Мне нужно лишь твое согласие

Парень нервно передернул плечами и отступил в сторону, давая возможность Анатолию пройти в квартиру. Это был уже не первый раз, когда мужчина приезжал к нему домой и просил о разговоре. Возможно, что если бы сама ситуация была немного другой, то Рома спокойней относился к неожиданному интересу со стороны мужчины в свой адрес, но все было катастрофически серьезно и запущенно. Ромка не был геем, никогда не думал в такой плоскости, но и отвращения не испытывал к меньшинствам. Знакомство их было случайным, диким и с серьезными последствиями, но это не помешало парню проникнуться симпатией к мужчине, которую он всячески старался тому не показывать. Анатолий в который раз порадовался тому, что парень живет один, снимает вот эту двушку, и никто не сможет им помешать. Он молча разулся, скинул пиджак на тумбочку и по-хозяйски прошел на кухню, открывая окно и закуривая. Рома пришел следом, оценил настроение мужчины и, тяжело вздохнув, поставил греться чайник, после устраиваясь на одном из стульев. - Что-то случилось? Ты вроде не курил раньше? - парень никогда не «выкал» мужчине, просто не чувствовал разницы в возрасте. Да и в силу определенных обстоятельств просто не мог обратиться к нему по-другому. - Наверное. Я не знаю, но мне кажется, что… Черт! – мужчина выкинул недокуренную сигарету в окно и повернулся лицом к парню. - Ясно. Толь, зачем ты приехал? – Рома не стал оттягивать неизбежный разговор. – Знаешь ведь, что ничего не изменится. - Глупости! Это ты себе в голову вбил какие-то там принципы! А мне плевать на них, потому что мне нужен ты! – сорвался он, выкрикивая слова и гневно раздувая ноздри. Рома криво усмехнулся. Он мог ответить на любой вопрос, мог свести любой серьезный разговор в шутку, не мог только усмирить этого мужчину. - А что ты сыну скажешь? Думаешь, если он узнает правду, то простит нас обоих или погладит по головке? - Простит, я попробую ему все объяснить. Он должен меня понять, - уже не так уверенно возразил мужчина. - Ты сам себе не веришь, Толь, - Рома серьезно, без тени улыбки, взглянул на мужчину, - да, я первый начал, но ты мог и остановиться, не продолжать эти бессмысленные встречи, которые нам не нужны. Хватит, Толя, уходи. Парень поднялся со своего места, выключил чайник, но заваривать чай не спешил. В голове стучали только две мысли, одна из которых била больше всего по расшатанным нервам. В понедельник ему снова придется смотреть в глаза Никиты и терзать себя тем, что он не может рассказать другу всей правды. А вторая, пожалуй, волновала не так сильно, просто где-то на периферии отдавала эхом и подтрунивала над взаимной симпатией и скрытым желанием. Кому он врал? Три недели назад, когда он, напившись чуть ли не до ползающего состояния, познакомился в клубе с мужчиной и после с ним переспал, уже тогда воспринял всю ситуацию не так, как она того стоила. Сначала было дико осознать тот факт, что он это сделал, к тому же именно он был сверху, что еще больше омрачало сознание парня. Тогда он действительно был невменяем, сам полез к незнакомому мужику, который смутно был на кого-то похож, и сделал то, что даже никогда себе и представить не мог. Кто его в тот момент попутал: черти, ведьмы или водка, Рома не знал, но сделанного было уже не вернуть. Когда он проснулся в незнакомой квартире рядом с мужчиной, сначала долго не мог вспомнить, как там оказался, зато личность установил практически сразу. Неожиданным любовником оказался не кто иной, как отец лучшего друга, которого он от силы видел пару раз и, то мельком. И это просто добило парня, который к тому моменту уже в подробностях успел вспомнить прошлую ночь. Короче, вывод напрашивался только один: все очень плохо. Рома вначале решил, что незаметно смоется и постарается забыть о случившемся, но его плану не было суждено сбыться, потому что проснувшийся рядом мужчина практически сразу оккупировал его так, что хотелось взвыть. Толя улыбался, говорил, что сам от себя в шоке, но совершенно не расстроен новым опытом, да еще и с таким симпатичным мальчиком. Правда, когда Рома сквозь зубы сказал, что сын Анатолия является его лучшим другом, улыбка мужчины погасла. Разговор тогда вышел скомканным и непонятным. Претензий друг к другу у них не было, переживания на тему смены ориентации, пусть и временной, они оставили каждый себе, а вот о не совсем приятном совпадении им пришлось как раз-таки поговорить. Анатолию было неловко от мысли, что он в свои сорок два неожиданно совершил по-юношески глупый и бесшабашный поступок, а вот Рома поедал себя изнутри со всеми потрохами. Было стыдно перед мужчиной, стыдно перед другом, который явно будет не в восторге, если когда-нибудь узнает о случившемся, и стыдно перед собой – бабник бабником, а на мужика залез! В общем, разговор закончился ничем. Парень проклинал несчастный клуб и весь алкоголь, что сумел в себя влить, а Анатолий неожиданно решил присмотреться к парню. И присмотрелся. Пока Рома пытался все переварить и начать жить по-старому, мужчина принялся активно добиваться его внимания. Звонки, приезды, пару раз они даже гуляли, и Рома ни за что бы не ответил, почему идет на поводу у мужчины. Хотя.… Понял же почти сразу, что Толя ему нравится, не зря же он сам к нему полез тогда. Да и проскальзывали подозрительные мысли на тему того, что если бы мужчина не был отцом его друга, то он, может быть, и рискнул на продолжение, хотя бы в той же горизонтальной плоскости. Секс ему тогда понравился, а сам Толя не раз намекал парню на такое продолжение. Но вот переступить, забыть о том, что это Никитин папа, он категорически не мог. Анатолий не сдавался. Старался действовать наверняка, акцентировал внимание Ромы на определенных вещах, подталкивая того к размышлениям, а с сыном уж он как-нибудь разберется. Так он думал вначале, пока Рома не стал агрессивно к нему относиться, прогонять из дома, когда он приезжал, и даже иногда кричал в трубку, чтобы он перестал звонить. И самое интересное, что никто из них двоих не переживал на тему одного пола, волновал только один вопрос, в котором практически всегда фигурировало одно имя – Никита. И вот теперь, когда по прошествии трех недель Анатолий снова приехал в уже знакомую квартиру, он не мог найти нужные слова, как и аргументы, которые могли хоть немного смягчить молодого человека. Что он нашел в Роме? Простой парнишка, ровесник его сына, не красавец. Но было в нем что-то такое, что цепляло, вымораживало изнутри. Русые волосы казались чем-то правильным и красивым после выжженных краской волос его любовниц, непривычная плоскость и отсутствие круглых форм наоборот заводило, но не это было главным. Рома был ядовитым. Рядом с ним всегда приходилось быть настороже, подбирать слова и интонацию, даже обороняться от неожиданных нападок, на которые парень был способен в гневе. Мальчишка был умен, рассудителен, но с жутким характером, пожалуй, это и было самым вкусным кусочком в большом торте по имени Рома. Мужчина не жалел о проведенной ночи, о том, что именно он оказался принимающим и даже был готов на отношения с собственным полом. Его все устраивало. Зато не устраивало парня, который за все это время уже не знал, куда деться самому, как отвадить настырного мужчину и как растворить в своей голове жуткие мысли о симпатии к отцу лучшего друга. Это был абсурд. - Рома… - Толя, что ты хочешь от меня? Еще раз оказаться подо мной? Так давай! – взорвался парень, выплевывая слова прямо в лицо совершенно спокойного мужчины. - И это тоже, - не стал отрицать он. - А больше ты и не получишь! – крикнул Рома, хватая мужчину за грудки и впиваясь в его губы горьким поцелуем. – Хотя, стой! Ты же этого и добиваешься, да? Рома отстранился и сделал шаг назад, бросая на мужчину оценивающий взгляд. - Вы с Никитой похожи, он такой же тонкий и подтянутый, только в два раза младше. Знаешь, что я вижу, когда смотрю на тебя? Я вижу своего друга и мне от этого просто тошно. – Рома сжал кулаки, распаляясь еще больше и злясь на самого себя. – Ты хоть понимаешь, что я чувствую? Да я сам себя не понимаю, ведь переспать с мужиком у меня даже в мыслях не было! - Рома, это еще не конец света! – наконец-то взорвался мужчина, закипая от каждого слова. - Конец света в том, что я слишком спокойно это принял! – взвыл Рома. - Вот именно, что принял! Принял, понял и осознал! – Анатолий было дернулся в запале, но успел отдернуть себя. – Посмотри на ситуацию по-другому. Ты встретил мужчину, переспал с ним, почти смирился с тем, что тебе это понравилось, и ты не прочь попробовать это еще раз. И этот мужчина не оказался чьим-то отцом, другом или мужем, что развязало тебе руки, и ты рискнул, окунувшись в новые отношения. Твоя проблема только в том, что ты, Рома, зациклился на моем сыне. Ты ни разу не подумал о том, что чувствую в этой ситуации я, не спросил каково мне, просто вбил себе в голову одну мысль и точишь ее. Рома замер. Последние слова мужчины немного отрезвили его, давая пищу для размышлений. А ведь и вправду он ни разу не поинтересовался чувствами Анатолия, которому возможно было вдвойне, если не втройне, сложнее. Потому что именно Толю поимел друг сына, потому что этот друг оказался в два раза младше его, потому что винят только его. Да и в чем было винить мужчину, в том, что ему понравилось, и он решил продолжить общение с парнем, вместо того, чтобы, когда он протрезвел наказать мальчишку за неслыханную дерзость? Действительно глупо. - Может ты и прав, но это все равно ничего не меняет, - ответил парень, постепенно успокаиваясь. - Меняет, еще как меняет! А знаешь почему? Потому что как бы я не любил своего сына, ему не зачем знать о моей личной жизни в таких подробностях. Это не его дело и мне давно не пятнадцать, чтобы спрашивать у собственного сына кого мне трахать и как. - Тогда что ты хочешь от меня? Что? – закричал Рома, устав повторять один и тот же вопрос. - Тебя! Такого вредного, взрывного, просто хочу всего тебя! – Анатолий и сам уже перешел черту своего спокойствия. – Я плюнул на свои принципы, смирился со своими новыми желаниями, а ты продолжаешь меня тыкать носом в одно и то же, - мужчина резко подскочил к парню и схватив того за плечи, ощутимо тряхнул, - я устал говорить тебе об этом! - Тогда не говори! Оставь меня уже в покое! – Рома попытался оттолкнуть от себя мужчину, но тот только сильнее сжал его плечи. - Господи, Рома, да забудь ты хотя бы на один вечер о моем сыне! – мужчина разжал пальцы и обхватил лицо парня ладонями, привлекая его почти вплотную к своему лицу. – Просто подумай о том, почему взрослый мужчина вроде меня продолжает бегать за тобой как девчонка! Просто подумай! Рома сжал зубы и упрямо уставился на мужчину. Злость клокотала, отдавая волнами в горле, в голове шумело как после пьянки, а долбанные карие глаза напротив прожигали его насквозь. Вдох за вдохом он пытался привести чувства в порядок, пытался сфокусировать свое внимание на сказанных Толей словах, а не на тонких губах, что находились так непозволительно близко от его собственных. А что он собственно теряет, если и вправду попробует взглянуть на мужчину другими глазами? Ничего. Рома еще раз глубоко вдохнул и прикрыл глаза, по-прежнему ощущая на своих щеках горячие ладони. Три недели назад по какой-то невероятной причине он познакомился с этим мужчиной и сразу же переспал с ним. Не будь он натуралом, подумал бы, что Толя его чем-то зацепил, да так, что отказали все тормоза. За все то время, что мужчина упрямо добивался его расположения, он понял всего несколько вещей: Толя был привлекательным, заводным и легким на подъем, как и он сам, прямолинеен и открыт, что только добавляло плюс в общую копилку, и он был просто хорошим человеком. Парень это просто чувствовал каким-то внутренним чутьем. С Толей было интересно, несмотря на то, что времени вместе они провели немного, но тех встреч и звонков хватило, чтобы это понять. А еще Анатолий был достаточно привлекательным мужчиной, который выглядел младше своих лет. Роме казалось, что это из-за того, что мужчина всегда был в приподнятом настроении, оптимистично ко всему относился, много улыбался, и не вел себя как давно прожженный жизнью мужлан. Черт! Конечно же он понравился Роме как человек, как мужчина, в конце концов, как пример для подражания. Да, Ромка им восхищался тайком, что Анатолий так много добился и при этом остался добрым и простым человеком. Толя просто ему нравился, просто и без всего, но знать, что он приходится отцом лучшего друга, ужасно нервировало парня. - Толя, я прошу тебя, уйди, а? – как-то жалобно протянул парень, устав насиловать свой мозг мыслями, от которых запутанный клубок их отношений становился только больше. - Да ты достал меня! – психанул мужчина, дергая парня за руку и с силой потянув его за собой на выход из кухни. Рома испугался, когда мужчина с силой опрокинул его на кровать, придавив при этом сверху своим телом. Таким злым Толю он еще никогда не видел, поэтому попытался скинуть с себя тяжелое тело, дернулся и тут же был придавлен сильнее. - Лежать! – рыкнул мужчина, приподнимаясь и несильно сжимая рукой горло парня. - Толя, ты с ума сошел? Отпусти меня! – пискнул парень, чувствуя, как по телу пробежались мурашки от страха и, к его большому удивлению, неуместного сейчас возбуждения. - Слушай меня внимательно, - проигнорировав просьбу Ромы, произнес мужчина, - с Никитой разбираться буду я, хотя бы потому, что он мой сын. Тебе нужно только решить, хочешь ты меня в роли партнера или нет. Видишь, как сузился круг твоих проблем? - Толь, ты меня пугаешь, пожалуйста… - Хватит, Рома. Я прекрасно вижу, как ты реагируешь на меня, вижу, что ты почти сдался. Испугался моей агрессии? – мужчина наклонился к лицу парня и усмехнулся. – Я могу быть не только добрым и покладистым, в конце концов, я старше тебя и все эти игры меня начали уже напрягать. Ты либо хочешь, либо нет, а шпынять меня, как щенка, я тебе больше не позволю. Хватит, наигрались! - Толя… На этот раз Рома уже испугался не агрессии, а своей реакции на нее. Кто бы мог подумать, что оказавшись придавленным к постели разъяренным мужиком, он начнет возбуждаться и заводиться от каждого резкого слова. Глаза его распахнулись, когда он понял, что ему все это нравится, и он хочет конкретного продолжения. Впервые Рома поймал себя на мысли, что ему плевать на мнение друга, которого все равно не было рядом, а неожиданная злость вкупе с непривычной силой над своим телом заставила его посмотреть на мужчину совершенно другими глазами. Больше не хотелось изводить себя мыслями, не хотелось думать о последствиях, было только одно желание: испытать это еще раз и желательно вот с таким Толей – разъяренным, сильным и до ужаса сексуальным. - Черт с тобой, делай что хочешь! Артур проснулся раньше Никиты, принял душ и приготовил им завтрак. За всеми действиями он пытался обдумать все, что произошло прошлым вечером, и в частности Никитины слова. Ему были понятны действия и рассуждения парня, понятны собственные поступки и желания, но в голове так и не укладывалась одна единственная мысль: почему, несмотря на то, что он все это знал и был ко всему готов, слова Никиты смогли так задеть его собственные чувства. Он и сам еще в самом начале видел эти отношения, как что-то временное и для души, без многолетней нагрузки и серьезных обязательств. Но за такой короткий промежуток времени он вдруг отчетливо осознал, что Никиты ему всегда будет мало и он вполне серьезно стал рассчитывать на то, что сможет удержать мальчика рядом с собой. Он даже забыл о том, что мальчишка грезил о семье и тоже был настроен на нечто легкое и больше похожее на интрижку. А что теперь? Мужчина сам этого хотел, а столкнувшись с тем, что его рассматривают, как временное увлечение, просто растерялся, не понимая как вести себя дальше в сложившейся ситуации. И тут только два варианта: либо пустить все на самотек и рано или поздно отпустить от себя парня, либо сделать так, чтобы Никита никогда не принял такого решения, оставаясь с ним настолько, насколько это вообще было возможно. - Доброе утро, - Артур поставил поднос с завтраком на прикроватную тумбочку и чмокнул только что проснувшегося парня в нос, - как ты? - Ммм, доброе, - Никита потянулся всем телом, ощутив при этом легкий дискомфорт между ног, - лучше, чем я думал. Все хорошо, Артур. - Это радует. Сначала душ или завтрак? – мужчина присел на край кровати и провел рукой по щеке парня. - Душ! Я быстро, позавтракаем вместе, если ты еще не ел, хорошо? – Никита поднялся с постели и, чуть поморщившись, направился в ванную комнату. - Я подожду тебя, - Артур откинулся на подушки, - полотенце найдешь? - Да! – уже из душа крикнул Никита. Теплая вода смывала следы прошлой ночи, снимала напряжение с уставших мышц, жаль только не промывала мозги. Никита уткнулся лбом в бежевую плитку на стене и закрыл глаза, ощущая дробь воды на своей спине. Он просто сбежал, спрятался от Артура, который сегодня выглядел не таким, как обычно. Первое, что бросалось в глаза, так это уверенный взгляд, в котором чуть ли не бегущей строкой отражалась какая-то решительность, нервирующая самого Никиту. Казалось, что мужчина что-то задумал, и это настораживало, хотя никакой угрозы он не ощущал. Может, показалось? Никита задумался: и что теперь? Изменятся ли их отношения после того, как мужчина добился своего? Никита сомневался, просто потому что верил Артуру и доверял. Испытывал ли Никита сейчас стыд или неприязнь? Нет. Ему понравилось, и понравилось так, что он был готов повторять это вновь и вновь. Артур был хорош во всем, начиная с внешности и заканчивая дьявольской проницательностью, которая и пугала парня. Было ощущение, что мужчина с легкостью может предугадать любое его следующее движение и даже мысль. Но все это казалось такими мелочами по сравнению с тем, что Никитино мировоззрение по ходу дало трещину, причем немаленькую и далеко не поверхностную. Ему понравилось заниматься сексом с мужчиной, ему хотелось еще, и он практически перестал страшиться разницы в возрасте. Далекие планы постепенно начали рассыпаться, и Никита вдруг испугался, что Артур сможет все это разрушить. Он прекрасно понимал, что мужчина его приручает, делает все, чтобы он привык и прикипел к нему. А если он влюбится в Артура, что тогда делать? Смириться? Никита не знал ответа на этот вопрос, а может и знал, но озвучивать его в собственной голове уж точно не горел желанием. Думать можно было до бесконечности, как и мокнуть под теплыми струями воды, но решать все-таки нужно было сейчас. И он решил, что останется и будет следовать за Артуром до тех пор, пока не поймет, что с него хватит. А сейчас он будет просто наслаждаться тем, что ему дает этот мужчина и по возможности отвечать тем же, потому что Артур нравился ему, а для Никиты это был весомый аргумент. - Все в порядке? Я думал, ты там утонул, - спросил Артур, успевший уже застелить кровать покрывалом. - Ну вот, а я думал, что у меня сегодня будет завтрак в постель, а ты уже все убрал, - протянул Никита, глядя на идеально заправленное покрывало и мужчину, одетого в белую футболку и потертые светлые джинсы. Артур оглядел почти обнаженного парня в одном только полотенце на стройных бедрах, покосился на кровать, затем снова на парня и резко стянул несчастное покрывало на пол. - Так пойдет? – мужчина выразительно вскинул бровь. - Пойдет, - неуверенно ответил Никита, глядя на оттопыренную ширинку светлых джинсов. Кажется, завтрак снова откладывался на неопределенное время.