме. Да, именно последний, он же и решающий. Подача. Сильная, закрученная, почти навылет. Но Эмма вложила все оставшиеся силы и отбила мяч на противоположную сторону. Трибуны встают и уже хотят буквально взорваться овациями и аплодисментами, но.. Но Мария успевает, на этот, казалось бы, не берущийся диагональный удар, переправляя его своим фирменным бэкхендом. Но Эмма отлично изучила все удары и комбинации Шарахниной и почти с легкостью угадала этот ее шаг. Свон оказалась на месте, как только соперница ударила ракеткой о мяч. Аплодисменты, крики, овации, поздравления. Счастливая и бурлящая от восторга публика. Сидящая на коленях и безумно уставшая, победительница полуфинального матча американка Эмма Свон. Матч закончен. 7:6, 7:5. Свон впервые в своей карьере будет бороться за титул победителя турнира Большого шлема. А как будет выглядеть финал известно только одному человеку. А вернее сказать известно обеим, но обе думают иначе, чем они сами предполагают. Но это потом, после. А сейчас. Поздравления и неописуемая радость, как трибун, так и Эммы. После нескольких минут сидения на коленях с закрытой руками головой Эмма поднимается, машет и благодарит всех за поддержку, ища глазами всего одного человека. В это время она благодарит Марию за отличный матч, судей, зрителей и всех телезрителей. Рука невыносимо болит, но Эмма не обращает на это никакого внимания. Самую главную цель этих двух недель она выполнила. Она сделала это и теперь просто безумно рада этому. Поблагодарив всех, но так и не найдя Миллс на трибуне, Эмма после интервью и автографов, покинула стадион и скрылась в своей раздевалке.