Ушки-6 или Запретная связь

Странное предчувствие охватывало меня те две недели, что я изображал примерного Лорда, посещая приемы, флиртуя в политических целях и улыбаясь тем, кого ненавидел. Я не мог разобраться в своих ощущениях, не мог понять, хорошее предвещает моя интуиция или беду. Оказалось, и то, и другое. Прилетев, я сразу заметил, что старый домишко едва ли не сильнее покосился, словно стал еще дряхлее. Будто не хватало чего-то важного, неотъемлемой части. Ита сидела у стола, потирая припухшие от слез веки и устало вздыхая. — Любовь моя, — я опустился перед ней на колени, нежно сжимая тонкие пальчики, — кто тебя обидел? — Я убью его, поджарю изнутри, выпарю всю кровь из его поганых жил!.. — Никто. — Сипло прошептала девушка, печально улыбнувшись. — Я могу лететь с тобой. — Бабушка?.. — Она поскользнулась на тропе, — словно увидев в моем взгляде вопрос, дрожащим голосом уточнила нэк, — и ударилась головой. — Написала бы мне, я бы... — Я ведь немного целитель, я бы смог помочь, вылечил бы... — Ее нашли уже... — Покачав головой, Ита закрыла лицо ладошками. — Не плачь, любимая, — привстав, я обнял рыжую, ласково чмокнув в висок, — слезами не поможешь. Лучше оденься тепло-тепло, иначе простудишься. — Ты правда заберешь меня с собой? — Столько недоверия в глазах... Видимо, она до последнего не верила, считала это лишь успокаивающими отговорками. — Правда. — Чмокнув ее в кончик изящного, чуть вздернутого носика, я выпрямился. — Только закончу кое-что... Пользуясь покровом тьмы, я пробрался к кладбищу. Если я просто заберу свою любимую, никто и ничто не сможет доказать Врану, что она улетела со мной добровольно. И хрупкий мир разлетится осколками душ моего народа. Поэтому я давно составил план. Потерев ладони, я взялся за лопату. Могила совсем свежая, копать легко... Спустя полчаса пыхтения и приглушенных проклятий я извлек очень неплохо выглядящий труп девушки. Удачно... Сложным, очень энергоемким заклинанием уменьшив тело, я сунул его в карман. Теперь быстрее к Ите, ведь, чем дольше труп уменьшен будет, тем больше сил я потеряю и могу не долететь... Девушка уже ждала меня, запахнувшись в тулуп. По-хорошему, надо еще три таких на нее надеть, ну да ладно, магией погрею. Выпроводив любимую, я уложил возвращенное в нормальные размеры тело в ее постель. Конечно, останутся только кости, и те обугленные, но все должно быть натурально. Взяв из ящичка с утварью нож, я царапнул указательный палец. Мазнув каплей пламени по стене, торопливо вышел. Жидкое пламя, пульсирующее в моих венах, не погаснет, пока не сожрет все, что может гореть. Дом стоит на скале, поэтому сгорит только он. Мы спустились на берег. Поначалу плохо видящая в темноте нэк цеплялась за мою руку, спотыкаясь и ойкая, потом я просто подхватил ее на руки. Она замерла, притаилась, пугливо прижав кулачки к груди и робко глядя на меня снизу вверх. Такая милая, такая красивая и такая моя... Постаравшись перевоплотиться как можно быстрее, чтобы не пугать своими мучениями любимую, я осторожно и нежно обнял тоненькое маленькое тельце пальцами передней лапы, напряженно следя за когтями длиной со всю мою Иту. Защитить бы от ветра ее... Как назло, пришлось лететь сквозь шторм. Я чувствовал, как девушка дрожит, грел ее заклинаниями и все сильнее уставал, а ведь приходилось еще бороться со шквальным встречным ветром... Едва не угодив в смерч, я кое-как дотянул до острова. Остров наш, последние наши владения, размерами примерно как треть материка нэк, но алмазов и серебра в его недрах больше, чем на всем материке. Тем, как говорится, и живем. Небо над островом всегда ясное благодаря магии, но я был слаб, как утенок, и еле-еле дотянул до родового замка. В нем живу я, как глава рода, моя матушка, чей род я и унаследовал, мой сын и трое моих сестер. Правда, матушка редко у нас появляется — она возлюбленная нашего Повелителя и уже почти семьсот лет они неразлучны. К моему счастью, я внебрачный сын Повелителя и не являюсь наследником династии, иначе я бы и не повстречал никогда свою Иту. Из последних сил перевоплотившись, я, стоя на крыше замка, отдал распоряжения насчет любимой, передал ее в руки служанок, а сам спустился на этаж ниже в свои покои. Рухнул на постель, не раздеваясь, и провалился в сон без снов.