***
Тридцать один час назад. Санджи в который раз стряхнул в пепельницу пепел с сигареты, наблюдая, как огненные искры падают на дно и затухают. Скоро это случится вновь. В комнате, ощущаясь почти физически, витала зловещая аура неизбежности. Зоро, естественно, это отрицал. Конечно, он продолжал говорить, что все в порядке и что в момент приближения смерти он ничего не чувствует. Санджи даже было немного интересно, что же случится в следующий раз. Автомобильная авария? Внезапная болезнь? Возможно, для разнообразия, он мирно умрет во сне. Или это будет жуткая смерть на улице от чьего-то ножа, из-за похищения, пыток или кошмарного несчастного случая? Или Санджи, словно под заклятием, потеряет над собой контроль и лишит Зоро жизни собственными руками? Будет вынужден наблюдать как бы со стороны... Такие ситуации были самыми ужасными: блондин потом еще долго не мог спокойно посмотреть ему в глаза. Может, поймал себя на мысли Санджи, в этот раз Зоро подгадает момент и убьет себя сам? Для Санджи это было также тяжело, но, по крайней мере, воскресая, Зоро выглядел менее напряженным и более мирным. Вздохнув, Санджи потянулся и выключил телевизор. Зоро скоро должен был вернуться с продуктами для ужина, если, конечно, уже не заблудился. Однако сейчас Санджи чувствовал беспокойство, и что-то упорно заставляло его оставаться бдительным. Он немного почитал – просто чтобы отвлечься. Странно. Дни тянулись бесконечно и невероятно скучно, несмотря на то, что он жил в постоянном ожидании смерти дорогого для него человека. Ждал, когда снова, вот уже в который раз сердце этого человека вырвут из грудной клетки, а душу изорвут в клочья. Даже от мыслей о подобной перспективе что-то больно сдавливало грудь, а глаза предательски щипало, но Санджи просто не мог переключиться на что-то другое. Его раздумья прервал щелчок открывающейся двери. - О, добро пожаловать домой! – произнес он, поднимаясь с дивана и стряхивая с одежды несуществующие пылинки: Зоро было совсем не обязательно знать, что он опять себя накручивает. - А, спасибо, – ответил тот, складывая на столик сумки с покупками. Темно-коричневое пятно, которое теперь навсегда впиталось в ковер гостиной, им большей частью удалось скрыть под мебелью. Уже и не вспомнить, когда это случилось: Зоро лежал прямо тут, медленно истекая кровью, а Санджи тогда не было дома. Когда он вернулся, ему пришлось провести ночь на лестничной площадке перед дверью, в ожидании утра и возвращения Зоро из мертвых. Пятно они вывести так и не смогли. Устало вздохнув, Зоро положил ключи в стеклянную миску и кинул бумажник рядом на столик. Снова взяв сумки, он пошел на крошечную кухню, а Санджи проследовал за ним - Даже не вляпался в какое-нибудь дерьмо по дороге? – спросил блондин, перебирая купленные Зоро продукты, чтобы сложить все скоропортящееся в холодильник. - Нет, – усмехнулся Зоро. – Да я бы с чем угодно справился. Санджи ничего не ответил и только склонил голову ниже, чтобы челкой скрыть выражение своего лица. Зоро действительно был сильнейшим из всех людей, кого он знал (не считая его самого), но это никогда не мешало смерти его забирать, так что сомнения, которые беспрестанно терзали Санджи, были вполне объяснимы. - Что на ужин? - Гюдон*. Полчаса назад Санджи замочил рис в воде и теперь, засыпав его в рисоварку и поставив ее на медленный огонь, приступил к приготовлению говядины и овощей. Он сжал ладонь в кулак, царапая ее ногтями в попытке отключиться от дурных мыслей, которые назойливо кишели в его голове. Прекратится ли это когда-нибудь? Его жизнь протекала мимо, хотя когда-то он был уверен, что у него имелась и цель, и обязанности, и то, что приносило ему счастье – сейчас все это было отброшено и забыто. Теперь он следовал пути, который для него проложили, вместо того, который он выбрал бы сам. Затаив дыхание, он наблюдал, что произойдет с Зоро в следующий миг. Честно говоря, это уже стало обычным делом. Санджи знал, что в его нынешней жизни что-то было совсем не правильно – а ведь она должна иметь какой-то смысл. А он просто просиживал дни в этой квартире от смерти к смерти и ждал, когда же все закончится. А закончится ли оно вообще? Рисоварка запищала, вырывая его из раздумий, и ему даже стало неловко от того, что он снова прокручивал все это в своей голове. Зоро стоял в метре от него и ставил в шкафчик коробку с печеньем. Под футболкой играли мышцы широкой спины, по загорелой шее стекла и впиталась в ткань капля пота – в этот момент он выглядел таким сильным и живым. И даже зная, что произойдет в ближайшее время, Санджи не мог не ощутить прилив спокойствия и необъяснимой гордости, и с трудом заставил себя отвернуться, когда Зоро закончил складывать оставшиеся продукты. Тогда Санджи сделал шаг вперед и достал из холодильника упаковку с говядиной. Он разрезал пакет и бросил мясо на разделочную доску. Сделав глубокий вдох, он крепко сжал в руке рукоять ножа, заставляя себя каждой клеточкой ощутить его вес – он не мог позволить себе причинить Зоро вред. Санджи чувствовал, что именно он должен все прекратить, должен помочь, какими бы бесполезными ни казались его действия. В конце концов, Зоро был для него важен.***
На следующий вечер они обнаружили, что еды в доме опять нет, несмотря на то, что Зоро накануне сходил в магазин, и потому было решено съездить на поезде в один из районов города, где располагались неплохие рестораны и бары. Санджи нравилось отдыхать и напиваться с Зоро, хотя поездки куда-либо с ним он ненавидел, особенно когда, как сейчас, толпа вынуждала их сидеть вплотную друг к другу. Их колени постоянно сталкивались, покачиваясь в такт движению поезда; бедра, руки и плечи не прекращали соприкасаться. Санджи с трудом держал себя в руках: не потому, что в принципе не переносил контакта с людьми, а потому, что это был именно Зоро, который раздражал одним своим присутствием. Он ни разу не сказал ни слова благодарности, чтобы Санджи ни сделал, постоянно устраивал драки на пустом месте. Они абсолютно не ладили, но разойтись каждый своим путем тоже не могли – что-то неизбежно сталкивало их, связывая, независимо от их желания. В общем, Санджи нынешняя близость совсем не радовала – ему было неудобно, и он подумывал встать у поручня. Хотя отказаться от возможности побесить Зоро в отместку он не мог. Поэтому он подвинул колено влево, толкая соседа еще несколько раз, пока скучающий взгляд не стал угрюмым, а брови не сошлись к переносице. Выражение недовольства на лице Зоро удовлетворило Санджи, и он перестал дергать ногой, найдя новое развлечение в разглядывании толпы вокруг. Большинство пассажиров не отличались ничем особенным, словно их вырисовывали на заднем плане просто для того, чтобы чем-то заполнить фон. А у некоторых вообще не было черт лица, просто пустые участки, закрашенные телесным цветом. Это необъяснимое явление всегда тревожило Санджи, а потому он решил снова перевести взгляд на Зоро, который к тому времени уже заснул. Его голова склонилась на грудь, а веки подрагивали – Санджи подумал, что же ему может сниться. Может, он видел место, далекое от этой реальности, где ни один из них не испытывал давления из-за неотвратимой смертельной опасности, которая поджидала за каждым углом. Да, это был бы совсем не плохой сон. Несмотря на сильную ненависть, которую блондин порой к нему испытывал, он желал бы такой жизни для Зоро. Поезд медленно подползал к остановке, и Санджи начал потихоньку толкать Зоро в плечо. Наконец, приоткрыв один глаз, тот зло посмотрел на него: - Что? - Прибыли. Зоро потряс головой, сбрасывая остатки дрёмы, и встал, направляясь к выходу. Теперь, когда он проснулся, его лицо стало напряженным и встревоженным, и Санджи на секунду пожалел, что они не взяли билеты до конечной. Возможно, тогда они могли бы остаться здесь навечно – живые и здоровые. Хотя, конечно, он знал, что это было невозможно, даже если бы они убежали на край земли; где бы они ни спрятались, и даже если бы не двинулись с места, конец был предопределен. Глубоко вздохнув, Санджи засунул руки в карманы брюк и встал рядом с Зоро, и они вместе стали протискиваться к выходу из вагона.