Её личное безумие

Лорен едва заставляет себя вздохнуть. Её уже успевает охватить большая нервозность и плохое предчувствие, которое почти не успевало покидать её на протяжении второй половины сегодняшнего дня. После обеда Зейн поспешил позвать Лорен на вторую физическую тренировку и ей оказалась отработка бойцовских навыков, одних из самых важных среди подготовки спецагента. Это было чересчур жутко. Лорен всё вокруг пугало. Уже оказываясь в тренировочном зале, она смогла прийти к выводу, что обучаться рукопашному бою ей совсем не придётся по вкусу. В этом деле стоило быть настолько жёсткой и сильной физически, что мягкой Лорен это далеко не казалось для себя возможным. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Смотрела по сторонам, наблюдая за тренировками других студентов и чувствовала, что ей так и хочется сбежать отсюда прямо сейчас. Зейн же вёл себя, как обычно. Заставил Лорен присесть где-то на крайнюю скамейку и стоило девушке оказаться в нужном положении, как Малик тут же начал закидывать её огромным количеством информации. Он рассказывал про то, как было важно Лорен научиться драться и защищать свою жизнь от противника. Что это всё требует её эмоциональной концентрации, её умению держать всё своё напряжение в одном месте всего тела. Что от этих навыков борьбы будет зависеть многое и что в конце этого семестра девушка будет обязана сдать один из самых сложных экзаменов, связанных как раз именно с данной физической подготовкой. Это был ужас. Уже слушая лекцию своего тренера, Лорен не знала, куда себя деть. Ей было трудно раньше. А что сейчас? Сейчас она, наконец, обзаводится пониманием, что трудности начинаются только в эти мгновения. - Подойти, - вдруг зовёт её Зейн, находясь в центре тренировочного зала. Наблюдая за всем происходящим вокруг, Лорен лишь неуверенно делает шаги вперёд и с трудом заставляет себя скрыть всё убивающее её изнутри волнение, когда Зейн протягивает ей пару перчаток. Она не знает, как себя вести. - Надень, - он говорит беспристрастно. Этот тон раздражает, но приходится лишь молча терпеть. - Будем отрабатывать с тобой прямой удар рукой. Это основа всего рукопашного боя, так что уделять этому навыку внимание мы будем достаточное. Итак. Он подходит к тёмной боксёрской груше и тут же принимает устойчивое положение, которое оказалось мгновенно замеченным Лорен. Задерживая дыхание, она следит за своим тренером и пытается из-за всех сил воспринимать каждое осуществлённое им движение. - Твоя главная задача сейчас, это понять принцип осуществления данного удара и умения бить с нужной долей напряжения и концентрации. Это понятно? Девушка кивает. В горле пересохло, но она даже не делает лишнего движения. Просто смотрит на Зейна, который выглядит устрашающе. В спортивной форме, в перчатках, в такой стойке, которая так и передавала его готовность нанести определённую долю угрозы. Лорен пытается не думать. Не бояться. Но с каждой проходящей секундой шансов на осуществление данных действий становится всё меньше. Она едва сдерживает трусливую дрожь. - Во время удара, Грейсон, импульс твоего тела будет начинаться с ног, а только затем переходить к руке. Поэтому важно, чтобы ты научилась синхронизировать работу своего корпуса и других частей тела, - Зейн говорит чётко и Лорен машинально кивает, пытаясь хорошо воспринять только что услышанную информацию. - Ты должна бить резко, но вместе с этим и равномерно распределить вес тела на своих ногах, чтобы положение было достаточно устойчивым. Это тебе понятно? Опять какой-то вопрос. Девушка даже не знает, что сказать, потому что сердце в груди бьётся настолько сильно, что это почти перекрывает её остальные ощущения вокруг. Она боится. Просто боится того, что ей нужно проходить через подобное и научиться, чёрт возьми, этого далёкого для неё умения бить руками. - Да, - вдруг отвечает Лорен. Её саму накрывает удивление от этих слов, но уже поздно исправить что-либо. Зейн со строгим выражением лица наклоняется и надевает на свою правую руку нечто вроде овальной подушки, наполненной прочным материалом и имеющей название «лапа» для бокса. Точно. Это вещь как раз и была отличной мишенью, помогающей, отрабатывать свои удары. - Ну что же, давай, - Зейн почти не смотрит на неё и лишь уверенно протягивает руки вперёд. Его стойка выглядит отважной и уж совсем не расслабленной. - Попробуй ударить. Лорен даже с трудом заставляет себя не раскрывать рот от резкого шока, прежде чем ей удаётся встать перед своим тренером. Она так мощно чувствует свой страх, что это отвлекает. Не даёт сосредоточиться и вспомнить о том, как правильно она должна всё сделать. Поэтому Лорен даже не вспоминает о какой-то концентрации, о каком-то импульсе, начинающемся с ног и о какой-то силе, которую нужно вкладывать в свой удар. Она бьёт настолько слабо, что Зейн даже не дёргается и это сразу вызывает на его лице определённую хмурость. - Ещё раз, - его очередной приказ. Он смотрит на девушку очень яростно и, кажется, злость вот-вот обрушится на неё полностью. - Попытайся приложить хоть какое-то усилие. Лорен замирает. Напрягает руки в тёмных перчатках, а поток с резким выдохом бьёт по левой руке Малика. Кулак соприкасается с твёрдой подушкой и это отдаётся по телу девушки резкой болью, но совсем никак не реагирует на намеченную цель. Зейн сжимает зубы. Он совершенно не доволен. Удара своей ученицы ему даже не удалось прочувствовать. - Бей сильнее, Грейсон. Постарайся хоть как-то напрячься. Она пытается не расстраиваться. Слова Зейна отдаются в её ушах с жалким позорным тоном, и эти мысли почти сводят её с ума. Она пытается думать. Но не выходит. Слабость оказывается её настоящей сущностью, поэтому она и в третий раз бьёт по боксёрской «лапе» с далёким неуспехом. Не получилось. Опять. - Афигеть, - Зейн закатывает глаза, а потом откидывает все свои перчатки на пол, смотря на Лорен уже более недовольно. Его взгляд чёрствый, создаётся ощущение, что его владелец без какой-либо возможной души. - Будем тогда начинать с совершенно элементарных вещей. И как ты только здесь учиться собираешься, а Грейсон? Он с презренной усмешкой осматривает её фигуру. Смотрит с таким осуждением, что внутри у дрожащей девушки всё съёживается. Но Лорен даже не спорит. Малик прав. Она слишком жалкая для этого места. Она не знает, что стоит делать дальше и поэтому в последующие мгновение девушке лишь удаётся заметить небольшое перемещение своего тренера. Он подходит к углу тренировочного зала и смотрит на Лорен без всякого воодушевления. Тренировка проходит ужасно. Она знает это. Чувствует. И в душе становится лишь более мерзко от того, что таких тренировок в последующие дни будет больше. Нет шансов спрятаться. Придётся терпеть и пробовать хоть как-то научиться овладевать такими навыками. Он считает тебя слабой, Лорен. Он презирает тебя. Но а ты? Хотя бы ты продолжаешь верить в свои внутренние силы? Конец тренировки. Этот день казался Лорен вечным, поэтому она даже не чувствует своего тела при заявлении Малика о том, что она может быть на сегодня свободной. Ужас происходящего ещё не отпускал и девушка с трудом вздыхает, присаживаясь на мягкую скамейку и сжимая руки сбоку на талии. Господи, как у неё всё болит. Зейн чисто издевался над ней и она совершенно не чувствует многие участки своего тела. Воспоминания глушат. Перед глазами мелькает то, как Зейн заставлял её упорно держать хватку рук и как сильно он учил её бить по твёрдой поверхности. У неё болят ладони. Костяшки пальцев так мучительно пульсируют, что Лорен с усердием сдерживает жалкие слёзы и осматривает свои руки с большим сочувствием к самой себе. Она такая глупая. Ничего не может. Даже терпеть эту чёртову боль, которая поедает её внутренности. Эта усталость. Эта изнурённость во всём теле, которым она едва может ещё продолжать двигать. Мышцы ног напряжены до боли, а живот скручивается от неприятных спазмов. Терпи. Это последняя тренировка на сегодня. Дальше должно быть легче. - Мы по субботам также учимся, Грейсон. Так что жду завтра на тренировке, - она не сразу улавливает строгий мужской голос. Поднимая взгляд, она замечает хмурое выражение лица своего тренера и данный вид Зейна почти не удивляет её в такой момент. Она безэмоционально кивает. Говорить не может. Все силы уходят на то, чтобы терпеть боль и ту изнеможенность, которая пронзает все участки её сущности. Так хочется прекратить это. Так хочется исчезнуть. Но не выходит. Лорен помнит о том, что жаловаться на судьбу бессмысленно. Поэтому она радуется своему отдыху и отдаётся восстановлению своих прежних сил полностью. Несколько вздохов и становится легче. Всё будет хорошо. Даже не смотря на то, что и завтра её ожидает точно такой же ад. Лорен медленно опускает взгляд и расслабляется, чувствуя, как мышечная боль постепенно уходит. Становится легче, а значит всё и вовсе встанет на свои места. Задумываясь о своих каких-то делах, Лорен погружается во внутрь себя и не сразу начинает замечать окружающее её пространство. Но её слишком резко заставляют вернуться в реальность. Слышится счастливый визг. Кажется, это даже была Кортни, которая кричала до безумия радостно, но вот только... С чего вдруг? Лорен замирает в шоке. Поднимает глаза уже обратно и даже привстаёт со скамейки, чтобы осмотреться, как вдруг видит очень неожиданное появление двух людей. Парень и девушка. Лорен видит серьёзного кареглазого шатена, навстречу которому подбегает кто-то из парней и с улыбкой пожимает руку. Все так рады его появлению. Все так спешат поздороваться. Это даже саму Лорен почему-то вдохновляет на улыбку, от которой она и не спешит отказываться. Поднимая уголки своих губ вверх, она осматривается дальше и уже более внимательно приглядывается к ранее незнакомой девушке. Брюнетка. Высокий рост. Дорогие украшения. Самодовольная улыбка. Кто это? Лорен не знает. И единственное, что вспыхивает в голове, это шок. Шок от того, насколько безупречной была эта незнакомка. Насколько статной. Её красные губы складываются в улыбке, высокие каблуки притягивают взгляд и девушка кажется ещё более очаровательной. Её походка. Её внешность. Она очень красивая. Она даже похожа на куклу барби, которая не имеет ни единого недостатка в своей яркой внешности. - Виктория! - Кортни побегает к этой девушке сразу, сжимая ту в объятиях настолько сильно, что они обе едва удерживаются на одном месте. - Чёрт, я так скучала! Я так... Мне так не хватало тебя, милая! Огромное количество радостных криков. Повсюду стало просыпаться оживление и Лорен всё больше начинает замечать, как вокруг этой самой Виктории и сопровождающего её парня появляется всё больше людей. Все рады их видеть. Все не могут не подойти к ним. Испытывая чрезвычайное чувство неловкости, Лорен только и делает, как складывает руки у себя на груди и видит, стоящего в стороне Зейна, который с удивлением присматривается к тому кареглазому парню. Их взгляды встречаются и оба парня всего на секунду позволяют другу другу замереть в нужном мгновении. А затем радость и их лица наполняет. Улыбки и их озаряют в эти необыкновенные минуты жизни. - Боже мой, Пейн, - Зейн тут же обнимает своего, как Лорен догадалась, друга и пожимает ему руку в искреннем чувстве эйфории, - вот так сюрприз. Не ожидал увидеть тебя сегодня. Парень с шоколадным оттенком глаз лишь слегка смущается и продолжает улыбаться, ни на секунду не позволяя хмурости овладеть своим выражением лица. Он смотрит на Малика, как на близкого друга, и это даёт понять, что эти двое были действительно давно и хорошо знакомы. - Да это всё из-за сестрицы, - с усмешкой признаётся Пейн, лишь неловко пожимая плечами. - Ты ведь знаешь, она любительница делать сюрпризы. «Сестрица.» Мозг Лорен лихорадочно пытается думать. Всё вокруг принимает едва заметные очертания и девушка мгновенно кидается в омут удивления, когда, наконец, осознает всю суть творившегося посреди зала безумия. Это были Виктория и её брат Лиам Пейн. Ну конечно. Роуз рассказывала о том, что эти двое должны были вот-вот приехать и, видимо, Виктория была наполнена сильным желанием сделать свой приезд куда более неожиданным и ярким, чем он должен был быть. Лорен пугается. Смотрит на всех вокруг и видит перед собой эту толпу народа. Они все ей слишком чужие. Она совершенно не из их круга. Девушка даже пытается выдавить из себя грустный смешок, но уже не получается что-либо сделать. Её сердце само по себе замедляет свой собственный ритм, когда Лорен замечает неожиданный оборот Зейна и этот взгляд, который наверняка в её памяти будет проявляться ещё очень долго. Он увидел её. Увидел ту, с которой не встречался несколько месяцев. Виктория. Он смотрит на её лицо и даже не дышит, что видно по его широко-открытым губам и напряжению, наполнившим его сильное тело. А длинноногая брюнетка довольна улыбается. Она смотрит вдаль и медленно отходит от всех своих друзей, так плотно сцепившихся вокруг её местоположения. Она делает шаг в сторону и теперь смотрит только на Зейна. На своего Зейна. Она красивая. Лорен в этом больше не сомневается и только ещё сильнее присматривается к красивым пышным волосам, к кукольным чертам её милого лица. Фигура стройная. Походка уверенная, карие глаза испепеляют огонь, от которого сердце застывает во внутреннем проёме тела. Она идеальная. Прекрасная пара Зейну Малику. Лорен со скучным ожиданием видит, как Зейн застывает на месте и лишь с полным шоком наблюдает за приближением своей девушки. Виктория идёт не спеша и звук её каблуков отчётливо слышится во всём проёме этого пространства. Она оказывается близко к Зейну достаточно быстро. Они оба застывают на небольшой дистанции друг от друга и, встречаясь взглядом, Зейн больше не пытается сдержать своей довольной улыбки. - Я скучал, - простые его слова, которые заставляют Викторию слегка наклонить голову набок. Она выглядит так самодовольно. Уже подходя ближе к мужскому телу, она проводит кончиками пальцев по его щеке и улыбается так сладко, что это, кажется, становится для Зейна абсолютно последней каплей. Он не выдерживает. Он целует девушку прямо в её алые губы, заставляя тут же её ахнуть и попасть в шок от такой резкой реакции. Малик сжимает её тело в своих руках. Целует губы с такой жадностью и удовольствием, что Лорен даже не может заставить себя оторвать от такого незабываемого зрелища взгляд. Что же ты чувствуешь, Лорен? Что ты испытываешь внутри себя? Боль. Она ощущает только это. Ведь Виктория стала таким пониманием. Таким просвещением в глупом и юном сознании девушки. Ведь конечно. Как она может вообще быть кому-то здесь приятна и интересна, когда такие, как Виктория, обитают в этой местности? Ведь именно эта личность захватывает. Именно эта личность покоряет своей неотразимостью. А ты кто такая, Лорен? Ты ведь никто. Жалкое и пустое место по сравнению... с ней. - Боже, милая, мы обязательно должны отпраздновать твой приезд! - какой-то довольный крик Кортни, которая не выдерживает и привлекает внимание Виктории обратно к себе. Зейн лишь недовольно отстраняется от своей девушки и смотрит на стоящих рядом людей с искренним потоком веселья. Он выглядит счастливым. И рядом стоящая с ним Виктория принимает образ точно такой же дамы. Она улыбается. Аккуратно проводит острыми ноготками по мужской спине, будто так и напоминая всем, кому именно она сейчас принадлежит. - Боюсь, у Виктории сегодня будут другие планы на ночь, разве нет? - он оборачивается к ней. По хитрому усмехается и нежно целует куда-то в район шеи, отчего девушка лишь заливается радостным смехом. Планы на ночь. У Лорен даже вздрагивает сердце внутри от тех слов, что она по случайности услышала. Она не выдерживает. Отходит назад и отворачивается, надеясь перестать слышать их грязные обсуждения, искажённые таким потоком веселья. Она не такая, как они. Она не будет слушать их тупые разговоры. Лорен почти выбегает из тренировочного зала и спешит навстречу тому, чего уже почти не видит прямо перед собой. Она настолько расстроена, что грудь наполняется едким потоком воздуха, от которого девушка просто... задыхается. Почему ей это всё так неприятно? Почему её это всё так жестоко убивает изнутри? Лорен ведь знает ответ. Она просто не хочет его признавать. Виктория слишком идеальна. Слишком безупречна, отчего кажется такой неправильной и такой нереальной. А сама Лорен подавлена. Сама Лорен в который раз испытывает всю силу собственного ничтожества и осознания своего уродства. Конечно, рядом с Викторией она такая пустышка. Никчёмная дура. Господи, она не выдержит. Она не может находиться там и видеть эту «безупречную красотку» каждый день. Она не может. Она не может продолжать верить в свою безобразность. Но всё же, именно сейчас она поверила в неё окончательно. Виктория сидит на нём верхом, когда он с яростным безумием впивается в её гладкую кожу. Тело испытывает такой напряжение, что он чувствует, как грань её самоконтроля вот-вот оборвётся. Он ещё быстрее вталкивается в её плоть. Ещё сильнее делает это, после чего чувствует ту самую нужную разрядку. Дыхание упрощается и оргазм позволяет прийти в себя. Легче. Нужная доля удовлетворения окутывает в своём восприятии и Зейн мгновенно проникается расслаблением. Отталкиваясь в сторону, он лишь видит, как точно также довольная Виктория, ложится с ним рядом. Она тяжело дышит и смотрит в сторону, отчего Малик лишь слегка хмурится. Обычно после дикого секса она позволяла себе смотреть только на него. - Всё в порядке? - он интересуется достаточно мягко, но в мужских нотках всё-равно ощущается проявление настороженности. Виктория с серьёзным видом оборачивается в сторону его лица. Длинные ресницы едва вздрагивают, а карие глаза смотрят на него с искренним недоумением, просачивающимся почти в каждой частице её обнажённого тела. - Разве может быть по-другому? - её голос наполнен различными внутренними эмоциями. Обычная её привычка. Только она не могла не устоять перед попыткой ответить вопросом на вопрос. Это её сущность. Это то, что жутко бесит Зейна, но то, что он мгновенно пытается в себе сдерживать. Поссориться в первый же день после долгой разлуки не выглядело в его глазах самой приятной перспективой. - Ты кажешься мне напряжённой, - честно говорит Зейн, замечая странный взгляд девушки. - Мне это не нравится. Она усмехается на его слова. Почти заливается смехом, но после этого лишь с изумлением смотрит Малику прямо в лицо. Брови чуть приподняты, лицо озаряется большим всплеском необычных чувств. - Так может, тебе просто стоит лучше постараться помочь мне расслабиться? - с ехидством заявляет она. Вызов. Она кидает ему этот вызов прямо в лицо и это мгновенно заставляет Зейна начать действовать. Виктория обожала заводить с ним такие игры. Но Зейн ещё больше любил на них соглашаться. - Сказала бы сразу, - Зейн ярко улыбается и накидывается на Викторию прежде, чем та успевает отстраниться. - Я бы мгновенно дал тебе всё, чего ты хочешь. Он даже не слушает её попытки сопротивления. Его губы уже на её теле. Руки уже спускается к нижней части живота. Он дико её хочет. Слышать её быстрое сердцебиение, чувствовать её приятную влагу между ног. Заставлять кричать, просить большего. Они же всегда дают друг другу это наслаждение. Доводят друг друга до крайней точки и живут этим диким привкусом страсти. И разве Малику можно было желать чего-то ещё? Разве может быть что-то иное, что могло делать его более счастливым, чем этот невероятный пик наслаждения? Он знает, что ничего прекраснее быть не может. Но жаль, что он не знал того, как сильно ему приходилось ошибаться. Она не может спать. Лорен уже второй раз перекатывается на другой бок и второй раз понимает, что уснуть этой ночью ей просто напросто не удастся. Стены, видимо, были очень тонкими. Подобное утверждение появилось в голове почти сразу, когда Лорен стала слышать женские стоны, смешанные то с криками наслаждения, то с какими-то другими мало-разборчивыми словами. Это выводит из себя. Накрываясь подушкой, Лорен пытается перестать думать о том, что происходит за стенкой, но у неё всё никак не получается выполнить такую простую задачу. Она будто слышит каждый звук. Каждое их движение, которое несомненно выглядело далеко не самой приличной картинкой в её голове. Она не может не думать. Не может не представлять их сейчас вместе или хотя бы просто вникнуть в суть их данного наслаждения. Зейн и Виктория. Несомненно, им сейчас было куда лучше, чем ей. Лорен не выдерживает. Выдыхает яростно и глубоко, а затем сразу накидывает на своё трясущееся от гнева тело мягкий халат. Пытаясь успокоиться, девушка уже более спокойнее выходит из своей комнаты и проходит к входной двери, которую сразу открывает. Она хочет сбежать отсюда. Оказаться где-то далеко от этого жуткого места, которое так сильно заставляет её думать о каких-то грязных и неприличных мыслях. Настроения, ведь итак почти нет. Ей просто стоит самой расслабиться и забыть о тех жутких проблемах, с которыми она сталкивается на протяжении всего дня. Лорен идёт быстрее по тёмным коридорам и внутри души даже радуется тому, что все спят и что она может насладиться своим собственным одиночеством. Уединение не самый плохой вариант для того, чтобы провести своё свободное время и в чём-то Лорен даже радовалась тем минутам, когда находилась в изоляции от всего человеческого общества. Тогда она отдыхала и позволяла себе оставаться сама собой. Продолжая идти, девушка выходит к более широкому пространству и с небольшой улыбкой на губах пробирается к большим окнам, надеясь рассмотреть поближе ночной вид этой местности. У неё даже получается пройти к центру всего помещения, но этот миг портит неприятный резкий звук, который, на удивление, принадлежал кому-то из людей. Лорен замирает. Смотрит сначала в одну тёмную точку, а после видит возле одного из больших окон человеческую фигуру. Чёрт. Даже здесь она не может позволить себе провести время с удовольствием. Недовольно вздыхая, девушка спешит развернуться и с большим желанием отойти куда-то подальше, но даже такого простого движения выполнить не получается. Этот незнакомец резко оборачивается. И также резко заставляет обернуться и её. - Куда-то спешишь? - говорит парень и Лорен чувствует, что тон этого голоса кажется ей до боли знакомым. Испытывая безумную растерянность, девушка с непониманием разворачивается обратно и начинает более пристальней присматриваться к тёмной фигуре. Спустя пару мгновений эта личность оказывается узнаваемой и Лорен с ужасом в глазах видит перед собой Луи Томлинсона. Как всегда загадочного и очень ей непонятного Томлинсона. - Я не хотела мешать, - спешит оправдываться девушка, неловко улыбаясь. - Прости, я сейчас же уйду. Невольная улыбка спадает с её лица и Лорен надеется сразу же сбежать с этого места, да вот... Опять не выходит. Луи делает шаг в её сторону. Слабый лунный свет падает на его лицо и это даёт возможность лучше рассмотреть его фигуру среди тёмного помещения. Он выглядит таким жутким сейчас. И Лорен с честностью сквозь себя признаёт, что и опасность присутствовала в его натуре. - Не спится? - он вдруг опять продолжает задавать вопросы. Из-за этого девушка невольно сжимает губы и растеряно осматривается по сторонам, не зная куда податься. Она не была настроена на разговор. Особенно с этим человеком, поведение которого удивляло почти всегда и почти в самые неожиданные моменты. - Не могу заснуть. Плохо себя чувствую. Ответ показался более менее честным, ведь Лорен совершенно не желала рассказывать Луи о подробностях своего плохого «сна». Итак всё было хуже некуда. Хотя... Именно в этот момент парень неожиданно проявил всю силу своей проницательности. Он таинственно ухмыльнулся и его губы приняли ещё более мистическое положение, чем раньше. Осторожно, Лорен. Этот человек любит быть непредсказуемым. - Ну да, - он говорит теперь мягче. Голос кажется таким сладким и приятным, что это вводит девушку в новую порцию обескураженности, - сейчас же приехала Виктория. Вряд ли возле неё и Зейна можно крепко заснуть. Он говорит с иронией. По-крайней мере, именно так всё воспринимает Лорен, которая пытается постепенно ускользнуть с его взгляда. Но парень это замечает. Он с ухмылкой надвигается на неё, а это моментально выбивает весь дух из девичьего тела. Не зная, что и как делать, она просто застывает на одном месте и продолжает смотреть на то, как Томлинсон уверенно сокращает между ними расстояние. Он оказывается рядом. Почти в метре от неё. А затем и вовсе близко. Слишком близко. Лорен прикрывает глаза всего на мгновение, чувствуя ненормальный ритм своего дыхания. - Может... И тебе стоит провести эту ночь с пользой? - он задаёт вопрос едва слышно. Девушка резко моргает и даже приоткрывает рот до того, как мужская ладонь по привычному ей ранее ощущению приподнимает её подбородок. Мужские пальцы ощущаются горячими на её дрожащем теле и Лорен теряется от таких необъяснимых происходящих действий. Она боится. Этот Томлинсон пугает её. А заявленное им предложение и вовсе заставляет девушку впасть в чрезвычайную злость и ярость. - Я думаю, нам стоит подальше держаться друг от друга, - первое из своих мыслей выдавливает она, искренне надеясь на то, что пожалеть о своих словах не придётся. Но нет. Увы. Томлинсон злобно ухмыляется и наклоняется к ней ближе, отчего в расширенных зрачках стали заметны нотки настойчивости. Она делает что-то не так. Ей вообще нужно бежать отсюда, а не стоять и наблюдать за его пугающими действиями. - А может, — его рука давит сильнее, - не тебе решать на каком расстоянии мне от тебя находиться? Его вопрос окончательно вводит её в тупик. Расширяя свои глаза сильнее прежнего, девушка впадает в шок. Она чувствует, как что-то окончательно вводит её в полный приступ непонимания и из всех возможных действий, она находит для себя реальным продолжать и дальше стоять на одном месте. Луи ведь уже аккуратно касается её щёк. Продолжает и дальше с любопытством смотреть на её тело и изучать её испуганный взгляд, который выдаёт всю силу её тревожности. Она не знает, что делать. А вот он наоборот. Он почти совсем не сомневается, чему стоило произойти прямо сейчас. Рука парня продвигается к её губам и Лорен перестаёт дышать. Чувствуя мягкие подушечки пальцев около уголков своего рта, она замирает. Смотрит. Чувствует. А он ехидно приглядывается к ней ещё больше. - Нам стоит как раз стать ближе друг к другу, Лорен, - его тихий шёпот. Луи слегка касается её губ, проводит по их очертаниям своими нежными пальцами. - Ещё как ближе... Недосказанность. Такая недосказанность, что это выбивает Лорен от неспособности действовать. Она вдруг приходит в себя и видит то, что видеть ей совсем не нравится. Луи почти вплотную стал к её телу. Ещё секунда и он в любой миг может... Поцеловать её? Нет! Лорен, как ошпаренная, отходит с резкостью назад. Избегает мужских прикосновений, прижимается к стене, тяжело дышит. Смотрит на Луи своими удивлёнными глазами и не верит в то, что сейчас происходит. Он пугает её. А она так глупо его боится. - Оставь меня в покое, Томлинсон, - злобно шипит она и отходит всё дальше назад. Тело принимает свои рефлексы и делать шаги получается всё лучше. Лорен перестаёт думать о своём шоке, она просто действует. Бежит почти сразу и больше не смотрит в ту сторону, где стоял такой загадочный ей Луи. Не думай о нём. Забудь. И просто не думай. А Томлинсон позволяет всё также себе стоять с самодовольной ухмылкой на губах. Да. Всё становится ещё интереснее. Она боится его. Она пытается его избежать. Так глупо, но так интересно. Он смотрит на постепенно удаляющуюся Лорен и даже удивляется тому, как заставляет себя сдерживаться и не бежать за ней в след. Она ведь только что возбудила его своим столь невинным и пугливым поведением. Она только что сбила такое большое количество принципов в его голове. Что же она чувствует? О чём она думает? Чего именно хочет? И может... Ему всё-таки стоило трахнуть эту девчонку? Лорен едва заставляет себя встать эти утром. Просыпаться в такой ранний час, да и ещё в выходной день, кажется каким-то мучением и девушка с трудом находит в себе силы подняться с уютной постели. Выспаться совершенно не удалось и она больше не пытается думать о том, какой ужасной выдалась прошлая ночь. Всё становится куда хуже, чем удавалось представить. И Лорен заставляет себя не думать об этом. Настроение итак не было, поэтому она просто шагает в ванную комнату и приводит свою внешность хоть в какой-то порядок. Энтузиазма в душе не присутствует и, когда Лорен накидывает на себя привычную спортивную форму, она с точно таким же угрюмым состоянием проходит на кухню. Хочется позавтракать. Набраться хотя бы маленькой энергии и отвлечься при этом от прошлых неприятных мыслей. Но что же и сейчас происходит? Лорен опять в шоке. Опять в невероятном недоумении, ведь на кухне оказывается кто-то ещё. Чёрт. Лорен и двух шагов хватает сделать, чтобы рассмотреть возле кухонных тумбочек довольную Викторию. Девушка небрежно заколола свои длинные волосы и с радостным выражением лица готовила какое-то блюдо. Её тело почти оголено. Одни тонкие шорты и майка, сквозь которую просвечивается почти вся часть её обнажённого тела. - Зейн? - брюнетка поспешно оборачивается, не прекращая освещать всё помещение своей улыбкой. - Это ты? Она смотрит прямо в ту сторону, где стоит Лорен, и, замечая такую неожиданную гостью, Виктория лишь подозрительно хмурится. Умелые руки замирают в своём движении и процесс готовки мгновенно останавливается в этот миг. - Прости... - Лорен теряется. Не знает, что сказать и как скрыть всю неловкость произошедшей ситуации. Понятно ведь, что не её ожидали здесь встретить. Понятно, что ей вообще стоит убраться отсюда прямо сейчас. - Я просто хотела приготовить себе завтрак. Какое-то глупое оправдание озвучивает Грейсон. Она так быстро пугается, что просто замирает и смотрит в пол, даже боясь посмотреть этой Виктории в глаза. Зря. Та никак не выдаёт своего недовольства. Всё выглядит вполне нормальным. - Ничего, - она говорит вполне спокойно и её голос, на удивление, не искажается грубыми интонациями. - Я готовлю Зейну любимый салат, могу и тебе насыпать одну порцию. Её предложение звучит даже вполне дружелюбным и Лорен пытается найти в этом какой-то подвох. Не может быть, чтобы эта девушка оказалась милой и дружелюбной. Она, как змея. Подкрадывается совсем близко и уже потом жалит до самой смерти. Но Лорен не решается отказаться от такого приятного предложения. Озвучивая своё согласие, она проходит на кухню и садится с крайней стороны небольшого столика, ожидая дальнейшего развития действий. Виктория быстро работает. Ловко нарезает овощи и перемешивает всё в прозрачной тарелке, придавая приготовленной еде вполне аппетитный вид. Ничего себе. Девушка, кажется, прямо идеальной. Красивой, сильной, еще и хозяйственной. - Держи, - она протягивает Лорен тарелку и делает ещё несколько порций, предназначенных, скорее всего, ей и Малику. Не зная, что сказать, Лорен лишь с благодарностью принимает протянутое ей угощение. Салат действительно вкусный. Освежающий, лёгкий. Как раз подходящий для утреннего подкрепления. - Зейн почти не рассказывал мне о тебе, Лорен, - Виктория неожиданно подаёт голос и это тут же привлекает к ней нужную долю внимания. Она рассматривает свою собеседницу с интересом и от этого становится до боли неприятно внутри. - Я даже не знала, что он стал твоим личным тренером. Лорен молчит. Накалывает на вилку кусочек хрустящего овоща и проглатывает еду сразу, даже не пытаясь её разжёвывать. Атмосфера между ней и этой любопытной девушкой накаляется, и Лорен становится страшно. Её предупреждали о том, кто такая Виктория Пейн. Но как именно себя стоило с ней вести? - Зейн не сильно мною доволен, - всё, что удаётся выдавить из себя. Грейсон медленно вздыхает и продолжает наслаждаться завтраком, даже не смотря на сидящую напротив брюнетку. А та ведь рассматривает её. Проходит пристальным взглядом по её коже, по тем действиям, что Лорен с нервозностью осуществляет. Так тяжело думать в этой атмосфере. И чувствовать, как подкрадывается что-то ужасное. - Зейн у нас вообще импульсивный человек, - заявляет Виктория, присаживаясь на соседний стул. Голос холодный, резко-пропитанный едкостью, - с ним всегда тяжело найти общий язык. Это заставляет Лорен отвлечься. Выпуская вилку из рук, она поднимает свой взгляд и впервые встречается с карими глазами этой девушки так близко. Они горят у неё изнутри. Пылают жгучим пламенем, которое словно из-за всех сил и твердило Лорен не совершать глупых поступков. В горле всё тут же давит. Дыхание затаивается в грудной клетке, а зрачки расширяются в проблеске истинной тревоги. - Не бойся, Лорен, - Виктория наклоняется ближе, - я тебе не враг. Но вот только... если ты всегда будешь помнить, где твоё законное место. Улыбка. Девушка сразу улыбается и её жест наполняется необъяснимой иронией. Виктория неспешно поднимается со стула и смотрит на Лорен уже более скучающим взглядом, который не высказывает её дикой опасности. Всё становится спокойным. Уже не таким ненормальным, как пару мгновение назад. - Виктория, - где-то сзади слышится мужской голос и, оборачиваясь, обе девушки в мгновение ока замечают только что появившегося на кухне Зейна. - Что ты здесь делаешь? - Готовлю тебе завтрак, - она отвечает без доли сомнения. Говорит так спокойно, что это заставляет Малика расслабленно вздохнуть и прижать усмехающуюся брюнетку поближе к себе. Он что-то шепчет ей на ухо. Что-то говорит и при этом радостно улыбается, будто его мысли наполнены какой-то магической тайной и прекрасным планированием действий. Лорен с задержкой дыхания наблюдает за ними. Она чувствует, что является здесь слишком лишней, чтобы даже иметь право на своё здешнее нахождение. - О, Грейсон, - наконец-то Малик замечает и её. Смотрит без интереса и даже без особого воодушевления, с которым он смотрел пару минут назад на Викторию. - Через час встречаемся в зале. Лорен кивает. Это всё, что она может сделать. Это всё, что ей удаётся осуществить, прежде чем Зейн со своей любимой пассией удаляется с территории небольшой кухни. Они идут завтракать вместе. Проводить очередное незабываемое времяпровождение. А что Лорен? Какая участь даётся ей? «Делай то, что тебе говорят.» «Учись понимать с первого раза.» «Знай своё место.» Надоело. Её трусит от ярости. Вставая из-за стола и убирая тарелку с резким грохотом в умывальник, Лорен чувствует настоящий импульс гнева и безумной усталости. Они достали её. Они сковывают её в цепи, которые полностью убивают её настоящие стремления. Она не может так больше. Делать вид, будто всё в порядке. Мириться с тем, что она для них совершенно никто. Это не так! Это... неправильно. Лорен не выдерживает и бьёт посудой прямо по поверхности твёрдого стола, отчего тарелка тут же разлетается на несколько тысяч осколков. Всё в крови. Её ладони наполняются огромными жгучими царапинами, а остатки от разбившейся тарелки разлетаются во все стороны посреди кухни. Чёрт. Что ты натворила, Лорен? Что ты, чёрт побери, только что сделала? - Грейсон, твою мать! Она слышит яростный вопль Зейна. Его шаги доносятся так быстро, что не проходит и секунды, как Малик оказывается в том же пространстве, где находится и она. Рядом следует перепуганная Виктория и глаза девушки расширяются в диком изумлении при виде того, что удалось натворить разгневанной Лорен на кухне. Зейн сжимает руки в кулаках. Он в бешенстве. Он зол. Чёрт. Лорен инстинктивно отходит назад. Не дышит. Даже едва стоит. Он убьёт её. Он разорвёт её прямо сейчас на куски.