50 дней до моей мести (Редактируется. 4/98)

Все будет не так, как мы решим. Все будет тогда, когда мы решимся. Омар Хайям.

Утро. Солнечные лучи украдкой пробираются сквозь занавески, игриво переливаясь на моих каштановых волосах, рассыпанных на пуховой подушке. Я поежилась от холода, и потеплее укуталась в одеяле, накрывшись с головой. Чувствую, как мое тело содрогается - признак температуры. Мое тело неприятно ломит, чувствуется озноб. Обхватываю себя руками, в попытке согреться, но все безуспешно. Я продрогла, как осиновый листочек. Это кровать слишком велика для меня одной; ужасно хочется, чтобы Стив был рядом — вечная дилемма. Когда он рядом, то я отталкиваю его, когда его нет — плачу, и хочу, чтобы вернулся. Я приподнимаюсь в кровати, слегка опираясь на локти, и сажусь, обхватив колени руками. Футболка Кристофера едва прикрывает мои стройные бедра; я оттягиваю ее, прикрывая обнаженные участки тела. Я вздрогнула, услышав стук в дверь. — Войдите, - сказала я, прочистив горло, и накинула на себя одеяло. — Доброе утро, — улыбнулась я краем губ, увидев на пороге Кристофера, держащего в руках поднос; усмехнувшись, я откинулась на подушку, прикрывая ладошками лицо. — Я подумал, раз Вы не соизволили почтить нас своим присутствием, то, быть может, вы окажете нам честь, и примете этот скромный презент? — галантно произнес парень, не скрывая своей улыбки. — Спасибо за Вашу радушную помощь, сударь, — произнесла, занимая удобное положение в кровати, и только потом увидела, что за ногами парня прячется девочка. — Привет, малышка, — улыбнулась я, а девочка схватила Кристофера за штанину, сжимая тканную материю маленькими ручками. — Извини, Ави практически не разговаривает с людьми, врачи сказали, что это психологический барьер. - начал объяснять парень, в то время, как я не могла отвести взгляд от малышки. Авелия выглядела очень ухожено: белокурые волосы были заплетены в косички, платье, нежно-розового цвета, было выглажено, а на ножках были надеты белые гольфы. Одной ручкой она прижимала к себе плюшевого мишку, словно боясь, что его отнимут. Я улыбнулась девочке, пытаясь показать, что не причиню ей вреда. Кристофер прошел вперед, после чего поставил завтрак мне на колени. Я отломила кусочек тоста, о обмакнула его в малиновый джем. — Ты не звонил мне, давно вы приехали из Германии? — спросила я, делая глоток апельсинового сока. — Ты же понимаешь, что теперь являешься частью нашей семьи?! — я нахмурилась, почувствовав неприятную горечь в горле. — Извини, я был слишком занят, — ответил Кристофер, и взял малышку на руки, усадив ее у себя на коленях. — Сейчас, для меня самое главное - счастье моей принцессы, - он поцеловал ее в пухленькую щечку, на что девочка хихикнула. — Что с тобой, тебе плохо? — он нахмурился, изучая мое скривившееся лицо. — Я...я что-то себя неважно чувствую, — произнесла я, отставляя поднос в сторону. — Ничего серьезного, Крис, — почувствовав подступающую тошноту, я подскочила с кровати, и забежала в ванную. Опустошение желудка — всегда неприятный процесс. Умывшись, я оперлась руками о края раковины; шумно дышу, и каждый вдох отдается пронизывающей болью. По коже проходится целая армия мурашек, от чего я невольно вздрагиваю. Спутанные каштановые локоны обрамляют лицо, прикрывая большую часть. — Ничтожество. Ты такая жалкая, Макфинн, — я усмехнулась, глядя на свое отражение в зеркале. - Перестань жалеть себя, — прошептала я, склонив голову. Я дрожала; озноб все сильнее давал о себе знать, сковывая мое тело. Заправляю пару прядок за ухо, и, собравшись с мыслями, выхожу из ванной. Я опираюсь о дверной проем, скрестив ноги; мой взгляд прикован к полу. Стыдно, что Кристофер в который раз видит меня уязвимой; хочется провалиться сквозь землю. — Ты, случайно, не беременна, дорогуша? — Кристофер нахмурился, осматривая меня, я лишь отрицательно покачала головой, поджав губы. — Я отвезу тебя в больницу, и это не обсуждается. — строго сказал он. — Идем, принцесса, тете Глории нужно переодеться. И да, заедем в пару магазинов, и в салон, пусть сделают что-то с этой соломой. — добавил он, и вышел. — Спасибо, - тихо прошептала я. Я беру свою одежду, и направляюсь в душ; теплая вода помогает моему телу расслабиться, и пробуждает его ото сна. Чувствую, как я согреваюсь, от чего мне становится легче. Кажется, будто с каплями воды, стекающими по телу, и уходит вся моя усталость и боль. Я намыливаю мочалку гелем для душа; он пахнет яблоком и корицей. Жаль, что я не смогу стереть грязь с души, как это происходит с телом. Обернувшись полотенцем, я прошагала в комнату, на ходу распуская волосы из пучка. Я вздрогнула, услышав сигнал телефона; достала его из рюкзака. Руки задрожали, когда на дисплее высветилось имя абонента. «Няньколюб» — Прости, Стив, — я зажмурилась, и сбросила вызов. — Не в этот раз, — отложила телефон в сторону. Переодевшись, я расчесала волосы, и оставила их распущенными, слегка взбив пальцами, чтобы придать им некий объем. Я спустилась вниз, и облокотилась о стену, наблюдая; Кристофер помогал одеться Авелии, осторожно просовывая маленькие ручки в рукава кофточки. Мои губы растянулись в улыбке. — Я очень сильно тебя люблю, мое солнышко, — парень поцеловал малышку в носик. — Моя принцесса, — он осторожно взял ее маленькие ручки в свои, целуя каждый пальчик, на что Авелия радостно засмеялась. — А...эм, Глория, - Кристофер замялся, увидев меня. — Ты давно здесь стоишь? — его лицо стало серьезным. — Да, — я продолжала улыбаться. — Это было потрясающе, почему ты не можешь всегда таким быть? — спросила я, зная, что вряд ли услышу ответ. — В этом доме я устанавливаю правила, дорогуша, — выгнув бровь, произнес Кристофер. — Давай в машину, — в приказном тоне ответил он. — Может, именно поэтому у тебя нет семьи? — серьезно произнесла я. — Не все любят, когда им приказывают, мистер-сама-серьезность. — хмыкнула я, и прошагала к выходу. Свежий воздух хлынул прямо в лицо, развивая прядки моих каштановых волос они назойливо липли к лицо, но это ничуть не напрягало меня. Прикрыла глаза от удовольствия, глубоко вдыхая кислород. Машина Кристофера была припаркована к дому; в следующую секунду появился и мистер-сама-серьезность-я-люблю-приказывать. Парень держал Авелию за ручку, и вел к машине; он усадил малышку на заднем сиденье, пристегивая ее ремнем безопасности, после чего открыл переднюю дверь, со стороны пассажира. — Тебе нужно особое приглашение, дорогуша? — с его уст сорвалась насмешка. — Слушай, я не собираюсь нянчиться с тобой, ты уже не маленькая, давай в машину, — я перевела взгляд на малышку, она непонимающе смотрела на меня, в ее взгляде читалось смятение. — Только ради Авелии, — прошипела я, и села в машину. — Исключительно ради нее. — Ну, конечно, — язвительно ответил Кристофер, ухмыляясь, и захлопнул дверь. — Ради нее, — он сел со стороны водителя. Машина плавно начала отъезжать от дома, шурша колесами по щебню обочины. Я откинулась назад, и скрестив руки на груди, стала наблюдать за пейзажем в окне; сейчас, мы с Кристофером больше походили на среднестатистическую молодую пару. Краем глаза наблюдаю за парнем: одна рука его лежит на руле, а вторая беспечно около коробки передач. На лице Криса, как всегда, нет никаких эмоций. Его взгляд был прикован к дороге, о чем он думал, остается лишь догадываться. — Извини меня, — послышался голос Кристофера, с некой хрипинкой. — Я был не прав. — И ты меня, - ответила я, пораженная поступком парня. — Но, тебе и правда следует вести себя более мягче, по отношению к другим, ведь...ты не на работе, понимаешь? Дома не нужно играть начальника, Крис. — я обернулась, хотелось смотреть ему прямо в глаза. — Давай я сам разберусь? — произнес он, но уже более спокойно. — Я поступаю, как считаю нужным, Глория. За меня уже один раз решили, и что? Теперь Мелисса скитается с вами, а я вынужден сидеть спокойно. Знаешь, я ведь даже не знаю, как у нее дела. Она попросила меня, чтобы я не отслеживал вас. — С ней все в порядке, — солгала я, мой голос дрожал. — Она каждый день о тебе говорит, и знаешь, она счастлива, правда, — зажмурилась, стараясь держаться уверенно. — У нее есть молодой человек, и, кажется, у них все серьезно. Его зовут Алекс. Он очень хороший, просто замечательный, ей с ним хорошо. — продолжала лгать я. — Да? Переда ей, что я очень сильно люблю ее, и скучаю. И знаешь, я ведь ничего не имею против твоих друзей, они хорошие ребята. Они же музыкой занимаются, да? — он обернулся, чтобы посмотреть на меня, я кивнула. — Я бы мог устроить им прослушивание. Серьезно, Глория, поговори с ними об этом. Я бы мог предоставить вам жилье, ты подумай над этим. — Я подумаю. И да, я передам ребятам, но пусть они сами решают, хотят они этого, или нет. — вздохнула я. — Слушай, я бы хотела сказать, ну, до того, как мы приедем в больницу. — я начала перебирать пальцы, опустив взгляд. — Я не беременна, Крис...и я не могу иметь детей, понимаешь? - тихо произнесла я, и по моей щеке скатилась слеза, но я быстро ее смахнула. — Ты уверена? Послушай, я отвезу тебя сейчас в лучшую клинику, чтобы сделали полное обследование, хорошо? Я просто отказываюсь в это верить, ты же молодая девушка, нет, это должно быть ошибка. — он напрягся. Было очень трудно продолжить этот разговор; отвернувшись, я продолжила смотреть в окно. Всю оставшуюся дорогу мы ехали в тишине, даже малышка Ави не проронила ни звука. Правильно ли я поступаю, что не говорю Кристоферу об аварии? Не знаю. Правильно ли я вообще поступаю в этой жизни? Не знаю, я не знаю. — Так и будешь сидеть? — Кристофер открыл мне дверь, и протянул руку. — Глория? — я даже не заметила, как мы подъехали к больнице. — Я...я просто задумалась, прости, — произнесла я, встряхнув головой, отгоняя назойливые мысли. — Да, я задумалась, — пыталась оправдаться я. Парень задумчиво покачал головой; я позволила помочь ему выйти мне из машины. Шумно выдохнула, остановившись у входа в больницу. Страшно, если диагноз подтвердится второй раз, в чем я практически уверена, но еще продолжаю надеяться на чудо, то я вряд ли смогу выдержать этот удар. По всему помещению витал противный запах медикаментов, люди в белых халатах еще больше вызывали панику. — Значит, с врачом я договорился, вот твои документы, Аманда Уилсон, — он отдал мне папку с бумагами. — Да, я лазил в твоем рюкзаке, дорогуша, — добавил он, будто бы прочитав мои мысли. — Ну, что? Я же знаю, что ты бы забыла про них. — он закатил глаза, и ведь действительно, я про это совсем забыла. — Тебе в 209 кабинет, это прямо по коридору, и вверх по лестнице, в отделение гинекологии, а нам с Ави нужно на прием. — он улыбнулся, и взяв малышку на руки, ушел. Поднявшись на второй этаж, я не сразу нахожу нужный кабинет, но после неудачных попыток, мне все же удалось это сделать. Я стою около двери, и еще несколько минут не решаюсь зайти, чем вызываю недовольство у людей, которые также пришли на прием. — Здравствуйте, можно? — постучавшись, я слегка приоткрыла дверь, после чего прошла в кабинет. За столом сидела приятная молодая женщина, заполняющая какие-то бумаги, но, увидев меня, она встрепенулась, и отложила их в сторону. Женщина приветливо улыбнулась, и указала на кушетку. Интересно, сколько Кристофер ей заплатил, что она она так напущено улыбается? Или, быть может, у нее просто челюсть свело? — Посмотрим, что тут у нас, — она начала изучать историю болезни. — Аманда, проходите за ширму, раздевайтесь. — произнесла она, задумчиво всматриваясь в бумаги. — Хмм...странно, — она принялась заполнять бумаги, а я прошла обратно на кушетку. — Я выпишу вам направление, где вы должны будете сдать необходимые анализы, после чего жду вас у себя в кабинете. Потрясенная, я вышла из кабинета; история повторяется. Сейчас я сдам все анализы, пройду обследование, чтобы еще раз услышать это страшное слово. Бесплодие. Я присела на скамью в холле, ожидая результатов анализов. Время тянулось мучительно долго; получив их, я вернулась обратно в кабинет. — Что все это значит? — я нахмурилась, и протянула женщине бумаги. — Я не понимаю, — я была на грани срыва. — Да, все верно, — улыбнулась женщина, посмотрев на меня. — Я вас поздравляю, Аманда. Ваш диагноз был ошибочным, врач, который вам его поставил, ошибся. Мне жаль, что вам пришлось пережить это, но вы здоровы. Забрав документы, я на ватных ногах вышла из кабинета, все еще не веря своим ушам. Нет, этого не может быть. Это шутка, да? Если это так, то шутка очень глупая и жестокая. Я сползла вниз по стене, сгибая ноги в коленях. Откидываюсь назад, и закрываю глаза, не боясь, что выгляжу глупо. Господи, Господи, Господи...Неужели это происходит со мной? Собравшись с мыслями, я решила изучить свою карточку. Здорова. По моим щекам потекли слезы. Слезы радости, отчаяния, боли, счастья, любви, если такие, конечно, существуют. Я начала глупо улыбаться, при этом не переставая плакать. В душе будто бы что-то перевернулось. Я обрела радость, смысл жить. После дождя всегда появляется радуга, и, кажется, мой дождь прошел. Я уверена, что все наладится. Встав с пола, я еще раз зашла в кабинет, чтобы окончательно убедиться. — Извините, я правда совершенно здорова? — уточнила я, не скрывая своей улыбки. — И у меня могут быть дети? — Ну, разве, что вы немного простужены. Да, вы абсолютно здоровы, — улыбнулась женщина; попрощавшись, я вышла из кабинета. По моим щекам скатываются хрустальные слезы, исчезая на дрожащих губах. По всему телу прошлась волна электрического тока, затем вторая, но более сильная, даже захлестывающая. Стою, и улыбаюсь сквозь слезы. Мое сердце начинает биться чаще. Удар. Удар. Удар. Инстинктивно прикладываю ладони к животу, поглаживая его. Это будет наша со Стивом принцесса, разделенная нашими жизнями. Я побежала вниз по лестнице, и заметила около регистратуры Кристофера, заполняющего какие-то бумаги; Авелия сидела на скамье, болтая ножками воздух. — Крис, Крис, Крис! — кричу я, и бегу со всех ног по коридору. — Спасибо, спасибо, спасибо! — парень не успел понять, что произошло, как я запрыгнула на него, едва ли не повалив на пол. — Господи, Кристофер, если бы не ты, — тараторила я, повиснув на парне. — Диагноз был ошибочным, понимаешь? Я совершенно здорова! — начала заливисто смеяться, радуясь, что все обошлось. — Спасибо, — прошептала я, и отошла в сторону. — Я, конечно, знал, что ты меня хочешь, но не в больнице же, дорогуша, — его губы растянулись в ухмылке, в этот момент послышался сдержанный смешок медсестры за стойкой. — Очень смешно, да? — наигранно произнес Кристофер, оборачиваясь к девушке. — Ну, и что мы не смеемся? — продолжил он, и девушка опустила виновато глаза вниз. — Ну, чем займемся? — спросила я, улыбаясь. — Кажется, что я могу сейчас горы свернуть, — я стерла рукавом толстовки слезы с лица. — Правда я немного простудилась, но это ерунда, мелочь. — Тебе понравится, дорогуша, — произнес парень, после чего обернулся к малышке. — Иди ко мне, мое солнышко. — Кристофер протянул руки к девочке, чтобы взять ее на руки.

***

Arctic Monkeys – Old Yellow Bricks — Тебе помочь, дорогуша? — послышался голос Кристофера. — Ты только скажи, — кажется, он ухмыляется. — И не мечтай, ты сможешь увидеть мое тело только во сне, — отвечаю я, и поправляю ворот куртки, а затем отодвигаю шторку примерочной, и выхожу на подиум, демонстрируя парню свой образ. Я иду легкой и уверенной походкой, слегка покачивая бедрами из стороны, в сторону. Мне нравится мой образ: узкие джинсы идеально облегают мои худые ноги, свободная белая футболка, и байкерская куртка косуха, которая делает образ более смелым и дерзким. — Я прекрасна, — произнесла я, глядя на свое отражение в зеркале. — Тебе нравится? - обратилась к Крису. — Мда, от скромности не умрешь, дорогуша, — парень закатил глаза. — Но мне нравится твой вкус. — произнес он, расположившись на мягком пуфе, скрестив руки у себя на груди. — Покрутись, — его слова звучали как приказ, нежели просьба, и я выполнила его. Покрутившись, я подошла к стенду с солнцезащитными очками, и начала примерять их, экспериментируя с разными формами. Кривлялась около зеркала, забавно пританцовывая под музыку. Я чувствую себя живой. Беру мужские, следом детские очки, и направляюсь к Кристоферу. — Я думаю, что эти тебе подойдут. — он нахмурился, примеряя очки. — Не будь занудой, Крис, — наигранно обижаюсь. — А это для тебя, малышка, — я аккуратно протягиваю очки Авелии, сидящей рядом с парней, и играющей с куклой, и она надевает их, радостно улыбаясь. — Ну, разве это не прекрасно? Давай, Крис, улыбнись ради своей дочери, ей будет приятно. — добавляю я, и парень улыбается. — Совсем другое дело, — я улыбаюсь, и ухожу в примерочную. Надеваю платье с ярким, цветочным принтом; оно идеально подчеркивает мою талию, пышная юбка делает ноги визуально длиннее, вытягивая силуэт, а вырез на спине подчеркивает мою утонченность. Я обуваю босоножки на высоком, но устойчивом каблуке, беру кожаную куртку, придерживая ее двумя пальцами около плеча, и выхожу из примерочной. — Сколько же стоит это все? — спрашиваю я Кристофера, который дурачится с Авелией. — Может, не стоит так тратиться на меня, мм? — и правда, я настолько увлеклась, что забыла о стоимости этих вещей. — А ты думай, что я твой старший брат, который очень сильно любит свою сестренку, — улыбнулся Кристофер. — Ты же сама сказала, что мы семья, помнишь? Поэтому два топа, которые тебе приглянулись, мы тоже возьмем, — произнес Крис. — Спасибо, спасибо, спасибо! — я радовалась, словно маленький ребенок, и ведь действительно, все начинало налаживаться. — Ты самый классный брат! — убегаю обратно в примерочную, и забрав свои вещи, аккуратно складываю их, и отдаю Кристоферу. — Я хочу остаться в этом платье, ты же не против? — Нет, конечно, нет.

***

Мы подъезжаем к салону, где мне должны будут сделать укладку и макияж. За всю дорогу мы не обмолвились ни единым словом, что угнетает меня. Неужели он всегда такой? Или, быть может, просто не хочет со мной разговаривать? Обернувшись, я заметила, как малышка уснула, свернувшись клубочком на заднем сидении, крепко обняв маленькими ручками куклу. Невольно улыбнулась, наблюдая, как мило морщится ее носик во сне. Поверить не могу, что когда-нибудь и у меня будет такое чудо. — Крис, я пойду в салон, а ты отвези Авелию домой, она устала, — прошептала я, стараясь не разбудить девочку. — Моя принцесса, — улыбнулся парень, взглянув на малышку, через зеркало заднего вида. — Хорошо, я быстро, — также шепотом произнес он, и потянувшись в карман своих джинс, достал бумажник, извлекая пару купюр. — Этого должно хватить, — я неуверенно взяла деньги, после чего вышла из машины, и пошла в салон. Я стою напротив зеркала, и любуюсь проделанной работой. Невероятно! Слегка касаюсь пальцами свои волос, осторожно перебирая прядки. Они мягкие на ощупь, словно шелк, да и цвет стал более насыщенным. Они мягкими локонами спадают с плеч, перекинутые через левое плечо, и слегка приподнятые на затылке. Мои ресницы покрыты легким слоем туши, а губы накрашены алой помадой, что гармонично сочетается между собой. Расплатившись, я выбегаю из салона, и нахожу на парковке машину Кристофера. Парень стоит около пассажирской двери, облокотившись. — Ну, как я тебе? — довольная, я покрутилась перед парнем, демонстрируя ему свой образ. — Правда здорово? — улыбнулась. — Ты не сказала мне, — с презрением произнес Кристофер, поднимая на меня свой взгляд. — Почему ты мне не сказала, что Стив не знает об этом? Никто не знал, что ты здесь, — в его голосе звучит гнев и обида. — Ты, может, объяснишь, что это все значит? — шумно вздохнув, он открыл дверь машины. — Садись, — поколебавшись пару секунд, я села покорно села в салон. — Все слишком сложно, Крис, — произнесла я, когда парень сел в машину. — Понимаешь, у нас со Стивом... — прикрыла глаза, и откинувшись на сидение, начала рассказывать парню, что произошло между мной и Стивом. Крис молчал, внимательно вслушиваясь в каждое мое слово, будто делая выводы. С каждым словом, в душе будто происходило опустошение. Словно по кусочкам разбирали пазл, который я так отчаянно собирала в единую картину. С одной стороны, я понимала, что смогу довериться Крису, и не быть осужденной за свои поступки, действия, мысли. — Прости, что не сказала тебе сразу. Крис, я обязательно уеду, возможно, даже завтра. Мне правда нужно было тебя увидеть, хотела убедиться, что у тебя все в порядке, да и мне хотелось развеяться, я слишком устала от всего этого. — прикрываю лицо руками. — Каждый раз очень больно тебя терять, — произнес парень, и посмотрев на него я увидела, как он крепче сжал руками руль. — Ты можешь жить в моем доме столько, сколько хочешь, и это не обсуждается, Глория, — повисла тишина, которая уже изрядно начинала надоедать. — Стив сказал, что с тобой, или без тебя, но он сделает то, что задумал. И сейчас он в Спрингфилде. — Стив, Стив, Стив, — я подогнула под себя колени, поставив ноги на сидение, и запустила пальцы в волосы. — Хватит, Крис! — прикрикнула я. — Сейчас я с тобой, мы разве не можем провести время вместе? Как друзья. Завтра я вернусь обратно в Тексаркану, и проблемы рухнут на меня горой, но сегодня... — делаю паузу. — Сейчас...мне хорошо, я хочу отдохнуть. Ты - нейтральная сторона. Вернусь к Стиву - скандалы, приеду опять в Тексаркану - проблемы. И даже не смей спрашивать, что я делала в Атланте. — пригрозила я, увидев, как парень попытался что-то спросить. — Давай сходим вечером куда-нибудь? Как друзья. Обещаю, приставать не буду, — отшутился он. — Ммм...в ресторан, например. — Друзья? — спросила я, протягивая ему мизинец. — Друзья, — улыбнулся он, скрепляя наши пальцы, — Слушай, я обещал Авелии сводить ее в парк сегодня, хочешь с нами? Она, наверное, уже проснулась. Конечно, это могла бы сделать и гувернантка, но Ави никак не хочет проводить с ней время. Представляешь, один раз пришлось ее брать на деловую встречу, — я заметила, что когда парень отзывался о малышке, его глаза блестели. — Да, было бы здорово, — произнесла я, и уже было начала выходить из машины, как Кристофер остановил меня, и выйдя из автомобиля, галантно открыл передо мной дверь, подав руку. — Благодарю Вас, сударь, — наигранно произнесла я, улыбаясь. Как только мы прошли в дом, я поспешила сесть на диван, и снять туфли — уж сильно устали ноги; конечно, когда твоя повседневная обувь - кеды, то о чем может идти речь? Я начала шевелить пальчиками ног, стараясь размять их. Крис прошел на кухню; встав с дивана, я прохожу за ним. Мой желудок уже свернулся в морской узел от голода. Сажусь на барный табурет, и подпирая голову руками, наблюдаю за действиями Кристофера. — Не сходишь посмотреть, как там Авелия, пока я приготовлю нам обед? — попросил Крис, орудуя у плиты, я, не ответив, поплелась на второй этаж. Остановившись у одной из спален, я заглянула внутрь, и не ошиблась - комната Авелии. Удивительно, я словно попала в сказочный мир: множество фарфоровых кукол стояло на полках, плюшевые игрушки, детский столик для чаепития, рисунки на столе. Я тихонько прошла к кроватке малышки; девочка спала, мило посапывая носиком. Подоткнула одеяло, и осторожно провела по волосам, убирая их с лица. Авелия приоткрыла сонные глазки, от чего я растерялась. Малышка потянулась в постели, и вяло улыбнулась, протягивая ко мне свои маленькие ручки. — Иди сюда, малышка, — произнесла я, взяв девочку на руки. — Пойдем, — я спустилась по лестнице, ласково поглаживая ее по голове. — А мы уже проснулись, — обратилась я к Кристоферу. — Папочка, — пролепетала Авелия, от чего парень выронил стакан из рук. — Па, — снова повторила Авелия, протягивая свои ручки к Кристоферу, но он словно остолбенел. Лицо Криса стало до ужаса бледным; я еще никогда не видела его таким растерянным, казалось, он всегда был очень собранным, и организованным. Знал, что нужно делать в любой ситуации, но сейчас, он оказался беспомощным мальчиком, и я не могла понять, с чем это связано. — Просто...она впервые назвала меня так, — уточнил Кристофер. — Я...я не был готов еще к этому, — растерянно бормотал он. Улыбнувшись, я осторожно подошла к нему, передавая малышку; девочка обвивает ручками его шею, прижимаясь к Кристоферу. Я начала осторожно собирать осколки битого стекла, стараясь не пораниться. Стекло. Такое хрупкое, как и сердце. Оно может разбиться, достаточно лишь сказать человеку что-то не то, например, " Я не люблю тебя ". И все, человек умер. Нет, конечно же не в прямом смысле, но человек уже не будет прежним. Конечно, появится тот, кто будет собирать израненное сердце по кусочкам, как детальки лего, но вот одна деталь, самая маленькая, все равно затеряется. Про нее все забудут, ведь она такая маленькая, незначительная, крошечная. Но именно эта чертова деталь и является самой важной. Кричу, не боясь сорвать голос; осколки больно вонзаются мне в кожу. Я не понимаю, что происходит; разум затуманился. Смотрю на свои ладони; капли алой крови сочатся, струйкой стекая вниз по моему запястью. Мое тело дрожит. Кажется, я начинаю задыхаться от слепящей боли. Я приподнимаю руку вверх, переворачивая кисть в воздухе, так, что кровь начинает еще больше стекать по запястью. Снова это состояние; будто в замедленной съемке. Не помню, в какой момент рядом оказался Кристофер. Или он всегда был рядом? Он забирает осколки из моих рук, затем, крепко сжимая запястья, подставляет мои руки под холодную воду, промывая раны. — Глория, — Крис попытался привести меня в чувства. — Глория, слышишь меня? — его рука коснулась моего лица, сосредотачивая все внимание на нем. — Глория? — я кивнула. Кристофер начал обрабатывать рану, промывая перекисью и прижигая зеленкой, после чего перебинтовал ладонь. Не поняла, что это было. Срыв? Истерика? Что? Стыдно, что Крису пришлось увидеть это. Мало ему своих забот? Еще я свалилась на его голову. Я прошла на диван в гостиной, и свернулась клубочком, обхватив за запястье забинтованную руку. Это снова произошло. Почему я такая слабая? Почему? Почему? Почему? — Крис, — прохрипела я. — Прости меня, пожалуйста. Давай сегодня останемся дома, не очень бы хотелось идти куда-то в таком состоянии, — понимала, что поступаю гадко, но развлекаться, зная, что Стиву сейчас также плохо, было бы неправильно. — Извини, что побеспокоила тебя. Вы, если хотите, можете сходить в парк, ничего страшного, я побуду одна. Боже, мне так стыдно. — За что ты извиняешься, дорогуша? Может, помогать тебе - моя обязанность? Вспомни, как ты на этом самом же диване лежала, когда пыталась покончить с собой. Я помню, — он усмехнулся. — Значит, сходим с тобой в другой раз, а с Авелией я схожу завтра, не очень хочу оставлять тебя в таком состоянии. Как давно это с тобой? — Я не знаю, Крис, я не знаю.

***

Я переоделась в футболку Кристофера, я спустилась на кухню; мне гораздо лучше. В помещении витал приятный аромат выпечки. Тихонечко подкралась, чтобы парень меня не заметил, и села на барный табурет, наблюдая за ним. Удивительно, как легко и ловко он справляется с готовкой. Интересно, он все умеет? Как он это делает? Казалось бы, за что он не возьмется, у него сразу все получается. Улыбнулась, представляя, каким хорошим отцом он будет для Авелии; ей невероятно повезло. — Давно ты здесь, дорогуша, — не отрываясь от своего занятия, произнес парень. — Можешь порубить чеснок? — Кристофер подал мне доску, и пару головок чеснока. — Ты увлекаешься кулинарией? — спросила я, взяв один зубчик чеснока, и надавив на него лезвием ножа. — Что? — спросила я, увидев недоумение парня. — Так чистить проще. Смотри, я слегка надавливаю лезвием ножа, от чего кожура легко снимается, да и вкус становится более насыщенным. — я улыбнулась. — Да, я люблю готовить. Знаешь, я с детства хотел стать поваром, но, видимо, судьба решила все иначе, — он усмехнулся. — Поговори со мной. — После смерти родителей нас воспитывал дядя, — начал он. — Он, почему-то, был очень уверен, что я должен пойти по стопам отца. У моего отца были "грязные" деньги, понимаешь, чем он их зарабатывал? Ему ничего не стоило убирать людей, готов был по головам пойти, ну, вот и мама поплатилась жизнью, за его ошибку. Дядя Ричард помог мне с документами. Знаешь, эти толстосумы считали, что я развлекаюсь, и ничего не понимаю в их делах, — он усмехнулся, и на секунду замолчал. — Я понимал, что на деньги дяди Ричарда мы едва сводим концы с концами, и именно мне приходилось содержать семью и дом. Конечно, в это время мои сверстники наслаждались жизнью. Было трудно "отмыть" весь бизнес от "грязи", но, как видишь, мне удалось. — У меня есть право на еще одни вопрос? — Сегодня, что, день откровений? — он сел передо мной на барный табурет, скрестив руки. — Спрашивай. — У тебя...эм...когда-нибудь была девушка? — поинтересовалась я. — Ну, разве, что на одну ночь, — утвердил парень. — Ой, да брось, Мелисса сделала из меня монстра. Думает, что у меня холодное сердце. На самом деле все гораздо проще, чем ты думаешь. Я не заводил отношения, потому, что боялся, вдруг моя Мелли начнет ревновать? Всегда была Мелисса на первом месте. Не мог же я оставить ее одну, и завести семью?

***

Взяв дневник, я вышла на террасу, и села на плетеный стул, сложив ноги по-турецки. Кажется, собирается дождь. Небо хмурится, и туманится; ветер очень холодный, что заставляет меня поежится. Дорогой дневник! Я снова это сделала. Снова. Сбежала от своих проблем, от людей, которых я люблю больше жизни, от себя. Но, это ведь не решение всех проблем? Правильно, нет. Я сама все усложняю. Думаешь, дневник, Кристофер так хотел за мной ехать? Преодолеть столько километров? Да он просто не смог мне отказать. У него теперь есть дочь, и он весь в заботах. Стив, наверное, с ума сходит. Как я буду смотреть ему в глаза, когда вернусь? Нет уж, он тоже не ангел, поэтому мы квиты. Знаешь, дневник, я хочу поделиться с тобой одной маленькой радостью - мой диагноз ошибочный. Да, да, да. У меня могут быть дети. И я хочу семью. Осталось 11 дней. Глория. Мое тело дрожит от холода, но я не спешу заходить в дом; хочется насладится свежим воздухом. Я вдыхаю его. Вдох. Выдох. Чувствую, как он заполняет мои легкие. И мне нравится это. Волосы начинают прилипать к лицу, но я стараюсь не обращать на это внимание. Мне хорошо. Слышу, как кто-то подходит ко мне. — Глория, — я встала, прижав дневник к груди. — Знал, что найду тебе здесь, — Кристофер накидывает на мои плечи мягкий плед, и мне становится теплее и уютнее. — Послушай, — я молчу. — Позвони ему, — его пальцы касаются моего лица, небрежно поглаживая. — Он ждет этого. Господи, как же ему чертовски повезло. Если бы у меня был один шанс, я бы не упустил его. Но у меня не было его, — Крис отдает мне телефон, затем молча уходит. Я стою еще несколько минут, а потом решаюсь набрать до боли знакомый номер. — Алло, — произношу я, и крепко зажмуриваюсь, услышав голос музыканта. — Стив...