«Полукровка, или Приключения Геймера»

Где-то идёт война Между добром и злом. Всем не везёт, а нам, Кажется, повезло. Видно, в особый час Кто-то составил план: Взял и придумал нас, И поместил в роман.

***

У меня тут небольшие новости. Совсем незначительные в обыденной жизни, но чертовски важные именно в данный момент. «Что за момент?» — может спросить кто угодно, если бы я озвучила свои мысли вслух. Так вот, для тех, кто не в курсе, мы сейчас находимся в салоне школьного автобуса, в который трансформировалась машина Аполлона. Звучит вполне мирно, не так ли? Сидения мягкие и удобные, окна кристально чистые… Я по глупости своей выглянула в окно. Теперь мы были на высоте самолета — так высоко, что небо стало чернеть. За руль транспорта бог солнца, ничтоже сумняшеся, усадил дочь Зевса, Талию. Водила она, скажем прямо, преотвратно. В чём новости-то? Ну как сказать… Короче? У меня акрофобия. Конкретная такая боязнь высоты, если по-простому. Так что в данный момент меня можно было увидеть дрожащей у окна охотницей, со всей силой вцепившейся в подлокотник. Уверена, что сейчас я бледнее самой смерти. Шуточка юмора, учитывая смуглость Танатоса по книге. — Тебе плохо? — Бьянка, сидящая на соседнем кресле, озабоченно повернулась ко мне. — Не то чтобы, — жалко улыбнулась я. — Если хочешь, можем поменяться местами. Сидеть у окна тебе явно не стоит. — И то верно, спасибо, — теперь моей главной проблемой было заставить себя встать. Машину сильно трясло, так что это было весьма сложно. Сродни подвигу или самоубийству. Как раз сейчас происходил весьма занимательный диалог чуть дальше от нас. — Нам надо на юг, к Лонг-Айленду, — повелел Аполлон. — Поворачивай налево. Талия дернула руль, и я, так и не успев встать, вновь рухнула на кресло, взвыв. Я не хочу умирать молодой! Так, спокойно, я в принципе не хочу на тот свет. Что я, спрашивается, забыла в доме отца ди Анджело? — Налево — в другую сторону, — добродушно подсказал Аполлон. Тут твой транспорт гробят, хей, чувак! Очнись и забери руль у этой ненормальной! Нет, я не виню Талию, но, как уже известно, безумно жажду добраться до Лагеря целой и невредимой. А коли мы сейчас рухнем вниз, боюсь, что моё бессмертие станет весьма и весьма условным. И амброзия тут не спасёт. — М-да… — сказал Аполлон преувеличенно спокойно. — Держи пониже, милочка. А то Кейп-Код под нами совершенно замёрзнет. Казалось, он уже сто раз пожалел о своём опрометчивом решении позволить вести машину Талии. Пользуясь более-менее стабильной ситуацией, я быстро поменялась местами с Бьянкой. Отсев от окна, я вздохнула свободнее. Если отвлечься, можно было даже считать, что под нами не чудовищная высота, а просто трасса… Да, смотреть вперёд тоже не рекомендуется. Чёрт, и почему у меня с собой нет книги? Какая-нибудь история вполне помогла бы забыться. Стоп. История? Идея… — Нико, ты, кажется, так до конца и не рассказал о той замечательной игре? — Точно! Сейчас, достану только фигурки… — воодушевлённо подтвердил мальчик. Нашёл человека, который ещё готов его слушать и не пытается сбежать при пояснении правил, вот как это называется. Ну что же, послушаем нашего юного оратора… Он вытащил из рюкзака несколько игрушечных фигурок — копии греческих богов и героев. Обширная коллекция, в том мире я так собирала, вот так шутка дежавю, фигурки египетских богов. Помню, как в киосках продавались журналы о Египте, к которым они прилагались. Правда, я купила только пять выпусков, потом сначала не хватало на них денег, а дальше… В общем, в данном мире их ещё не выпускают. — Большая коллекция, — чтобы как-то отреагировать, сказала я. Так, не думать о возможной катастрофе, попробую отвлечься на фигурки… — У меня есть почти все, — похвастался Нико. — И их голограммы на карточках! — Можно посмотреть какую-нибудь? — спросила я. Получив желаемое, я задумчиво повертела в руках маленькую копию Афины. Шлем с высоким плюмажем, щит в руках… Богиня мудрости натолкнула меня на невесёлые мысли о её дочери, Аннабет Чейз, сидевшей через пару кресел впереди. Итак, я не дала девушке оказаться в плену Луки и Кроноса, на её плечи не лёг тяжкий груз небесного свода… Я круто изменила ход событий, ничего не скажешь. Как это повлияет на наш дальнейший путь? История не терпит сослагательного наклонения, не терпит и таких наглецов, как я. Как бы это не обернулось большой проблемой для нас всех и для меня лично. — Мастерски сделаны фигурки, — заметила я таким тоном, словно и не вызвала копия Афины никаких дурных предчувствий. Я не Оракул, предсказывать будущее не берусь. — Ага. Жаль только, у меня не вся коллекция… — Ничего, когда-нибудь соберёшь, — вернув фигурку владельцу, ободряюще начала я и тут же осеклась. Соберёт. Только вот для всех лучше, чтобы этого не случилось, ибо цена за последнюю фигурку чересчур высока. Определённо высота вызывает кроме головокружения упадническую философию. Талия вновь повернула руль, вцепившись в него, как в последнюю надежду. Лицо у нее было белее мела. Чёрт, как я могла забыть, её же мать погибла в автокатастрофе! У Грейс психическая травма, ей нельзя водить машину. Прекратите! Автобус стремительно нырнул вниз, и я пронзительно завопила. Относительное спокойствие с треском развалилось, оставив лишь истинные эмоции. Теперь мы устремились куда-то со скоростью примерно тысяча миль в час. В автобусе становилось все жарче и жарче. Пластиковый подлокотник, в который я вцепилась правой рукой, был обжигающим, но отпустить его не хватало мужества. Аполлона отбросило куда-то назад, он пулей пролетел мимо наших кресел. Впрочем, встав, мужчина пробирался вперёд, хватаясь за сиденья. — Возьмите руль сами! Мы же все сейчас разобьёмся! — взмолился Гроувер и я поддержала его веским «Да, пожалуйста!», сопровождаемым нечеловеческим выражением ужаса на лице. — Спокойно, — сказал Аполлон. Его самого уж никак нельзя было назвать спокойным. — Просто она пока еще учится… УХ ТЫ! «Ух ты», серьёзно? Это всё, что он может сказать? Мои мысли, к примеру, цензура не пропустит в эфир ни одного приличного телеканала. Хотя мыслить связными предложениями выходило с трудом, так что кроме десятикратного посыла по матушке Аполлона, там был только отчаянный вопль летящего с балкона самоубийцы, вдруг вспомнившего, что он хочет ещё пожить. Да-да. «ААААА!!!» — Что там внизу? — севшим голос спросила я Бьянку, сидевшую у окна. — Снег тает прямо на глазах! — воскликнула изумлённо она. — Деревья и крыши домов воспламеняются! Мы устроили пожар! — О, господи… — пробормотала я, запрокинув голову. — И что делать? — У меня всё под контролем! — ответ на «молитву» не замедлил появиться от Аполлона. Оперативно, хоть я и не его спрашивала. Это так, риторический вопрос в небо. — Наверх! Поднимайся наверх! — заорал Перси. Автобус мчался к северному побережью Лонг-Айленда. Точнее, я на это надеюсь. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — Все под контролем, — бормотала Талия. — Все под контролем. — Тормози, — велел Аполлон. — Это я могу. — ТОРМОЗИ! Когда мы рухнули в озеро, я даже не закричала. Пар клубами поднялся в воздух, автобус вынырнул на поверхность вместе с парочкой опрокинутых полуобугленных лодок. Миленько. — Что ж, — произнес Аполлон, обращаясь к Талии с широкой улыбкой человека, который всё знал заранее. — Ты все делала правильно, моя дорогая. Все держала под контролем! А теперь пошли посмотрим — может, мы ненароком сварили заживо кого-нибудь важного? Я отлипла от спинки кресла, шипя сквозь зубы всё, что я думаю по этому поводу. — Нико, — заметив любопытный взгляд мальчика, сказала я. — Не смей запоминать то, что я сейчас сказала. Или просто не используй эти слова. Помолчав, я добавила со слабой надеждой: — Ну хотя бы не говори, что это я научила, хорошо? — Хорошо! — улыбнулся ди Анджело. Славный мальчик, славный. Моя двоюродная сестра бы на его месте ещё и законспектировала все пассажи. На выходе из автобуса пришлось прыгать на берег прямо из салона. Приземлилась я легко, а встретив ступнями твёрдую землю, смогла облегчённо выдохнуть. — Вот и ваш Лагерь, ребята! — бодро воскликнул Аполлон. — Спасибо за доставку, вот ваш подлокотник, сэр, — смущённо протянула выломанную часть машины богу. Тот, даже не поведя бровью, забрал его. — Бывает, — философски отнёсся к этому он.

***

Вырвал короткий миг Из нашего бытия, Но у персонажей книг Воля на всё своя. Судьбы не удержать На острие пера, И нам не придётся ждать, Раз началась игра!