Невесты Смерти: Песнь черных роз

Чернильно-синее небо топило в себе взгляд любого, кто отважится на него посмотреть. Белоснежные мелкие снежинки стремительно падали из-под этого бархатного купола и завораживали своей красотой, однако она была слишком обманчива. Глядя на них, казалось, что такая совершенно невесомо опустится тебе на ладонь и расстает, с улыбкой принимая конец своей короткой жизни, но на деле всё было по-другому: снежинки залетали в глаза, больно щипали скулы, руки и шею, словно норовя маленькими зубками разорвать прохожих на части, а ветер только помогал им в этом, направляя, как кукловод кукол. Часть компании, переместившаяся в особняк с помощью вампиров, уже расселась в столовой. Остальные должны были вернуться на машине (не оставлять же её на месте той небольшой «аварии»! Тем более, по номерным знакам легко выйти на самих братьев Сакамаки). Акайо, затянутый в особняк, считай, силой, сидел за столом, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. Вид у него был нахохлившийся, взъерошеный, как у воробья, и колючий. Стопа ноги нервно подергивалась. Парень, старавшийся выглядеть хладным ко всему происходящему, всё же не мог сдержаться от соблазна зло глянуть на кого-то из своих «мучителей». Словно из пистолета стрелял. Лера не спускала с него внимательного взгляда из-под бровей. Ей не нравилось его поведение. Парень выглядел так, словно в любой момент мог всех одурачить, и это её напрягало. Райто стоял у окна, молчаливо наблюдая за танцующими снежинками. В голове вампира явно пролетали миллионы мыслей, но на лице, как обычно, не отражалось и тени его эмоций. Аято с надменным видом, совершенно не скрываясь, разглядывал притащенного сюда гостя. Он никак не мог понять, что же в нем не сходится, и с чем. Короче, говоря простым языком — он был странным даже для вампиров. Света меланхолически оглядывала помещение, подперев ладонью подбородок. Девчонка явно не собиралась ни во что ввязываться. Особенно этим вечером. В этот момент, нарушая общую напряженную тишину, во дворе послышался тихий шум мотора — приехали остальные. Буквально через пару мгновений в холл завалилась Влада и принялась вытанцовывать финскую польку, отбивая её ритм зубами и кряхча: — Холодно-холодно-холодно! Дурацкий ветер! Нельзя детей обижать. — О-о... Приехали. Уже с ветром прирекается. — В помещение вошла Наташа и принялась греть руки дыханием. — Ну а что? И вообще: я требую тортик и горячий шоколад! Немедленно! А то царь разозлится! Шуруй выполнять, холоп! Её указательный палец уперся подруге в нос. — Ну, ничего... Я тебе это припомню! — многообещающе прищурилась она. — Я тебя тоже люблю! — пропела Влада. Не смотря на взбешённый вид, Наташа всё же направилась на кухню. Вскоре в столовой четыре подруги уже налегали на пирожные с кремом и горячий шоколад. — Тедди тоже хочет кусочек... — Канато надул губы и просяще уставился на подруг. Наташа протянула ему пирожное. — Вот же дети... В такой момент хавают... — Субару недовольно скрестил руки на груди и покосился на компашку. Вид у него был деприссивным и явно рассерженным. — Не грусти — похрусти!! — Влада с видом фокусника запихнула ему в рот очередной эклер. Субару чуть не подавился, но лакомство всё же съел. Может, внутри него тоже живёт скрытый сладкоежка? А что, это было бы мило и весело. — Как можно есть в такой момент?! — наконец не выдержал Акайо, взбешённо глядя на сие действо. Пару секунд царила тишина, и лишь мирное чавканье нарушало её... — А ты что, тоже хочешь? — протянула Света. С губ юноши сорвался тихий рык. Резко вскочив со стула, он направился в выходу, но Субару быстро загородил ему дорогу: — Куда собрался? — Нахрен было тащить меня сюда, если не собираетесь ничего говорить или делать?! Или собираетесь поступить со мной, как с матерью — прибить, чтоб без свидетелей? — Его глаза разгорались знакомыми сиреневыми искрами. — Гнусные убийцы. Младший Сакамаки несколько долгих секунд просто смотрел ему в глаза, а потом коротко и прямо, быстро размахнувшись, обрушил удар на лицо. Акайо потерял равновесие и панически вцепился в высокую резную спинку стула, пытаясь устоять на ногах. — Какого?!.. На скуле виднелась проступающая довольно крупная, наливающаяся синевой ссадина. — Думаю, ты не в том положении, чтоб сыпать грубостями, — спокойно произнёс Субару. — У нас есть выгодное предложение для тебя. — Райто отвернулся от окна и с усмешкой поправил шляпу. — Понимаешь ли, всё дело заключается в том, что твоя дорогая сестренка бегает за нами в стремлении выпотрошить кишки. Поэтому нам нужна твоя помощь. — Думаете, я так легко соглашусь? — Глаза Акайо сузились. Скула саднила, так и хотелось приложить к ней холодные пальцы, но он пересилил себя. — И моя сестра умерла. Она не может... — А кто сказал, что она жива? Нас преследует её призрак. Думаю, ты уже видел её в таком обличии. Не зря же провёл в психушке пять лет. — Шу спокойно посмотрел на него. Парень вздрогнул, но виду не подал. На его губах появилась усмешка: — Вижу, мою биографию вы уже успели изучить. Но... — Если ты собираешься сказать о своей матери, то с твоей стороны следовало бы учесть, что это произошло по чистой случайности. Она просто оказалась не в том месте и не в то время, — перебила его Наташа.   — Однако это всё равно не отменяет того факта, что убийство было совершено. Не окажись там моя мать — вы бы убили тетку. Верно? — фыркнул племянник Корделии. — Но она заслуживала своей участи! — горячо заявила Света, тряхнув в воздухе кулаком. — Она была ужасным человеком! — А вы чем лучше? — Акайо издал едкий и громкий смешок. — Все вы тут одинаковы. Испорченные и грешные. Меня тошнит от вас. — Ты... — Аято резко вскочил со стула и сжал кулаки. — Как ты смеешь так говорить о Великом Мне, ты, падаль? Акайо встретился с ним гнетущим взглядом. В наступившей напряжённой тишине прозвучал неуверенный голос Влады: — Не думаю, что это хороший способ знакомства... Тем более, учитывая дальнейшую совместную работу. — Я не хочу в это ввязываться. Это ваши проблемы. — Вампир фыркнул и двинулся к выходу из столовой. На этот раз Субару его не останавливал, провожая тяжёлым боковым взглядом. — Серьёзно? — Громкий смешок Леры заставил его остановиться. — А своими мозгами подумать никак? Мы такие же жертвы обстоятельств, как и ты. — Что? — Акайо зло посмотрел на неё. — Сам рассуди, раз нам не веришь. — Наташа покосилась на подругу и убедилась в правильности её суждения. — Корделия весьма подлая и скользкая особа. Она вполне могла подстроить смерть твоей матери для своей собственной выгоды. Таким образом она не только «скрылась», продолжая творить свои тёмные дела, но и ещё избавилась от ненужной ей помехи в лице сестры. — Точно. Ведь она явно постоянно подбивала её своими мольбами помочь своей дочери. А у Корделии, возможно, ещё тогда возникли выгодные планы на Харуху, — кивнула Света. — Под этой благой целью она начала убивать людей. Акайо задумался, но мотнул головой: — Нечего скидывать вину на других. — Упрямый осел! — не выдержала Влада. — Может, тебя Корделии сдать, чтоб ты воочию убедился, какая она есть? Парень плотно сжал зубы и скрестил руки на груди. Наконец с его губ сорвался тяжёлый вздох. — Хорошо. Я соглашусь, но временно. Если я пойму, что вы меня обманули, я лично расскажу всё о вас вашему же врагу. Уговор? Его взгляд стал стальным. Но делать ничего не оставалось. Ведь пытать его или шантажировать — не метод, видно же, что упрямый, а заставить сотрудничать можно только на таких условиях. Придётся смириться. Но они ведь знают, что сказали правду... — Уговор. * * * Беатриче напряженно вглядывалась в распечатанные данные, принесенные Канато. Она нашла их на столике в одной из малых гостиных, покинутые всеми. При свете свечи буквы расплывались кляксами, но в то же время весьма отчётливо отбивались в мозгу. Женщина быстро скользила глазами по строчкам и всё больше хмурилась и злилась. Наконец, чтоб лучше рассмотреть, она подошла к камину. И тут её обуяла ярость. — Чёрт!.. Чтоб вас... Горите в аду!!! Изящная рука стремительно швырнула в шипящий оранжевый огонь белый лист с печатными буквами. Тенью метнувшись назад к столу, она схватила остальные. — А? Беатриче-сама?.. Вы что делаете?!! — раздалось от порога как раз в тот момент, когда все остальные листы с шуршанием осенних умирающих листьев обрушились в огонь. Алый зверь с довольным урчанием тут же начал поедать их, обугливая концы и заставляя бумагу сворачиваться. Наташа ринулась к камину, подгоняемая разъедающим грудь паническим чувством, но вытаскивать бумаги руками было безрассудно, поэтому девушка схватилась за кочергу... Но Беатриче довольно резко толкнула её в грудь, отчего та свалилась на пол и довольно больно приложилась затылком и локтем. Кочерга зазвенела по полу. — Вы что делаете?! — тут же выкрикнула она, садясь. Локоть стрельнул. — Не нужны они вам. Они только введут вас в заблуждения, — отведя взгляд, тихо и уверенно заявила женщина. На её лице проступили гордость, холодность и уверенность. Девушка сцепила зубы: — Не вам это решать, а нам! Это важные документы, которые мы добыли огромным трудом! За что вы так с нами поступили?! Беатриче смотрела куда угодно, но не ей в глаза: — Так надо. Прости... Я пойду. Тихо прошуршав тканью парчовой юбки, вампирша скрылась в коридоре. Девушка же осталась сидеть на полу, безысходно глядя на огонь. Глаза предательски заслезились. Что это только что было?! Зачем?! Почему?! Из-за этой информации столько всего случилось... А теперь они лишились её так глупо... В огне сгорали последние читаемые буквы: «Окончание проекта Невесты Смерти» Неужели... неужели Беатриче помогает Корделии? * * * Следующий день ознаменовался молчаливым завтраком. Тишину и полумрак столовой нарушало звяканье вилок и ножей о тарелки с едой. Даже Витоний не проронил и слова, хоть щенок (сатаниста никак не покидало жуткое желание затискать его в объятиях) сидел на окне и грыз сосиски. По окнам стучал дождь. Если очень хорошо прислушаться, можно было найти схожесть этого звука и стука Харухи, пытающейся прорваться в дом. К всеобщему удивлению на завтрак спустились даже вампирши. Криста, хрупкая и болезненная, изящно кушала блинчики и запивала зелёным чаем. Субару, сидевший рядом с ней, то и дело кидал на неё незаметный взгляд. Довольно хорошо узнавшая его Влада отметила, что не смотря на общую холодность и отстраненность ему очень даже хочется вновь сблизиться с матерью. Так, как никогда. Все-таки, где-то внутри него ещё скрывался ребёнок, радующийся материнской улыбке и её голосу. Наташа не спускала взгляда с Беатриче, но та оставалась просто по-аристократически холодной к её «зырканьям». Видимо, Шу это заметил, так как откинулся на спинку стула и окинул обеих внимательным взглядом. — Мы будем что-то решать? Меня искать будут, — спокойно проговорил Акайо, откладывая на тарелку столовые приборы по знаку «закончил». — Пусть. Не всё так легко, как тебе кажется, — хмыкнул Субару, отправляя в рот ещё кусочек блинчиков. — Я до сих пор не верю вам, и советую всегда это помнить. Мы оговорили все мои поступки и такого понятия, как «нож в спину» не существует. Вы сами согласились на это. — Отлично. Тогда, может, следует поехать в старый «пряничный» домик? — Лера с вдохновленным видом поднялась со стула и оперлась ладонями о стол. — Ты о чем? — Подруги выглядели озадаченными. Вампиры же прищурились, не сводя с неё внимательного взгляда. — О Корделии и воссоединении брата и сестренки, конечно же! — пропела девушка, не переставая обезоруживающе улыбаться. — Думаю, в той рухляди явно что-то не так. Не зря же всех гостей, попадающих туда, пытаются наградить «смертельным подарочком». Никому не приходило в голову, что мы что-то упустили именно там? Повисло молчание.