Чёрные ирисы

Сейчас. Мы прибыли на конечную на рассвете. Ярко-красное солнце выплывало из недр земли, слепя глаза. Лучи отражались в холодных капельках росы. Потрясающе. В моей груди что-то едва заметно встрепенулось от восторга. Крейг спрыгнул на платформу первым и протянул ко мне руки. Я подошла ближе и он, взяв меня за талию, опустил на землю. Посмотрев на него, я улыбнулась. Растрёпанные волосы, щетина, усталые, но полные жизни глаза. Я любила каждую клеточку его лица. Ямочку на щеке, морщинку между бровей, когда он хмурится, широкую нежную улыбку. Я любила его всем своим существом, всей душой. Во мне всё полыхало. Все свои семнадцать лет я как будто была бесчувственной восковой фигурой. Как вы думаете, скольких людей может полюбить человек, прожив семнадцать лет? Скольких полюбили вы? Уверена, число значительное. А я не любила никого. Я запрещала себе любить. Однажды, конечно, моя стена безразличия пала. Я полюбила Пегги, местную собачку. Я её подкармливала, а она в благодарность ходила за мной по пятам и виляла хвостом. Чудесное создание. А потом она умерла. И именно в тот момент, сидя на асфальте в слезах и держа её тело на руках, я окончательно осознала, что любовь приносит сумасшедшую боль. Мне тогда было восемь. Я отталкивала всех, кто желал мне добра только потому, что боялась не выдержать этой боли. Маленькая, разочаровавшаяся во всём и во всех, девочка. И теперь вся эта любовь, которая должна была принадлежать другим людям, была отдана ему. Я не знала, что могу так любить. Иногда это было похоже на одержимость. И я была уверена, что он чувствует то же самое. Потому что мы были жутко похожи. До конечной ехали немногие. В основном, такие же сомнительные личности, как и мы. Мы точно не знали, куда именно направляемся. Для начала, нам нужно было просто уехать подальше. Немного отойдя от поезда, мы остановились и стали оглядываться по сторонам. На миг я подумала: «И что теперь?» Уверена, Крейг задавался тем же вопросом. Я смотрела на деревья, маленькие домики и фонари, ища глазами место, где можно поспать. - Я сейчас вернусь, – сказал Крейг. Он направился в сторону полного мужчины в коричневой кожаной куртке. Их разговор продлился минут пять. Затем мужчина направился к будке, где продавали билеты. Вдруг Крейг бесшумно бросил чёрный кошелек на землю и окликнул мужика: - Сэр, вы обронили. - О, спасибо, парень, - сказал мужик, поднимая кошелек. Крейг вернулся ко мне и сказал: - В десяти минутах ходьбы отсюда есть гостиница. - Но у нас нет денег на гостиницу. - Денег нет у тебя, - ухмыльнувшись, сказал Крейг. Затем он достал из кармана две купюры. - Ты что, грабанул того мужика?! - Я взял немного, не обеднеет. Я улыбнулась. Да-да, мы ещё те засранцы. - Ну, так что, двинули? -Двинули, - со счастливой улыбкой сказала я. Горячая ванна, чистая постель, еда. Ура! Мы сдвинулись с места, прошли шагов пять, и когда начали спускаться с лестницы, Крейг неожиданно подтянул меня к себе, зарылся лицом в мои волосы и произнёс: - Я так счастлив, что ты здесь, со мной. - Я тоже, Крейг. Я тоже.