Мятежники

      Часть I. В королевстве не все спокойно

      Кто бы что ни говорил, а принцам жить нелегко. Конечно, жаловаться бессмысленно, когда у тебя есть все, чего хочется человеку для безбедной жизни, а в случае Кенсу и того больше. Но юноша все равно чувствовал себя несчастным. Потому что, несмотря на то что он мог получить все, что захочет, не прилагая больших усилий, у него не было самого главного: любви и свободы.       Принц ехал по бескрайним просторам своего небольшого королевства вот уже почти час, печально глядя на серые облака из окна королевской машины. За окном мелькали однообразные деревья, скучные поля, и дорога время от времени заставляла машину подскакивать на кочках, будто специально говоря, что принцу и его свите здесь не место. Впрочем, Кенсу уже давно чувствовал себя чужим в родном месте. После смерти матери, весь мир внезапно переменился, стал грубым, жестоким и серым, словно и не было до этого никаких красок, словно все королевство заполонила темная туча, проливая на землю тоску и печаль, заставляя людей забывать о том, что когда-то они были счастливы. Кенсу и сам забыл, что значит счастье. Его отец, король Крис, после смерти своей жены изменился тоже, отчего теперь и страдал весь народ, с каждым днем все больше порождая ненависть к некогда любимому ими правителю. Должно быть, некоторые из них думали, что страдают только они, что там, за королевской стеной жизнь куда лучше, вот только принц знал, что это не так. Даже для него во дворце не было ни одной светлой комнаты, потому что со смертью матери его существование для отца стало невыносимым.       Юноша порой вспоминал, каким добрым и приветливым был отец, когда принц был мал. Он часто играл с ним в саду, не смотря на свое загруженное расписание, перед сном читал добрые книжки, зная, что его малышу нравятся все эти сказки о принцессах, драконах и рыцарях, способных защитить прекрасных дам. Он никогда не повышал на сына голос и не заставлял делать то, к чему у принца не было таланта. И эта жизнь была настолько волшебной, что Кенсу, очнувшись однажды утром, решил, будто она была всего лишь сном. Потому что с исчезновением матери из их мира ушло все хорошее. Отец замкнулся в себе, огородив себя от присутствия сына, и все только потому, что у Кенсу были ee глаза и характер, потому что он всегда напоминал о той, которая больше никогда не вернется. Будучи уже взрослым тринадцатилетним парнем, Кенсу не обижался на отца, представляя, как тому тяжело, потому что чувствовал себя не лучше, лишившись всего за один день. Он понимал, почему видя его во время завтрака, отец возвращался в свой кабинет и запирался там на засов. Понимал также, почему тот перестал играть с ним, читать книги на ночь и просто дурачиться перед тем, как пожелать спокойной ночи. Кенсу понимал все, поэтому не позволял себе лишний раз показываться королю на глаза, чтобы не причинять ему боли тем, что он так похож на свою мать.       Хмурый взгляд отца, который однажды выйдя к завтраку сел напротив принца, преследовал Кенсу и по сей день, и если раньше пугал до чертиков, то теперь был обычным выражением лица. Потому что больше никаких эмоций, кроме раздражения и злости на лице отца за эти несколько лет так и не появилось.       С того дня, когда Крис показался на глаза, жизнь Кенсу стала невыносимой. Уроки, которые могли помочь Кенсу стать достойным правителем в будущем, стали более жесткие, направленные на изучение военного дела. А ведь Кенсу за всю свою жизнь никого и пальцем не обидел, и искренне желал мира не только в своем королевстве, но и далеко за его пределами. Вот только отец больше не слушал его просьб, продолжая попытки сделать из своего сына жесткого, стратегически настроенного правителя, даже не беря в расчет того, что Кенсу просто физически и эмоционально не был настроен причинить кому-то боль.       Быть принцем в королевстве с королем-диктатором непросто, особенно, когда тебе хочется совершенно иной жизни, далекой от войн, в которой есть возможность делать то, что нравится: готовить и убирать, где можно, позабыв о времени, повозиться в саду, заботясь о тех немногих вещах, которые оставила после себя королева. И, конечно же, было бы лучше, если бы люди, жившие на их землях, как и раньше, чувствовали бы себя счастливее. Чтобы каждый год во дворе замка устраивался пир, куда можно было пригласить всех желающих, понаблюдать за танцующими парочками, посмотреть на красочные фейерверки и проиграть с обычными ребятами.       Кенсу едва заметно улыбнулся, вспомнив о том далеком времени. Прошло уже семь лет с последнего праздника в их доме. Но, иногда вспоминая о счастливом прошлом, перед глазами принца вырисовывался уже почти размытый силуэт одного бойкого мальчишки, который всего на один день вдруг стал его лучшим другом. Этот мальчик, примерно восьми лет отроду, прошмыгнул в его спальню без разрешения, а ведь заходить в дом было нельзя. Каждый из веселившихся во дворе знал об этом, и никто никогда не пытался обойти правила, но этот мальчишка все делал поспешно, совсем не думая о последствиях. Кенсу помнил, с каким наглым выражением лица тот смотрел на него, когда маленький принц попытался выпроводить его из собственной комнаты. Вот только оказалось это непосильной задачей, ведь обозвав Кенсу девчонкой, незнакомец запрыгнул на кровать и стал прыгать на ней, представляя себя пиратом. Юный принц в тот момент громко разрыдался из-за обидного обзывательства, а мальчишка, Кенсу, к сожалению, уже не помнил его имени, вдруг мгновенно спустился вниз, обнял и серьезно сказал, что никогда не даст девочек в обиду. После этих слов Кенсу заплакал сильнее, а мальчишка должно быть так и не понял, что перед ним мальчик, а не девочка. Впрочем, потом Кенсу не винил его за ошибку, потому что в то время ему многие говорили, что он очень мило выглядит и пучит глазки, как принцесса. Мать в то время даже волосы Кенсу отрастила почти до плеч, так что спутать его с девочкой было не так уж сложно.       К счастью, то время уже давно прошло, и пусть Кенсу не вырос широкоплечим, под стать своему отцу, мужчиной, больше никто не сравнивал его с девчонкой. Хотя порой, ложась спать с любимой книжкой, принц желал повернуть время вспять, чтобы действительно родиться девочкой. Чтобы больше никто не запрещал ему готовить на кухне, чтобы позволяли ухаживать за цветами и виноградником, оставшимся после матери, да и просто потому, что девочек любили больше. А Кенсу был уверен, что будь он девочкой, отец тогда был бы к нему более мягок. Возможно, он бы не стал тогда так ненавидеть своего ребенка.       Вот только все это уже было не важно, потому что время не повернуть вспять, и прошлое не изменить. Кенсу оставалось только продолжать жить в надежде на то, что однажды его отец найдет покой в этом мире и станет таким, как и прежде. А до этого момента он, совершенно не подходящий на роль принца, просто будет находиться рядом, потому что он последний родственник короля. И, должно быть, единственный, кто все также любит его, несмотря на то, каким жестоким и нелюдимым он стал.       — Дождь пошел, — послышался негромкий голос рядом и Кенсу, вынырнув из своих мыслей, повернул голову в сторону своего телохранителя.       Бэкхён был немногим старше принца. Кенсу представили его несколько лет назад, когда юноша, достигнув лучших успехов в боевых искусствах, включая ведение рукопашного боя, выносливость и быстрое реагирование во время угроз, стал подходящим кандидатом для постоянного компаньона. На тот момент Кенсу не задумывался, для чего ему телохранитель, если он даже носа из дворца не показывал. Все принимал как должное. Но компании Бэкхена был несказанно рад. В то непростое для обоих время поддержка друг другу была просто лучиком надежды.       У них с Бэкхеном была одна трагедия на двоих: смерть родителя. И если Кенсу потерял только мать, то в случае с Бэкхеном было еще хуже — он лишился обоих родителей за один день от рук мятежников, бесновавших в ту пору в некоторых небольших городах. Конечно, информация на тот момент была не достоверной, а для юных голов и вовсе неполной, но, сплотившись, они смогли докопаться до правды и узнали, что родители Бэкхена — представители охраны, были отправлены на задание в одну из деревень, где свирепые мятежники, если верить полученной от надежного источника новости, должны были нанести «символический удар». Засада ждала их по пути. Кенсу знал, что среди людей есть недовольные действиями короля, и некоторые из них слишком явно показывали свое негодование, устраивая различные проблемы в королевстве. Но считал, что они просто сошли с ума, потому что с такой кровожадностью убивать других людей могли лишь истинные убийцы. В той потасовке выжил только один, остальные, включая родителей Бэкхена, назад уже не вернулись.       — Дорогу скоро совсем размоет… — задумчиво проговорил Бэкхён, внимательно, насколько позволяла стена из дождя, изучая местность снаружи.       Ливень за окном с каждой секундой усиливался, заставляя одно нехорошее предчувствие окончательно овладеть мыслями, шепотом подсказывая, что эта поездка добром не кончится. Впрочем, подобный расклад событий Бэкхен предполагал еще вчера, когда король впервые за долгое время позвал своего сына к себе в кабинет, чтобы обсудить нечто важное. Телохранитель как верный помощник принца тоже присутствовал при разговоре, так как его участие в нынешней поездке тоже было особенно важным. Хотя больше парень все же переживал о своем подопечном, который весь разговор просидел с опущенным взглядом и непроницаемым выражением лица, хотя, узнав, что отец сам ищет с ним встречи, так обрадовался новости, что обещал выполнить все, чего он не попросит. Его ожидания вдребезги разбились о реальность, в которой Крису не было дел до его чувств. В разговоре речи не шло о том, что у Кенсу есть возможность для отказа, его поставили перед фактом и кроме как согласиться выбора не было. Приказ короля звучал коротко и властно: Кенсу свяжет с себя узами брака с подданной своего королевства, чтобы улучшить отношения народа к королевской семье, потому что за последние годы, не без помощи мятежников, ненависть к королю возросла. Брак с простолюдинкой мог помочь усмирить их пыл. Кенсу сомневался, что это могло прекратить беспорядки мятежников, но на предложение отца согласился без долгих раздумий, ведь несмотря на то, что отец в приказном тоне повелел исполнить его волю, он все же ждал от сына ответ. И то, что он дал Кенсу хотя бы такую иллюзию выбора: беспрекословно подчиниться или отказаться, тем самым показав характер, — уже было хорошим знаком для их взаимоотношений. И когда Кенсу предпочел пойти ему навстречу без лишних проблем, отец посмотрел на него с одобрением и уважением. Ведь послушание принца в глазах короля было не слабостью, а проявлением мудрости., и главным показателем, что он больше не ребенок и несет ответственность за свои решения, даже если они продиктованы самим королем.       Кенсу знал, что решение правильное, но также осознавал, что, возможно, ничего хорошего из этого брака не выйдет. Потому что ему этот выбор навязали. И пусть он знал, что в случае с его родителями это сработало, он также понимал, что в его ситуации все окажется совсем иначе. Вспоминая о матери и тех книгах, которые она ему читала, когда отец был занят своими делами, Кенсу мечтал о настоящей любви, когда от одного взгляда на объект своего обожания бешено колотится в груди сердце, когда хочется прикоснуться к нему, обнять и оставаться рядом, просто молча наблюдая за звездным небом или держась за руки.       Кенсу понимал, что не сможет полюбить свою жену так же, как герои его любимых сказок, и печаль того, что его настоящая любовь может в это время быть где-то в другом месте и прятаться в теплом доме за стеной сильного дождя, тихо разъедала его изнутри. Поэтому принц отстранённым и весьма печальным взглядом изучал стекающие струйки дождя на окошке машины, представляя, что это не просто вода, а дорожки соленых слез.       Внезапный треск где-то снаружи даже сквозь шум дождя привлек внимание обоих парней. Нечто тяжелое повалилось на проселочную дорогу где-то позади, ударив своим краем по бамперу. Машину резко повело в сторону и Кенсу больно ударился о стекло, не успев ухватиться за что-нибудь. Затем он едва не слетел с сидения, когда машина затормозила. Переводя дыхание от страха, возникшего из-за неизвестности, принц прислушался к посторонним звукам, стараясь уловить хоть что-то необычное сквозь капли дождя, отбивающие собственный ритм по крыше.       Тишина и ничего более.       — Сиди тихо, я проверю, что происходит, — Бэкхен решительно открыл дверцу машины, замечая при этом, с какой тревогой в глазах смотрит на него принц. — Я скоро вернусь, — пообещал парень, и вскоре скрылся за пеленой дождя, хлопнув дверцей.       Кенсу остался со своими страхами один на один. Он попытался высмотреть хоть какое-то движение в заднем окне своего шикарного авто, но из-за стены дождя видны были только расплывчатые силуэты, и что происходило снаружи, определить было трудно. Негромкие голоса его людей немного остудили желание ослушаться просьбы телохранителя, хотя с уходом друга принц держал ручку двери, готовый в любой момент выскочить наружу. Немного успокоившись, юноша вздохнул, отгоняя страх подальше, и терпеливо ждал возвращения Бэкхена, слушая шум дождя и неразборчивые голоса неподалеку.       Парень, промокший до нитки, вернулся в машину спустя пару минут почти одновременно с водителем и сразу же сообщил о проблеме.       — Позади упало старое дерево, — объяснил он, вытирая лицо мокрой ладонью, будто это могло помочь ему стать суше.       Кенсу протянул ему платок, чтобы парень протер хотя бы лицо. Бэкхен принял помощь без лишних слов.       — Нам повезло. Если бы немного замешкались, случилась бы авария, но мы как раз вовремя отъехали. Никто не пострадал. Правда, теперь мы разделены с остальной охраной. Удалось проехать только двум машинам: нам и тем, кто впереди. Убрать дерево будет весьма сложно, а у нас времени не так уж много, поэтому мы поедем вперед, а они выедут по другой дороге. Это ненадолго, так что не беспокойся. Тут в нескольких минутах езды перекресток, как раз там и встретимся.       — Хорошо, — Кенсу кивнул, испытывая небольшое облегчение, что ничего непоправимого не произошло. Хотя в какой-то момент, всего на секунду, он подумал, что застрять в лесу и отстрочить встречу с девушкой, которую он совсем не знал, было бы неплохой идеей.       Бэкхен оглядел его задумчивым взглядом, прекрасно понимая настроение своего друга, но говорить ему больше ничего не стал. Он кивнул водителю, что можно трогаться в путь, и откинулся на спинку сидения, когда машина вскоре двинулась с места.       Знакомый треск и грохот повторились спустя несколько минут, когда Кенсу, уставший от собственных грустных мыслей, готов был провалиться в сон. Машина вновь остановилась, вырывая его из объятий дремоты.       — Я же говорил, что дорогу размоет, — пробормотал Бэкхён, собираясь вновь выйти из машины, чтобы проверить, правдива ли его теория насчет неустойчивого грунта и падающих из-за этого деревьев. Тем более, что он был близок к разгадке, потому что дождь, казалось, стал только сильнее, заливая все вокруг водой. — Наверное, еще одно дерево рухнуло. Пойду, посмотрю, что к чему, — сказал он, на этот раз не говоря Кенсу оставаться на месте, потому что как только он коснулся дверной ручки, принц со своей стороны тоже приоткрыл дверцу, не желая больше оставаться со своими мыслями один на один.       Бэкхён не стал его останавливать, лишь протянул ему зонт, чтобы принц не намок, а сам вновь нырнул под природный душ, следуя прямо за водителем к остальным охранникам, которые вышли из машины, едущей все это время впереди.       — Похоже, что мы в ловушке, — послышался комментарий одного из охранников, когда он взглянул на масштаб трагедии, а именно на довольно массивное дерево, лежащее посреди дороги.       Бэкхен прошел вдоль всего ствола, замечая, что в месте, где лежала макушка дерева, оказалось немного места, чтобы проехать. Правда, сначала пришлось бы избавиться от некоторых торчащих веток, на что парень и обратил внимание охраны. Несколько человек тут же бросились к машине, открывая багажник и доставая необходимые инструменты.       Решив, что тоже может помочь разобрать завал, Кенсу предложил свою помощь, но Бэкхен попросил его вернуться в машину, чтобы тот не мок под дождем, уверив, что работы немного.       Кенсу не стал спорить с его решением, но в машину возвращаться пока не спешил. Он прогулялся немного, сделав несколько шагов к другой части упавшего дерева, чтобы взглянуть на поврежденные корни, а затем оглядеться вокруг.       Капли дождя падали с неба сплошным потоком, поэтому местность осмотреть получалось весьма затруднительно. В какой-то момент то ли из-за гуляющего по улице ветерка, то ли из-за сильного ливня, Кенсу уловил краем глаза какое-то движение у густых кустов. Решив, что всему виной колыхающиеся под давлением капель воды листья, Кенсу не стал придавать большого значения этим движениям. Но все равно внимательно присмотрелся к темному пятну между ветвей, стараясь понять, почему оно кажется таким неестественным. Расстояние между листьями было не таким большим, а дождь к тому же мешал смотреть в принципе, поэтому Кенсу пришлось сощурить взгляд, чтобы сосредоточить все свое внимание. Он не был уверен, что это не плод его воображения, потому что из-за стены дождя все казалось другим, но, среди густой кустовой заросли Кенсу смог различить два, скрытых в тени, глаза, смотрящие на него в упор из укрытия.       Принц вздрогнул, когда за спиной услышал голос Бэкхена, который продолжал давать указания солдатам. Принц оглянулся назад, оценивая ситуацию, затем вновь посмотрел перед собой, стараясь уловить между торчащих веток выразительный и довольно красивый взгляд темных глаз. Но на этот раз ничего похожего в кустах не обнаружил.       Решив, что всему виной игра воображения, Кенсу отвел взгляд в сторону и задумчиво нахмурился, вдруг осознав, что взгляд, который ему привиделся, показался весьма знакомым. Порой принц развлекал себя мыслями на тему того, как бы выглядела его вторая половинка, и не секрет, что он часто представлял себе глаза, так похожие на те, что он увидел сейчас. Впрочем, если всему виной воображение, то такая схожесть не удивительна.       Отбросив странные мысли в сторону, Кенсу повернулся к Бэкхену, когда телохранитель, оказавшись рядом, вдруг положил свою ладонь на его плечо.       — Тебе лучше вернуться в машину. Простудишься.       Кенсу улыбнулся и тотчас накрыл друга своим зонтом, совершенно не беспокоясь о том, что теперь он сам попадал под льющиеся капли дождя.       — Со мной все будет в порядке, а вот ты можешь простудиться. Совсем ведь промок. — Принц протянул руку и промокнул сухим рукавом пиджака влагу со лба Бэкхена, вода в волос которого капала прямо в глаза. — Долго еще?       — Скоро закончим, — Бэкхен чихнул в сторонку, заставляя Кенсу серьезно нахмурить брови.       — Ну вот, теперь придется отпаивать тебя горячим чаем, — принц вручил Бэкхену свой зонт, поспешно стянул с себя пиджак и надел его на плечи своего друга, не обращая внимание на его ворчание.       — И как на меня теперь остальные смотреть будут? — пробормотал телохранитель, делая вид, будто недоволен подобному проявлению дружбы, хотя Кенсу знал, что глубоко внутри парню приятно знать, что о нем тоже заботятся. — Это ведь ты у нас принц, это я должен накидывать тебе пиджак на плечи и зонт подставлять.       — В первую очередь ты мой друг и это ни для кого не секрет. Я просто не могу позволить тебе заболеть. А еще ты мой телохранитель, здоровье которого для меня тоже важно. Кто же меня тогда защищать будет, как не ты? — и Кенсу улыбнулся, посылая другу свою фирменную улыбку, которую он дарил далеко не каждому, а самым родным и близким людям. В последние годы, Бэкхен был единственным, кто видел эту широкую улыбку, остальным с этим повезло меньше. Хотя Кенсу всегда старался улыбаться искренне, иногда, даже он, добрая душа, поддавался плохому настроению, и улыбка выходила измученная, не такая яркая. Бэкхен знал, что причиной этому был только один человек: король.       — Когда приедем, первым делом распоряжусь укутать тебя в одеяло, — начал говорить Кенсу, но Бэкхен вдруг резко повел взгляд в сторону, внимательно приглядываясь и прислушиваясь к шуму дождя, потому что все его нутро вдруг почуяло опасность.       Парень уловил сквозь шум дождя едва заметный звук треснувшей ветки и звучал он вовсе не со стороны работающей над упавшим деревом охраны. Юноша нахмурился, медленным взглядом проходя по окружавшей их местности.       — … посажу тебя у камина, а потом лично сделаю чай, — продолжал приговаривать Кенсу, не заметив никаких особенных перемен в окружающей обстановке.       Принц замолчал и чуть нахмурился, когда Бэкхен неожиданно шикнул ему призывая к молчанию.       — Только не думай, что этим шиканьем сможешь избавиться от лечения, — вновь сказал Кенсу, решив, что реакция юноши сейчас не что иное, как упрямство, потому что друг попросту не хочет повышенного внимания. Но выражение лица Бэкхена выглядело слишком сосредоточенным и хмурым, что на упрямство совсем не указывало.       — Принц, помолчите, пожалуйста, — тихо прошептал Бэкхен, с большим усердием всматриваясь в местность вокруг. — Кажется, я что-то слышал.       Кенсу прекратил поправлять на юноше пиджак и замер, смотря на друга внимательным взглядом, чувствуя, как с его словами в нем поднимается тревога. Потому что, если Бэкхен говорит «что-то не так», значит, скорее всего, так и есть. Вообще сквозь шум дождя и треск веток со стороны остальной охраны, сложно было расслышать что-то еще, но, несмотря на то что процент слышимости посторонних звуков был неимоверно снижен, принц поверил словам телохранителя без заминки.       В Бэкхене был особенный дар замечать опасность. Особенно, если эта опасность касалась принца. Кенсу понятия не имел, как это работало, но однажды, когда он взбирался по лестнице на самый верх виноградника, Бэкхен вовремя определил опасность и остановил юношу на полпути, когда тот едва успел поставить ногу на надломанную ступеньку. Если бы тогда он его не послушал, то наверняка упал с высоты и сломал себе что-нибудь. Поэтому в подобных ситуация Кенсу предпочитал прислушиваться к словам телохранителя, особенно, если они произнесены с такой серьезностью во взгляде.       Вспомнив о том, что увидел недавно среди кустов, юноша нахмурился, раздумывая, что это мог оказаться не плод его воображения. Взгляд, который он увидел в кустах, мог таить куда больше угрозы, чем он себе представлял. Поэтому принц с опаской посмотрел на кусты и с облегчением выдохнул, ничего там не обнаружив. Но затем снова напрягся, когда Бэкхен ухватил его за руку и чуть выступил вперед, закрывая своим телом.       — Быстро в машину! — серьезным тоном скомандовал парень, при этом не повышая голос, чтобы не накликать беду раньше времени. У Кенсу при этом по спине мгновенно пробежалось стадо неприятных мурашек.       — Что-то серьезное? — с опаской спросил он, когда Бэкхен вернул ему зонт и снял с себя пиджак, возвращая его принцу.       — Еще не знаю.       Юноша скользнул по принцу беспокойным взглядом. В стороне от машины послышался более громкий хруст и оба парня резко повели голову на звук, теперь за одним из деревьев отчетливо замечая фигуру незнакомца с протянутой рукой, в которой он держал оружие.       Кенсу обомлел от страха, когда осознал, что дуло пистолета направлено на него.       Выстрел прозвучал внезапно.       Не мешкая ни секунды, Бэкхен повалил принца на землю, прежде чем пуля просвистела где-то над его головой. Зонт выскочил из руки принца, закрывая их обоих от опасности, и пусть защитить от пули не мог, но мог перекрыть обзор и тем самым дать время для действий. Бэкхен воспользовался этим шансом незамедлительно и прежде, чем прозвучал новый выстрел, он подтолкнул Кенсу к машине, требуя поскорее двигаться.       Кенсу, толком не осознавая происходящего, ползком подлез к машине, прячась за капотом и вздрагивая от очередного выстрела. Пиджак в его руках уже давно стал мокрым и грязным, да и сам парень начал изрядно намокать, оставшись без зонта. Прижавшись в машине, юноша поспешно закрыл уши руками, чтобы не слышать оглушающего шума выстрелов, из-за которого в ушах начинал появляться неприятный звон. Из своего небольшого укрытия принц видел, как встрепенулась охрана, осознав, что на них совершается нападение, как они побросали инструменты и спешили на помощь. Где-то сквозь свист в ушах, Кенсу слышал далекие крики других людей, и он еще больше испугался, когда заметил, что эти люди выбегают из своих укрытий с перекошенными злобой лицами и размахивают холодным оружием, жаждая не просто смерти от пулевых ранений, а кровавой расплаты.       Когда Кенсу оглянулся, чтобы предупредить Бэкхена о надвигающейся опасности, понял, что находится в своем незащищенном укрытии совершенно один. Ему пришлось приподнять голову, чтобы выглянуть из-за машины в сторону стрелявшего и заметить, что теперь там шла борьба. Бэкхен был очень разозлен неожиданным нападением, потому что избивал стрелявшего парня так яростно, словно мстил за все то плохое, что когда-либо случалось в его жизни.       Происходящее вокруг теперь напоминало старые фильмы о разбойниках, только выглядело это сейчас ожесточеннее и кровавее, чем в фильмах. Кенсу с ужасом заметил, как один из охранников осел на землю, хватаясь за кровоточащую рану, и как парень, нависающий над ним, сделал замах рукой, крепко держа в ней найденный на земле топор. Видение того, чем все закончится, настолько ярко вспыхнуло в сознании принца, что парень мгновенно отвел голову в сторону, глубоко дыша и не понимая, что его вот уже полминуты трясут за плечо и что-то говорят.       — Ваше Высочество, поспешите в машину. Там вам будет безопасней.       Кенсу во все глаза уставился на одного из охранников, пытаясь уложить в своей голове все, что тот пытался ему сказать. Из-за страха и стресса, спровоцированного нападением, соображать удавалось с трудом, но Кенсу все-таки нашел в себе силы, чтобы сосредоточиться на говорящем, а затем согласно кивнуть. Он попытался встать, чувствуя, что с появившимся шоком и страхом, его ноги совершенно отказываются куда-либо идти. Тем не менее, он благополучно добрался к дверце машины в сопровождении охранника, и вскоре влез внутрь.       — Не волнуйтесь, все будет хорошо, — успел сказать охранник.       Прежде чем он ушел, Кенсу разглядел в окне быстро приближающийся силуэт разбойника. Он вскрикнул, понимая, что тот сейчас вонзит острый нож в спину помогавшего ему парня. Однако охранник быстро среагировал и, закрыв дверцу, обернулся до того, как противник приблизится вплотную. Кенсу так и замер на сидении, сквозь струи дождя пытаясь разглядеть, что происходит снаружи. Дождь, казалось, только громче стал стучать по крыше машины. Принц огляделся вокруг, сквозь плотную стену дождя различая едва заметные темные фигуры, которые то подходили ближе к машине, то отходили обратно. И, наверное, Кенсу чувствовал бы себя чуть лучше, если бы мог различить в общей суматохе силуэты тех, кто стал на его защиту. Однако было сосем не понятно, одерживают ли его люди верх, или же кто-то вскоре придет, чтобы завершить свое дело до конца, раз и навсегда избавившись от принца.       Юноша сел ближе к окну, чтобы среди всего хаоса разглядеть силуэт Бэкхена, а потом резко дернулся назад, когда в стекло вдруг прижалась чья-то щека. Кенсу громко вскрикнул, когда понял, что съезжающее по стеклу лицо принадлежит тому самому охраннику, который помог ему спрятаться в машине. Был он мертв, или просто без сознания, Кенсу точно не знал, но по безмятежному лицу парня понял, что рассчитывать на победу не стоит.       Дверца раскрылась перед Кенсу, когда он этого не ожидал, и чья-то огромная рука, резко ухватила парня за грудки, выволакивая наружу. Принц успел переступить через лежащего на земле парня, а затем его самого с силой швырнули в грязь, окончательно испортив внешний вид. Волосы уже наполовину были измазаны в грязи, белая рубашка превратилась в одно сплошное темное и мокрое пятно, а холодный дождь беспощадно продолжал бить по лицу, не позволяя хорошенько разглядеть противника.       Видя перед собой уязвимого юношу, пугающий на вид мужчина прорычал со злобной насмешкой на лице. Он что-то сказал, но Кенсу не услышал ни слова, с ужасом наблюдая за тем, как мужчина поднимает в земли уроненный кем-то пистолет. Не смотря на усмешку, он определенно не намерен с ним шутить.       Чувство опасности уже с головой окутало принца. Он, в порыве отчаяния повел голову в сторону, осознавая, что даже не видит Бэкхена. Борьба не на жизнь, а на смерть продолжалась неподалеку, однако телохранитель куда-то пропал с поля видимости. Кенсу очень надеялся, что парень жив, но судя по количеству разбойников их численность пусть и немного, но превышала численность охраны, поэтому на хороший исход ситуации рассчитывать не приходилось.       Принц знал, если он хочет выжить, ему нужно бороться. Но он понятия не имел как противостоять вооруженному человеку. Он так ни разу и не сходил на занятие по обороне, сбегая от учителя каждый раз, когда тот появлялся в классе. Кенсу не знал ничего из того, что могло ему сейчас пригодиться. Единственная идея, которая хоть как-то могла помочь ему выжить — сбежать. Он ухватился за эту мысль, начиная ползком пятиться назад, чтобы найти в окружающей грязи хоть какую-то прочную опору встать и хотя бы попытаться сбежать в лес, к деревьям, где будет возможность скрыться. Юноша подскочил на ноги и помчал к ближайшему дереву, слыша за спиной недовольный крик и выстрел. Пуля вонзилась в кору дерева за секунду после того, как за ним скрылась голова принца. Не разбирая дороги, Кенсу бежал вперед, вязнув в грязи и поскальзываясь на неровной поверхности почвы. Выстрел один за другим звучали за спиной, заставляя тело вздрагивать от резких звуков, а сердце колотиться в бешенной агонии из-за ощущения близкой смерти.       В какой-то момент юноша решил, что скоро все останется позади и он будет в безопасности, но как только он допустил подобную мысль, нога соскользнула в вязкой почве и юноша повалился на землю, потеряв ловкость и опору под ногами. Шум за спиной заставил его резко развернуться и замереть. Принц даже не попытался подняться, зная, что это будет бесполезно, потому что над ним уже стоял преследователь, наставляя на него пистолет.       — Кончай его, скорее. Пора уходить, — из-за зеленых деревьев показалось еще одно недовольное лицо незнакомца. Не смотря на страх, застилавший глаза, и пелену дождя, Кенсу все же смог разглядеть символ мятежников, который мужчина, будто хвастаясь, повязал поверх рукава своей куртки. И если бы не страх перед собственной кончиной, принц наверняка бы задумался, для чего мужчина так явно демонстрирует свою связь с мятежниками.       Когда он услышал звук взведенного курка, то его внимание переместилось на убийцу. Кенсу чувствовал, как его собственное сердце рвется из груди, заглушая все вокруг. Представлял, как перед глазами проносятся счастливые воспоминания его детства, и отец, который читает ему книжки. Думая о том, что ему уготовила судьба, Кенсу понял, что больше никогда не сможет сказать отцу, как тот ему дорог.       Принимая свою судьбу, юноша покорно закрыл глаза в ожидании, когда пуля вскроет ему черепную коробку или попадет прямо в сердце. Мысленно и очень быстро попрощавшись со всеми своими дорогими людьми, и вспомнив о матери, которая должно быть заждалась его на небесах, принц приготовился к смерти, отсчитывая последние секунды собственной жизни. В голове пронеслась мысль, что было бы здорово умереть в собственном доме в старости, обнимая любимого человека, и зная, что сделал в жизни столько всего хорошего, что жизнь прожита не зря. Сейчас юноша жалел только об одном: что он так и не встретился со своей «второй половиной» и теперь уже никогда не узнает, ждет ли он его за этой пеленой дождя, похожи ли их мечты, и будет ли парень счастлив, если так и не встретит его на своем жизненном пути.       Принц поджал губы, мысленно желая, чтобы все закончилось быстро. А затем вздрогнул, когда в ушах раздался громкий выстрел.       Неужели все кончено?       Юноше понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что он не чувствует боли, а его сознание не померкло в бесконечности небытия. Когда рядом с ним в грязь упало бессознательное тело стрелявшего мужчины, принц с недоумением повел бровью и на всякий случай отодвинулся дальше, наблюдая за упавшим со смесью облегчения и переживаний о том, что он в любой момент может прийти в себя и напасть. Почему мужчина вообще без сознания пришла к принцу с опозданием. Подумав, что всему виной Бэкхен, Кенсу повел взглядом по местности, замечая невдалеке двух сражающихся друг с другом людей. Но телохранителя принца среди них не было.       Вместо Бэкхена роль спасителя исполнял другой, совершенно незнакомый принцу парень. Он не относился к его охране это точно ведь на нем не было королевской охранной униформы. Парень, казалось, и вовсе только недавно слез с кровати, влез в джинсы и вышел на улицу в одной майке, забыв надеть хоть какую-то куртку сверху. И пусть на дворе было тепло, так как весна уже плавно перетекала в лето, несколько дней постоянных дождей и повышенная влажность сделали свое дело, поэтому на улице было довольно свежо, а теперь еще и мокро. Но незнакомцу подобные помехи были безразличны.       В отличие от принца, парень обладал хорошими навыками борьбы. Он был ловким, быстрым и, как успел заметить Кенсу за те недолгие секунды, когда юноша оказывался к нему лицом, очень красив. Принц скользнул взглядом по напряженному лицу, промокшим волосам, которые изящно взлетали вверх и опускались вниз при резких движениях, не обделил вниманием мышцы на руках и точеный торс, рельеф которого выделялся под прилипшей к телу мокрой майкой. Позабыв о собственных страхах, Кенсу готов был наблюдать за этим сражением долгое время, любуясь незнакомцем, потому что он еще не видел, чтобы кто-то так сексуально выглядел во время драки.       Он осознавал, что его так привлекало в этом незнакомом парне. Смуглый красавчик будто сошел со страниц любимых сказок. Глядя на него, Кенсу видел воплощение прекрасного юноши-рыцаря, спасающего из лап монстров свою принцессу.       Принц, словно завороженный, наблюдал за движениями незнакомца, когда тот умело уходил от ударов или наносил свои, успевая в особенно раздражающие моменты для своего врага, посылать ему насмешливую ухмылку. В какой-то момент принц решил, что парень вполне мог составить конкуренцию Бэкхену или отличную компанию для защиты дворца. Юноша излучал уверенность в своих силах и решительность довести дело до конца. Настоящий смелый рыцарь, истинный красавчик, и наверняка добрый сердцем, если ввязался в драку, не побоявшись количественного превосходства противника. Наверняка он был одним из тех людей, которые справятся с любой проблемой, возникшей на пути. Потому что Кенсу еще никогда не видел, чтобы человек, казалось бы, в безвыходной ситуации, был настолько уверен в своей победе, как этот парень.       Несмотря на то, что он был один среди мятежников, всего двух на данный момент, если считать того, кто уже без сознания, парень проявлял свое превосходство и стойкость, заставляя врага терять контроль над своими эмоциями. Юноша протянул ладонь вперед и качнул пальцами, этим незамысловатым движением призывая мужчину к действиям. Его шалость удалась и, когда мятежник побежал на него, громко рыча и размахивая ножом, парень ловко вывернулся, успев при этом схватить мужчину за руку и заломить ее тому за спину. Он выхватил оружие из ослабевшей ладони, а затем отправил мятежника в грязь, ударив ногой по мягкому месту. Конечно, эта ситуация только разозлила мятежника, поэтому, когда он вновь повернулся к «рыцарю» его глаза были наполнены такой злостью, что не приходилось сомневаться: он отомстит. Однако юношу это никоим образом не испугало, и он преспокойно играл чужим ножом, подбрасывая его в верх и без усилий хватая при падении.       Кенсу напрягся, когда тело, лежащее неподалеку вдруг пошевелилось. Тот, кто пытался его убить выстрелом из пистолета, уже пришел в себя. Принц тут же подскочил на ноги, когда мятежник, покачиваясь от последствий своего падения, поднялся на ноги, сначала бросив на него сердитый взгляд, а затем оглянулся назад, начиная осознавать, что истинная угроза для него исходит не от принца. Когда он потянулся к пистолету, лежащему все это время в грязи, Кенсу осознал, что теперь цель мужчины сместилась на незнакомца. Мятежник прожигал в нем дыру, испытывая самую настоящую ярость, когда наводил оружие на юношу, который, как успел заметить принц, стоял к ним спиной, готовясь вступить в новую схватку со своим противником.       Кенсу еще никогда не приходилось кого-то спасать. Он и сам себя защитить не мог несколькими минутами ранее, зная о своей неспособности сражаться. Но, увидев, что опасность угрожает «его рыцарю», который даже не подозревает об угрозе, принц, не раздумывая, рванул к мятежнику, намереваясь сделать хоть что-нибудь, что поможет его спасителю. Конечно же, первой мыслью было выбить из рук врага оружие, поэтому Кенсу нацелился на это, когда оказался рядом и вцепился в руку мятежника зубами, с опозданием осознавая, что ведет себя совсем не по-королевски. Однако это действие помогло. Мятежник взревел от боли и потерял цель из виду. Дуло пистолета сменило траекторию, но от выстрела не уберегло. Кенсу вздрогнул от резкого звука, в момент теряя хватку, а затем его ударили в висок, и юноша потерял опору под ногами, в который раз за день окунаясь в грязь. Понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя после удара. Борясь с головной болью и шумом в ушах от выстрела, Кенсу заставил себя повернулся к мужчине, который недовольно ругаясь наводил на него оружие, видимо решив все-таки вернутся к первоначальному плану и убрать принца с пути. Он не успел испугаться последствий, потому что в руку мятежника вонзилось острое лезвие ножа. Выронив пистолет, мужчина взревел от боли, смотря на алые капли крови, текущие ручьем по всей ладони.       Кенсу лишь повел взглядом в сторону незнакомца, убеждаясь в том, что именно он бросил нож. Однако легкое головокружение после удара в висок не позволило сосредоточиться на лице парня. Принц смог разглядеть лишь силуэт, стремительно приближающийся в их сторону. Затем на мгновение закрыл глаза, больше не чувствуя страха, ведь «рыцарь» снова пришел ему на помощь.       Какое-то время невдалеке велась битва, сопровождаемая злобными рычаниями мятежника и звуками борьбы. Кенсу заставил себя вновь встать, опираясь о ствол стоящего близ него дерева, чтобы удостовериться, что больше опасность ему не угрожает. В голове немного прояснилось, поэтому принц мог наблюдать за сражением более осознанным взглядом. Несмотря на то, что отлично справлялся в бою, лицо смуглого красавчика теперь было напряжено до предела, будто и не было до этого его насмешливых ухмылок, которыми он одаривал другого мятежника.       Когда последний враг был повержен, упав на землю без сознания, Кенсу двинулся к юноше, намереваясь выразить ему благодарность за спасение. Незнакомец не спешил к нему навстречу, продолжая стоять над бессознательным телом спиной к принцу, тяжело дышать после выматывающей битвы и сжимать в ладони нож. Но когда он почувствовал движение позади и медленно повернул голову, а вслед за этим корпус тела, врезаясь хмурым взглядом в глаза юноши, Кенсу понял, что мог поспешить с выводами. Его рыцарь мог оказаться вовсе не спасителем.       Принц остановился на полпути, испытывая странное ощущение от встречи с этим недобрым взглядом. А затем, когда незнакомец вдруг решительным шагом направился к нему, сжимая в ладони нож до побелевших пальцев, принц попятился назад, вследствие чего споткнулся и, не в силах устоять на ногах, осел на землю, с напряжением наблюдая за приближающимся парнем.       Юноша оказался рядом всего в несколько шагов и опустившись над принцем, схватил его за рубашку, заставил опуститься на спину, а затем сел сверху на бедра, одновременно с этим прижимая к горлу принца острый нож.       Кенсу затаил дыхание, чувствуя, как острый край ножа, впивается в кожу. Ладони, которые он в защитной реакции выставил перед собой, прижались к мокрой ткани рельефной груди. Кенсу тут же одернул их, испытывая странное ощущение жара на подушечках пальцев после соприкосновения. Но незнакомца этот жест не напрягал. Когда принц поднял взгляд на склонившегося над ним юношу, то утонул во взгляде полным неприкрытой ненависти и обиды. Незнакомец смотрел на него пристально, будто пытался мысленно выведать все его тайны, но при этом почему-то предпочитал не говорить ни слова. Кенсу знал, что он не станет его убивать, раз уж он спас его от мятежников. Иначе его действия бессмысленны, ведь зачем кому-то спасать, чтобы потом лично прикончить? Поэтому, уверенный в своих выводах, принц смело смотрел парню в глаза, разглядывая темные зрачки и пытаясь понять, почему он так зол на него и что могло стать причиной такого отношения. Кенсу не обращал внимания на то, что вода с волос его рыцаря капала ему прямо на лицо, заливая щеки, оставляя свой след на губах, капая по носу, попадая на брови. Принц дрогнул ресницами, когда несколько капель воды упали прямо рядом с глазом, но не оторвал взгляда от незнакомца, потому что с удивлением обнаружил, что уже видел эти глаза раньше. И дело было не в том, что он разглядел эти глаза между веток, когда осматривал местность перед нападением. По какой-то невероятной случайности эти глаза и пушистые ресницы были слишком похожи на те, которые принц так часто рисовал в своем воображении на протяжении долгих лет. Глаза, которые он, казалось, уже когда-то видел, которые с течением времени стали его мечтой, несбыточной фантазией о его «второй половине».       Кенсу сощурил взгляд, когда чувство де жа вю стало невыносимым и присмотрелся к незнакомцу внимательнее, стараясь уловить в его образе что-то еще знакомое помимо глаз.       — Мы… случайно… не знакомы? — тихо спросил он, едва не захлебываясь во влаге, стекающей по лицу.       Незнакомец в ответ изумленно приподнял бровь. Принц почувствовал, как стальное лезвие отодвинулось от горла, когда взгляд парня прояснился и теперь в нем вместо ненависти заблестел огонек любопытства. Лицо юноши вмиг расслабилось, являя взору принца красивые черты лица, не искаженные эмоциями. Несмотря на не свежий после драки вид, незнакомец все равно выглядел отлично, вблизи это бросалось в глаза очень сильно. Кенсу утонул в собственном мире грез, на удивление чувствуя себя расслабленным, несмотря на неудобную позу и неприятную ситуацию, способствовавшую нынешнему его положению. Показалось, что рыцарь, с таким же интересом оглядывающий его лицо и ту часть головы, куда пришелся удар пистолетом, все-таки что-то ему ответит. Но именно в момент, когда он приоткрыл губы, в стороне сквозь шум дождя Кенсу различил голоса охраны и Бэкхена.       На его поиски выдвинулся весь отряд и, судя по голосам, он был совсем близко.       Незнакомец тоже это заметил. Его тело напряглось, несколько секунд он просто задумчиво хмурился, будто продумывая в голове новый план. В какой-то момент Кенсу решил, что парень предпочтет сбежать, но, когда они вновь столкнулись взглядами, незнакомец сощурился и вновь надавил лезвием на горло.       Кенсу сглотнул, не понимая, отчего произошла такая резкая перемена. Не так давно незнакомец смотрел на него совершенно другим взглядом, в котором чувствовалось какое-то особенное тепло, даже если продиктовано оно было обычным любопытством. А теперь глаза окутал недобрый огонек, не предвещающий ничего хорошего. Однако за те секунды, когда к ним приближалась охрана, юноша не сделал ни одной попытки навредить принцу и когда Бэкхен, подскочив к ним, ухватил парня за руку и потянул на себя, тот, не сводя с Кенсу взгляда, послушно слез с него и позволил охране связать себя.       Кенсу коснулся своего горла в месте, где все еще ощущался след от холодного оружия, когда телохранитель упал перед ним на колени, с беспокойством оглядывая и даже местами ощупывая парня на наличие ран.       — Ты в порядке? Господи, у тебя рана, — трещал Бэкхен, прикладывая ладонь к рассеченному окровавленному виску и горлу, где виднелась незначительно выраженная красная полоса от давления лезвия. — Прости, я должен бы раньше явиться, но их было так много. А затем мы потеряли тебя из виду и… Ты точно в порядке? — снова поинтересовался парень, замечая, что Кенсу продолжает смотреть вслед смуглому красавчику, которого теперь уводила охрана, не обращая внимания на своего телохранителя. Рассеянное внимание юноши твердило только об одном: принц пребывал в шоке от произошедшего.       — Кенсу! — громко позвал парня Бэкхен, хватая его лицо в свои ладони и поворачивая к себе голову, чтобы принц, наконец, вышел из своего шокового состояния и посмотрел на него. — Ты в порядке?       Взглянув на встревоженного друга, Кенсу легонько кивнул ему, прекрасно представляя, как должно быть он испугался из-за его отсутствия. Однако мысли невольно возвращались к незнакомцу и его выразительным глазам, заставляя задумываться о смысле его поступков. Кенсу не понимал, почему он спас его от мятежников, если изначально намеревался угрожать ему оружием и причинить боль, если вспомнить каким взглядом он смотрел на него, приближаясь. Не понимал, почему в какой-то момент юноша сменил гнев на милость и смотрел на него с таким теплым любопытством, а затем вновь надел маску ненависти, будто и в самом деле хотел причинить принцу вред. И почему предпочел остаться, а не сбежать прочь, зная о возможных последствиях, которые ударят по нему после попытки навредить. Да и просто интересно, кто он таков и как оказался в лесу в засаде, которую устроили мятежники. Кенсу сомневался, что он был с ними заодно, учитывая, насколько мятежники были удивлены его появлению. Если бы они были знакомы, то наверняка спросили какого черта он творит, мешая им. И если он для них такой же незнакомец, то какова вероятность, что он просто случайный прохожий, который умеет драться и бросаться в битву с численным превосходством противника? С точки зрения статистики, Кенсу понимал, что вероятность нулевая.       — Бэкхен, — Кенсу задумчиво нахмурился, опустил ладони телохранителя со своих щек. — Здесь были двое мужчин… мятежников. Они хотели меня убить, а этот парень помог и…       Кенсу повел взглядом, выискивая бессознательные тела мужчин, с которым незнакомец дрался до этого, но никаких мятежников вблизи не наблюдалось. Никто из охраны тоже их не видел, поэтому принц пришел к выводу, что они сбежали, когда незнакомец был занят, удерживая нож у его горла. Возможно, просто признали свое поражение. Или надеялись, что незнакомец сам добьет принца, сделал всю работу за них. Как бы там ни было, они исчезли, но не было гарантии, что не вернутся в ближайшее время с подмогой.       — Мы во всем разберемся, позже. А сейчас нужно обработать твою рану и убираться отсюда, — подтвердил опасения принца телохранитель, помогая ему подняться на ноги.       — Возвращаемся во дворец, — скомандовал парень, уводя принца обратно к машинам в сопровождении вооруженной охраны.       Когда Кенсу усаживался в машину, часть завала на дороге уже была расчищена. Несколько охранников быстро освободили дорогу и вскоре машины двинулись в путь, оставляя позади поле сражения.       Первым делом, когда они оказались в машине, Бэкхен нашел аптечку и обработал рану принца, наклеив на место ссадины пластырь. Затем осмотрел его шею, чтобы убедиться, что повреждений нет. Кенсу уверил его, что это всего лишь царапина, так как большого дискомфорта не чувствовал, но все равно позволил приклеить пластырь, чтобы телохранителю было спокойнее.       Когда они вновь выехали на большую дорогу, возвращаясь обратно, Бэкхен откинул голову на сидение, чтобы расслабиться, и глубоко вздохнул, сильнее прижимая руку к своему боку. Кенсу, заметив это, лишь с сочувствием взглянул на друга. Наверняка ему пришлось трудно, учитывая, что приходилось отбиваться сразу от нескольких нападающих, это притом, что никто из охраны даже не был готов к нападению. Кенсу мог себе представить, сколько ссадин и синяков получил телохранитель за время своего сражения. Он ведь живой человек и тоже чувствует последствия. Даже сам принц испытывал дискомфорт в теле после стольких неприятных падений. Многим из его охраны наверняка было еще хуже.       — Надеюсь у нас нет потерь? — спросил он, вспоминая о том охраннике, который пытался удержать его в машине, но пал без сознания при сражении с мятежником.       — Потерь нет, — ответил Бэкхен. — Но двое сильно ранены. Надеюсь, мы вовремя доберемся к госпиталю, иначе все может закончиться весьма плачевно.       Принц с сочувствием вздохнул и тоже откинулся на сидение спиной, чтобы наконец расслабиться и отпустить произошедшее, после которого тело было словно натянутая струна от переизбытка эмоций. Кенсу все еще ощущал некий страх, попытка убийства не оставила его равнодушным, и юноша пытался привести мысли в порядок, чтобы во всем разобраться. В его голове сталкивались с друг другом вопросы о незнакомце, мятежниках и символе южан, который он заметил на руке одного из убийц. Принц нахмурился, пытаясь осознать, почему так необычно отреагировал на это символ и что во всей этой ситуации с мятежниками кажется ему странным.       Признаться, Кенсу не особенно интересовался политикой несмотря на то, что однажды должен был стать королем. Юноша исправно учился, усваивая нужный материал, но не задумывался о будущем своего королевства ни на минуту, зная, что со всем справляется отец, а потому большую часть времени уделял менее важным вопросам. Впрочем, и сам отец не торопился рассказывать ему обо всем, что происходит за пределами дворца. Однако новости, порой обрушивающиеся на юношу от самого Бэкхена или благодаря интернету, не могли до конца оставить его равнодушным. Особенно когда принц начал замечать частые шушуканья главнокомандующего с Чунменом и на прогулке с самим королем, когда с серьезным выражением лица показывал им небольшие листовки, найденные на улицах города. Любопытные листовки с лозунгами, в которых так или иначе проскакивали угрозы в адрес короля с символом перевернутой короны.       Таких листовок в кабинете отца Кенсу видел немало еще когда они с Бэкхеном искали информацию о его родителях. Тогда их было не так много, но теперь, он был уверен, их стало больше. А затем Бэкхен притащил из города еще одну листовку, которая в корне отличалась от всех остальных, включая отсутствие привычного символа перевернутой короны и текст, в котором твердилось о том, что юг раскроет истинную правду о происходящем в королевстве и все, кто устраивает кровавую баню, поплатится за свои злодеяния. С тех пор среди людей прочно обосновалось мнение, что среди мятежников есть две стороны, одна из которых холодная, кровожадная и расчетливая относится к северянам, и настроенная на справедливость — южная сторона. Наблюдая со стороны за происходящим за пределами дворца, черпая лишь малую дозу предоставленной информации, Кенсу пришел к выводу, что люди не лгут, что южане не так плохи, как их выставляют. И это не только потому, что нападения мятежников на склады, архивы или людей различаются между собой, а потому, что на единственной листовке, в которой написано о борьбе за справедливость, Кенсу разглядел едва заметный в углу цветок лилии — символ благородства и величия, с таким же петлеобразным стеблем, который он однажды видел на перстне своего отца. Перстень, который являлся семейной реликвией и надевался лишь на самые важные события королевства, и большую часть находился в кабинете короля в специальном сейфе.       Кенсу понятия не имел, действительно ли этот цветок имел большое значение, учитывая, что за пределами дворца никто не мог знать об этом перстне, но листовку на всякий случай сохранил, надеясь однажды разгадать эту любопытную загадку. Ведь не может быть, чтобы художник, рисовавший этот цветок, настолько точно передал суть королевского перстня. Поэтому у юноши сложилось впечатление, что автор листовки бросил тонкий намек на то, какую сторону он занимает в этой борьбе между мятежниками и королем. Но все же имел некие сомнения, зная, что недостаточно опытен в подобных вещах, чтобы замечать истину в незначительных на первый взгляд деталях.       — Я видел символ короны на рукаве одного из нападавших, — произнес он, собираясь выслушать любое мнение Бэкхена на этот счет.       — Да, я тоже, — признался парень, задумчиво хмурясь.       Кенсу знал, юноша тоже пытается найти ответ на вопрос, кем именно являлись нападавшие и у него тоже есть сомнения. Но на данный момент Бэкхен предпочел промолчать. Кенсу понимал, что единого ответа на вопрос нет, но чувство подсказывало, что сегодня им встретились вовсе не южане. Иначе для чего им вдруг стало важным убийство принца? Ведь, если верить слухам, южане не из тех, кто убивает людей.       — Как они узнали, где мы будет проезжать? Наверняка дерево упало не без их помощи, — Кенсу вновь взглянул на Бэкхена.       — Мыслишь в верном направлении, — грустно усмехнулся юноша, разделяя мнение принца. — Боюсь ответ только один: кто-то направил нас по неверному пути или продал схему нашего передвижения. Иначе не объяснить, как они успели так вовремя подготовиться к нашему приезду.       — Думаешь, во дворце есть шпион?       Бэкхен пожал плечами, а затем сел повыше и простонал от накатившей боли. Убрав ладонь от бока, парень взглянул на алое пятно, растекающееся по одежде и оставившее свой след на ладони.       — Вот же, черт, — недовольно пробормотал он, чувствуя, как из-за кровопотери у него начинает кружиться голова.       Кенсу, с ужасом проследив за испачканной кровью ладонью, осознал происходящее не сразу. Из-за спокойствия Бэкхена он подумал, что все не так печально, но, когда он потянулся к телохранителю и ухватился за край рубашки, чтобы взглянуть на рану, ощутил, как душа уходит в пятки. На теле Бэкхена, утопая в крови, зияла небольшая дыра, полученная скорее всего от пули. Если бы не воспитание, Кенсу наверняка бы ругнулся в этот момент.       — Почему ты не сказал, что ранен? — с беспокойством вскрикнул принц, хватаясь за аптечку и перебирая все, что находилось внутри, совершенно не представляя, что может использовать, чтобы остановить кровь и обработать рану.       — Не беспокойся так, это обычная царапина, —смог усмехнуться Бэкхен, почти одновременно с этим закатывая глаза от нахлынувшего болезненного ощущения.       Кенсу с ужасом осознал, что ранение телохранитель мог получить в тот момент, когда пытался защитить его выстрелов. Ему стоило тогда послушаться и вернуться в машину. Нападение это, конечно же, не остановило бы, но может Бэкхен был бы в порядке, беспокоясь лишь о своей безопасности, а не о том, как поскорее укрыть принца от надвигающейся опасности.       Дрожащими руками Кенсу приложил к ране телохранителя проспиртованный ватный тампон, но тотчас оторвал его от раны, когда Бэкхен простонал от боли. Переборов боль телохранитель заверил юношу, что все в порядке и ему почти не больно, но, когда принц снова прижал тампон к ране, лицо Бэкхена вдруг перекосило от боли, и парень потерял сознание, завалившись на свободное сидение.       Сидевший на полу рядом с аптечкой Кенсу в этот момент подумал, что страх за собственную жизнь для него ничто по сравнению с тем, как он переживал за жизнь своего друга.