Психически больной

На следующий день у него была только одна беседа, и это была беседа с Зейном. Один из тех, у кого проявляются вспышки ярости. Луи не боялся этого, потому что знал, что он в безопасности, т.к. за дверью стоял охранник, поэтому если вдруг что-то бы и случилось, то человек за дверью непременно бы спас его. - Зейн Малик, приятно познакомиться. Я Луи Томлинсон, но называйте меня доктор Томлинсон, — автоматически повторил Луи. - Хотели бы Вы рассказать мне, из-за чего впали в ярость? Вы можете рассказать все без подробных деталей, я уверен, что это будет не так, как то, что Гарри ... вчера устроил, — он наблюдает за улыбкой Зейна. Луи дважды моргает и наклоняется вперёд. - Что это? Неужели я вижу улыбку на Вашем лице? — Луи усмехается и вздыхает. - Никто его не любит. Он со всеми ведёт себя, как мудак, даже с хорошенькими медсестрами, — тихо объясняет Зейн. - М-да, это плохо. Если бы он не был серийным убийцей, то был бы хорошим парнем, — Луи смотрит на свои скрещенные руки, и Зейн начинает громко смеяться. А Луи понимает, что с этим пациентом не очень-то трудно работать. - Ну, я думаю, что начну с того, что я нахожусь здесь из-за того, что я покалечил человека, прибывая в приступе ярости. - Вы избили его нарочно? Он как-то разозлил Вас? — Луи держит ручку, готовясь записывать. - Да, Вы бы видели, как издеваются надо мной в школе, а все из-за моих приступов. Куча парней пользуется этим, выводя меня из себя каждый день, когда я в кабинете или в столовой. Они думали, что это весело, когда я в гневе сломал шкафчик, после чего попал в неприятности. И в конце концов, когда все мои эмоции на пределе и вот-вот выйдут из меня, я начинаю чувствовать... что хочу причинить кому-нибудь боль. Так что в тот прекрасный день я сделал это. И, знаете, я чувствовал себя после этого замечательно. Я чувствовал себя лучше, чем когда-либо. А эта кровь, что осталась на полу... Это было своего рода искусством... Это было произведением искусства. После этого я чувствовал себя обычным, нормальным человеком. Я больше не был зол. — Зейн ковыряет пальцами подлокотники стула. - А что было твоим предметом избиения? — спрашивает Луи. - Мой обеденный поднос использовался для того, чтобы сбить его с ног, а потом я использовал свои кулаки; мне понравилось последствия после того, как я избил его, — объясняет Зейн. Он все еще ухмылялся. Луи убедился, что все записал, а негромкий звук дал понять о том, что беседа закончилась. - Было очень приятно поговорить с Вами, Зейн. Увидимся в четверг. — Луи вежливо улыбается и наблюдает за тем, как дверь открывается, и входят два охранника, забирая с собой Зейна. - Увидимся позже, доктор Томлинсон.