Ты проиграешь, ведь ты разозлил Тецу.

- Так о чем ты хотел поговорить, Куроко? – прокричал Теппей из ванной комнаты, бреясь. - Просто я хотел сказать, что мой уход из команды не означает то, что я не хочу больше общаться с Сейрин – мы соперники, но не враги, - сказал подошедший к ванной Тецуя. - Может, тогда сходюм кюда-нибудь? – Киеши вытянул лицо, приоткрыв рот, чтобы гладко выбрить правую щеку. Раздался вопль. Двухметровый парень резко повернулся и обнаружил хохочущего голубоглазого парня на полу. Рядом бегал и отчаянно лаял Тецуя №2, не понимая происходящего. Оторопев, он поднял мордашку и уставился в недоумении на Киеши. - Я сам не понимаю, что с ним происходит, если так и не успокоится, придется скорую вызывать, - словно отвечая щенку, он повернулся к зеркалу и начал тщетно пытаться совладать с улыбкой на все лицо. Похоже, это первый раз, когда Куроко засмеялся, и возвращение в Тейко действует на него не так уж и плохо. Умывшись, он поднял остатки обгоревшего омлета и выкинул их. - Так что, идем? - Угу, только у тебя пена за ушами, вот, - Тецуя протянул ему бокс бумажных салфеток. - Есть пожелания? - Может, в галерею искусства? Там сегодня акварельный мастер-класс. - У меня с искусством не очень, - пробормотал Теппей. - Да не переживай, там много новичков и детей, так что никто не будет смеяться. - Может, потом в парк развлечений? Там новый аттракцион, в общем, штука такая огромная, она крутится, а потом движется вверх и вращается под углом, ну, как ее там, ты понял меня? Незнакомый человек, наблюдая за движениями рук Киеши, мог бы запросто посчитать его больным с дефектом речи, но Куроко только улыбнулся и “угукнул”. *** В государственной галерее действительно было огромное количество людей. Все толпились, шумели, дети визжали от восторга, кто-то плакал. Киеши явно чувствовал себя не в своей тарелке, уже за десять минут он умудрился потерять Куроко в толпе дважды, но Тецуя преодолел очередь сомнительно быстро. Присев у мольберта, ребята начали слушать странного дедушку в очках с толстыми стеклами, который так эмоционально разговаривал и махал кистью, что люди на первых рядах часто получали в лицо акварельные капли. Старичок возил кистью по бумаге очень небрежно, но получалось у него действительно красиво. Тецуя внимательно слушал и повторял движения, позже у него действительно стало получаться что-то, похожее на осенний лес. Киеши же с головой погрузился в работу, испачкав бровь и кончик носа, он резкими и легкими движениями переносил краску на тонкий слой бумаги, многие люди принимали его за профессионала, оборачивались и улыбались. Тецуя, подписав работу, повернул ее к Киеши. - Ого! Невероятно, ты нарисовал не хуже того дяденьки. - Не скромничай, почему ты сказал, что у тебя проблемы с рисованием, видно же, что рисуешь прекрасно. - Думаешь? Я еще не закончил, но надеюсь, тебе понравится, - с этими словами он повернул мольберт к Куроко. Воцарилась тишина. - Это… кошка? - Какая кошка? Это лес, осенний. Весь лист был усеян рыжими и коричневыми пятнами, несколько коричневых линий, якобы стволов деревьев, болтались в воздухе. - Ой, извини, я не хотел ничего такого сказать. - Говорил же, что не умею, - вздохнул Теппей. - Не переживай ты так, не у всех должно все получаться, так ведь? Теперь в парк? - Тогда в парк, - грустно произнес Киеши и скомкал лист, который в ту же минуту изящным броском отправился в мусорное ведро. - Возьми пока наши куртки из гардероба, а я попрошу папку для своего рисунка, - прощебетал Тецуя. Голубоглазый пристально следил за удаляющейся широкой спиной центрового, а когда она совсем исчезла, он достал из мусорного ведра листок, разгладил его и, улыбаясь, положил его рядом со своим в сумку.