Close Encounters (of the Personification of Nations Kind)

В пятую встречу Тони не столько встретил его, сколько проходил мимо. Это был одна из вечеринок для высшего света, куда были приглашены Мстители, и Тони был слишком занят, пялясь оценивая вид Стива в костюме, когда он услышал фразу, произнесенную с сильным британским акцентом: — Ну, на роль воплощения Америки он подходит много лучше тебя. И слишком громкий, слишком знакомый голос: — Артур! Тони, обернувшись, заметил, как рядом промелькнула упрямо торчащая прядка Альфреда. Еще он смутно заметил пару действительно, действительно широких бровей, но Стив как раз потянулся за едой через весь стол, и его штаны подчеркнули все, что только можно, и Тони перестал волновать Альфред Джонс.

***

После они еще долгое время не виделись. И Тони мог бы жить без этого, действительно мог; да к черту, он же годами жил без Альфреда Ф. Джонса, так что он не был влюблен или что-то вроде этого, и будь так, это было бы ужасно. Если Альфред решил перестать появляться в жизни Тони, то это отлично, ему плевать. Плевать. Но он просто не мог; многие люди забывали, что он был не просто героем, не просто мстителем, он был, прежде всего, изобретателем, а изобретатели живут любопытством. Так что Тони, будучи любопытным по природе своей, не смог не вломиться в правительственные базы данных в поисках информации об Альфреде Ф. Джонсе. Брюс, собравшийся на семинар посреди ночи, закатал рукава пальто, и приготовился вытаскивать Тони из комнаты. — Слушай, Тони, я знаю, что мы с тобой ‘бро’ и все такое, но моя жизнь висит на волоске, и если ты не пойдешь спать прямо сейчас, то завтра Пеппер сдерет с меня шкуру живьем… — Господи, — выдохнул Тони, и его тон заставил Брюса замолчать. Когда не последовало никаких объяснений, Брюс спросил: — Тони? — Я знал это, — сказал Тони, скорее себе, нежели Брюсу, — я знал, что с этим парнем что-то не так, он же… Господи Боже. Брюс моргнул. — Тони, мы… мы сейчас говорим о Альфреде? — Я взломал все правительственные базы данных, какие только есть, — быстро объяснил Тони, его сердце в восторге громко стучало где-то в районе желудка. — Хотя нет, это ложь, потому что не у всех стран есть актуальный список граждан, а у некоторых нет электронной версии, и я не смог получить доступ, но, как бы там ни было, мои доказательства неопровержимы. Он взмахнул рукой, и на каждой плоской поверхности возникло по синему экрану, показывающих одно и то же: изображение Альфреда Ф. Джонса, и длинный список имен, и мигающий красный крест. — Я искал по имени, возрасту и словесному описанию внешности, и я попросил ДЖАРВИС трижды проверить результаты; официально нет ни медицинских записей, ни удостоверений, ничего, — он наконец отвел взгляд от экрана и посмотрел Брюсу в глаза, — в этом мире нет ни следа Альфреда Ф. Джонса.

***

Шестой раз тоже не стал полноценной встречей. Тони даже не знал, как это можно назвать. В этот раз присутствовали только Тони и Клинт, потому что они были рады посетить всякую вечеринку, на которую были приглашены Мстители. Из них двоих именно Клинт заметил, как он направляется к выходу (не зря же Тони позвал Хоукая), и, не успев ничего сообразить, они побежали к выходу, расталкивая людей. Когда они достигли двери, Альфреда не оказалось в поле их зрения. Тони мгновенно повернулся к ближайшему охраннику. — Ты не видел, куда делся этот паренек? Охранник выглядел озадаченным. — Какой паренек? — Такой! Высокий, в очках, светлые волосы со странно торчащей прядкой, — он жестом попытался показать, как именно. Охранник покачал головой. — Мне жаль, сэр, но за последние пятнадцать минут никто не покидал холл. Что-то не сходится. — Пятнадцать мин… мы только что видели, как он вышел несколько секунд назад, — сказал Клинт с негодованием. Охранник просто вновь покачал головой, почти извиняясь. — Мне очень-очень жаль, но я не понимаю, о чем вы говорите. Не было похоже, что он лжет, так что Тони просто поблагодарил его, и оттащил Клинта в сторону вечеринки. Он всю вечеринку продолжал шутить на тему зрения Клинта, обвиняя в галлюцинировании. (Позднее Тони взломает камеру слежения, и запись покажет, что, мол, действительно, тип, который был очень похож на Альфреда покинул холл за несколько секунд до Тони и Клинта. Это озадачило их еще больше, потому что Тони очень рано научился читать людей, а Клинт просто не выжил бы без этого умения, и они оба были уверены, что охранник не врет. Клинт так же заметил, что паренек не так уж и похож на Альфреда, — все не так, Тони, как ты не видишь? Волосы, умение держать себя, — но Тони вновь упомянул галлюцинации и Клинт быстро заткнулся.)

***

Это превратилось в игру. Один за другим, все Мстители, кроме Тора, который все еще был в Асгарде, узнали о загадке по имени Альфред Ф. Джонс, и пытались разведать о нем по свои каналам. Стив расспрашивал знакомых, Брюс провел расследование, Наташа занялась тем, что она обычно делала, чтобы получить информацию, а Клинт начал опрос доверенных лиц из числа агентов ЩИТ. Тони продолжил взлом разнообразных баз данных. Все вернулись с пустыми руками. Альфред Ф. Джонс оставался загадкой, разгадать которую хотелось всем.

***

Седьмая встреча (или шестая, это как посмотреть), если верить Клинту, произошла так: Клинт смутно осознавал, что кто-то сел напротив него. Он хотел поднять взгляд и поприветствовать его, но голова кружилась, и вместо этого он выпил еще пива. Была годовщина того дня, когда Барни Бартон оставил Клинта истекать кровью напротив циркового шатра, и Клинт помнил каждую секунду ужасно отчетливо. Он выпил еще пива в тщетной попытке забыться. Не в этот раз. — Слышал о твоем брате, — сказал человек напротив него, — хреново, да? Сначала Клинт даже не понял, откуда этот человек знает о его брате. Он просто пожал плечами и пробормотал: — Ты и представить себе не можешь. — Я думаю, что сталкивался с ситуацией (и не одной), когда мне пришлось покинуть своих братьев, — просто сказал он. — Я сделал это давно, в приступе ярости. Тогда Клинт поднял голову. Альфред Джонс улыбался ему, но смотрел он на что-то иное, что-то, произошедшее много лет назад. — Мы смотрим на эту ситуацию с разных точек зрения, и я не считаю, что я сделал тогда что-то не то, да и я не изменил бы своего решения, но, — Альфред ненадолго замолчал и закрыл глаза, — несмотря на то, что я оставил его, я все еще люблю моего брата. — И я думаю, тебе нужно запомнить, что твой брат чувствовал то же самое. Когда слова Альфреда достигли Клинта, тот подумал об улыбке Барни, о том, как он ласково гладил Клинта по голове перед сном, как защищал от хулиганов, и у него ком застрял в горле. А потом он сказал: — Почему ты здесь, Альфред? — Ты очень много сделал ради меня, ты очень много потерял ради меня. Это меньшее, что могу для тебя сделать.