Vendetta

Последним оказался Хаято. Вечно грубая и раздраженная правая рука десятого Вонголы проводила большинство своего времени в личном кабинете. После ранения на задании босс категорически запретил ему заниматься чем-то кроме бумаг. Из-за заточения в четырех стенах подрывник стал еще злее и несдержаннее. Он то и дело грозился убить Ямамото или побить "тупую корову". Даже его подчиненные боялись его, и Хару воспользовалась этим. Она уже давно привыкла к взрывному характеру Гокудеры, и теперь он был ей не страшен. Девушка стала приносить ему еду и кофе, а иногда бумаги от Тсуны и других хранителей. Парень то и дело возмущался, называл ее ничего не понимающей глупой женщиной. А она лишь улыбалась ему, каждый раз одеваясь немного откровенней. И однажды, когда она в очередной раз пришла в его кабинет, то застала Урагана пьяным. Заметив ее, он, зло прищурив глаза, поманил к себе пальцем. Хранитель сидел за своим письменным столом, неподалеку от него стояла бутылка виски и стакан. "Он что, Занзаса косплеит?" – пронеслось у Хару в голове по пути к столу. Она села на угол, бросила бумаги на поверхность и скрестила руки на груди.  – Ты что, женщина, вообще оборзела? – угрожающе произнес он и в следующую секунду, нависнув над ней, повалил ее на стол. – Сколько можно испытывать мое терпение?! – Гокудера впился в ее губы, одновременно хватая за бедра и сминая их.   – Хахи? Гокудера-кун, что ты делаешь? – спросила девушка, когда подрывник наконец-то оторвался от ее губ.  – А что ты, женщина, пыталась сделать все это время? – прошептал он ей в шею и прильнул к ней губами, оставляя засос. Хару томно выдохнула, все шло не по плану, Киоко не знает, что она здесь, она не сможет увидеть то, что сейчас делает с ней лучший друг ее мужа. – А если сейчас кто-нибудь войдет? – Хару растерялась, ей нужно было остановить Хаято, но чем больше он ласкал ее, тем меньше желания оставалось.  – Плевать! – прорычал он ей в губы и снова проник в них.  Но, похоже, Хару необыкновенно везло в последнее время, потому что как только они с Хаято остались в одном нижнем белье, дверь распахнулась, и в комнату вошли не кто иные, как Киоко и Тсунаеши Савада. Мужчина, увидев всю эту картину, покраснел и смутился, а его спутница удивленно уставилась на все это действие.  – Ано, прости, Гокудера-кун, я зайду попозже, – десятый босс Вонголы, красный как рак, быстро удалился из кабинета своей правой руки, прихватив свою жену, у которой с лица так и не сходило удивление от увиденной ею картины.  – Чертова женщина! Все из-за тебя! Что теперь подумает босс?! – хранитель хотел отстранится от девушки, но та схватила его за галстук, притянула к себе и прошептала: – Какая разница, теперь-то уж нам никто не помешает. Тем более у тебя, если ты еще не заметил, небольшая проблемка в штанах, – девушка посмотрела вниз и провела по его возбужденной плоти рукой; даже через ткань трусов она чувствовала, какой он горячий.  У Хаято вырвался стон, а потом на его губах появилась недобрая ухмылка. – Ты еще пожалеешь об этом! – прорычал подрывник и набросился на девушку.