Альбинос

      Через две недели, успешно сдав все экзамены, я стоял перед зеркалом в нашей спальне и примерял свой костюм — черный с белой сорочкой. Хьюго настоял на том, чтобы мы воспользовались приглашением моей сестры и пошли на премьеру фильма. Я ужасно нервничал и не хотел никуда идти, но спорить было уже поздно.       Костюм сидел на мне неплохо. Когда-то он был сделан на заказ на мой выпускной в школе. Удивительно, что он до сих пор подходил мне, несмотря на то, что я стал немного выше и шире в плечах.       В комнату вошел Хьюго, уже одетый в темно-серый костюм с насыщенно-черной рубашкой и темно-серым, в цвет пиджака, галстуком. Он выглядел великолепно, даже лучше, чем всегда.       — Мне нравится… Очень… Тебе идет, — сказал он негромко, осматривая меня. — Только галстука не хватает.       — Я не умею завязывать, — я отвел глаза в сторону, теребя в руках тонкую ленту.       — Я научу.       Хьюго подошел ко мне и взял у меня из рук галстук, встал позади и протянул ко мне руки, приобнимая за плечи.       — Смотри. Ничего сложного. Просовываешь этот конец здесь, оборачиваешь им второй конец, уводишь наверх и пропускаешь вниз. Готово.       — Здорово…       — Нравится? Ты прекрасно выглядишь. Если бы мы не были знакомы, я бы непременно в тебя влюбился. И начал бы приставать.       Я улыбнулся, представив себе эту картину. Обожаю Хьюго за то, что он всегда может приподнять мое унылое настроение. А оно было именно таким — мало того, что Хьюго тащил меня на этот идиотский показ фильма с моей сестрой, так еще и заставил прилично одеться.       — Может, ты сейчас начнешь ко мне приставать и мы никуда не поедем, занявшись куда более приятными вещами? — предложил я, обернувшись к нему. Я в самом деле предпочел бы провести весь этот вечер в постели с ним.       — И упустить возможность посмотреть этот фильм в числе первых? Да ни за что. Поприставать я к тебе могу и после фильма, — Хьюго хитро улыбнулся. — И во время. Идем, — он потянул меня за собой в сторону двери. — А то опоздаем.       Предпремьерный показ нового творения одного молодого режиссера, на который мы были приглашены, проходил в отдельно стоящем здании современной постройки — со стеклянной крышей, прозрачными перегородками и свежим минималистичным интерьером.       На входе у нас проверили приглашения и пропустили внутрь. Я здесь никогда не был, и не сказать, что сильно впечатлился. В просторном светлом зале собралось множество красиво одетых людей. Они лавировали мимо друг друга, останавливались, чтобы обменяться любезностями со знакомыми, и дрейфовали дальше. Этот хаос меня нисколько не вдохновлял. Официанты разносили напитки, фотографы делали снимки пришедших знаменитостей и их сопровождающих. Туда-сюда сновали и журналисты, выискивали сенсации, вынюхивали последние сплетни. Было шумно и прохладно: работали кондиционеры, хотя они не спасали от какофонии различных духов, одеколонов и напитков.       — Джаспер?.. Что ты здесь забыл? — спросил знакомый голос, и я обернулся, заметив свою сестру. Она была чуть ниже меня даже на высоких каблуках, стройная и красивая, как и все здесь.       — Ты же сама подарила мне приглашение на показ, забыла? — напомнил я, смотря на нее не без зависти. Эльза была прекрасна, что за несправедливость?.. Мы ведь родные брат и сестра, почему же она так хороша, когда я настолько уродлив?..       — Подарила, но я не думала, что ты придешь… Да еще и не один… — она перевела взгляд своих сияющих красивых голубых глаз на Хьюго, и внезапно ее лицо переменилось, сделавшись куда более привлекательным и милым, — стало совершенно ясно, что Хьюго ей понравился, и она была бы не против познакомиться с ним. Он мило улыбался, хотя его взгляд, которым он одарил мою сестру, был абсолютно холодным и исключительно недружелюбным, но она этого, казалось, не заметила. — Привет, я Эльза.       — Привет, — отозвался Хьюго. Больше он ничего не добавил, хотя она, кажется, ждала, что он представится.       — Унылый интерьер, — поморщился носик подошедшей к нам матери. Она шла под руку с отцом, осматривая зал, и не видела меня, а заметила, только остановившись и взглянув в мою сторону. — Джаспер?.. — она изучила меня с головы до ног, удивленно подняв идеально накрашенные брови. — Оказывается, ты можешь выглядеть достойно, если захочешь…       Лукас тоже подошел и с таким же изумлением пялился на меня. Вся семья собралась (младших, конечно, оставили дома). Поздоровавшийся легким кивком головы отец смотрел с интересом — то на меня, то на Хьюго — и едва заметно улыбался, что казалось мне довольно странным.       — С кем ты пришел? — спросила мать, переведя глаза на стоящего рядом со мной парня. Я хотел ее проигнорировать или сказать, что их это не касается, или что-нибудь еще, но Хьюго повернулся ко мне:       — Не представишь нас?       — Это мой отец, Лайонел, мать Андреа, старшая сестра Эльза и старший брат Лукас. А это Хьюго Гонсалес, мой… — я на секунду запнулся, не зная, как его представить, и посмотрел ему в глаза. Хьюго мягко улыбнулся, позволяя представить его как мне хочется. — Мой молодой человек.       — Что?! Молодой человек? — одновременно закричали мать и сестра, их красивые лица исказились в гримасе отвращения. Лукас удивленно застыл на месте, округлив глаза. Отец на удивление отнесся к моему признанию совершенно спокойно, даже улыбка не сошла с его губ.       — Приятно познакомиться, — Хьюго протянул ему руку, и отец пожал ее в ответ.       — Здравствуй, Хьюго, — произнес он, посмотрев ему в глаза. — Ты сын Марселя, верно?       — Да.       — Какая разница, чей он сын? — вскричала мать. — Молодой человек! Он трахает нашего сына!       Отец перевел на нее хмурый взгляд, но не успел ничего сказать: Хьюго хмыкнул.       — Не думал, что это кого-то заинтересует, но если это так важно, то все как раз наоборот, — он мило улыбнулся.       — Что?! — вскричали мать и сестра.       — Андреа, успокойся. Они взрослые люди и лучше нас знают, с кем им встречаться и что делать. Хьюго, передавай привет отцу, мы давно не виделись.       — Хорошо.       — Идем, — отец увел возмущенную мать, Эльза смерила нас уничтожающим взглядом и, высокомерно вздернув подбородок, отправилась за ними.       — Так, значит, все-таки педик… — произнес оставшийся рядом с нами Лукас.       — Что-то не так? — невозмутимо спросил Хьюго. — Не ты ли подарил Джейсу пачку презервативов для геев? Мы, кстати, не против в следующий раз получить такой же подарок. Мне понравилось, только мало было, на выходные и то не хватило.       Лукас так же, как и до этого мать, осмотрел его с ног до головы.       — Ты не похож на педика. Я вам не верю. Слишком уж конфетно смотритесь вместе.       Хьюго усмехнулся.       — Тебе какие-то доказательства нужны?       — Да, я бы не отказался их увидеть.       — Извини, но мы в приличном обществе, так что вряд ли станем страстно целоваться на виду у всех. Или ты хочешь? — обернулся он ко мне. — Если ты скажешь, я сделаю все, что угодно.       — У меня нет желания доказывать что-то своему брату, — сказал я и добавил: — Мне все равно, что он думает.       Лукас даже побледнел от наглости, с которой я столь неучтиво говорил о нем в третьем лице, словно его здесь и не было.       — Тогда не будем терять на него времени, — Хьюго улыбнулся и, взяв меня за руку, повел в другую часть зала. Лукас так и остался там стоять, гневно раздувая ноздри.       — Он же теперь смертельно обидится, — я усмехнулся, когда мы остановились у окна.       — Мне извиниться перед ним? — губы Хьюго тронула новая усмешка.       — Нет, конечно, — сказал я и добавил: — Прости за моих родных.       — Ничего страшного, — голос Хьюго был абсолютно безразличен, словно его все это и не задело вовсе. — Я не знаю, как мой отец отреагировал бы. Вряд ли так же спокойно, как твой.       — Я за мать извиняюсь, — пояснил я. — Она не должна была так говорить… И тебе не нужно было покрывать меня…       — Джейс, я считаю нас равными в отношениях, и мне все равно, кто сверху, а кто снизу. Если ты захочешь быть исключительно сверху, я соглашусь, потому что это твое желание, и оно имеет для меня большое значение. Даже большее, чем мое.       — Спасибо… — я так растрогался, что произнес это едва слышно.       К нам подошел официант и предложил шампанское.       — Извините, у вас есть что-нибудь безалкогольное? — спросил Хьюго, когда я взял один из бокалов. — Я за рулем.       — Одну минуту, — официант удалился.       — Ты вообще не пьешь? — поинтересовался я. — У меня не очень большой опыт светской жизни, но я знаю, что многие позволяют себе выпить пару бокалов шампанского и после этого спокойно садятся в машину.       — Ты прав. Я не пью, — Хьюго кивнул. Он с благодарностью принял принесенный бокал яблочного сока. Я думал, он что-то добавит, но он не стал.       — Просто… — я не сдавался. — Странно, что ты не против того, чтобы выпил я. Есть булки в твоем присутствии ты запрещаешь.       Хьюго задумался. Он смотрел на бокал в своих руках.       — Я употреблял раньше немерено всякого дерьма, но после одного случая перестал. Я не против, чтобы ты выпил пару бокалов шампанского, вина или пива. Почему бы и нет, если в умеренных количествах.       — А ты вообще никогда не будешь?       — В моем случае лучше этого не делать.       — Что за случай? — мне стало любопытно.       — Я когда-нибудь потом тебе расскажу, ладно? Сейчас… немного неподходящее время и место.       Я с сомнением посмотрел ему в глаза. Хьюго улыбнулся и протянул ко мне руку:       — Что ты там успел придумать? Я никого не убивал, — сказал он, посмеиваясь и взъерошивая мои волосы.       — Извините… Я могу сделать фотографию?.. — спросил подошедший к нам мужчина. Я обернулся на него, замечая в его руках фотоаппарат.       Хьюго отнял от меня руку и выпрямился. Мы стояли так, что нельзя было сказать, пара мы или просто приятели, пришедшие вместе на это мероприятие. Мужчина поднял фотоаппарат, несколько раз вспыхнула вспышка. Я болезненно зажмурил глаза и потер их.       — Прошу прощения, я не представился. Меня зовут Леон Маркес. Я фотограф, — он протянул руку, и Хьюго ее пожал:       — Хьюго Гонсалес.       Маркес протянул руку мне, я тоже ее пожал.       — Джейс Хейгел.       — О… Сыновья тех самых Гонсалеса и Хейгела?.. — уточнил Маркес, отпустив меня. — Тогда, вероятно, мое предложение не покажется вам столь привлекательным… Видите ли, я всегда нахожусь в поиске вдохновляющих меня моделей. Вы выглядите так контрастно и гармонично одновременно… Прошу меня извинить, если я ошибаюсь, но вы ведь пара, верно?..       — Да, это так, — не стал скрывать Хьюго.       — Я бы хотел пригласить вас на частную фотосессию.       Хьюго с сомнением приподнял бровь.       — Ничего особенного, ничего откровенного, ничего, чего вы сами не захотите запечатлеть на снимках. Просто фотосессия для личного использования. Или для выставки, но только если вы разрешите.       — Что скажешь? — Хьюго повернулся ко мне.       Я не знал, что сказать. Для меня вообще удивительным было то, что кого-то я вдохновлял на фотографирование.       — Вы можете не отвечать сейчас, вот моя визитка с личным номером, позвоните, если решите прийти, — Маркес протянул Хьюго прямоугольную карточку. — Еще один снимок, если вы не против, чтобы вы могли оценить мое мастерство по достоинству.       Хьюго убрал его визитку в карман, отставил свой бокал на подоконник и приблизился ко мне.       — Это не для публикации, — предупредил Хьюго.       — Как пожелаете.       Хьюго ободряюще улыбнулся мне и приблизился, пока фотограф настраивал фотоаппарат. Он подошел почти вплотную. Одна его рука лежала в кармане, а второй он коснулся моего галстука и, взяв его в пальцы, слегка потянул на себя. Я смотрел ему в глаза и боялся дышать, ожидая, поцелует он меня или нет. Хьюго мягко улыбался, но наклоняться ко мне, чтобы поцеловать, не стал.       — Вы очень хорошо смотритесь вместе, — сказал Маркес, сделав фото. — Я бы хотел отправить вам этот снимок, не дадите мне свой имейл?       Хьюго вбил в его телефон свой адрес, и Маркес отошел, оставив нас одних.       — Что думаешь? — спросил Хьюго.       — Не знаю, что и думать. А ты?       — Идея совместной фотосессии мне нравится. Я бы хотел, чтобы у нас было много общих снимков. А если они хорошего качества — тем более. Давай посмотрим дома, кто он такой. Кажется, сейчас фильм начнется, — он кивнул в сторону открывшихся в кинозал дверей, куда начали проходить зрители. — Пойдем? Ты не передумал?       — А ты?       — Мне все равно, как проводить время, если я с тобой, — Хьюго тепло улыбнулся и мягко коснулся моей руки.       — Ладно, раз уж мы пришли сюда и вырядились как попугаи, давай вытерпим все это до конца.       — Хорошо.       Фильм был годным. Для одного раза. Сестра моя там появилась в паре эпизодов, так что сильно не раздражала, Хьюго держал меня за руку на протяжении всего сеанса, и мне было очень приятно так проводить с ним время.       После просмотра мы заехали в небольшой ресторанчик, где вкусно поужинали, и поехали домой. Вечер обещал быть томным, и я с предвкушением отправился в душ. Хьюго немного задержался в ванной, но я не придал этому особого значения, я ведь не знал, что у него на уме.       Когда он вышел из душа и, забравшись под одеяло, прижался ко мне, я почувствовал жар, исходящий от его разгоряченного тела. Хьюго отбросил одеяло, открывая нас друг другу, впился в мои губы завлекающим поцелуем. Я обнял его за плечи, и по телу прокатилась жаркая волна, скапливающаяся в паху.       Я оказался на нем, мы горячо целовались, он прижимал меня к себе, не позволяя отстраниться и поглаживая широкими ладонями мою спину.       — Я хочу, чтобы ты был сверху сегодня… — сказал он.       — Сверху — в смысле на тебе? — уточнил я, медленно переставляя ногу, чтобы сесть сверху.       — Сверху — в смысле во мне… — он с жаром целовал меня, притягивая к себе. Приподнял ногу, чтобы моя оказалась между его, затем вторую, согнул колени и положил руки мне на поясницу, безумно возбуждающе проводя по ней руками. У меня сердце сбилось с привычного ритма.       — Ты уверен?.. Я ведь говорил, что у меня нет опыта…       — У меня тоже не было. Я уверен, что ты сделаешь все, чтобы мне было приятно. Я хочу тебя… — шептал он в перерывах между поцелуями.       Хьюго снизу… Такой сексуальный и доступный Хьюго подо мной…       — Ну же, Джейс…       Я поцеловал его так глубоко, что чуть не свихнулся, и повел ладонью вдоль его тела вниз, к твердому, как камень, члену, напряженным яичкам, ниже, к сжавшейся и пульсирующей дырочке. Хьюго нетерпеливо вскинул бедра, подаваясь мне навстречу.       — Хочу тебя… — он достал из-под подушки смазку и презерватив для меня.       Я чувствовал себя очень неуверенно, подготавливая его для себя. Осторожно скользил в нем пальцами, старался растянуть. Хьюго подавался мне навстречу, вскидывая бедра и запрокидывая голову назад, тяжело дыша и сжимая пальцами кожу на моей пояснице.       — Давай же, Джейс… — его сексуальный возбужденный голос не оставил мне выбора. Я поспешно натянул презерватив и, смазав член, начал осторожно входить. Он болезненно застонал, сжимая меня крепче. В нем было так тесно и так жарко, что мне казалось, я вот-вот умру от удовольствия.       — Ох… — выдохнул он болезненно, не выдержав. Его пальцы, сместившись, до боли сжались на моих руках.       — Больно? — я остановился, давая ему возможность передохнуть.       — Знал бы, что так больно, только минеты друг другу делали бы…       Я улыбнулся и поцеловал его, отвлекая и пытаясь помочь расслабиться. Хьюго сильно зажимался внутри, делая проникновение еще более болезненным, для нас обоих.       — Хочешь, выйду и остановимся на этом? — предложил я. Заставлять любимого человека страдать мне совсем не хотелось.       — Да вот еще… — он вернул руки мне на поясницу и слегка надавил, не позволяя отстраниться. — Ты еще не вошел?..       Я усмехнулся и с трудом сдержался, чтобы не засмеяться.       — Головка и та не полностью вошла.       — Да ладно?.. Что ж так больно-то…       Я, конечно, немного лукавил — я вошел уже, наверное, наполовину, но не мог отказать себе в удовольствии немного его подразнить. В конце концов, именно он называл меня «нежным» в наш первый раз. Думаю, он не понял, что я догадался о завуалированном значении этого слова.       — Готов?       — А ты еще ничего не делаешь разве?..       — Я много чего делаю, — я улыбнулся, наклоняясь к нему и целуя любимые губы, принимаясь медленно продвигаться вперед. Вошел до упора и замер, смакуя ощущения: было очень тесно, горячо и возбуждающе-приятно.       Хьюго молчал, медленно вдыхая и выдыхая, облизывал губы. Я наклонился, чтобы поцеловать его, и он с жаром ответил, вцепляясь пальцами в мои ягодицы. Я подался назад, чувствуя нестерпимое желание двигаться, и толкнулся вперед.       — Бля, да как же ты терпишь это?.. — Хьюго зажмурился, сжимая мои бедра ногами.       — Я привык, — сказал я, улыбнувшись. — Могу выйти, если хочешь, мне тоже больно… Я не настаиваю.       Выходить из него совершенно не хотелось, хотелось как раз совсем другого — быть в нем, двигаться в нем, чувствовать его изнутри. Но я бросил бы это, если бы только он попросил.       — Ты же выдерживаешь это. Я столько раз брал тебя, и ты никогда не жаловался. Я не буду себя уважать, если не вынесу это. Я хочу, чтобы ты кончил во мне. Чтобы ты чувствовал то, что обычно чувствую я. Я привыкну. Помнишь, как ты сказал это, когда я сам хотел сдаться? — напомнил он мне.       — Тогда расслабься и постарайся не зажиматься, — посоветовал я, начиная медленно двигаться, пытаясь не кончить слишком быстро.       Удовольствие плавило вены изнутри, тесные стенки его прохода сводили с ума, даря неописуемое наслаждение, парень подо мной был так невозможно сексуален, что я не мог смотреть на него и одновременно не мог насмотреться. Слишком… Как же хорошо… Я толкался глубоко в него, выбивая из его легких стоны, Хьюго сжимал пальцами мои ягодицы, царапался, иногда ругался, иногда, когда я задевал внутри него нужную точку, довольно всхлипывал.       Восхитительно… В нем было так невообразимо восхитительно. Я размашисто вбивался в него, заставляя стонать почти без перерыва, купаясь в его стонах, сходя от них с ума сильнее даже, чем от сжимающих стенок ануса. Глубже. Быстрее. Сильнее. Вперед-назад, еще быстрее.       Последние рывки, и я кончаю, изливаясь глубоко в нем, Хьюго кончил себе на живот, запрокинув голову и низко застонав.       Я повалился на него без сил, мне казалось, я умру, слишком хорошо мне было. Он лежал подо мной, такой любимый, такой сексуальный. Взмокший и уставший.       Он запустил руку в мои волосы, перебирая влажные прядки, я все еще успокаивал сумасшедшее дыхание.       — Как тебе моя задница? — спросил он.       Я усмехнулся ему в шею. Коротко поцеловал, слизывая капли пота с солоноватой кожи.       — Классная, как и все остальное.       Хьюго коротко засмеялся.       — Очень рад.       — Тебе не понравилось, да? — спросил я. Ответ был очевиден — Хьюго было больно, и я очень сомневался, что когда-нибудь он захочет повторить этот эксперимент. Впрочем, я был весьма благодарен ему и за один раз.       — М-м… спроси меня об этом завтра, — сказал он.       — Завтра тебе будет еще хуже, — отозвался я, вспоминая свои ощущения.       — Мда?.. Блядство.       — У нас еще осталась та успокаивающая мазь, сейчас, — я не без труда поднялся и, пошарив в своей тумбочке, достал необходимую упаковку.       — Может, завтра?..       — И завтра тоже, — я открутил колпачок и, выдавив мазь себе на пальцы, принялся размазывать белую субстанцию в его проходе. — Сейчас будет полегче, — пообещал я, закончив и вернув мазь на место, укладываясь рядом с ним.       — Спасибо.       — Не за что, — я подался к нему, мягко целуя в губы. — Я тебя люблю.       — О, — Хьюго улыбнулся, кожа на его щеках слегка порозовела от смущения. Ему в самом деле очень нравилось слышать, когда я говорил это. Именно поэтому я собирался говорить это как можно реже, только по особым случаям вроде сегодняшнего. — Надо же, сказал. Знал бы, уже давно предложил.       — Не привыкай, — я тоже улыбнулся и склонился к нему, целуя любимые губы. Хьюго охотно ответил, мягко перебирая кончиками пальцев мои волосы.

* * *

      В субботу Хьюго решил устроить мне очередной «сюрприз» и потащил в город. Я не имел никакого представления, куда он меня поведет, и надеялся, что в этот раз это что-то будет чем-то не экстремальным.       Мои опасения не подтвердились — Хьюго привез меня в офтальмологическую клинику.       — М-м-м… — промычал я, заметив, что он направляется к дверям.       — Что? — Хьюго усмехнулся. — Давно ты свое зрение проверял? Идем, — позвал он меня, открывая дверь.       Я вздохнул, но послушно проследовал за ним. В фойе нам выдали бахилы, и мы, надев их, направились к стойке регистрации.       — Здравствуйте, — Хьюго приветливо улыбнулся сидящей за стойкой женщине. — Я записывался на консультацию, Джаспер Хейгел, вот он.       — Впервые у нас, верно? — женщина распечатала что-то на принтере и передала мне. — Ознакомьтесь, проверьте свои данные и распишитесь.       Я пробежался по напечатанным строчкам глазами, проверил свои персональные данные, расписался и отдал бумаги обратно.       — Вам в двести первый кабинет, лифт справа от вас.       — Ну, удачи, — Хьюго хлопнул меня по плечу.       — Ты не пойдешь со мной?       — Нет, — он удивленно хмыкнул. — Это же обычная проверка зрения. Я подожду тебя вон там, — указал он на синие кожаные диванчики в другой части помещения.       — Ладно…       Я прошел к лифту, дождался, когда он опустится на первый этаж (лучше бы я воспользовался лестницей), поднялся на второй и подошел к двери с табличкой «201», постучался.       — Проходите.       — Здравствуйте, — поздоровался я, проходя в кабинет.       — Здравствуйте, присаживайтесь. Джаспер Хейгел, верно?       — Да, верно.       — А Лайонел Хейгел, основатель ХейгелКомп, случайно не ваш отец?       — Мой.       — О. Он создает эти ужасные игры на компьютерах, и многие дети сажают на них свое зрение.       — М-м-м…       — Но некоторые программы для коррекции зрения также разработаны в его компании, так что, вероятно, он не такой уж и враг человечества.       Я пожал плечами — защищать своего отца и его компанию я как-то не планировал.       — Вы тоже занимаетесь программированием?       — Нет, я переводчик, — я отрицательно покачал головой.       — Это хорошо, — врач удовлетворенно кивнул, изучая мою карточку. — Давно проверяли зрение?       — Давно.       — Насколько?       — В школе еще, лет пять назад.       — Диагноз?       — Смешанный астигматизм, — ответил я, не совсем понимая, что вообще это означает.       — Очки не носили? Линзы?       — Носил давно, но перестал.       — Почему?       — Говорят, они тоже портят зрение.       Ноздри врача гневно расширились, и я нарвался на нудную лекцию о том, насколько я неправ. Закончив, врач отправил меня обследоваться. Его помощница водила меня из кабинета в кабинет, заставляя то читать буквы на экране, то смотреть на кораблики или машинки в приборах. Потом мне закапали глаза, и я потерял способность видеть мелкие буквы на экране телефона. В голове то и дело пролетала одна и та же мысль — когда же это закончится?.. Я пообещал себе высказать Хьюго все, что о нем думаю, когда меня принялись вновь проверять на дальность видения, подбирая линзы на специальных очках.       — Ваше зрение корректируется до восьмидесяти процентов на обоих глазах, — сказал врач, когда я, наконец, вернулся в его кабинет, — вам показано постоянное ношение очков или контактных линз. Можно провести лазерную коррекцию, но учтите, что эффект не долговечный, а вероятность врачебной ошибки есть всегда. Рецепт на очки и контактные линзы вы можете получить внизу на стойке регистрации.       — Спасибо, — поблагодарил я и поспешно удалился из кабинета.       Восемьдесят процентов?.. Разве этого не достаточно, чтобы пройти медкомиссию и получить права?.. Я поспешил вниз, взял выписку с рецептом и направился к Хьюго.       Он со скучающим выражением на лице сидел на диванчике и убивал время, прокручивая ленту новостей в своем смартфоне.       — Я все, — объявил я, приближаясь к нему. Хьюго выглядел довольно размытым из-за капель, и я старательно вглядывался в его лицо, но никак не мог ничего разобрать.       — Наконец-то. Думал, тебя прямо сразу на операционный стол отправят.       — Хах, — я усмехнулся и сел рядом с ним.       — Чего это у тебя зрачки такие большие?.. — спросил он, посмотрев мне в глаза.       — Закапали чем-то. Сказали, что пройдет в течение дня.       — А. Ну и? Какой результат?       — Меня обязуют носить что-то для коррекции и говорят, что в этом случае мое зрение улучшится до восьмидесяти процентов. Как думаешь, этого достаточно, чтобы водить машину?       — Насколько я знаю, да, — Хьюго улыбнулся. — Ты заказал линзы?       — Нет.       — Чего ждешь?       — Я не умею их носить. А очки не хочу…       — Уверен, тебя научат. Что это? Рецепт? — взял он из моих рук выписку. — Пойду сам схожу, — он встал и с удовольствием потянулся.       Я остался сидеть на диванчике. Вернувшись, Хьюго довольно произнес:       — Твои линзы будут готовы послезавтра.       — Уже?.. — поразился я. — Как быстро.

* * *

      — Ну, как тебе? — спросил Хьюго вечером, поворачивая ко мне экран ноутбука. Нормальное зрение ко мне вернулось, и я уже мог все хорошо увидеть.       Я приблизился к нему и посмотрел на фото, которое он мне показывал. На нем мы с ним стояли так близко друг к другу, что и сомнений не возникало, что мы состоим в отношениях. Не говоря уже о том, что Хьюго весьма красноречиво притягивал меня к себе за галстук и смотрел на меня глазами, полными обожания.       — Хорошее фото, — оценил я.       — Не хочешь поставить на свою аватарку? — задал он следующий вопрос.       — М-м… — я задумался, но все же покачал головой: — Нет… Не думаю, это слишком…       — А изменить свое СП не хочешь?       — На «встречается с Хьюго Гонсалесом»? — я удивленно выгнул брови.       — Да.       — М-м-м… — я снова задумался. Хьюго все это не просто так спрашивал. Он явно чего-то хотел, только не говорил прямо. — А ты?       — Я бы поменял. Я ведь серьезен по отношению к тебе.       — Тогда давай поменяем… — я не был так уверен в этом решении, но, с другой стороны, кому какое дело до того, с кем я встречаюсь?.. Моя семья и так уже знает. Друзья тоже. Только для одногруппников это станет новостью, но кому из них до меня есть дело?.. Хьюго уже зашел в свой профиль и как раз искал меня в поисковике.       — То есть… я-то ничем не рискую, а ты?.. — спросил я его.       — В каком смысле?.. — Хьюго обернулся ко мне.       — Твои коллеги, друзья, приятели? Как они к этому отнесутся?..       Хьюго безразлично пожал плечами.       — У меня есть только один друг, и он о тебе знает. Коллеги меня мало волнуют, но Стэн в курсе. Джейс, даже если кто-то плохо к этому отнесется, мне все равно. Это моя жизнь. Ты мой выбор. И всем придется его принять.       — А твой отец?..       Хьюго задумался на несколько секунд. Он постучал пальцами по столешнице.       — Ты прав, мнение отца обо мне для меня имеет значение… Но если он скажет, что против моих отношений с тобой, я только разочаруюсь в нем так же, как и он во мне. Ничего не изменится в отношении тебя и моих чувств к тебе. И моего желания прожить с тобой всю жизнь, не скрываясь и не таясь. Я не хочу и не считаю нужным от кого-то скрывать тебя. Жизнь слишком коротка, чтобы чего-то бояться и тупить.       Я улыбнулся, положив руку ему на плечо.       — Похоже, ты и вправду меня любишь.       — А ты сомневался? — Хьюго улыбнулся в ответ и притянул меня к себе, чтобы поцеловать.       — Нет, — выдохнул я ему в губы. — Просто беспокоюсь о тебе.       — Не думай ни о чем. Просто подтверди, что я правда с тобой встречаюсь, — сказал он, нажав на мое имя в строке поиска. На его странице появилась запись «Встречается с Каспер Каспер (не подтверждено)».       — Как-то убого мой ник звучит, — я усмехнулся, прочитав запись, и, достав телефон, подтвердил, что встречаюсь с ним.       — Ты можешь сменить его на «Джейс Гонсалес».       — Ты предлагаешь мне фамилию сменить на твою? — я прижимался к нему, чувствуя накатывающие волны тепла и нежности.       — Почему бы и нет, — он тоже улыбался. — Поженимся с тобой в Дакарте, там это законно. Здесь парламент еще не признал возможность бракосочетания между мужчинами, я узнавал, — сказал он.       — Ты сейчас серьезно? Хочешь вступить в брак со мной?..       — Конечно, — Хьюго кивнул. — Станешь моим мужем. Будешь носить мою фамилию. Родишь мне детей.       Я засмеялся:       — Ты же в курсе, что я не смогу родить тебе детей? Даже в Дакарте это невозможно.       — В самом деле? Какое упущение, — Хьюго все это очень веселило.       — Ты хочешь ребенка?.. — спросил я обеспокоенно.       — Не сейчас, — ответил он. — Но в будущем — да, я бы этого хотел.       — Тогда я должен спросить еще раз — ты же в курсе, что мы оба мужчины?..       — Я в курсе, — он широко улыбнулся, погладив меня по ягодице.       — Тогда ты должен знать, что это невозможно. Ни в Дакарте, нигде. Тебе придется жениться на женщине, чтобы она родила тебе.       — У нас не может быть детей с общими генами, это правда… Но суррогатное материнство никто не отменял. Даже для геев. По крайней мере, в Дакарте.       — О… — протянул я, осознавая, что он всерьез думал об этом.       — Джейс, все нормально. Я не собираюсь обзаводиться детьми уже завтра. И даже послезавтра.       — А послепослезавтра?.. — уточил я шутливо.       — Ну, я подумаю.       Мы поцеловались. Он так мягко ласкал мой язык, что я совсем растаял.       — Люблю тебя, — прошептал он.       — Я тебя тоже. У тебя были бы прекрасные дети.       — У нас, — поправил меня Хьюго. — У нас будут прекрасные дети.       — Хорошо, — я согласно кивнул и улыбнулся.       — Я посмотрел его работы, — сказал Хьюго неожиданно. Я даже не сразу понял, о ком он говорит, но он открыл другую вкладку, где в поиске картинок значилось «Леон Маркес». — Посмотри, — он прокрутил страницу, демонстрируя мне красивые фотографии, большая часть из которых была сделана для публикации в самых модных журналах. Но были и другие фотографии — семейные снимки, тематические.       — Хорошая работа, — кивнул я.       — Смотри, кого я здесь нашел, — Хьюго улыбнулся, прокручивая страницу ниже. Он кликнул по картинке, и она увеличилась на весь экран. Я удивленно уставился на снимок — красивая женщина со светлыми волосами, стянутыми в тугой конский хвост, в черном облегающем платье. Моя мать.       — О, он снимал ее…       — А еще я нашел это… — Хьюго перешел на другую вкладку и показал новый снимок: на нем Андреа Хейгел была совсем молодой и еще более прекрасной — с короткими светлыми волосами, в красивом белом платье, не скрывающем ее круглый живот. — Двадцать три года назад. Кажется, я даже знаю, кто внутри, — Хьюго ткнул пальцем в экран. Он улыбался, а я, как завороженный, смотрел на фото своей беременной матери. Беременной мной. — Это единственная фотосессия, где она беременная, — сообщил Хьюго.       — Неудивительно, что они не отказались от меня прямо в роддоме, — сказал я. — Весь мир знал, что она беременна… Она выглядит такой счастливой. А родился я и испортил им жизнь. Она здесь даже не догадывается, какое разочарование ее ждет.       — Мне нравится эта фотография именно потому, что здесь есть ты. Для меня это счастливый момент.       — Родился бы кто-то нормальный, может, все было бы гораздо лучше.       — Для меня ты лучшее, что могло родиться. Если бы родился кто-то другой, возможно, мы бы и не встретились. И я был бы все так же одинок всю жизнь, — сказал Хьюго. — В общем, я созвонился с Маркесом и договорился на завтра на семь вечера. Надеюсь, у тебя не было планов?       — Уже договорился?.. Почему не посоветовался со мной?..       — Это сюрприз, — Хьюго мило улыбнулся мне.       — Я начинаю думать, что не люблю сюрпризы.       — Главное, что ты любишь меня, — теперь его улыбка стала по-настоящему наглой.       — Тебе повезло, что у меня нет планов, — я милостиво согласился пойти с ним, но добавил: — Но я не хочу идти.       — Почему?       — Я буду чувствовать себя не в своей тарелке.       — Я буду рядом. Мы будем вместе. Хорошо?       Я кивнул.       — Да, хорошо.       — Пойдем в постельку? — предложил Хьюго, и я улыбнулся.       — Пойдем.       Мы приняли душ и, вытеревшись, отправились в спальню. Я не был уверен, захочет ли Хьюго секса, в нижней роли точно нет, но лично я был совсем не против, поэтому стал первым, кто из нас двоих проявил инициативу.       — После вчерашнего моя самоуверенность сильно пошатнулась… — сказал Хьюго, осторожно целуя мои щеки. Он лежал сверху, но пока не предпринимал никаких активных действий. — Ты уверен, что хочешь этого?..       Я усмехнулся, едва не засмеявшись.       — Я лежу под тобой с разведенными ногами, как еще ты можешь сомневаться?       Он потерся носом о мою щеку:       — Теперь я знаю, что это действительно больно. Как ты вообще позволил мне сделать это во второй раз?.. — спросил он, посмотрев мне в глаза. Я нежно улыбнулся, обхватывая его за лицо.       — Я тебя люблю. Мне было несложно. К тому же, несмотря на боль, это было приятно. Может, я вчера был недостаточно хорош, что тебе не понравилось.       Глаза Хьюго загорелись, стоило ему услышать заветные слова.       — Не то чтобы мне совсем не понравилось… — сказал он. — Думаю, я был слишком зажат. Нужно попробовать снова. Уверен, второй раз мне понравится больше.       — Если захочешь — повторим, — согласился я.       — М-м-м… может, прямо сейчас?.. — предложил он, слегка двинув бедрами, заставляя наши стоящие члены прикоснуться друг к другу.       — Может, и сейчас, — я улыбнулся и перевернул его на спину, оказываясь сверху. Выпрямился, усаживаясь на его бедрах, и подвигался, ощутимо потираясь о его твердый член.       — По-моему, ты что-то другое задумал… — произнес он, с восхищением оглядывая мое тело.       — Может, и другое… Ты чем-то недоволен, любимый? — спросил я насмешливо, зажимая его член ягодицами.       Хьюго судорожно облизнул губы и положил руки мне на бедра.       — Как я могу быть недоволен?..       — Растяни меня, — сказал я, протягивая ему лубрикант и слегка приподнимаясь над ним, параллельно принимаясь надрачивать свой и его члены рукой.       Хьюго выдавил прозрачный гель себе на пальцы и стал понемногу растягивать мой проход.       — Неужели тебе нравится, когда я в тебе?.. — спросил он.       — Нравится. Добавь еще один палец.       — Ты меня сегодня с ума свести решил?..       Я засмеялся:       — Ты иногда и сам кажешься таким невинным.       — Тебя это забавляет, да? — спросил он, улыбаясь.       — Да, — ответил я честно.       — Пожалуйста, делай это очень осторожно, — попросил он, вынимая из меня пальцы, когда подготовка была завершена. Я не смог подавить смешок и начал опускаться на его член, очень медленно, как он и просил.       — Достаточно осторожно? — уточнил я, приняв его в себя полностью.       — Достаточно.       — Можно я теперь буду делать что захочу?       — Можно, конечно… только осторожно, — добавил он, улыбнувшись. Я засмеялся, принимаясь раскачиваться на нем.