50 дней до моей мести (Редактируется. 4/98)

— Стив, — я закатила глаза, тяжело вздохнув. — Ты неисправим. Мы семья, понимаешь? — Стив сидел на стуле, опустив глаза в пол. — А ты ведешь себя, как маленький! — Извини, — тихо произнес музыкант. — И все-таки я ему хорошо вмазал, — усмехнулся он, поднимая на меня взгляд. — Если ты думаешь, что это смешно, то ты глубоко ошибаешься, — холодным тоном произнесла я, глядя в глаза музыканту. — Хочешь, я немного освежу твою память? Этот парень помог мне найти тебя, он рисковал своей жизнью, спасая твою, и после этого ты еще смеешь поднимать на него руку? — прикрикнула я, разводя руки в стороны. Эгоистичный, — произнесла я, едва ли не задыхаясь от ярости, — Самовлюбленный, — мой голос сорвался на хрип. — И знаешь, что? Я не поеду к твоей семье, Стив! — выкрикнула я, и заметила, как глаза парня бегло начали метаться, изучая мое лицо. — У тебя есть Беатрис, а я устала терпеть все твои выходки, — мой голос дрожал. — Ты сделал меня слабой. Я не хочу больше волноваться за тебя, не хочу бояться потерять тебя, что если ты опять вдруг исчезнешь, не хочу чувствовать боль. Я пыталась поддержать тебя, но ты отталкиваешь меня. Я…я не хочу быть твоей самой большой ошибкой. Я слишком сильно люблю тебя, но мне страшно. Мне страшно видеть то, как каждый день рушатся наши отношения, как гибнет наша любовь, — по моим щекам покатились хрустальные слезы. — Все, Стив, я сдаюсь. Судьба победила, — я в последний раз посмотрела блондину в глаза, а затем молча направилась в спальню, оставляя парня, чтобы смог переварить информацию. Placebo — Come Undone Я до сих пор не могла осознать, что только что произошло; мозг напрочь отказывался воспринимать реальность. Как только я зашла в комнату, моментально скатилась вниз, вдоль двери. Я поджала под себя ноги, и прикрыла дрожащими ладошками рот, чтобы не издавать излишних звуков; поджала губы. Почему, почему, почему? В какой момент все стало так сложно? Рефлекторно отодвигаюсь в сторону, услышав приближение шагов за дверью. — Глория, я знаю, что ты здесь, — шумно вздохнув, произнес Стив. — Я…я не знаю, что сказать. Моим поступкам нет оправдания, — его слова пробирают меня до мурашек, я всем телом начинаю дрожать из-за подступающей истерики. — Ты, может, скажешь что-нибудь? — его голос хриплый, взволнованный. — Глория? — дверь слегка приоткрылась, и я увидела краем глаза блондина. Вздох. Он опускается около меня, вытягивая обе ноги. Тишина окутала нас обоих; язык будто иссох весь, что не позволяет мне сказать что-либо. Боковым зрением вижу, как тяжело вздымается его грудь — волнуется. Его ступни двигаются в разные стороны, что немного заставляет меня смеяться, но я сдерживаюсь. Осторожно, словно боясь, что все это вдруг исчезнет, я укладываюсь ему на колени; ерзаю, стараясь занять удобное положение. Стив начинает гладить мои волосы, небрежно перебирая прядки моих каштановых волос, пропуская сквозь пальцы, играя с ними. Мое тело дрожит с каждым прикосновением музыканта. — Не плачь, пожалуйста, малышка, — тихо произносит парень, обнимая меня. — Мне больно видеть твои слезы. — чувствую, как он утыкается носом в макушку, жадно вдыхая аромат моих волос. — Ты поедешь со мной, Глория. — его слова звучали как утверждение, нежели вопрос. — И, если ты не передумаешь, не поменяешь свое мнение о нас, то я отпущу тебя. Нет, Стив, пожалуйста, не отпускай меня. Держи так крепко, чтобы кости скрипели. Я слегка приподнялась с его колен; заглядываю ему в глаза, ища ответы, но их нет. Ощущаю на своей щеке прикосновение теплых рук музыканта. Я прикрываю глаза от удовольствия, и накрываю его ладонь своей, осторожно поглаживая его разбитые костяшки. Я полностью подчинена ему, и не могу злиться долго, что гнетет меня. — Бесит, — я вздыхаю. — Меня ужасно бесит то, что я так сильна зависима от тебя, — чуть шепотом произношу я, но Стив услышал. — Одинаково. Я невыносимо сильно одержим тобой. — вздыхает блондин. — Подумать только, — он нервно засмеялся. — Я до смерти люблю школьницу. — я усмехнулась, покачав головой. Я начинаю задыхаться; мне катастрофически не хватает воздуха. Хватаю губами кислород, схватившись рукой за шею. Я нервно пытаюсь встать, но все мои жалкие попытки напрасны. Чувствую, как теряю сознание. Меня трясет, то ли от страха, то ли от нехватки кислорода. В последний раз пытаюсь встать, ухватившись за дверную ручку, но пальцы соскальзывают. Падение. — Вспышка — Стив улыбался, смотря на меня, мы переглядывались достаточно долгое время, не обращая внимания на ребят. Я поняла, что он тоже вспомнил тот вечер после того, как он отвел взгляд в сторону и тихо засмеялся. Я засмеялась в ответ. Наш смех набирал обороты, звук становился громче, заполняя собой все помещение. Окружающие непонимающе смотрели на нас, что заставляло нас смеяться еще больше. — Они помирились? — сквозь наш истерический хохот я услышала голос Джея. — Нет, но все идет к этому, — улыбнулась Мелисса. — Вспышка — Я стояла как вкопанная, не в силах сдвинуться с места. Девушка смотрела на меня своими большими глазам, цвета неба. По ее щеке скатилась хрустальная слеза; она крепко зажмурилась и встряхнула головой. Медленно начала подходить к девушке. — Я приехала, чтобы забрать тебя, — проронила я. — Ты поедешь со мной? — неуверенно спросила я, боясь отказа. — Я ждала тебя. Как маленькая девочка, я послушно ждала тебя, — дрожащим голосом произнесла Мелисса, плохо скрывая тревогу. — Я хотела тебе сказать, — она начала заикаться, и нервно теребить книжный переплет. — Я не смогла бы взять твой кулон, пожалуйста, верь мне, — слезы начали с новой силой скатываться по ее щечкам. — Я верю тебе, милая, — произнесла я, обхватывая ее лицо ладонями, смахивая большим пальцем слезы. — Верю. И я заберу тебя, — теперь уже я дала волю эмоциям. — Вспышка — — Малышка моя, — улыбается парень, его глаза заблестели от слез, — О боже… — говорит блондин и тут же оказывается около меня, обнимая, крепко сжимая в своих руках. Мы стоим так несколько минут, он просто обнимает меня, мои руки опущены вниз, я не могу простить его. Вспомнив это, глаза становятся мокрыми от слез, и я начинаю яростно колотить его по спине. — Отпусти меня! Не подходи! Не смей! Никогда! Ненавижу! — кричу я, истерика доводит меня до дрожи, но я продолжаю сопротивление.

***

      Белые, больничные стены; писк аппаратуры наводит ужас и панику. Медленно приоткрываю тяжелые веки, что дается мне с особым трудом. Перед глазами все муторно, расплывчато. В нос ударяет неприятный запах медикаментов, от чего я невольно морщусь. Мои губы сухие, потрескавшиеся в некоторых местах; во рту ужасная сухость, и горечь. Пытаюсь повернуть голову, чтобы понять, где я, но это мне не удается — мое тело будто живет отдельной жизнью, и не подчиняется мне. — Малышка, — я услышала голос блондина, и в ту же секунду почувствовала, как он коснулся губами моих пальцев. — Ты меня до жути напугала. Как ты себя чувствуешь? — его голос звучал обеспокоенною. — Пожалуйста, скажи что-нибудь, — молил музыкант. — У тебя случился нервный срыв. Ты слишком устала от всего. — Стив, — прохрипела я. — Прости меня, пожалуйста. — слова давались мне с трудом, я делала паузу, после каждого слова. — Знаешь, в последнее время я очень сильно изменилась, и я не знаю, с чем это связано. Потеряла счет дней, — чуть шепотом говорила я. — Мне действительно очень страшно. — Глория, о чем ты? — в глазах парня застыло удивление, он внимательно наблюдал за мной. — Это я должен извиняться перед тобой. Я такой идиот, малышка, прости меня. — его теплые ладони согревали мою руку, переплетая пальцы. — Я…я хочу побыть одна, — прошептала я, и одернула свою руку. — Мы совершаем огромную ошибку. Так нельзя, Стив, — прикрыла глаза, чтобы сдержать свои эмоции. — Уйди, Стив, — музыкант хотел что-то возразить, но я его перебила. — Пожалуйста, уйди. — открыв глаза, я посмотрела на парня. — Тогда, в спальне, это был просто порыв чувств, не более. Стив был в смятении, не зная, как реагировать. Моя очередь решать за нас. Мы, словно поменялись ролями: теперь я придумываю правила игры. Музыкант крепко сжал мою ладонь, не желая отпускать, но я опять одернула руку, возвращая ее в прежнее положение. Отвернувшись, я ждала, пока блондин выйдет, и это случилось незамедлительно. Услышав дверной хлопок, что, видимо, стал сигналом моему подсознанию, я снова оказалась под властью эмоций. Ни криков, ни истерик, лишь дорожки слез на моих щеках. Я просто медленно умирала. Смотрю в потолок. и представляю, что это звездное небо, усыпанное миллионами ярких бусинок. Прикрываю глаза, и мысленно стараюсь перенестись в состояние утопии. Не получается. — Как вы себя чувствуете, мисс Уилсон? — я встрепенулась, услышав голос медсестры. — Вы помните, что произошло? — Помню, — коротко отвечаю я. — Что это? — спрашиваю, увидев, как девушка собирается мне сделать укол. — Обычное успокоительное, вам, в вашем состоянии, оно необходимо. Ваш организм подвергся серьезному стрессу, — объясняла она. — Что? — возмутилась я, и начала размахивать руками, при этом выдернув капельницу. — Я не сумасшедшая! Мне не нужны успокоительные! — Я полностью здорова! — я поддалась корпусом вперед, но в ту же секунду почувствовала, как игла вошла под кожу. Мне хорошо; чувствую, как лекарство течет по моим венам, проникая в каждую клеточку. Я откидываюсь на подушку, и медленно прикрываю глаза. Слышу, как медсестра уходит, закрыв за собой дверь. Я моментально открываю глаза, и резко вынимаю иглу из вены. На прикроватной тумбе нахожу свой телефон, и набираю знакомый номер. — Алло, — мой голос дрожит, — Забери меня, пожалуйста.

***

— Господи, Глория, — дверь в палату открылась, и на пороге стоял Кристофер. — Что случилось? — парень обеспокоенно смотрела на меня, желая услышать объяснения. — Крис, пожалуйста, — я подскочила с кровати. — Помоги мне. Ты можешь меня забрать? — тараторила я, ведь боялась, что все может обернуться не в нашу пользу. — Пожалуйста, Крис. — Расслабься, дорогуша, я помогу тебе, — ухмыльнулся парень, и кинул рюкзак на кровать. — Здесь твои вещи, как и договаривались. Кстати, твоего блондина там не было, дверь открыла какая-то девушка. Ммм…Беатрис, кажется. А она хорошенькая, — выгнув бровь, произнес парень, но я смерила я строгим взглядом. — Но не лучше тебя, дорогуша, — он засмеялся. — Собирайся, а я пойду договорюсь с врачами. Я начала спешно переодеваться, уж очень надоела мне эта больничная пижама. Переодевшись в джинсы и толстовку, я перекинула рюкзак через плечо, и вышла из палаты, попутно оглядываясь, и тут же столкнулась лицом к лицу с Крисом. Словно завороженная, смотрю в его небесно-голубые глаза, с темно-синим отливом дуги, и сразу вспоминаю Мелиссу. — У вас с Мелиссой глаза похожи, — произнесла я, улыбаясь. — Цвета океана и морской пены. — парень ухмыльнулся, отводя взгляд в сторону. — А у тебя глаза василькового цвета. Я люблю эти цветы, — хрипло произнес парень. — Но мы здесь не генетику обсуждаем, дорогуша, — взяв меня за руку, он потянул меня по коридору, направляясь к выходу.

***

Марион, штат Иллинойс. Машина плавно подъезжает к большому особняку, шурша колесами по щебню обочины. Я не осмеливаюсь выйти, да и заговорить, в общем-то, тоже. Вжалась в сидение, обтянутое белой кожей. — Спасибо, Джек, — Кристофер достает несколько, идеально-ровных, купюр, и протягивает мужчине. — Извини, что потревожил так поздно. Жене привет, — он улыбнулся, и вышел из машины, после чего любезно открыл мне дверь, и протянул руку. Зайдя в дом, я сразу же окунулась в атмосферу прошлого, вспомнив, как впервые оказалась здесь. Вспомнила все, что случилось со мной за несколько дней пребывания здесь. Я прошла вперед, и коснулась подушечками пальцев обеденного стола. Прикрыла глаза, вспоминая один из вечеров. - Спасибо за ужин, спокойной ночи, — промолвила я. Хмельная, от третьего бокала вина, я встала из-за стола и, вальяжной походкой, направилась в спальню. Только я хотела дойти до двери, как крепкая рука схватила меня за запястье, и прижала к стене. — Спокойной ночи, Аманда, — промурлыкал Ник мне на ушко, поправляя сбившуюся прядь моих волос. Горячие дыхание парня, я ощутила всем телом, от чего ноги слегка подкашивались. Шатен отстранился от меня и спустился вниз по лестнице, я же, потрясенная его поступком, отправилась спать, сон настиг меня очень быстро, видимо алкоголь сделал свое дело. — Ты голодна? — послышался голос Кристофера, — Прими душ, ты, наверное, устала после дороги, а я разогрею тебе что-нибудь. Да, кстати, ты же помнишь, где твоя комната? — он улыбнулся, а я кивнула. Я поднялась на второй этаж, и прошла в спальню, где когда-то жила. Ничего не изменилось, что меня очень сильно обрадовало. Откинув рюкзак, я прошла в душ; скину с себя всю одежду, которая кучкой осталась лежать у моих ног. Теплый душ помог мне расслабиться, но, кажется, я еще сильнее ощутила озноб. Обернувшись махровым полотенцем, я вышла из ванной; на кровати лежала футболка Криса. Улыбнулась. Я достала дневник, и уселась по-турецки. Дорогой дневник! Знаешь, в последнее время много чего произошло, и мне кажется, что я эгоистично веду себя, по отношению к окружающим. Знаешь, дневник, я настолько отчаялась, что мысль о том, правильно ли я сделала, что осталась жива, не отпускает меня. Может, лучше покончить с этим? Сегодня я сорвалась. Сколько еще будет таких срывов? Два, три? Может, пять? Не знаю. Я должна продолжить тренировки. Я должна быть сильной. Осталось совсем чуть-чуть, и мы встретимся, Аманда. Скоро начнется новая жизнь, в которой больше не будет Глории Макфинн. Осталось 12 дней. Глория. Я откладываю дневник обратно в рюкзак, и сворачиваюсь клубочком, обхватив себя руками. Мне плохо. Все мое тело дрожит. — Ты идешь кушать? — я слышу голос Криса, но я настолько устала, что не в состоянии что-либо ответить. Слышу приближение шагов; парень осторожно укрывает меня одеялом, подоткнув его под меня, а затем, выключив свет, выходит, прикрыв за собой дверь. — Спокойной ночи, Глория, — последнее, что я слышу, перед тем как уснуть.