Охота на акулу

Белый потолок кружился перед глазами, и все тело словно парило, а обнаженную, влажную от пота кожу приятно ласкал мех разложенной на полу леопардовой шубы. Проигрыватель неспешно крутил винил, и музыка наполняла разгромленную комнату, отдаваясь в груди приятной вибрацией. — Лучшее, что у тебя когда-либо было, это лишь воспоминания и те мечты*, — хмельно растягивая гласные, пропел Майкл и тихо рассмеялся, уткнувшись в бледное плечо Джеймса, который тоже не мог сдержать счастливой ухмылки. — Нравится? — Фассбендер приподнялся на локте и устроился на боку вплотную к расслабленному Джеймсу. Шотландец только кивнул и тихо замычал под песню. Майкл счастливо оскалился и глубоко затянулся сладковатым дымом, небрежно сжимая в пальцах косячок. Он навис над Джеймсом и, почти касаясь его губ, выдохнул ему в лицо. Довольно рассмеялся, когда МакЭвой тихо, совсем по-кошачьи фыркнул и резко открыл свои яркие глаза. — Черт, — Джеймс облизнул губы, и его глаза заслезились от дыма, а Майкл... Майкл просто им любовался. Самым прекрасным человеком из всех, кого он встречал. Фассбендер приподнялся и впечатал поцелуй в губы МакЭвоя, хотя тот и не думал возражать, сам положил руку на шею Майкла, задевая кончиками пальцев проколотую мочку уха с аккуратной серьгой с бесцветным камнем. Проколотые уши. Раньше Джеймс даже не думал, что ему может понравиться что-то подобное в мужчине. Этот момент был идеален, и мир, объятый пеленой сладковатого дыма, принадлежал только им двоим. Джеймс приоткрыл губы, наслаждаясь ловкими движениями языка Майкла, скользящего по его нёбу, очерчивающего контур его белых ровных зубов. И сквозь этот гипнотический поцелуй МакЭвой чувствовал, как Майкл касается его. Так легко, лишь кончиками пальцев, но сейчас кожа была такая чувствительная, что даже такие простые прикосновения могли возбудить. А уж тем более длинные пальцы, медленно скользящие от ключицы вниз по груди, ниже к ребрам, по напряженному животу, очерчивающие контур пупка, и ниже, еще ниже, поглаживающие темную полосу волос, тянущуюся к паху. И Джеймс хотел больше прикосновений, но лежал смирно, легко подаваясь навстречу губам Майкла, целуя его все глубже, вылизывая его пошлый рот и изнывая от желания. — Коснись… — наконец выдохнул он, с похотливой улыбкой глядя в серо-голубые глаза Майкла, и тот снова улыбнулся. Так потрясающе оскалился и принялся целовать плечо Джеймса, словно пытаясь слизать с его кожи каждую веснушку. МакЭвой с наслаждением застонал и закрыл глаза, поглаживая шею и плечи мужчины, ощущая, как плотно они сплетаются друг с другом в этой, пока еще легкой, близости. Но тело уже плавилось, а сознание было открыто до предела, казалось, он мог читать мысли Майкла, и в этих мыслях был один только Джеймс во всех возможных позах. Комната кружилась быстрее, и они закручивались вместе с ней. Джеймс не открывал глаз, отдаваясь желанным ощущениям, млея от теплых губ, скользящих по его телу, и растворяясь в ритме музыки. Сейчас он даже не помнил свою прежнюю жизнь и что в ней когда-то не было Майкла.

***

Полгода назад Графа регистрации. Паспортные данные. Краткое описание события. Опрос свидетелей. Опять подростки! И какого хрена они расфигачили эту витрину? Ничего. Посидят в обезьяннике, одумаются. Но бумаги никто не отменял. — Джеймс, я откатал пальчики нашего клиента, — Кристофер положил на стол дактилокарту. Уловив исходящий от коллеги запашок, МакЭвой поморщился и покосился на него. — Боже, ты что, на вытрезвителе сегодня работал? — Очень смешно, — фыркнул дежурный полицейский. — В третьей камере нарика прямо на меня вывернуло… — Эй, Джеймс! — в дверях появилась Саманта, и выглядела молодая курсантка на удивление нервно. Она торопливо кивнула дежурному. — Что? — без особого интереса спросил МакЭвой и почесал бороду, которую не было времени сбрить. — Там пришел какой-то Мердок из федералов. Требует тебя на собрание. — Федерал? — Джеймс удивленно приподнял бровь, но из-за стола поднялся. Да хоть сам Сатана, если это поможет отложить писанину на пару часов или вовсе сбросить ее на кого-нибудь еще. Полицейский участок жил своей суетной жизнью, звенел от голосов и телефонных трелей. Правоохранительный муравейник. Так и должно быть, а вот тишина и пустые коридоры были бы ужасным знаком. МакЭвой коротко постучал в дверь и, не дождавшись ответа, вошел в просторный кабинет, где сержант обычно проводил брифинг. — Джеймс, — у тумбы стоял агент Мердок и ждал, пока его помощники подготовят доску, на которой уже появились фотографии знакомых бандитов, наркоторговцев и центральных клубов с барами. — Смотрю, вы тут развлекаетесь, — заметил МакЭвой и прошел в зал, сев за один из столов чуть в стороне от собравшихся офицеров. Его участок был представлен всего парочкой качков из патруля, а еще троих, из других участков, Джеймс мельком знал по стрельбищам. Ну и, естественно, сами федералы, с которыми, судя по всему, еще предстояло познакомиться. — Итак, все в сборе, — резюмировал Мердок, и на доску прикрепили последнее центральное фото. Джон Каллорд. О нем были наслышаны все сотрудники полиции. Все крыли его последними словами, когда нарывались на очередной наркопритон, и точно знали, кто распространяет эту дрянь по городу, отравляя его жителей, доводя их до бездумного состояния. И раз его фото красовалось посреди доски, то работать предстоит не только с федералами, но и с наркоконтролем. Что ж, неплохой способ развеять патрульные будни. Джеймс перевел взгляд на фото ниже «босса». Резкие скулы, серо-голубые глаза, темные волосы тщательно прилизаны, но все равно пара прядей касается чистого лба. И эта ухмылка… — Мы начинаем «охоту на «акулу»? — спросил Джеймс, перебивая шепот коллег. — На Каллорда и его хищника охотимся мы, офицер, — подчеркнул Мердок, разом обозначив условность участия в операции патрульных копов. — Мои агенты прибыли для того, чтобы ввести вас в курс дела и обозначить масштаб и важность операции. На сегодня наша цель — Энтони Гарднер, — Мердок указал на еще одно фото, находящееся гораздо ниже в преступной пищевой цепочке. Худощавый мужик с кривым носом и безумным взглядом карих глаз. — Сегодняшний рейд входит в состав операции, над которой мы работаем на протяжении полугода. Один из наших информаторов сообщил, что этой ночью в клубе «Найткроул» состоится передача крупной партии героина, так что у нас есть реальный шанс повязать Гарднера. А стоит ему оказаться у нас в руках, как мы уж точно заставим его говорить. — Эй, а это разве не один из этих клубов? — Бернард даже побледнел, с отвращением глядя на стенд. На фотографии клуба Джеймс не заметил ничего особенного: синяя неоновая вывеска изображала беса на полумесяце. — Из каких? — уточнил Мердок. — Ну, там эти… педики шарятся, — скривился офицер, и кто-то в зале тихо засмеялся, но вместе с тем послышался несдержанный мат с задних рядов. — У вас с этим проблемы? — Еще какие! Не собираюсь я сидеть в этом гадюшнике. Джеймс! — офицер посмотрел на коллегу в поисках поддержки, но МакЭвой только развел руками. — Ну, пощупают твою тощую задницу пара пьяных мужиков, не потерпишь ради общего дела? — Джеймс откровенно веселился от взбешенного вида Бернарда. — В этом я не участвую! — заявил офицер и выскочил из кабинета, с грохотом захлопнув дверь. — Слаба-а-ак, — весело протянул МакЭвой и посмотрел на федерала. — Так что там делать нужно? — Прекрасно, — пренебрежительно произнес Мердок. — Итак, в этом кабинете сейчас собрались офицеры, имеющие тот или иной опыт работы под прикрытием и обладающие достаточными навыками для участия в нашей операции. От вас требуется войти в клуб под видом гражданских и вести наблюдение. Вас снабдят необходимым оборудованием. Будете следить за посетителями и нашими «почетными» гостями, а во время штурма участвовать в захвате. — Эй, шеф, у меня нет опыта работы под прикрытием, — подал голос Джеймс и уставился на федерала. — Что? Нет же, в вашем деле... — мужчина взял одну из папок и стал ее листать. — Вот, ясно говорится «работа под прикрытием», да еще и прекрасный отзыв куратора. Это было на первом месяце вашей работы, вы… — Да, простите. Я забыл об этом, — перебил Джеймс агента и ударил ладонью по столу. Все взгляды были направлены на него. МакЭвой неловко улыбнулся. — Извините. Продолжайте. «Кэтти. Я убью ее! Кто, если не она настояла на этой записи». Ох, Джеймс помнил свое «прикрытие» и был рад, если бы в деле оно не значилось. Это же была просто шутка. Посвящение новичков. Их, совсем юных — только после академии — передали на ночь отделу нравов, который выполнял план по поимке извращенцев. Это было даже весело — парни сидели в засаде с офицерами, а девушки неловко изображали из себя проституток, стояли у дороги и пытались завлечь клиента. Делов-то, подтвердить сделку, а там его уже вязали копы. Так за одну ночь месячный план работы можно было сделать. И дернуло же Джеймса пошутить, что он бы справился лучше. Пошутил. И всю ночь стоял на панели, изображая «уличного паренька». И что бы вы думали? Двенадцать клиентов за ночь! Пусть и сомнительная слава, пусть и победа в споре, но сейчас, спустя два года, хвастать таким прикрытием он не хотел.

***

Работа была не из сложных, просто смешаться с толпой, потягивать пиво, отчитываться по прослушке и следить за выходами, а под конец операции присоединиться к группе захвата и помочь им оформить все аресты на месте. За полчаса у барной стойки Джеймс уже успел приметить парочку толкачей и несколько передачек через бармена, но спокойно сидел на высоком табурете и слушал переговоры коллег по открытому каналу. Микронаушник слегка давил на ухо изнутри, но не более того, да и прослушка не мешала, а вот ожидание утомляло. С другой стороны, а часто ли копу платят недельный оклад просто за то, чтобы он посидел в баре? Пусть даже и гей-баре... Разве что федерал приказал привести себя в порядок и побриться, и теперь, без растительности на лице, МакЭвой чувствовал себя непривычно, а глядя на свое отражение, понимал, что выглядит моложе лет на десять. При его работе — сомнительный плюс. «Джеймс, мне как-то не по себе от того, как на меня пялится тот боров», — послышался по общему каналу связи голос Марка, который обосновался у другого входа. Джеймс бросил взгляд через вялый танцпол, пытаясь разглядеть коллегу сквозь всполохи лазерной светомузыки. — Что, приглянулся? — со смешком спросил МакЭвой и отпил немного пива. «Да пошел ты! Это место меня напрягает», — отозвался Марк. — Сколько? — любезно спросил Джеймс. «О чем ты?!» — Ой. Да не глупи, — фыркнул шотландец, расслабленно устроившись на высоком барном стуле. — Сколько извратов к тебе уже подкатывало? «Это бред. Лучше за залом следи». — Да ладно тебе, зна… — Джеймс притих, почувствовав, что к нему кто-то подсел. — Я тебя здесь раньше не видел, — промурлыкал приятный мужской голос совсем близко, и МакЭвой закатил глаза. Поначалу это еще было забавно, но сейчас уже раздражало. — Слушай сюда, м… — и снова Джеймс не договорил. Стоило ему обернуться, как он едва не столкнулся лицом к лицу с очередным педиком. И он бы отшил его, если бы не улыбка, похожая на акулий оскал. Майкл Фассбендер. Правая рука Каллорда. «Блядь!» — промелькнуло в голове Джеймса. И он нервно облизнул губы, стараясь взять себя в руки. — «Какого хрена он здесь? Его же не должно было…» — мысли понеслись с невероятной скоростью, но внешне мужчина оставался спокоен. — Это потому что я здесь впервые, — Джеймс прикусил губу и слегка наклонил голову. Растерявшись, он невольно воспроизвел ту же манеру поведения, которую использовал, впервые работая под прикрытием — и осознал это слишком поздно. — Тогда я удачно зашел, — мужчина снова улыбнулся и придвинулся ближе, наклонился к Джеймсу, внимательно посмотрел в его голубые глаза и жарко скользнул взглядом по телу. «Всем оставаться на своих местах! Какого черта?!» — эхом отдавалось в микронаушнике. «Джеймс, задержи его». «Задержи его, дружище!» Задержать? Легко сказать! МакЭвой же не мог прямо здесь его скрутить, у него и поводов для предъявления обвинений нет. Разве что в кармане черных брюк, обтягивающих длинные ноги, найдется пакетик наркоты; но сейчас раскрыть свое прикрытие — значит сорвать все планы. Джеймс с ухмылкой посмотрел на Майкла, который небрежно жевал мятную жвачку, и чувствовал, как тот ласкает его взглядом и словно ждет… — Хочешь? — неожиданно даже для себя спросил Джеймс. «Какого черта ты творишь?!» «МакЭвой, не глупи, он вооружен, не суйся! Просто задержи его на месте, выходы под нашим наблюдением». Эта идея родилась в сознании из обрывков каких-то мыслей. Вот Джеймс вспоминает, как изображал уличного парня перед «клиентами», вот мельком слышит разговоры о том, что Фассбендер «долбаный педик». Засада на улице, прослушка и Фассбендер, гребаный Фассбендер, собственной персоной, так близко! И, как назло, наручников при себе нет. И голос Мердока так и звенит в голове: «Нам нужно повязать его с поличным, не важно, за что, лишь бы предъявить обвинения и запереть его у нас». — Мне казалось, ты пришел сюда отдохнуть, — Майкл довольно хмыкнул и глубоко вдохнул, словно принюхиваясь к своему новому знакомому, а Джеймс продолжал разглядывать его. Он выглядел старше, чем на фото из материалов дела. Морщины были глубже, но отчего-то это не портило его. В проколотых ушах красовались простенькие с виду серьги с бесцветными камнями, а на шее висела тонкая золотая цепочка. — Я могу сделать исключение, — небрежно предложил Джеймс и наклонился к Майклу, с похотливой улыбкой посмотрел в его глаза и почувствовал легкое возбуждение лишь от того, как пожирал его глазами Фассбендер. — День не задался, так, может, ночь пройдет с пользой. — Потом расскажешь мне про свой день, — оскалился Майкл, и Джеймс охнул, когда мужчина совершенно бесцеремонно огладил его бедро и сжал член, придвинувшись практически вплотную. — Хочешь, я доведу тебя до оргазма прямо здесь? — Не здесь, — выдохнул Джеймс, с ужасом чувствуя, как напряженное тело поддается чужим прикосновениям. — Не хочешь поиграть? — нахмурился Майкл, разглядывая бледное лицо Джеймса, и прикоснулся к нему свободной рукой, мягко провел кончиком пальца по алым губам, продолжая медленно ласкать его через одежду, заставляя МакЭвоя едва ли не поскуливать от непонятного нетерпения. — Поиграем. А заплатишь — так проведем вместе хоть всю ночь. Но не здесь, — Джеймс надеялся, что ребята в засаде все еще слушают на общей частоте и поняли, к чему он клонит. А о том, что в клуб заплыла их неприкасаемая «белая акула», точно уже знали все. — Хорошо, — ласково произнес Майкл и, проведя языком по уху Джеймса, удовлетворенно хмыкнул. МакЭвой напрягся, понимая, что при близком контакте и микронаушник, и прослушку легко найти. — Как зовут? — Марти, — ляпнул Джеймс первое, что пришло в голову, и качнул пустой бутылкой из-под пива. Допить он успел уже часа два назад, но сидеть с пустыми руками было бы совсем странно. — Ты пьешь какое-то паршивое пойло, — фыркнул Фассбендер, разглядывая этикетку, достал изо рта жвачку и приклеил ее к столу. — Я принесу тебе нормального ирландского виски. Подождешь, красавчик? — Хорошей выпивки и приятной компании стоит подождать, — лукаво отозвался МакЭвой и улыбнулся Фассбендеру. Едва тот отошел, чтобы поймать бармена, Джеймс резко выдохнул. — Я выведу его через заднюю дверь — и вяжите его. «Принято». — И я сниму это… — торопливо выдохнул Джеймс и достал наушник, запустил руку под футболку и зашипел, сдирая приклеенный к коже пластырь вместе с тонким, едва заметным микрофоном. Оборудование пришлось сбросить прямо на месте, и МакЭвой подумал, что это будет хреново смотреться в его отчете и половину надбавки за работу придется отдать на замену дорогущей техники. Он потер руки и пригладил волосы, нервно облизнул губы, готовясь снова примерить на себя давнюю роль. Ну, или хотя бы ее часть. Просто вывести его из клуба и позволить прижать себя к стене. Этого будет достаточно, а уж за сутки в камере коллеги найдут способ развязать ему язык. — Не заждался, красавчик? — голос Майкла словно вибрировал, от него мурашки бежали по телу. Такой голос точно невозможно было забыть. Ну же, только не отходи далеко. Все закончится быстро. — До дна, — потребовал Фассбендер, передавая бокал Джеймсу, и мягко чокнулся о его грань своим. Покончив с выпивкой одним залпом, он с наслаждением выдохнул и оскалился. Джеймс последовал его примеру, не сводя взгляда с лица своей «цели». Его зрачки были просто безумными, и МакЭвой не сомневался, что Майкл под кайфом. Прекрасно. Можно будет не просто за домогательства закрыть. — Идем, — Джеймс мягко провел ладонью по талии Фассбендера, чувствуя тепло его стройного тела через тонкую ткань рубашки, и, к его удивлению, от этого простого прикосновения Майкл с наслаждением прикрыл глаза и возбужденно выдохнул. МакЭвой усмехнулся. Когда они пересекли ползала, и Джеймс уже было решил, что все прошло куда проще, чем он рассчитывал, Фассбендер вдруг подхватил его под руку и потащил куда-то в сторону. — Эй! Что, нет, куда ты меня… — Тс-с, — Майкл прижал тонкий длинный палец к губам Джеймса и придвинулся к нему вплотную. — Не хочу жаться у грязных стен, — он нежно погладил красные губы МакЭвоя, глядя на него оголодавшим хищным взглядом, и Джеймс невольно вспомнил, что говорили о нем в участке. «Фассбендер? Это чертова акула! Таких, как он, всегда привлекает кровь…» — Пф, ты что, предпочитаешь местный сортир? По мне, так лучше на улице, — МакЭвой попытался не проколоться и все же выманить Майкла, но уже чувствовал, что начинает паниковать. Если не выйдет, то придется сорвать прикрытие и всю операцию. Да какого черта он вообще решил действовать без приказа? Все полетит к хренам только из-за его самонадеянности… И ведь даже прослушку снял! — Ну-ну, здесь есть места куда приятнее, — Майкл поглаживал подбородок Джеймса. Исходящее от Фассбендера сексуальное напряжение будто невидимой пеленой окутывало тело и проникало под кожу. — Идем, — Майкл мазнул губами по бледной скуле Джеймса и потянул его за собой. МакЭвой только и успел оглянуться на одного из своих коллег, который проводил его встревоженным взглядом и достал телефон, как только пара скрылась на лестнице к служебным помещениям и приватным залам. «Спокойно. Нужно оставаться в образе», — решил МакЭвой, развратно улыбаясь Фассбендеру, обнял его за стройную талию и прильнул к нему, прикусывая губу. Черт. Как же от этого подонка хорошо пахло. Джеймс на мгновение даже потерял нить собственных мыслей, когда Фассбендер притянул его ближе, а затем пропустил его в небольшую комнату с приятным интимным освещением. Почему никто не говорил, что в этом клубе есть приватные номера? Джеймс нервно сглотнул, понимая, что сейчас его прикрытие полетит в тартарары. Стоит Майклу начать, и он наверняка сразу поймет, что Джеймс даже близко не уличный парень и ни разу не спал с мужиками, и уж тем более не отсасывал им. А ведь именно этого сейчас от него и ждут. — Слушай, я… — начал было МакЭвой, но Майкл прижался к его губам, целуя, как никто прежде. Он нежно коснулся лица Джеймса, наклонил голову и умело пропустил язык глубже, дразня чувствительное нёбо. — Сладкий, — выдохнул Майкл, хмельно улыбаясь. — Не спеши так, красавчик, — промурчал Джеймс, надеясь, что если он задержит Майкла, то его подкрепление догадается ворваться в номер. Но они явно не успевали. Фассбендер усмехнулся и толкнул его к стене, жадно впился в шею, оставляя на ней покалывающие засосы, и собственнически принялся ласкать тело МакЭвоя. Положил ладонь между ног молодого офицера и крепко сжал его член своими ловкими пальцами, вырывая из груди сладкий и — к ужасу Джеймса — искренний стон наслаждения. МакЭвой вцепился в широкие плечи Фассбендера и почувствовал, как сердце забилось где-то у самого горла, но сам инстинктивно двинул бедрами, пытаясь усилить прикосновение. — Шлюха? — насмешливо выдохнул Майкл в самое ухо МакЭвоя и провел по нему влажным языком, прихватив зубами мягкую мочку. — Да неужели? — Фассбендер сильнее прижал Джеймса к стене и так умело ласкал его, что по спине пробегали словно электрические разряды, заставляющие все тело выгибаться навстречу чужим рукам. — Да тебя словно несколько месяцев не трахали, — со счастливой улыбкой произнес Фассбендер и притянул мужчину к себе, глубоко целуя. После чего крепко прижался к его бедру, давая отчетливо прочувствовать свой огромный член, плотно натягивающий ткань черных брюк. Джеймс захрипел не то от странного удовольствия, от которого тело пробивало дрожью, не то от осознания происходящего. И еще до того, как Джеймс окончательно принял решение собственноручно арестовать его прямо здесь, Майкл бесшумно опустился на пол и быстро расстегнул джинсы МакЭвоя, что тот даже не успел запротестовать. Но все возражения исчезли, стоило только тонким губам плотно обхватить его и без того твердый член и позволить глубоко толкнуться в жаркий рот. — Ох, черт… — Джеймс опустил руку, касаясь мягких темных волос Майкла, и крепко сжал идеально подстриженные локоны. А с очередным умелым движением Фассбендера даже начал забывать идентификационный номер своего значка, и перед глазами слишком быстро замерцали цветные пятна. Тело напряглось, готовое взорваться от такого желанного оргазма… Быстро. Постыдно быстро. И Майкл явно это почувствовал. Джеймс отчетливо ощутил, как его губы, все еще сомкнутые плотным кольцом вокруг члена, исказились в усмешке, и Фассбендер собственнически сжал упругую ягодицу МакЭвоя, впиваясь ногтями в кожу и оставляя на ней красные полосы. За собственным стоном Джеймс не услышал первых выстрелов, раздавшихся этажом ниже, и едва не рухнул, когда Майкл резко подскочил на ноги, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Именно сейчас? — прорычал Майкл и совсем по-звериному оскалился, глядя на дверь. Он достал из-за спины пистолет и привычным движением снял предохранитель. — Держись позади, — предупредил он Джеймса, который торопливо застегивал джинсы, совершенно не понимая, что происходит. Рука полицейского сама потянулась к кобуре, но только скользнула по пустому поясу и ремню. — Блять, — выдохнул МакЭвой и пристроился за Майклом, которого чуть не снес поток людей, едва он распахнул дверь приват-комнаты. Целая толпа не пойми откуда взявшихся посетителей, полуголых тел в пульсирующем алом свете, в хаосе выстрелов, криков и ритмичной электромузыки. Майкл схватил Джеймса за руку, но стоило ему потянуть своего несостоявшегося любовника в коридор, как все накрыло грохотом. Взрыв. От него содрогнулось все вокруг, и где-то послышался оглушительный вопль, а затем все звуки словно накрыло толщей воды. Джеймс инстинктивно сжался, но сильные руки тут же потащили куда-то по коридору, и только теперь МакЭвой различил острый запах гари и дыма. — За мной, — приказал Фассбендер и вытолкнул Джеймса на пожарную лестницу, пока остальные люди еще не сообразили, как до нее добраться. МакЭвой бросил взгляд на посетителей. Он чувствовал, что должен стоять в дверях и помогать с эвакуацией. Он должен быть там! Но его толкали по лестнице на темную улицу, а кожу обжигал осенний воздух. Новые выстрелы прозвучали приглушенно, но на этот раз Фассбендер только улыбнулся и поднял свой пистолет. А у Джеймса словно что-то щелкнуло внутри, и он бросился на мужчину, но первый выстрел все же пропустил. Только увидел вспышку, прежде чем врезаться в тело Майкла и оттащить его к мусорным бакам, чтобы этот придурок не стоял как живая мишень посреди улицы. — Спасибо, — выдохнул Майкл, едва они рухнули на землю, а позади снова раздались выстрелы. Джеймс видел, как горит клуб, и слышал вой сирен, но все было как в тумане, да еще и Фассбендер жестко взял его за подбородок, повернул к себе и глубоко поцеловал, насильно проталкивая язык. — Идем, — он похлопал пораженного Джеймса по плечу и потянул за собой. Весело хмыкнул, глядя на «кадиллак», припаркованный у жилого дома. Ему словно не было дела ни до горящего клуба, ни до грохота перестрелки. Джеймс взволнованно оглянулся и тихо выругался, прежде чем броситься за Майклом. Стоило ему проскочить улочку, как на другом ее конце между домами он увидел проносящиеся полицейские машины с ярко горящими в темноте мигалками. Сердце сжалось, и Джеймс хотел ринуться к своим, помочь с эвакуацией, вернуться на свое место. Он как никогда остро чувствовал, что должен что-то делать. — Садись! — крикнул Фассбендер. И МакЭвой, сжав челюсти, запрыгнул на пассажирское сидение. Машина с визгом сорвалась с места. — Что… это что, блядь, только что произошло? — стараясь как можно убедительнее изобразить страх, спросил МакЭвой. Он вцепился в ремень безопасности и стал торопливо пристегиваться, понимая, что с таким водителем он в большей опасности, чем в гребаном горящем клубе. — Ничего, просто небольшие проблемы на работе, — пояснил Фассбендер и весело улыбнулся своему новому знакомому. _____________ *Текст песни Arctic Monkeys — Fluorescent Adolescent