Карты старые лягут как веер ...

Предупреждение: еще когда разрабатывалась эта глава, у меня перед глазами стояла сцена из моего любимейшего романа Э.Л.Войнич "Овод". Поэтому я поступила как говорил О.Уайльд "Единственный способ избавиться от искушения — это поддаться ему." :) Предложение: читаем и слушаем Янни Хрисомаллиса "Prelude".

«Ты должен сделать добро из зла, потому что его больше не из чего сделать» Роберт Пенн Уоррен

      Гарри замер на самом краешке деревянной скамьи и устремил пристальный взгляд на Дамблдора. Ему совершенно не нравилось начало разговора, при котором присутствовали не только незнакомцы, но и Снейп, а это значило, что ничего хорошего ожидать не приходилось. И Поттер был более чем уверен, что именно ему. С другой стороны, от любой задушевной беседы за чашечкой ароматного чая в компании директора подросток никогда не получал ничего существеннее пустых и лицемерных «Как твои дела, мальчик мой?» да «Ты же знаешь, что всегда можешь прийти ко мне с любой проблемой» - не более. Но именно наличие профессора зельеварения, сейчас , как и всегда, вызывало подсознательное чувство затаенной опасности, мешавшей сосредоточится на уроках. К тому же радость от встречи с Сириусом потихоньку исчезала, оставляя после себя недоумение – мужчина старательно прятал взгляд, рассматривая чашку с чаем, словно по немногочисленным чаинкам, плавающим на поверхности, силился прочитать свое будущее, смысл которого от него постоянно ускользал. - Прежде чем начать, хотелось бы напомнить, что на комнату наложены чары конфиденциальности, которые не позволят никому из находящихся здесь каким-либо способом поделиться с кем-либо из посторонних полученной информацией.       Гарри почувствовал себя еще более неуютно. Он поерзал под печальным взглядом Дамблдора, именно так тот смотрел перед началом летних каникул, когда сообщил, что не сможет позволить подростку жить с крестным, и покрепче сжал чашку, рискуя совсем раздавить ее. - Мальчик мой. - все присутствующие как по команде посмотрели на Гарри, и он еще больше убедился, что весь этот фарс был создан исключительно из-за него и для него. - Мальчик мой, многое из того, что ты сейчас узнаешь, возможно, поставит в тупик, озадачит и даже возмутит, поэтому хочу сразу попросить прощение и заверить, что все делалась исключительно во благо... - Маглы говорят, что благими намерениями вымощена дорога в ад, сэр,- тихо пробормотал Гарри, чувствуя, как от внутреннего напряжения кровь стучит миллионом молоточков в висках, заглушая остальные звуки так, что приходилось прилагать усилия, чтобы не просто расслышать, что ему говорили, но и понять.       Директор как то тяжело вздохнул: - Просто помни об этом и прежде чем осудишь, подумай о том, что иногда ради общего блага надо идти на жертвы и сделать то, что должно. Даже если это идет в разрез с нашими моральными устоями, - он в очередной раз тяжело вздохнул, растерянно крутя в руках обсыпая крошками стол имбирное печенье. Его Кричер поставил на стол только после гневного окрика Блэка, да и то, долго искал посуду, в какой бы подать выпечку. В итоге остановив свой выбор на тарелочке со сколотым краем. - Речь пойдет о том, что скрывалось от тебя все эти годы, и еще раз прошу... не судить поспешно об услышанном. И что бы ты не решил, как бы тебе не казалось - ты не один и всегда рядом будут люди, которые искренне волнуются и заботятся о тебе, - на этих словах Снейп усмехнулся, за что заслужил укоризненный взгляд от Дамблдора. - Собственно, в мое... оправдание... могу только сказать - никто не предполагал, что этот обман затянется так надолго. - Хватит разводить антимонии, Альбус. Решили покаяться, так делайте это в другое время, а мне есть чем заняться, кроме как слушать эту душеспасительную беседу. - Тебя здесь никто и не держит, Снейп. Где камин – ты знаешь – провожать не буду... – взвился мгновенно Блэк, вскакивая со скамьи, и так резко взмахнув рукой, что чуть было не сбил с одного из гостей, сидящего рядом с ним, капюшон. Краем глаза Гарри успел заметить мелькнувший в его глубине рыжий локон. Дамблдор хлопнул ладонями по столу, прекращая зарождавшуюся ссору. – Сейчас не место и не время для вашего выяснения отношений. Вы можете разобраться друг с другом и позднее, без свидетелей. А сейчас, если позволите, - и он выразительно показал на лавку, с которой уже успели вскочить мужчины, и подождав, пока они усядутся на места, продолжил, как будто его никто и не прерывал. - В ночь с 16 на 17 ноября 1981 года к границе охранного купола Хогвартса был подкинут полуторагодовалый ребенок, мальчик. В записке, что мы нашли в корзинке... - Корзинке... - словно эхом повторил Гарри, вцепившись в край стола так, что побелели костяшки пальцев, и заставляя себя остаться на месте, а не позорно сбежать. Он пытался охватить весь разговор, однако, до него словно сквозь вату доходили отдельные, разрозненные слова, полностью лишенные смысла. И только молоточки в голове стучали сильнее. - Да, ребенок лежал в корзинке, мальчик мой, – Дамблдор посмотрел поверх очков, словно пытаясь донести до нерадивого ученика простейшую формулу по превращению спички в иголку, а он вот уже сколько лет подряд ее не может выучить. - Так вот, в записке, которую мы нашли, было написано только имя, дата рождения и то, что ребенок отсечен от Рода матери. - И что, родителей его так и не нашли? - Увы, мальчик мой, – и старик печально развел руками. – Но, по правде говоря, тогда для этого было не самое лучшее время – Волан-де-морт был повержен, его последователи в крайней озлобленности нападали на светлые и нейтральные семьи, хаос, беспорядки... - И... зачем вы мне все это рассказываете? - Гарри недоумевал, как можно вот так хладнокровно – в чем подросток и не сомневался - выбросить свою плоть и кровь, отказав в такой малости как принятие, пусть даже младшим, бесправным родичем, в Род. - Я всегда говорил, что ваши умственные способности, юноша, деградируют прямо пропорционально возрасту. Зачем бы вам рассказывали такую трогательную историю о несчастном подкидыше, если бы это были не вы? -Северус!- раздосадованный окрик Дамблдора мало подействовал на зельевара. Он оскалился в какой-то совершенно дикой, безумной улыбке и, перегнувшись через узкий стол, навис над подростком, словно птица-падальщик, только и ожидающая последнего вздоха своего давно намеченного обеда. - Вас подбросили, словно безродного котенка, понадеявшись на милость слепой Фортуны... - Прекратите! Вы лжете! Вы всё лжете!       Трынь! Осколки чашки, взорвавшейся в руках у подростка, впились в ладони, а недопитый чай растекся по столу. Люпин парой взмахов устранил беспорядок и, насильно повернув корпус словно в одночасье задеревеневшего подростка в свою сторону, стал водить палочкой над ладонями, аккуратно извлекая кусочки фарфора.       По приказу Блэка Кричер принес новую чашку, наполненную чаем, и Снейп, не скрываясь, влил в нее зелье, резким движением кисти пододвинув ее к подростку, враз успокоившись. – Выпейте, молодой человек, только ваших истерик тут и не хватало. - Северус, мальчику и так не легко приходится, давай без твоего фирменного сарказма как нибудь обойдемся, - Люпин, не отрываясь от своего занятия, попытался пристыдить бывшего коллегу, но как и ранее директор, не достиг успеха – Снейп невозмутимо взял свою чашку и отошел к стоящему у камина стулу с высокой резной спинкой. Казалось, что его все происходящее только забавляло. – Выпей, это поможет тебе успокоиться, - и он вложил в руки чашку, буквально насильно сжимая пальцы подростка вокруг ее горячих боков. – Пей.       Покорно позволив себя напоить отдающим из-за зелья горечью чаем , Гарри теперь отрешенно наблюдал за паром, белой спиралью поднимающимся над чашкой. - Не понимаю я... ничего не понимаю... Как же так? Ведь и в книгах написано...в газетах – я читал! И мне все рассказывали, что родители погибли, защищая меня, а вы тут говорите...! Нет, я не верю. Не знаю зачем и почему вы сейчас мне лжете, но я не верю ни единому вашему слову! - Да, мальчик мой, это тяжело - принять о себе такую правду. И я понимаю всю силу твоего негодования, но тебе придется смириться с тем, что чета Поттеров были не твоими родителями. - Что? Как же так? О, великий Мерлин ... – подросток, отставив пустую чашку, с силой провел пару раз по лицу, отстранено отметив как подрагивают кисти рук. Нервный смешок сорвался с губ.- Это самая большая нелепица, которую я когда либо слышал. Сири, ну что же ты молчишь? Скажи что это все неправда!       Он вскочил с места и теперь метался вдоль стола, временами останавливаясь и замирая, чтобы через мгновение начать движение снова. Ему никто не мешал, понимая, что мальчик должен переварить подобную новость. - Но зачем было выдавать меня за Поттера? И еще, если я подкидыш, как вы утверждаете, то почему я как две капли воды похож на своего отца, - показал в воздухе кавычки, – что-то у вас тут неувязочка вышла... сэ-эр. - Как я уже говорил, я понимаю твое состояние, мальчик мой, но все же прошу тебя не забывать, что ты разговариваешь не с друзьями в пабе, а с директором твоей школы, да и просто человеком намного тебя старше, – у всех есть слабое место. У Дамблдора это было неуважительное к нему обращение, игнорирование его точки зрения и вообще, панибратское отношение, если только он сам это не позволял, и круг таких людей был крайне ограничен. Но тут же сменил тон на прежний, спокойный и доверительный, словно разговаривал с нерадивым внуком. - Если ты подумаешь, то сразу поймешь, зачем был разыгран этот фарс. Ты же понимаешь, что после падения Волан-де-морта на свободе осталось еще много пожирателей. - И вы решили спрятать своего настоящего Спасителя, а меня выставить этакой ширмой... м-м-м... для отвода глаз, да? Но все равно как быть с внешностью? Или, - подросток резко развернулся в сторону Люпина, по-прежнему подпирающего шкаф. – Как вы говорили: «но ведь мы и не маглы, Гарри», - уже чужое для него имя юноша буквально выплюнул, - значит оборотное... нет-нет-нет... его действие рассчитано не более чем на час, да и вкус этого зелья тяжело с чем-либо перепутать... Может какой-то модифицированный вариант? Например, мне утром подлили в тыквенный сок и результат на весь день. Хм?.. Нет, тоже не сходится, ведь я так выглядел всегда... Значит... значит... значит ритуал, господин директор. Так, я ведь угадал? Это был ритуал? – он пытливо посмотрел на директора, на что Дамблдор лишь снисходительно улыбнулся и взял с тарелки еще одно печенье. Конечно, никто не собирался говорить мальчику, что это был наитемнейший ритуал, за проведение которого автоматически давали Азкабан пожизненно, а после 1600 года – смертная казнь через Поцелуй Дементора, и никаких оправдательных речей никто даже слушать не стал бы. Это гоблины, которые не подчинялись людским законам, могли наплевать на Указ и разрешить провести ритуал, предоставив дополнительно экранированный от огромного всплеска темной магии Ритуальный Зал. Но даже они, в лице своего представителя – управляющего банком Грипголда - отказались не то что проводить - присутствовать при этом действии. Побоялись гнева Магии и карающего меча Эквитас. Трусливые твари. - На счет своей настоящей внешности – не волнуйся. Мы снимем личину, это совсем не сложно, хотя может и будет немного больно. Но, в любом случае, ты будешь помещен при помощи зелий в состояние сна и почувствуешь лишь слабые отголоски ритуала. Какое-то время, правда, понадобится на восстановление, но тебя это не должно беспокоить – все будет хорошо, мальчик мой. - И кто я теперь? – вопрос явно был риторический, но Блэк, до этих пор старательно отмалчивающийся, решил ответить. - Ты все тот же, ну будут тебя звать иначе... и внешность изменится. Но ты не потеряешь свою личность, то, чего ты видимо боишься, а это самое главное... - Я так понимаю, что и вы, мистер Блэк, мне тоже совсем не крестный. А у меня он вообще есть или таким как я не положено даже такой малости?       Блэк смутился и не стал отвечать, решив, что лучше промолчать, чем спровоцировать ненужные и неприятные для него вопросы. - Постойте, а как же Азкабан? Как вы смогли такое провернуть? - Всего лишь стечение обстоятельств, мальчик мой, которые... - ...сыграли вам на руку. Так? Действительно очень удачно, – нервный смешок опять сорвался с губ, то ли зелье не полностью подействовало, то ли нервное напряжение было так велико, что обычная доза была просто мала. - О Мерлин, у меня даже крестного больше нету. Ни родителей, ни имени... Кто я? Что теперь со мной вы планируете сделать? Просто выбросить как уже использованную вещь? Именно поэтому меня ничему не обучали? Действительно, зачем какой-то ничтожной замене уметь защищать себя. Но постойте, я же три раза противостоял Волдеморту... - Ты никогда не был один, мой мальчик, тебя всегда кто-то страховал и помогал. И сядь, наконец, на место.       Подросток упал на лавку и рассеянным взглядом заскользил по сидящим напротив него фигурам. На Блэка он старался не смотреть – слишком велика была боль от лжи и лицемерия. Странно, что к директору он не испытывал подобных чувств – использовал его, врал ему, манипулировал – так все во имя идей света. Но затуманенный мозг не смог задержаться на этой мысли и заскользил дальше, лихорадочно перепрыгивая с одного размышления на другое. - Но почему вы рассказали мне все именно сейчас? Это из-за того, что случилось на кладбище, не так ли, сэр? - Да, мальчик мой, ты опять прав. Я рад, что ты смог воспринять все достойно, – на этих словах директора, пропитанных неуместным пафосом, подросток уже не мог себя сдерживать и рассмеялся – громко и истерично, захлебываясь воздухом. И Блэк поежился – так смеялась полубезумная Беллатрикс. - Д-достойно... А не кажется ли в-вам, - проговорил он, резко успокоившись и почему-то заикаясь, - что все это у-ди-ви-тельно з-забавно? - Забавно? – даже всегда невозмутимый Снейп покинул свое теплое место у камина, поближе подойдя к юноше, и теперь удивленно его рассматривал, словно энтомолог, увидевший ранее незнакомое науке насекомое. – И что же вам, молодой человек, показалось забавным? – но лже-Гарри как-то неопределенно взмахнул руками и, запрокинув голову, разразился неистовым смехом. В полной тишине раздались шлепки – Снейп размашисто и явно не сдерживаясь ударил пару раз по щекам мальчика. Передернул плечами. – Точно истеричная девица. Вот, выпейте, – и уже развернувшись к молчаливо наблюдавшему Дамблдору. – Больше успокоительного ему давать нельзя, я и так превысил положенную норму, Альбус. Пусть кто-то отведет его в спальню, а я дам маковую настойку – она поможет немного расслабиться и, возможно, заснуть. Оставлять самого не рекомендую. - Я могу посидеть с ним... Если вы не против, директор, - один из гостей порывисто поднялся и обошел стол, подойдя к подростку и беря его под руку. - Ты прав как всегда, Северус, и у нас осталось мало времени, а ведь еще нужно подготовиться к ритуалу, если мы хотим провести его сегодня на рассвете, – словно подтверждая его слова, из глубины дома донесся приглушенный расстоянием бой часов – полночь. – Гарри, мальчик мой, я рад, что ты вызвался помочь и, надеюсь, это станет началом вашей крепкой дружбы, – Он порылся в складках своей мантии и, вытащив из одного из безразмерных карманов пергамент, сложенный конвертом, протянул бывшему Поттеру. - Это то письмо, которое мы обнаружили с тобой в корзинке. Теперь нет нужды скрывать его от тебя.       Но подросток уже ни на что не реагировал, безвольно вися между поддерживающими его Снейпом и Люпиным, поэтому письмо взял настоящий Гарри Поттер, уже откинувший капюшон, и теперь нервно переступающий с ноги на ногу. Он беспричинно чувствовал себя виноватым в том, что случилось с этим парнем. Возможно, его бы приняла как воспитанника какая-то семья или даже определили в магловский детский дом, но он оставался бы сам собой. - Давайте, молодой человек, шевелите ногами, ведь не думаете же, что вас будут нести на руках, - под непрекращающиеся реплики Снейпа подросток, вяло перебирая ногами, пошел к дверям, направляемый мужчинами.

***

      Позднее, когда Дамблдор зашел в Обрядовую комнату, он обнаружил там Блэка, вычерчивающего под руководством Снейпа уникурсальную гексаграмму(1). Профессор зельеварения с большим удовольствием отказался бы от такого помощника, но, к его большому сожалению, в подобных местах сакральные фигуры мог наносить либо Глава Рода, либо Глава Семьи или же Наследники, но никак не чужаки. Даже принятых в Род магических супругов не всегда слушалась родовая магия, отвергая и не отзываясь на призыв. - Ты точно уверен, что нельзя иначе? Ему придется пройти подряд два сильных обряда. - Не в первой,- буркнул зельевар, внимательно наблюдая за Блэком и, как только тот нарисовал последнюю линию и поспешно покинул комнату, повернулся к собеседнику. - Альбус, я уже много раз повторял и даже предоставил вам трактаты по ментальной магии высшего порядка в подтверждение своих слов – стереть такой пласт воспоминаний без последствий невозможно, только если вы не хотите получить пускающего слюни и мочащегося под себя соседа в палату к незабвенному Локхарту. Иначе зачем сейчас было все это прилюдное посыпание головы пеплом? Стерли бы мальчишке память за последние 4 года и, перекрыв потоки магии, отправили помирать в магловский приют. А если вам нужен адекватный, новый последователь Света, то на основе полученной сегодня информации, я должен буду создать ему ложную память, блокировав старую и трансформируя отдельные ее эпизоды в новую. - Ну-ну, мальчик мой, не заводись. Я полностью доверяю тебе и твоим умениям, – и директор примирительно поднял руки. - Просто после этого назад дороги нет... - Альбус, дороги назад не было изначально, а то что вы видели – всего лишь иллюзия, которая помогала вашей с Поттером и Блэком совести спать спокойно все эти годы. Но не более. - И все же я надеюсь на тебя, Северус. Ты не забыл основные моменты новой памяти юноши? - Господин директор, старческим слабоумием я еще не страдаю... - Ну-ну, мальчик мой, может лимонную дольку? Нет? Тогда иди, заканчивай приготовления, а я пошлю кого-то за мальчиком. И пусть Фортуна не отводит свой взор сегодня и постелит под ноги твои свои покрывала, а Тривия проведет за руку по лабиринту вечной мудрости и знаний. - Да будет так. _______________________________________ Примечание: 1 - уникурсальная гексаграмма выглядит вот так: https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/f/f4/Interwoven_unicursal_hexagram.svg