Темные воды

Леви наблюдала за ним уже несколько дней, скрываясь различными способами за приличного размера глыбами, выступающими с морского дна; зыбучие подводные тени скрывали ее присутствие. Она не должна была быть там с самого начала. Это место находилось далеко от границы, разделяющей царства Макарова и людей-акул, о которых она знала лишь понаслышке – и не самое хорошее. Но любопытство было ее самым большим пороком, и красочные рифы слишком рано выросли для ее всегда ищущих что-то новое глаз. Леви было скучно с тем, что она знала. Она искала больше – другие достопримечательности, чем несколько образцов на территории дворца. Она хотела что-то новое, новую диспозицию. И русалка хотела увидеть их – чужеземные воды, которые скрывались за пределами границы безопасности, Зубастого края – гряды острых камней на северных границах королевства, создающей настоящую стену, чтобы держать народ Макарова внутри. А людей-акул снаружи. Все началось с короткого пересечения границы, просто посмотреть, насколько далеко она сможет зайти. Так далеко на севере не было никаких часовых, и все получилось даже легче, чем Леви думала. Только вот после Зубастого края дно резко ушло вниз, так глубоко, что его и вовсе не было видно. Воды были темные, как чернила осьминога, и русалочка более решила не задерживаться на вершине горного хребта; ее здравый смысл с трепетом выл от подобной близости к неизвестному. С каждой новой попыткой Леви заплывала чуть дальше, каждый раз глубже. И вскоре она заметила, что воды не совсем темные, что они освещаются странными зелеными камнями в скалистых образованиях, будто драгоценные камни, до которых такие охотники люди. Как девушка поняла, они освещали вход в туннель, и потому в следующий раз захватила с собой оружие – острую резную раковину наподобие ножа. Она преспокойно лежала в ее сумке, и русалка утешилась тем, что та не слишком тяжелая. Леви должна была бы опасаться узкого прохода, но чем дальше она плыла, тем более разжигалось ее воображение – что же она найдет на том конце? И, как она и подозревала, в конце тоннеля устрашающая темнота сменялась открытыми водами. Царство людей-акул, обширное, дикое и абсолютно новое место для изучения. Но ее первоначальное волнение легко смогло обуздать новое открытие – скелеты, пронзенные острыми вершинами камней на скалистом дне. «Русалки», - поняла Леви, и это заставило её почти тут же повернуть назад, когда кое-что еще привлекло ее внимание. Она слышала рассказы о доме людей-акул, описанным несчастным созданием плохого настроения Нептуна. Бесплодное царство из разоренных камней и место кораблекрушений, где гибли отчаянные люди, или им не повезло быть сбитыми самим племенем акулолюдей. Те тащили затонувшие корабли к себе в прохладу дна и там грабили. Но вместо этого Леви обнаружила открытую местность, довольно отличную от ожидаемой. Темнота и острые выступы скал, которые резко контрастировали с песком и кристаллами, похожими на те в туннеле, но только тысяч разных оттенков зеленого и синего; как огни в ночном небе, которые она видела в своих редких визитах на поверхность. Вода была чрезвычайно тихой, мало что перемещалось среди скал или по песку, и Леви поняла, что это ужасно. Русалочка была настолько загипнотизирована новой обстановкой, что даже не заметила, куда заплыла, и теперь, оглянувшись назад, не могла найти взглядом туннель. Она слишком далеко заплыла и все давила на себя и свой страх: «Ну еще чуть-чуть». Леви попыталась вырвать один из светящихся камней из кладки скалы, но все её упорство не смогло убедить камень отдать свой клад. Девушка решила, что в следующий раз принесет с собой инструмент, чтобы вытащить кристалл и забрать его с собой. Довольная своим планом, она только собиралась повернуть назад, когда одно явление привлекло ее внимание. Это был первый раз, когда Леви увидела его – человека-акулу, с чьей расой она сталкивалась впервые, и рыбачья сеть из собственных фантазий вытащила ее на поверхность реальности. Он не был ничем подобным, что Леви слышала об описании людей-акул – уродливых, свирепых существ с неестественно широкими, всегда ухмыляющимися ртами и органами, истерзанными шрамами. У него были шрамы – девушка могла определить это даже на расстоянии, но сам он был далеко не некрасивым. С длинным хвостом, серый и слегка пятнистый, как тигровые акулы, от плавников к его лицу тянулись острые и жесткие края чешуи. И волосы – Леви никогда не видела таких, даже у своего народа: извилистые и темные, как вода вокруг него. Синевласка не могла точно сказать, что он делал – возможно, патрулирование, хотя он не выглядел принадлежащим к особой категории, прорезая водное пространство в быстром темпе. Русалка решила, что для нее будет выгоднее оставаться вне поля его зрения и слуха, даже когда он так далеко. Порой акулочеловек исчезал из ее поля зрения, но она опасалась уплывать, ибо тот мог повернуть назад, что он частенько и делал. Когда же она стала уверена, что он ушел, то выплыла из своего укрытия, но к тому времени уже было поздно, и девушка поспешила назад к туннелю, прежде чем кто-либо заметил её. Но с тех пор она постоянно возвращалась туда в надежде, что сможет попасть на другую сторону. Некоторое время она не видела его, а потом брюнет снова стал появляться. Он ничем не показывал, что знает о ее присутствии, но и Леви не смела предпринять попытку пойти на контакт. Даже если он и не совпадает с описанием человека-акулы, которое она слышала, это не значило, что он будет к ней доброжелателен за подобное незаконное проникновение. И мысль о скелетах русалок всё еще была свежа в ее памяти, пусть она и старалась успокоить себя, каждый раз возвращаясь в то место. - Леви! Голос зашипел с ее стороны, и русалочка вынырнула из своих мыслей. И увидела копну золотых волос и карие глаза, в которых плескалось дикое беспокойство. Вид ее подруги был внезапной и контрастной вспышкой света в их серо-зеленой среде, но Леви была слишком удивлена, чтобы думать о последствиях. - Что ты делаешь на такой глубине? – Люси была в ярости. – Ты знаешь, что нам нельзя за границу! Она резко перешла на шепот, нервно сверкнув глазами: вода, как будто стараясь показать свое вероломство, повернула в их сторону. - Что я здесь делаю – что ты здесь делаешь, Люси? – прошипела синеволосая русалочка в ответ, но ее подруга не слушала. Блондинка схватила ее за запястья и стала тянуть за собой. - Давай, мы возвращаемся. Уж не знаю, что заставило тебя сюда приплыть, и мне даже все равно. Мы должны идти, Леви, давай… - Я не могу! – прошептала та в ответ, отчаянно сопротивляясь и слабо тянув руку назад. – Он может вернуться в любое время, и Люси, не… Если русалочка надеялась, что ее слова смогут остановить подругу, то она приняла правильное решение. - Он? Леви почувствовала, как её щеки становятся кораллово-красными, а у другой русалки паника на лице сменилась любопытством; Люси подняла бровь, пронизывая подругу взглядом. - Да, - призналась девушка. Отрицать было бесполезно. – Он. Она увидела мерцание в Люсиных глазах, как та бросила взгляд на скалу, как будто он мог там скрываться. - Так… ты встречаешься с кем-то? - голос блондинки звучал с сомнением, а не возмущением. Румянец стал сильнее: «Ну… не совсем». Одна бровь сменила другую, и Леви закрыла лицо руками. - Как ты вообще меня нашла? – спросила она сквозь пальцы. - Ты это серьезно? – после вопроса синевласки на лице у Люси отразилось неверие. – Ты исчезала Нептун знает где, каждый день, не говоря ни слова. Я волновалась, - сделала она акцент на последнем предложении и скрестила руки на груди. – Так что я поплыла за тобой. Миновала Зубастый край, и, Леви, ты сошла с ума? Ты знаешь, нас даже не подпускают к нему, не говоря уж про далекое прошлое, - русалка еще раз осмотрелась. – Надеюсь, что это хотя бы красивая акула. И, несмотря на ее страдания, слова эти были сказаны с долей иронии и юмора, и Леви нерешительно улыбнулась подруге в ответ. Вдруг улыбка исчезла с лица Люси, она устремила свой взгляд вдаль, и синеволосой русалочке не нужно было поворачиваться, чтобы узнать, что та увидела. - Но красивый или нет, я чувствую, что это наш шанс уплывать, - сказала она; резкий выпад вперед, и вот уже Леви наблюдала, как та, нарушив спокойную воду, оказалась тенью среди мигающих хрустальных огоньков. И, по сравнению с другими разами, когда она приплывала посмотреть, как человек-акула патрулировал местность, теперь было ясно – по его целенаправленному удару плавника – что они были замечены. - Леви, сейчас! Ей не пришлось повторять дважды. Русалочка, оттолкнувшись наподобие Люси, поплыла; паника желчью разлилась в горле, и на минуту девушка растерялась, в каком направлении надо плыть – уйти совсем или просто укрыться, она не знала. Последнее казалось глупым, так как он уже заметил их присутствие, да и сама Леви была недостаточно быстрой, чтобы сократить расстояние между ними и найти укрытие. Но если бы они могли успеть ко входу в туннель и переплыть границу раньше, чем он догонит их… Но входа в туннель нигде не было видно, и дикий страх овладел русалочкой, ведя ее ко дну; даже Люси ничем не могла помочь, пребывая в недоумении, куда плыть. К Леви пришла идея достать нож из сумки, но она не успела этого сделать – что-то резко сдавило ее запястье, и до того, как она поняла это, её чуть отстранили назад. Вода бурлила вокруг нее, как в джакузи, и девушка закричала. А потом это оказался он – со всеми острыми линиями и краями, даже более острыми плавниками; волосы были лохматые и черные, как глубинная вода, а пряди немного вились. Его лицо было мертвецки бледным от гнева, когда он притянул бедняжку к себе, и та почувствовала, что она все больше погружается в темноту его волос. И вдруг страшная мысль поразила ее: Леви понятия не имела, что люди-акулы делают с нарушителями. Изображения скелетов проносились в ее памяти, все они сменялись видением собственных безопасных владений, и девушку заполнил страх перед яростными плавниками в нижней части ее живота. Его лицо приблизилось к её; раньше бы она рассмеялась, думая, насколько красивые были у него черты, теперь же они были искажены в ярости. Его слова точно укусили ее, как акульи зубы, так, что она вздрогнула от этого звука. - Черт возьми, ты думаешь, что делаешь, находясь на территории людей-акул, русалочка?