In Heaven

Если бы я знал все с самого начала, я бы не был таким идиотом. Ведь ты стал моим счастьем. Счастьем, которое я не ценил. А когда, наконец, осознал его… Было уже так поздно.

Порой даже пара слов может полностью изменить отношение к человеку. Или полностью сбить с толку. Картинка из впечатлений, которую ты сложил у себя в голове, рушится на глазах, оставляя только внешнюю оболочку и полностью стирая понятие о внутренней стороне. После того вечера в голове Кима Менсу все смешалось. Но не подумайте, он не думал о Сонджоне лучше или хуже, не осуждал, не жалел. Но что-то изменилось, как будто кто-то невидимой рукой щелкнул выключателем и зажег свет. Менсу еще не осознавал этой перемены. Просто в его мыслях прочно поселился интерес к этому мальчишке. Безразличие медленно уползало на второй план, что было чертовски несвойственно Элу. Сонджон вел себя как ни в чем не бывало и не говорил ни слова. Они по-прежнему не общались во время учебы. Менсу же по-прежнему подкалывал его на репетициях. Но это обоюдное молчание и банальный игнор ситуации только добавляли напряжения. Менсу иногда прямо таки сходил с ума от желания добраться до сути всего. На одной из репетиций в их любимом подвале Эл сидел чуть в стороне от всех ребят и настраивал гитару. Он сосредоточенно перебирал струны, но выглядел при этом слишком уж угрюмо и задумчиво. Внезапно он почувствовал, как чья-то рука нежно коснулась его волос. Он поднял глаза вверх и увидел, что это Сонджон стоял за его спиной и перебирал его волосы своими тонкими пальчиками. Парень улыбнулся ему. Сначала Менсу захотелось оттолкнуть его и сказать «не трогай своими противными ручонками мою голову!». Но, на удивление, его прикосновения не раздражали и не мешали, а наоборот, приятно расслабляли. Менсу прикрыл глаза и откинулся назад, прижимаясь к коленям маннэ. -Менсу-хен… Ты слишком много думаешь последнее время.. -А как ты думаешь, кто этому виной? Сонджон опустился вниз, а его руки мягко обняли Менсу сзади. Он закрыл глаза и, не говоря ни слова, уткнулся носом в шею хена. Остальные, казалось, не обращали на них никакого внимания или вовсе не видели этого. Все, кроме одного. - Хен, прости меня.. Не бери этого в голову. Не загружайся так сильно, это пустяки. -Это ты прости меня… Но кажется, уже немного поздно. Сонджон лишь промолчал в ответ. Ему было приятно, что он наконец-то обратил на себя внимание. Может быть, это было по-свински, но такое волнение тешило его самолюбие - Сонджон вовсе не был таким уж непорочным бедняжкой, каким казался. Сонель, сидя за своей барабанной установкой, пристально наблюдал за этой картиной. В его взгляде читалось желание мгновенного убийства. И если бы он умел убивать взглядом, то от маннэ уже не осталось бы ничего. Сонджон тут же заметил это и лишь сильнее прижался сзади к Менсу. Он ухмыльнулся, как бы объявляя победу. Их с Сонелем взгляды на секунду пересеклись и оба поняли, о чем думали. После репетиции они все собирались пойти куда-нибудь вместе и спокойно выпить немного соджу. Когда все, наконец, закончилось, Сонджон украдкой подошел к Сонелю и кое-что шепнул ему на ухо: -Ах, неужели.. Ты ревнуешь, Сонель? -Не твое собачье дело, понял. -Ты так мило прошепелявил это, хен.. -Заткнись, ты мне теперь противен. -Противен, почему же? Наверное, потому что твой обожаемый Менсу проводит больше времени со мной, чем с тобой? Упс, ну извини! – Сонджон буквально издевался над ним, не стесняясь в выражениях. Сонель сжал кулаки, но сдержался и не стал повышать голос, а лишь тихо ответил: -Я не проиграю, понял? -А это мы еще посмотрим. Удачи тебе, ха-ха! Ты правда любишь его? -Да, в отличие от тебя! – сказал Сонель со злостью в голосе и ушел. Для своего «отдыха» группа выбрала небольшой уютный бар, с маленьким количеством посетителей, чтобы не было этих «ах, это же Инфинит» и «мимими, какие они классные». Им хотелось немного отстраниться от их известности, фанатов и просто провести время друг с другом, не заботясь об имидже. Хотя Менсу это не касается – он всегда выглядел так, как считал нужным, и плевать он хотел на то, что подумают другие люди. Ребята расселись на удобных диванах и заказали еду и выпивку. Эти мгновения, проведенные вот в такой компании, были дороги для каждого, даже для Эла. Давно они так не смеялись все вместе. Сонель не оставлял Менсу ни на минуту. Он заставлял его смеяться, постоянно шутил, создавал такую атмосферу, в которой Менсу давно мечтал очутиться, хотя и не признавал этого (ну мы же все такие гордые, правда?). Это атмосфера радости, тепла, это моменты, когда рядом с тобой находится близкий и любимый человек, который к тому же постоянно ухаживает за тобой. Менсу чувствовал себя буквально царем, и поэтому не стеснялся отправлять Сонеля за чем-нибудь. Сонджон же все это время угрюмо сидел один и пускал гневные взгляды на тех двоих. Он не мог понять, почему их общение так задевает его. Он ничего не ждал от Менсу, не требовал внимания к себе и не надеялся даже на снисходительное отношение. Ведь это же хен, ему на всех плевать с высокой колокольни. Но когда он видел, как Менсу в очередной раз обнимает Сонеля и как смеется над ним, внутри у него все переворачивалось, и возникало желание оторвать Сонелю голову. Ухен и Сонгю как всегда были на одной волне. Им не нужен был никто вокруг, и создавалось впечатление, что эти двое просто собрали всех, чтобы устроить себе свидание. Сонджон больше не мог этого всего выносить - ему вдруг стало так противно смотреть на своих улыбающихся друзей. Он вскочил со своего места и собрался уходить, сославшись на плохое самочувствие. И конечно же, останавливать его никто не стал, ведь всем было слишком хорошо. Было уже поздно, правда, немного теплее, чем в предыдущие дни. Маннэ шел в расстегнутом пальто, не обращая внимания ни на лужи, ни на прохожих. Он задумчиво смотрел вперед. В голове проносились картинки из его прошлого, немного смутные, но все же, незабываемые. Такое не забывают. На самом деле, ему сейчас очень хотелось вернуть тот момент на репетиции, когда он так спокойно мог обнять Менсу и ни о чем не думать. Когда можно было просто молчать рядом с ним. Сонджону такое проявление нежности со стороны хена казалось обманчивым, лживым. Но, не смотря на этот факт, было таким приятным.. Из размышлений его вырвало внезапное прикосновение сзади. Кто-то схватил его за плечо и остановил. -Сонджон-а, почему ты так внезапно ушел? – сказал Менсу. Видимо, он пошел вслед за Сонджоном и только что догнал его. Маннэ удивленно уставился на Эла, как будто тот был ненастоящим. -Почему ты пошел за мной, хен? – спросил он, все еще не отрывая от него удивленного взгляда. -Ну.. Ты сказал, что плохо чувствуешь себя. Я не хотел бросать тебя одного, а то вдруг ты решишь потерять сознание где-нибудь по дороге? -Так ты услышал… Я думал, тебе было вообще плевать на меня. -Нет, я все слышал. И, если честно, между нами девочками, меня так достал Сонель.. Вот и решил слиться от туда. Можно с тобой пройтись до дома? -Конечно, я буду только рад. Они шли, разговаривая о чем-то отвлеченном. Но каждый ощущал некую недосказанность, каждый задавал себе один и тот же вопрос «Что я делаю рядом с ним?». Когда они почти подошли в дому Сонджона, Менсу внезапно остановился. -Что-то случилось, хен? -Я хочу, чтобы ты рассказал мне тот случай из детства. С чего вдруг такой интерес ко мне? Не думаю, что тебе нужно это знать в подробностях, достаточно одного факта. Менсу подошел к нему вплотную и положил руки к нему на плечи. Его лицо оказалось так близко, что Джонни на секунду забыл, как дышать. -Сонджон-а, пожалуйста.. Мне на самом деле важно это знать. И не смей спрашивать почему. Маннэ вырос в такой семье, где рукоприкладство не считалось чем-то неправильным. Его мама всегда заботилась о нем и очень любила. А вот отец наоборот. Он воспринимал сына как маленькую зверюшку, зря занимающую место в доме и не приносящую ничего, кроме шума. Соседи их семьи привыкли к тому, что видели маленького Сонджона в синяках, часто маленький мальчик ходил и с разбитым лицом. Но разве родителей выбирают? И однажды вечером, после очередного избиения, маленький Сонджон сидел в углу общей гостиной и плакал. Отец настолько сильно издевался над ним, что, кажется, сломал ему запястье. Малыш тихо хныкал, обнимая свою больную руку. Мать ушла за покупками, и помочь ему было некому. Отец же заснул, оставив непотушенную сигарету рядом с собой. Когда загорелась мебель, он мгновенно вскочил и побежал за огнетушителем в соседнюю комнату. Джонни не упустил этого из виду. Пока отец пытался найти нужную ему вещь, мальчик незаметно подошел к двери комнаты. Сонджон не помнил, почему именно сделал так. Но в тот момент, у него была только одна цель, без осознанной причины. Мальчик захлопнул дверь и здоровой ручкой закрыл ее на замок, оставив отца взаперти. Огонь тем временем разгорался все сильнее. Комната была полностью охвачена пламенем, которое стремительно переходило и на другие комнаты. Спасаясь их огня, пятилетний Сонджон закрывал за собой все двери, а их было много в их большом доме. Уже стоя на улице, он слышал душераздирающие крики человека, который сгорал заживо. В той комнате, где он был заперт своим же сыном, не было даже окон, чтобы спастись. В тот день их дом сгорел дотла вместе с отцом Сонджона. -Вот такая история. Надеюсь, ты не ненавидишь меня теперь.. – Сказал Сонджон, вытирая подступившие слезы. Он не хотел плакать при Менсу, но алкоголь и живые воспоминания, которые он мечтал стереть, сделали свое дело. -Нет, не ненавижу.. – ответил Менсу. Все, что смог сделал в этот момент, так это обнять этого странного парня. Сонджона немного трясло, а одежда Менсу намокла от его слез. Они не обращали внимания на время, на то, столько простояли вот так. Только когда Сонджон успокоился, они наконец-то смогли пойти дальше. -Джонни.. А что сказал твоя мама? -Мама. А что она должна была сделать? Дом сгорел, доказательств никаких против меня не было. Она только была рада тому, что я спасся. Ну и вероятно, радовалась тому, что отца больше нет. Мы начали жить заново, вот и все. Перед входом в дом Сонджона стоял какой-то человек. Сначала они не придали этому значения. Но он повернулся в их сторону и приветливо помахал им. Менсу враждебно сказал ему: -А ты кто такой и что ты здесь забыл? -Я не обязан представляться тебе. Но я хорошо знаком Джонни, правда, милый? Сонджон смотрел на этого человека, а в его глазах читалась ненависть, перемешанная со страхом. Он вцепился в Менсу и быстро проговорил: -Хен..Хен, это он. Это Ховон. Я не знаю, какого черта он приперся сюда. Надеюсь, что он один, иначе у нас неприятности – это его ребята преследовали меня. Ховон понял, о чем они говорили, и предупредил их: -Можете не волноваться – я совершенно один. И я пришел поговорить с Джонни! Сонджон инстинктивно спрятался за спину Менсу. Меньше всего сейчас ему хотелось встречаться с этим человеком, это было его кошмаром наяву. Менсу же, услышав эти слова, лишь ухмыльнулся. В его голове уже возникла картина, как он бьет этого парня в его наглую рожу. Но ради Сонджона, драку заводить он не стал. -Проваливай отсюда, а! -А ты кто такой? Новый телохранитель Сонджона? Ха-ха, я б на твоем месте не надеялся – он этих «телохранителей» меняет одного за другим. С этим мальчиком опасно находиться рядом, знаешь ли, пока есть я. -А это уже мне решать, с кем мне быть, окей? И мне плевать на то, кто ты. Но его я тебе ни за что не отдам. Ховон с интересом уставился на Менсу. Он начал подходить все ближе и ближе, пока наконец не прошел мимо, задев Менсу плечом. -Разговор сейчас бесполезен, я так понимаю. Наверное, мы еще не раз встретимся, до свидания! – сказал Ховон и ушел.