Гленофобия. Когда любовь стынет в жилах

Полный текст описания (ибо не влезло): Как не перепутать сны с реальностью? Как спасти лучшего друга от странной болезни, поглощающей всё его существо? Дейдара каждый день видит кошмары, в которых кукольный Сасори – вылитая копия настоящего – заставляет его согласиться на что-то ужасающее. На глазах у Акасуны погибает самый дорогой ему человек. Будучи медиком с высшим образованием, он решает во что бы то ни стало спасти Дейдару своими силами. А между тем жизнь не стоит – летнюю сессию никто не отменял, да еще и маньяк в городе объявился – судя по кругу убийств, он каким-то образом подбирается к блондину… Примечание заказчика и беты Enigma-dono: Мой ОТП. Я безумно рад, что могу бетить и читать этот фанфик. Конечно, это не те два-три ворда, которые я просил с самого начала. Зато получилось то, что я готов с уверенностью назвать одной из самых любимых работ. Тут дело не столько в фэндоме или наилюбимейшем пейринге, сколько в затрагивающих душу описаниях и самом сюжете. Можно хорошо прочувствовать внутренний мир героев, их реакцию на те или иные события. Видеть все события будто со стороны или же глазами самих главных героев. С головой погрузиться в атмосферу фанфика и долгое время находиться под пеленой истории, такой мистической, манящей, что сил не остается для того, чтобы оторваться. Нет, честно, иногда самому хочется оказаться там, среди героев… хотя бы просто понаблюдать за ними. Начинаешь задумываться над профессией, с которой придется связать свою жизнь, над своей мечтой… Нет, без сомнения, заказ выполнен безукоризненно и точно, хотя и не в срок, что меня никак не расстраивает.

Пролог

|Музыкальное сопровождение: Otto Dix - Гленофобия|

«Черт, я так ненавижу тебя. Больше всего на свете хотелось бы напасть на тебя со спины, разодрать кожу на лице в клочья, вырвать ноздри, обезобразив прекрасное, без эмоций лицо. Медленно выдавить глаза, которые день ото дня вводят меня в состояние почти панического ужаса, засовывать пальцы в пустые глазницы до самых ладоней, разрывать нежные ткани мозга, и кричать, кричать в собственном безумии… Видят Небеса, как же я жажду этого. Я проклят тобой, мой нежный Бог, мой идеал, мой искуситель. О, как жесток ты со мной! Я сам как язва, покрытая тонкой корочкой, а ты как безжалостный коготь, постоянно обнажающий не успевшую зажить ранку. Я пьян тобой, как ядовитым вином, что проникает внутрь моего желудка, разъедая все изнутри. В ответ – лишь взгляд холодных, безразличных глаз. О да, сведи с ума меня еще раз. Взгляни на меня так, будто тебе есть дело до моих мучений, а затем уходи, уходи прочь, чтобы я больше не видел тебя до самого заката. А потом появись вновь, чтобы я мог заглянуть в твои ненавистные омуты, чтобы мог возненавидеть еще больше, чтобы мог наконец отречься от своих страданий… Сними с меня лицо, кожу, сдери все, что именуется мясом. Раздень меня до костей. И ты увидишь, как мы похожи. Даже после того, что ты с собою сотворил. Сделай же это, мой жестокий господин, проклятый раб своих стремлений, мой неистовый мучитель!» - Дейдара, лекарство сейчас подействует, успокойся. Блондин продолжал метаться на кушетке, до крови закусывая губы, до посинения стискивая кулаки и едва сдерживая крики боли. Чьи-то холодные пальцы мягко прикоснулись к его разгоряченному лбу, отодвигая вспотевшую челку. Тот, кого назвали Дейдарой, шумно выдохнул и затих. Прошло несколько минут, прежде чем он приоткрыл распухшие веки. - Сколько времени занял этот раз? – глухо, чуть хрипло спросил блондин. - Почти сорок минут, - чуть помедлив, ответили ему. Голос собеседника Дейдары был на редкость спокойным, что не удивительно – видеть приступы друга и выводить его из ужасного состояния стало чуть ли не каждодневной обязанностью. Или же это была обычная человеческая сдержанность, скрывающая за собой неимоверное волнение? - Дерьмо. Почему так долго? - С каждым разом все дольше и тяжелее. Боюсь, что однажды уже не смогу привести тебя в чувство, - молодой человек с волосами рыжевато-медового оттенка поднялся и подошел к окну. Отодвинув занавеску, можно было увидеть серую улицу, однако он этого не сделал. - Я… что-нибудь говорил? – Дейдара облизнул пересохшие губы. - Не могу сказать точно. Я не прислушивался, - быстро ответил рыжеволосый, отходя от окна. Слишком быстро. Блондин заметил нотки лжи в голосе собеседника. - Лучше скажи, что ты видел на этот раз, - обладатель спокойного тона снова присел на краешек кушетки. Внимательные серые глаза остановились на чересчур бледном – возможно, из-за болезни и недавнего приступа, - лице Дейдары. Голубые глаза смотрели широко и даже отстраненно. Казалось, светловолосый все еще пребывал по ту сторону реальности. - Мы шли по какому-то темному тоннелю, - наконец, выдавил парень. – Ты и я. Рыжеволосый сомкнул подушечки пальцев и оперся на полусогнутые локти, стараясь не смотреть больше в эти неестественно-широкие зрачки. Боялся? - На нас снова была эта странная одежда – черные плащи с узорами в виде красных облаков. Тоннель все сужался, мне не хватало воздуха, но ты шел впереди и приказывал мне не отставать, - подрагивающим голосом продолжил Дейдара. - Приказывал? – поднял брови рыжеволосый. – Разве кто-то может приказать тебе что-то? С твоим-то характером? – он чуть усмехнулся. - Самое странное, что я послушался, - тихо ответил блондин. – Я ощущал какую-то странную силу, исходящую от тебя. Казалось, если ослушаюсь, то меня будет ждать нечто более страшное, чем этот сужающийся тоннель. Поэтому я продолжал идти следом. А потом тоннель закончился, и ты повернулся ко мне… Дейдара вдруг замолчал, видимо, переживая тот момент заново. - И? Что же было потом? – нетерпеливо произнес его друг. - У тебя было неживое лицо. Глаза, нос, губы – все кукольное, - почти с суеверным ужасом проговорил светловолосый. – Я вдруг почувствовал ненависть, такую сильную, что захотелось накинуться на тебя и разорвать на мелкие кусочки, как неудачно распечатанное эссе… а потом я закричал… и очнулся. Они немного помолчали, переваривая услышанное. - Послушай, Сасори, - вдруг подал голос Дейдара, приподнимаясь на локтях. – Какое сегодня число? - Двадцатое июня, - рыжеволосый внимательно глянул на него. - Уже месяц, - зло проговорил блондин, застегивая ворот белоснежной рубашки и поднимаясь окончательно. – Уже месяц со мной происходит вся эта чертовщина. Сасори закусил губу: - Не хочу быть пессимистом, но если будет так продолжаться, то ты протянешь едва ли столько же. - О чем ты говоришь, Сасори? Это всего лишь сны, - раздраженный Дейдара уже завязывал галстук. – Надеюсь, пройдет до экзаменов. Мне нужно больше высыпаться и поменьше нервничать, ты прав. Терпение рыжеволосого лопнуло. - Ты идиот? – он вскочил, теряя самообладание. – Лекарство, которое я вкалываю тебе уже третью неделю… ты знаешь, для чего оно? - Ты вроде говорил, что это противосудорожное, - замер блондин. - Дельтатримацин. Сильнейший нейролептик, - Сасори шумно выдохнул. Крылья носа затрепетали. Дейдара снова осел на кушетку. - Я думал, это запрещенный препарат из категории В. Его так просто не купить в аптеке, - нахмурился он. - Ты просто не представляешь, каких трудов мне стоило его достать. - Подожди… так ты хочешь сказать, что… - Я хочу сказать, что однажды ты можешь не проснуться. - Вот как, - Дейдара криво улыбнулся. – Что ж, не такой жизни я хотел… Блондин медленно встал и направился к двери. - Что ты будешь делать дальше, Дейдара? – этот напряженный голос догнал уходящего и будто ударил током в спину. - Что-что… - светловолосый даже не остановился. – Жить дальше буду, вот что. Хлопнула дверь. Медбрат Токийского университета искусств Акасуна Сасори перевел взгляд на горящий циферблат часов.

Date 20.06.11 3:42 PM

- Кажется, время пошло.

|Музыкальное сопровождение: Linkin Park – Faint|