Чертовски счастливая зима

      - Эх…       - Эх… - эхом отозвался не менее обречённый вздох со стороны.       - Ямамото, вы же с Нанаши-сан с детства знакомы, неужели ты ничего не можешь придумать? – поинтересовался Тсуна, решив разрядить напряжённую обстановку.       - Раньше я всегда покупал ей ответный дружеский шоколад в ближайшем магазине. В этот раз обязательно надо что-нибудь новенькое, иначе она расстроится, – задумчиво ответил бейсболист, закинув руки за голову и смотря куда-то в небо.       - А ты, Гокудера-кун? Ведь…       - Извините меня за то, что перебил, Джудайме! - Он вскочил на ноги и словно запылал. - Я слишком крут, чтобы заморачиваться! Но я всё равно должен что-нибудь придумать, только не знаю, что… - он поник головой и опустился обратно на лавочку, а Тсуна пустил нервный смешок. Если бы он мог беспокоиться только об этом. Всё-таки Атсуко очень популярна, и вокруг неё целый день будет крутиться куча парней, мечтая получить её шоколад и только ему достанется всеми вожделенный подарок. Десятый уже представлял эти озлобленные взгляды со всех сторон.       - Я экстремально растерян!       - И ты здесь, старший брат? – Сасагава только привычно активно закивал, но задумчиво-мучительное выражение на лице было явно не свойственно боксёру. Тсуна в очередной раз обвёл аллею взглядом, пытаясь отвлечься.       - Нья-ха-ха! Это всё Ламбо-сана! – малыш носился туда-сюда, не зная покоя. Тсуне подумалось, что взрослый Ламбо, наверно, совсем не беспокоится о приближающемся празднике. _______________       - Апчхи! – Ламбо прикрыл лицо ладонью.       - Неужто простудился, Ламбо? Когда успел? – обеспокоенно спросила Эмико, сидящая на кушетке в палате. Её лицо было уже не такое бледное как некоторое время назад, но полное восстановление требует времени.       - Я никуда из штаба и не выходил, – он почесал свою пушистую макушку, сонно прикрыв оба глаза. – Может быть, меня кто-то вспоминает?       - Есть кому? – в ответ он пожал плечами. В конце концов, у Ламбо много знакомых.       - Завтра ведь День Святого Валентина. Что хочешь в подарок?       - Разве не я должна дарить тебе шоколад? – поникнув плечами, спросила Эмико. Всё-таки у неё ничего не было и быть не могло: она напоролась на пулю почти сразу после приезда в штаб Вонголы.       - У нас особый случай, не надо переживать из-за этого.       - Тогда купишь мне пачку Поки в шоколадной глазури?       - Всё, что пожелаешь, – улыбнулся он, кладя голову на её колени. _______________       - Ку-фу-фу, как интересно, – Тсуна подпрыгнул на месте, услышав над самым ухом знакомый смех.       - М…м…м…Мукуро! Что ты здесь делаешь? – Хранители, которые сидели рядом, тоже вскочили на ноги, загородив своё Небо от Тумана.       – Как грубо. Я просто проходил мимо и заметил свою обожаемую Вонголу.       - Мимо проходил!? Что за бред! – вскрикнул Гокудера.       - Но это правда. Сегодня у меня нет на вас времени, – он развёл руками. – И на тебя тоже, Кёя-кун, – иллюзионист сладко улыбается, повернув голову немного в сторону от Хранителей. Все как один повернулись туда и замерли.       - Забью до смерти, – холодно, с нескрываемой яростью прорычал Хибари, приготовив тонфа к бою.       - Хи-и! – Тсуна схватился за многострадальческую голову. Сейчас будет грандиозная разрушительная потасовка.       - А-а-а! Страшный! Ламбо-сану страшно! – Тсуна нашёл малыша взглядом в тот момент, когда он уже достал базуку десятилетия. Решив, что будет ещё хуже, если что-то пойдёт не так, Тсуна рванул к ребёнку и, споткнувшись, треснулся о базуку головой. Та вывалилась из рук малыша и упала на бедную, наверняка замёршую кошку, пробегавшую мимо. Потом же базука завалилась на бок, звонко ударившись о тротуар.       - Джудайме!       - Всё в порядке, Гокудера-кун.       - Берегитесь!       - А..? – Базука неожиданно накрыла его, но дыма не последовало, а розовая базука не остановилась, продолжая неистово прыгать по аллее.       - Чёрт! Что происходит!? – Гокудера едва успел закончить фразу, как его накрыло, а следом Ямамото с Сасагавой.       - Вы нару… - Хибари не успел сообразить, как и его скрыло.       - Ку-фу-фу, – Мукуро отскочил в сторону. – Любопытно, очень любопытно, – иллюзионист довольно улыбался, пока не упёрся спиной в дерево и его не настигла базука. Розовый дым заволок аллею.       - Ня? – Гокудера быстро закрыл рот рукой, хлопнув по губам ладонью. – НЯ!? _______________       Момо встала, как всегда, пораньше, сделала небольшую зарядку, расчесала волосы, заплела их в косу, позавтракала и села в кресло, уставившись в подарочный пакетик. Она даже не имела представления, понравится ли Гокудере шоколад, который она делала полночи.       Вздохнув и намотав на шею шарф, она вышла из своей квартиры. Ходить в школу вместе приходилось, даже если у Гокудеры не было настроения. Хотя такое происходило на удивление редко.       Как только Момо собиралась постучать в соседнюю дверь, та резко распахнулась и так же быстро захлопнулась, как только в руках у девушки оказался лист.       - А..? Чт…?       «Я не пойду сегодня в школу! Что со мной - не твоё дело! Уходи!»       Она грустно посмотрела на листок, потом на дверь, повесила подарочный пакет на дверную ручку, развернулась и, покачиваясь, поплелась в школу, не по-детски расстроившись, что её жестоко отшили в День Всех Влюблённых. _______________       - Угу, угу, – Атсуко размеренно кивала головой на каждое слово на листе, – это было очень грубо и возмутительно. Вердикт: Гокудера – деревенщина. Не расстраивайся, – она успокаивающе похлопала Момо по голове, а та только ещё сильнее поникла.       - Совсем нехорошо.       - Усаги-семпай, вы здесь откуда?       - Увидела ваши грустные лица и решила присоединиться.       - Что-то случилось? – Усаги сложила руки на груди и вздохнула.       - Рехея сегодня не было на пробежке и он не пришёл в школу. Что с ним, ума не приложу. Позвонила, а он даже не ответил. Киоко сказала, что он заперся в комнате со вчерашнего дня. Пришёл поздно, мрачный, как туча, с намотанным на голову шарфом. Из комнаты не выходил и признаков жизни не подавал. – Она, наконец, замолчала, а потом угрожающе добавила: – Встречу – прибью. Какого черта я должна волноваться!? Будь он проклят! Я же принесла шоколад! – девушка уже носилась туда-сюда вдоль лавочки, активно жестикулируя.       - Они друг друга стоят, – засмеялась Атсуко.       - А Тсуны тоже сегодня нет? – спросила Момо, выпрямив спину.       - Нет. Такеши-семпая я тоже не видела, и Хибари-сан ни разу не проходил по коридорам. Мне это не нравится. _______________       Сузуме вдохнула свежий морозный воздух полной грудью и открыла глаза. Всё небо было закрыто серыми облаками.       - Что-то мне не верится, что Кёя прогуливает школу, – девушка приняла сидячее положение и осмотрелась вокруг. На крыше было, как всегда, пусто.       - …намимори но…       - Хибёрд? – канарейка покружила над головой Сузуме, а потом спустилась ниже, ухватив клювом прядь длинных волос. – Что такое? – Птичка только потянула прядь куда-то в сторону двери, и Сузуме поднялась, позволяя канарейке вести себя. Не прошло и трёх минут, как они оказались у дверей кабинета Комитета Дисциплины. Сузуме, не особо удивляясь, постучала в дверь и, не получив ответа, открыла её. В кабинете было пусто, только не было видно, сидит ли кто-нибудь в кресле, развёрнутом к окну.       – Простите-е... - никакой реакции не последовало, и Сузуме, прикрыв за собой дверь, прошла к столу, стараясь делать шаги бесшумными. Если Кёя задремал в кресле, а она его так небрежно разбудит, то он будет в очень, очень, очень плохом настроении.       Едва Сузуме хотела заглянуть за спинку кресла, как то развернулось, пряча сидящего в нём.       - Что? – Сузуме пошла дальше, но кресло снова развернулось. Она возмущенно уткнула руки в бока и, постучав ногой по полу, решила не поддаваться на провокацию и просто уйти, но ей не удалось. Как только она взялась за ручку двери, её руку перехватили. Сузуме повернулась к тому человеку и опешила.       - Кёя, а… - девушка потёрла глаза кулаками и снова посмотрела на ГДК. На его голове всё ещё были нэко-ушки. – Это… что?.. – Он стоял молча. – Ты увлекаешься… косплеем?.. – Как можно тише спросила Сузуме. Его левое кошачье ухо недовольно дёрнулось, и девушка резко зажала себе рот ладонями, стараясь сдержать рвущийся наружу смех умиления. Странно видеть грозного ГДК в таком амплуа, но даже с этими ушами и болтающимся сзади хвостом он оставался грозой Намимори.       Из груди Сузуме вырвался смешок, и Кёя уже открыл рот, чтобы произнести коронную фразу, но, на огромное удивление Аоки, тут же закрыл и отвернулся. Показалось ли или причудилось, но, кажется, Сузуме уловила на щеке Хибари крошечное пятно румянца.       - Кёя?.. – ГДК беспристрастно вернулся в кресло и отвернулся к окну. Сузуме даже почувствовала вину. – Извини… если обидела… - юноша продолжал молчать, словно и вправду обиделся. Сузуме вздохнула и неожиданно почувствовала сонливость и усталость во всем теле: похоже, надо идти спать.       Пройдя к столу и аккуратно положив на него небольшой свёрток, Сузуме собиралась тихо уйти в медпункт, но её запястье перехватили и вложили что-то в ладонь.       - Что это? – присмотревшись получше, она поняла, что держит в руках телефон. – А… Зачем? Это слишком дорогой подарок, – парень только молча открыл телефон, и на экране высветилась надпись: «Я всегда должен знать, где ты. Посмеешь выключить - забью до смерти!»       Никак не среагировав на удивлённый взгляд девушки, Кёя развернул сверток и принялся есть шоколад.       Наверно, теперь, когда Кёя понял, сколь замечательно спать или просто валяться на диване вдвоём, он ни за что не позволит Сузуме даже думать о том, чтобы пойти спать в медпункт. _______________       - Нет, правда, Киоко-тян, я сама хотела попросить тебя.       - Я надеюсь, что хоть вы выясните, что с братиком, Усаги-сан, – Усаги понимающе кивнула и нерешительно посмотрела на дверь в комнату своего семпая. Всё-таки, как бы она на него не злилась в школе, девушка очень переживает. Такого никогда не случалось раньше, и это настораживает.       - Рёхей! – позвала Усаги, постучавшись. Ответа не последовало ни через минуту, ни через две. – Эй, Рёхей!       - Что же с ним случилось? – Киоко была готова вот-вот заплакать.       - Не переживай, уверена, что всё хорошо. Знаешь, выпей чаю, успокойся, – девушка кивнула и побрела на кухню. – Рёхей, если ты сейчас не откроешь, я вы… - дверь резко распахнулась, и не успевшую ничего сообразить Усаги втянули в комнату. – Какого?.. – рот зажали ладонями и, потеряв возможность выразить эмоции через брань, Усаги активно замахала ногами. Когда пыл поутих, а девушка успокоилась, её освободили, и она, не теряя времени, повернулась к Рёхею, но так и не смогла произнести не слова.       – А… Э… Ч…что это? – она ткнула пальцем в светловолосую голову, из которой торчали два кошачьих уха.       - Ня! – воодушевленно прошептал Рёхей, разинув рот, словно кричит во весь голос. Как ни странно, Усаги, даже будучи в глубоком шоке, разобрала, что это означало что-то из оперы «Во имя экстрима!».       - Ты что, спятил? – сама не заметив того, шепотом произнесла Усаги, отползая назад.       - Ня! – обиженно прошептал он в ответ и притянул её обратно. Выудив откуда-то листок бумаги и маркер, Рёхей начал что-то усиленно строчить. Закончив, он протянул его Усаги.       «Во имя экстрима, я не знаю, как так вышло! В общем, это долгая история, но это должно было давно пройти!»       У Усаги нервно задёргался глаз.       - Тут нет никакой полезной информации! – девушка ударила его тем самым листом по голове и тихо вздохнула. – Ты что, не можешь нормально объяснить, что произошло? – к глубочайшему удивлению Усаги, он вздохнул и, поднявшись, уселся на кровать, опустив голову и почёсывая затылок. – Неужели так тяжело? – юноша активно закивал головой. – Ну, ладно. Раз уж сегодня такой праздник… - девушка достала из сумки коробочку и протянула её Рёхею. Тот с любопытством открыл и довольно улыбнулся шоколадке внутри. Когда он начал с удовольствием уплетать её, Усаги присела к нему на кровать. Конечно, она знала, что безрассудно находиться в комнате парня с закрытой дверью, но они уже спали в одной кровати, да и не думала девушка, что ему в голову придёт сделать что-то неподобающее. Он не понимает всех тонкостей. Наверное. Только вот Усаги едва сдерживала дрожь в коленях.       - Ня! – с довольным видом прочавкал Рёхей и принялся облизывать пальцы.       - Вкусно? – с гордостью в душе спросила Усаги и получила в ответ активные кивки. – Ты не кот, а поросёнок, – она убрала его руки и повернула лицо к себе. Салфеткой девушка принялась вытирать остатки шоколада с его рта. Боксёр неожиданно плавно наклонил голову и тёплые, сладкие от шоколада губы коснулись уголка её губ подозрительно аккуратно для такой личности, как Рёхей. Он смущённо посмотрел ей в глаза и потянулся за новым поцелуем. Усаги только прикрыла веки, наслаждаясь чудесным моментом.       Негромкий «пуф» заставил их оторваться друг от друга.       - Уши пропали, – тихо оповестила Усаги. Рёхей хлопнул ладонью по своей макушке.       - Угу.       - И мяукать перестал, – она, не удержавшись, широко улыбнулась и кинулась к нему на шею, повалив на кровать. – Знаешь, как я испугалась!? Не смей так больше делать! Ни за что! Пиши, звони, отправляй почтовых голубей! Понял!? – парень расхохотался и стиснул её в объятьях. _______________       - И что, ничего не говорит?       - Совсем. Я даже немного волнуюсь, не случилось ли что, – Ямамото Тсуёши почесал затылок, напоминая своего сына. – Кстати, давно ты к нам не заходила.       - Да, заминочка вышла, – она улыбнулась мужчине.       - Ну, не буду надоедать с расспросами. Ты же знаешь, мы всегда тебе рады, – мужчина улыбнулся давно знакомой улыбкой. – Если сможешь его разговорить, буду очень благодарен. Как всё решите, спускайтесь вниз, угощу вас суши.       - Слишком заманчивое предложение, чтобы отказываться, – он потрепал её по голове и ушёл обслуживать клиентов. Нанаши тихо постучала в дверь и, не дождавшись ответа, вошла. Комната была такой привычной. Ни одна вещь, ни один плакат в ней не изменился.       Одеяло на кровати зашевелилось, и из-под него выглянуло два любопытных карамельных глаза.       - Такеши, вылезай, – спокойно произнесла она и уселась на стул рядом с кроватью. Одеяло опять зашевелилось, и Нанаши догадалась, что бейсболист отвернулся от неё. – Такеши, я ради тебя выбралась из дома, ты не можешь меня игнорировать, – после некоторого бездействия, одеяло опять зашевелилось, и на свет выглянуло лицо Такеши с виноватой улыбкой на губах. – Вылезай из одеяла, – он собирался отодвинуться, но Нанаши потянула за край одеяла, и из-под него показалось кошачье ухо. Тогда, ничего не понимая, девушка дёрнула одеяло на себя и обомлела вовсе. – Что это? – Нанаши потянула руку и кончиком пальца дотронулась до шелковистого уха, которое сразу же дёрнулось. Ямамото убрал её руку и опять виновато улыбнулся.       Вскоре он зашарил руками под подушкой и выудил подарочный пакетик. Ямамото подсел немного ближе к Нанаши и протянул его ей. Она заглянула внутрь и, усмехнувшись своим мыслям, достала содержимое.       - Мы с тобой два сапога пара, – девушка сняла свой шарф и намотала новый. – И даже цвет одинаковый… - Нанаши достала из своей сумки ещё один шарф и сама намотала на шею бейсболиста. В самом деле, шарфы были и вправду очень похожи.       Они синхронно засмеялись, но, на удивление, он замолчал первый. Неуверенно потянув её за руку, Такеши заставил девушку пересесть к нему на колени. Он смущённо уткнулся в её плечо носом и начал тихонько покачиваться, словно убаюкивая, а по постели заёрзал короткошерстный хвост.       В тот вечер они так и не спустились на приглашённые суши, и Цуёши забеспокоился, но, поднявшись в комнату сына, он обнаружил мирно спящих в обнимку подростков, мило замотанных одинаковыми шарфами. Цуёши накрыл их одеялом и неосознанно вспомнил времена, когда делал то же самое, только укрывал он тогда маленьких детей. _______________       Кинув мимолётный взгляд на соседнюю дверь, Момо повернула ручку своей. Она решила, что будет гордой и не будет гоняться за этим вспыльчивым парнем. В конце концов, кто он такой, чтобы она подстраивалась под его настроение? К тому же, он что, единственный парень на земле? Ха! И ещё раз ха!       И всё-таки было очень обидно…       Встряхнув головой и отогнав глупые мысли в сторону, Момо кинула на пол школьную сумку и абсолютно спонтанно решила сходить в больницу навестить родных. Мама с папой уже два дня как пришли в себя, а вот в состоянии младшего брата не было изменений. Из-за этого в голову закрадывались скверные мысли. Хотелось опять попросить Гокудеру сыграть что-нибудь для улучшения настроения или снова почитать стихи, но у этого парня просить - себе дороже. Сплошная нервотрёпка.       Как только Момо распахнула дверь, она наткнулась на удивлённое и растерянное лицо Гокудеры.       - Чего тебе? – наигранно грубо бросила в его сторону она и сложила руки на груди. Хаято нахмурил брови, выудил из кармана блокнот, написал там что-то карандашом и сунул прямо под нос Момо, но она отвернулась в сторону.       - Что, я даже недостойна напряжения твоих голосовых связок? – пытаясь скрыть обиду, бросила она, на что Гокудера возмущённо тряхнул головой. Момо только закатила глаза и решила продолжить свой путь. Когда Хаято попытался остановить её, схватив за локоть, она вырвала свою руку и пошла дальше, расстроившись в глубине души, что он больше не пытался её остановить.       Медленно шагая по заснеженному тротуару, Момо ругала сама себя за то, что была такой резкой. Как будто Гокудера станет за ней бежать.       Резкий рывок с разворотом назад и почти стальное кольцо рук, которое сжало так, что мешало дышать.       - Что за?.. – взгляд сам собой скользнул по серебристой макушке, на которой непонятным образом оказались нэко-ушки. – Чего?.. Го… кудера? – его красные щёки и отведённый взгляд немного удивили Момо.       - Ня… - тихо пискнул голос Гокудеры, перед самым носом девушки. Она во всю ширь распахнула глаза и уставилась на итальянца. Её как-то само собой повело назад, но парень вцепился ещё крепче и попытался спрятать кошачьи уши в плече девушки. Подумав, Момо нерешительно натянула на его голову капюшон, хоть и была затруднена в движениях. Когда на свет опять появилось лицо Гокудеры, он быстро сунул в карман руку, достал записку и, вручив её Момо, вернул руку на место. Записка гласила, что он не виноват в этом пришествии, которое явно требует разбирательств, и о том, как он сожалеет, что не провёл этот день вместе со своей девушкой. Последние два слова были написаны просто огромными буквами (плевала я, что в Японии иероглифы) и подчёркнуты несколько раз.       Момо отвела взгляд.       - Извини, что наговорила лишнего, – тихо сказала она, всё ещё не решаясь поднять глаза. Ухитрившись, как кот, он носом подтолкнул её лицо вверх и, покраснев до кончиков ушей, кротко поцеловал в губы.       В тот день младший брат Момо пришёл в себя и, как оказалось, чувствовал только то, что чесалась правая коленка.       - Слава Богу… - выдохнула в плечо Гокудере девушка, когда их выгнали из больницы за весьма долгое посещение. _______________       Тсуна очень опасливо пробирался на середину поля, где сидела привычная и уже родная фигура, всегда казавшаяся задумчивой. Чего он припёрся в таком «интересном» состоянии сюда, зная, что может встретить Атсуко, никто толком не объяснит, даже он сам. Просто ему было не по себе от мысли, что она старалась приготовить ему шоколад, а он так и не появился в школе. Да и не поздравил он её и никуда не пригласил. Короче говоря, чувствовал он себя виноватым. Очень.       Запнувшись о собственную ногу, как делает обычно Дино, Тсуна упал носом в сугроб. Атсуко обернулась на звук и, не проявив никакой реакции, повернулась обратно. «Неужели обиделась?» - испугавшись и растерявшись, подумал Тсуна и поднялся на ноги, всё же дойдя до девушки. Он присел рядом и уже хотел что-то сказать, но опомнившись, прикрыл рот.       - Знаешь, Киоко-тян тебя повсюду искала, – начала Атсуко в какой-то непривычно отрешённой для неё манере. – Судя по размерам коробочки, это была довольно большая шоколадка. И странная девчонка с хвостиком на голове всё пыталась прорваться в школу, спрашивала у всех, где ты, просила позвать, – кажется, Тсуна уловил в голосе девушки непонятные нотки. Не раздражение, не разочарование. Больше похоже на… ревность?.. – Это была твоя знакомая?       Не в силах говорить по-человечески, Тсуна активно закивал, заёрзав на месте от неуютного чувства.       - Ясно… - безжизненно кивнула она, не отрывая взгляда от горизонта. Через несколько минут молчания спокойствие прервало резкое движение со стороны девушки. Она навалилась на Тсуну, заставив того лечь спиной на снег.       - Знаешь, я совсем не такая идеальная, как ты думаешь. Я плохо готовлю, не умею петь, ужасная собственница и очень ревнивая, – Тсуна был больше, чем удивлён – поражён до глубины души. Он даже не думал о чём-нибудь подобном. Да и вообще, он думал о чём угодно, но только не об этом. Он удивлённо приоткрыл рот, а она в ужасе распахнула глаза и быстро отсела подальше от него. – Извини… забудь, что я сказала… - странное чувство одолело тело Тсуны. Он подполз на четвереньках к ней и потёрся щекой об её щёку, покраснев до кончиков ушей. Капюшон упал с головы, а хвост вырвался на божий свет. Когда Атсуко собиралась отползти, заметив странности во внешности парня, Тсуна схватил её, как плюшевого медведя, спрятав лицо в её плече. Они так и сидели, пока с негромким «пуфом» с головы Тсуны пропали кошачьи уши.       - Извини! – сразу же воскликнул Тсуна. – Я не знал! Точнее, не думал, что ты можешь… Просто, мне казалось… Я считал, что только я переживаю, ведь ты многим нравишься, а я… - она прервала его, не в силах слушать этот бред.       - Это ты меня извини, – решительно краснея и начиная запинаться, проговорила она. – Я боюсь, что Киоко признается тебе и ты сразу же меня бросишь.       - Я обещаю, что больше не заставлю тебя волноваться об этом! Пожалуйста, перестань так думать, – вместо ответа они только сильнее стиснули друг друга в объятьях, просидев на поле до тех пор, пока не замёрзли.       - Я тебе шоколад сделала, – пролепетала Атсуко, снова покраснев.       - У меня для тебя тоже подарок есть. _______________       - С днём Святого Валентина, Энма-кун, – мило покраснев, она протянула парню небольшую коробочку.       - Тебя тоже, Мичи-тян, – он протянул в ответ подарочный пакетик и покраснел ещё сильнее, хотя казалось, что сильнее уже некуда.       - Как же это мило-о, – улыбнувшись, протянула Хитоми.       - Не вижу ничего милого-о.       - Просто ты ещё не дорос до таких вещей, – сказала своему собеседнику девушка.       - Хитоми-са-ан, почему мы сидим зде-есь? Я ведь сказал, учитель не придё-ёт, - всё так же безынтересно протянул Фран, сидевший рядом.       - Да не глупая я, поняла. Но раз мы здесь, почему бы нам не погулять? Праздник всё-таки. А одной мне неудобно, вокруг одни парочки, – Фран скосил на неё глаза. – Куплю тебе всё, что захочешь, в пределах разумного.       - Тогда ладно-о.       - Значит, с Днём Святого Валентина, – она притянула ему шоколад, который готовила для Мукуро.       - Спасибо. Вас тоже, Хитоми-са-ан. _______________       ММ продолжала стучать ногтями по грязному подлокотнику кресла, капая на нервы Кену.       - Да что вообще происходит!? – наконец заговорила она, и теперь никто не сможет её остановить. – Что случилось с господином Мукуро!? Почему он не выходит из комнаты!? Я, между прочим, собиралась пригласить его на свидание!       - Успокойся, нам он тоже ничего не сказал, – меланхолично ответил Чикуса, поправляя очки.       - Но ведь он сказал Франу! Где это яблоко-переросток!? – завопила ММ, осматриваясь по сторонам.       - Он куда-то ушёл, – в той же манере ответил Чикуса.       - Куда!?       - Мне откуда знать, – ММ была готова зарычать от злости, но сдержала себя и просто поднялась со своего места, собираясь покинуть комнату.       - Ты куда? – спросил парень.       - В комнату господина Мукуро, – зло рявкнула в ответ девушка.       - Он приказал не входить, – ММ недовольно дёрнула плечами и вернулась на место. _______________       - Зимой так рано темнеет... – задумчиво сказала Хитоми, смотря на город с верхушки колеса обозрения.       - Это начинается ещё осенью, – заметил Фран, за обе щеки уплетая сладкую вату.       - Да, ты прав, – она ещё некоторое время молча любовалась пейзажем, а потом опять повернулась к юному иллюзионисту. – Спасибо за сегодняшний вечер. Ты разбавил мои серые будни, – улыбнулась она ему. Он только протяжно хмыкнул, не зная, что ответить. Говорить что-нибудь колкое не было желания.       К вечеру в парке стало намного больше народу, поэтому Хитоми даже обрадовалась, что они с Франом уже прокатились, взглянув на огромную очередь к чёртовому колесу.       - Проводить тебя? – спросила она у паренька, беспокоясь, что так надолго его задержала.       - Ещё чего-о.       - Тогда держи салфетку, вытри лицо. Удачно добраться до дома, – она махнула ему рукой и развернулась в направлении дома. В такой чудесный вечер она решила не идти сразу домой, а просто погулять в одиночестве. Конечно, не то чтобы она любила так гулять, чаще всего по-другому не получалось. А погодка сегодня была такой хорошей: пошёл снег, наверно, последний в этом году.       Буквально через двадцать минут Хитоми почувствовала, что замёрзла, и решила идти домой. Но прямо на пороге дома её настигло какое-то странное ощущение, точнее будет сказать, знакомое: словно за ней опять кто-то следит. Осмотрев улицу, Хитоми, конечно же, никого не увидела. Лишний раз убедившись, что дверь не взломана, девушка прошла в свою комнату. Каково было её удивление, когда она обнаружила у своего письменного стола недовольно сложившего руки на груди Мукуро.       - Добрый вечер, что ли… - пролепетала Хитоми, не зная, как реагировать. На её удивление, он не менялся в лице и даже не ку-фу-фукнул. – Фран так и не объяснил, почему ты не пришёл, – молчание. Хитоми это напрягало. Он пришёл к ней домой, непонятно как пробрался в комнату да ещё и молчит. Девушке думалось, что она сделала что-то, что ему не понравилось.       Он опустил руки и подошёл впритык, заставив Хитоми покраснеть.       - Где мой шоколад? – спросил его голос эхом в её голове. Она испугано вздрогнула от неожиданности.       - Я его… Франу отдала… - он отошёл на шаг. – Я думала, ты не появишься в ближайшее время, раз уж прислал его вместо себя, – он опять сложил руки в недовольном жесте. – Если хочешь, я сделаю другой.       - Не надо, – парень махнул головой, и на ней неожиданно показались кошачьи уши.       - Мукуро, а что?.. – девушка распахнула глаза от удивления, но Мукуро не дал ей опомниться: повалил на кровать, заключил в крепкие объятья и уткнулся носом в шею, снова заставив девушку краснеть.       - Ку-фу-фу… - послышалось в голове, и Хитоми почувствовала странное спокойствие. – Больше никуда ты не будешь ходить с этим яблоком.       - Ладно, – тихо ответила она, осторожно погладив парня между кошачьими ушами. Привычную ухмылку на лице Мукуро она увидеть не смогла. _______________       - Ку-фу-фу… Тебе очень идёт… Конэко-тян*, – Хитоми сначала удивилась, а потом шлёпнула по своей макушке ладошкой.       - Мукуро! – возмущённо воскликнула она, нащупав нэко-ушки. – Прекрати вторгаться в мои сны!       - Ку-фу-фу… *«Конэко» с японского – «котёнок». «Ня» – так мяукают кошки.