Клубника со вкусом вишни

Весь вечер Гриммджоу находился в какой-то мутной прострации, одурманенный запахом Рюдзи. И совершенно не ясно было, с чего он настолько сильно обострился. Это не было похоже на течку, скорее создавалось такое ощущение, будто омега вылил на себя тонну одеколона: стоило ему оказать на близком расстоянии, как запах ударял в ноздри, буквально вышибая из головы все мысли. Именно поэтому Гриммджоу за весь вечер так и не смог ни о чём нормально подумать. В этот раз Химуро вновь остался у него на ночь. И с самого начала всё шло к тому, что спать они не будут, но Джагерджак почему-то не смог. Не то, чтобы у него не было эрекции: была, и ещё какая. Он не стал брать Рю, руководствуясь своими предчувствиями и инстинктами, которые буквально вопили ему о какой-то опасности. Понять, что это за опасность, не удалось. Но ночью так ничего и не произошло. Так что они благополучно уснули часа в три. А ведь Гриммджоу нужно было к первой паре, и её пропускать нельзя – чревато. *** Ичиго приехал домой в расстроенных чувствах. На душе было противно и серо: не хотелось ничего делать, просто где-нибудь засесть с плеером и ни о чём не думать. В общем-то, он так и сделал: взял плеер и перебрался на крышу своего дома. Музыка успокаивала и расслабляла, посылая волны лени по телу. Настроение стало чуть лучше, и мысли Ичиго всё-таки плавно перетекли к прошедшему дню. Все события казались какими-то странными и неправильными, будто всё должно было быть совсем по-другому. Вновь и вновь Куросаки возвращался к этой мысли, но сознание тут же задавало весьма интригующий вопрос: «А как должно было?» На этот вопрос ответа не было. И только спустя какое-то время Ичиго понял, что было не так. Рюдзи. Наверное, если бы Рюдзи там не было, всё было бы хорошо и правильно. И дело было даже не в ревности (Ичиго утверждал себе, что никого не ревнует), а в самой сути их компании и общения. Химуро просто был там лишний. Ну, не вписывался он, и всё тут. Вибрация телефона отвлекла от мыслей. Говорить ни с кем не хотелось, но надо было, и на вопрос Хичиго о том, где «происходит сбор чертей и почему они тебя унесли с собой», Ичиго сказал, что у него просто разболелась голова. Очень глупая отмазка, но Хич не стал ничего говорить по этому поводу, только значимо хмыкнул. Потом он поспрашивал всякой фигни и отключился. Этот разговор хоть и отвлек от мыслей, но здорово расслабил, и Ичиго решил пойти в душ, а потом и спать. Думать о чём-либо вновь не хотелось. *** Гриммджоу проснулся под оглушительный писк будильника и кое-как смог подняться. Острый запах Рюдзи неприятно прошёлся по рецепторам, заставляя поморщиться. Это было странно, ведь за ночь альфа должен был привыкнуть к обострившемуся аромату, но вся его сущность будто отвергала омегу. Хотя кое-что радовало: за ночь запах немного выветрился, и от Химуро уже не так сильно несло. Гриммджоу раскрыл балкон, впуская свежий утренний воздух, и пошёл собираться. До начала пары оставалось сорок минут, а он ещё хотел сходить в ларёк и купить газировки. Впрочем, собрался парень довольно быстро и, попрощавшись с недавно вставшим Рю, выскочил из подъезда. Хорошо, что ларёк находился поблизости – буквально в трёх минутах ходьбы. Гриммджоу предпочёл дойти до него пешком, а не ехать. Он, без сомнений, любил свою машину, но и прогуляться был не прочь. И вот, когда он уже вернулся назад и подошёл к своей белой Ауди, то с досадой понял, что оставил ключи от авто дома. Пришлось возвращаться в квартиру. Когда он зашёл, там во всю играла какая-то попса, а из-за приоткрытой двери ванной доносилось пение омеги. Гриммджоу хмыкнул и полез в тумбочку, где он хранит важные вещи. Но ключей там не оказалось. Как и на столе в прихожей, в зале и даже в спальне. Гриммджоу нахмурился и прошёл к ванной: вдруг Рюдзи знает, где ключи. И вот, стоило ему распахнуть дверь, как в нос ударил острый и резкий запах вишни. Даже острее, чем вчера. Гриммджоу пораженно замер, уставившись на тюбик с кремом в руках так же замершего омеги. Они так и стояли какое-то время, пока альфа ни на хмурился и не перевёл взгляд на стоящие неподалёку дезодоранты, мази, порошки и ещё какую-то хрень. И на всех была одна и та же бордовая надпись «Cherry-Cherry Bomb». Гриммджоу резко схватил баночку аэрозоля и, краем глаза заметив, как при этом дёрнулся напряженный Рюдзи, начал в слух читать: - Средство для наружного применения. Сделает вашу кожу шелковистой и заставит её благоухать спелой вишней, - он поднял глаза и уставился уже заполыхавшим взглядом на опустившего голову омегу. - Я могу объяснить, - робко сказал тот, но его перебил разъярённый рык: - Не надо мне ничего объяснять. Ты, сука. Мразь, – Джагерджак швырнул флакон в раковину. - Чтоб вечером тебя здесь не было, усёк? – и, не дожидаясь ответа, вышел в коридор. Химуро кинулся следом за ним и перехватил за талию, впечатываясь всем телом в чужую спину. - Я… Я могу всё объяснить, правда, - отчаянно зашептал он, глотая слёзы. - Хуй я клал на твои объяснения, - зарычал Гриммджоу, дёргаясь, но в него только крепче вцепились. - Нет, позволь мне, Гриммджоу! - всхлипнул Рю. – Я был ещё маленьким, когда Ннойтора стал встречаться с моим старшим братом. Вы тогда часто к нам заходили, и я сразу в тебя влюбился. Мой брат закрывал меня в комнате и запрещал выходить, но я всё равно подглядывал, лишь бы на тебя посмотреть. И в один из таких дней я услышал, что ты учуял запах своего омеги, но лица не увидел. И тогда у меня появилась надежда. Я стал усердно учиться. Я перепрыгнул через несколько классов, только чтобы быть рядом с тобой, Гриммджоу! Но ты пропал куда-то. Я долго тебя искал и уже хотел отчаяться, как ты вновь появился. Это был такой шанс! И я не мог его упустить. Я люблю тебя, так сильно люблю. Не отталкивай маня, пожалуйста… - последние слова он прошептал и судорожно выдохнул. - Радуйся, что ты омега, - холодно сказал неумолимый альфа, - иначе я бы тебе уебал. Говоришь, не отталкивать? Да вся моя сущность тебя ненавидит, так что я ещё раз повторяю: чтоб вечером тебя здесь не было. Гриммджоу ушёл, громко хлопнув дверью. И с некой досадой нашёл ключи от Ауди в заднем кармане джинсов.