In Heaven

Я помню, что ты просил меня не жалеть ни о чем. Я, правда, очень стараюсь. Но это так тяжело. Никогда бы не подумал, что смогу так сильно полюбить. Без тебя мир стал слишком холодным.

Менеджер собрал всех участников группы в своем офисе, если конечно это обшарпанное помещение можно было назвать офисом, а этого человека с четырьмя проколами в каждом ухе и ярко красными волосами – менеджером. На самом деле, он был давним другом Сонгю, очень умным и, главное, креативным человеком. Поэтому на роль своеобразного наставника группы и менеджера он подходил как нельзя лучше. Как только все расселись вокруг него, он тут же поставил на стол бутылку виски. Веселый был парень. За последний месяц популярность Инфинит выросла в разы. Теперь каждый из них начинал все сильнее ощущать на своих плечах нелегкое бремя известности. Например, однажды Ухен вышел из подъезда своего дома и увидел толпу девочек, поджидающих его. А Сонджон нашел у себя в рюкзаке несколько любовных писем (наверное, кто-то подложил их, пока он отходил в столовую). Менсу отличился больше всех. Ему пришлось сменить номер телефона, потому что каким-то образом фанатки разузнали его, начали названивать каждый день и одаривать парня весьма заманчивыми пикантными предложениями. Но Менсу был бы совсем идиотом, если бы соглашался. А ведь порой ему так хотелось этим воспользоваться! Дела группы шли лучше и лучше. Но никто не собирался останавливаться на достигнутом. Следующим важным шагом должна была стать запись альбома. Сонгю с нетерпением ждал сегодняшнего вечера. А все потому, что он будет петь новую песню, которую сочинил сам. И не просто так – она была посвящена Ухену. А также должна была стать заглавной к новому альбому. -Ну, парни, давайте выпьем за сегодняшний успех?? – сказал менеджер, поднимая свой бокал. Все с нетерпением ждали концерта. Кто-то, как Сонгю, нервничал, кто-то хотел оторваться по полной, а кто-то очень сильно соскучился по ощущению сцены. По пьяной атмосфере клуба, по особой энергетике зрителей, по крикам толпы, по ярким огням, ослепляющим тебя. -Ребят, а может, потом рванем на гастроли? Ну, как выпустим альбом, где-то через полгода. Как раз закончим промоушен, и вперед! - Ухен с энтузиазмом посмотрел на всех, словно взглядом пытался вселить этот же энтузиазм в остальных. Но это и не нужно было – ведь каждый из них мечтал о таком гастрольном туре. Менсу, например, хотелось подтвердить миф о том, что у рок-музыкантов в каждом городе есть девушка. Каждый хотел больше драйва и приключений на свой зад. Сидеть в Сеуле все время, конечно, хорошо, но все же надоедает. Расширять горизонты – вот чего требовала душа. -Давайте! Я все организую, и денег заработаем много, ахах – кто о чем, а менеджер о деньгах. Они выехали, когда до концерта оставалось около двух часов. Перед входом в клуб уже собралась огромная толпа, что определенно предсказывало успех. -Ооо, сколько людей! Я чувствую себя звездой! – сказал Сонель, все еще сидя в машине. -Да ты и так звезда, ну. Кстати, может, подыграешь мне на публику? – Менсу с интересом посмотрел на друга. -Ну.. конечно подыграю, если в этом не будет ничего криминального, хаха. -Дурак, мы всего лишь выйдем из машины в обнимку! -А.. окей, давай! Менсу не заметил, что Сонель покраснел, когда согласился. Для Менсу это было лишь невинным фансервисом. Для Сонеля же это было лишней возможностью обнять любимого человека. Они вышли, и Менсу по-хозяйски положил ему руку на талию, что вызвало множество визгов и восхищенных возгласов. Эл всегда точно знал, каким образом можно произвести впечатление. Сонель торжествующе шел рядом с ним, и лишь сильнее обнимал за плечи. Их охватила общая эйфория, она заполнила их сердца и заставляла держаться вместе, не отрываясь друг от друга. Перед самым выходом на сцену, Менсу зашел в гримерку, чтобы немного унять внезапно подступившее волнение. Он чувствовал, что это выступление будет отличаться от предыдущих, что-то подсказывало ему, что все пойдет не так, как обычно. Интуиция просто кричала об этом. Он присел на диван, и залпом осушил бокал с шампанским. Ребята уже стояли перед входом на сцену и ждали его. Эл на секунду закрыл глаза, и в его голове пронеслись десятки воспоминаний, эмоций, многочисленные счастливые моменты с группой. От чего-то, ему стало так хорошо. Внезапно, в комнату влетел Сонджон. Казалось, его переполнял восторг – глаза светились радостью, а на лице сияла улыбка. Менсу какое-то время не мог оторвать взгляда от этого лица. Маннэ выглядел слишком прекрасным. -Хен, ты здесь? А я тебя обыскался. Мы тебя ждем! Ух, там в зале столько народу! Просто улет! Пошли быстрее, итак задерживаем начало на 15 минут. -Ты здорово выглядишь, мелкий. Сонджон немного выпал в осадок от такого внезапного комплимента. -Ты смеешься надо мной хен? -Нет, я говорю серьезно. Ты очень красивый сегодня. Менсу встал с дивана и подошел к маннэ. Сонджон понял, что Менсу не подкалывал его, не смеялся. Он улыбнулся ему в ответ, и осторожно обнял его. Эл зарылся носом в его волосы, они так приятно пахли чем-то сладким. И стоя вот так вместе с Сонджоном, Менсу впервые в жизни почувствовал, что не хочет выпускать кого-то из объятий. И почему этим кем-то оказался именно этот противный ему «мелкий», Менсу не знал. Да и не хотел знать – в тот момент ему было слишком приятно обнимать его. -Ну что, хен, ты в порядке? Пошли, - сказал маннэ и, взяв Менсу за руку, потянул его за собой, на сцену. Аплодисменты на мгновение оглушили их. По телу, как будто электрический ток, побежала волна адреналина. И каждый из них чувствовал себя в своей стихии. Сонгю взял микрофон и объявил начало. Первая песня всегда очень важна. Концерт набирал обороты, Инфинит зашли внутрь на пятиминутный перерыв, каждый находился в каком-то перевозбужденном состоянии, и требовалась срочная передышка. Ухен и Сонгю шли последними. И когда впереди идущие скрылись за поворотом, Ухен рывком развернул Сонгю и прижал его к стене коридора. Рядом не было ни согрупников, ни стаффа. -Ухен-а, что ты делаешь.. – с трудом сказал Сонгю, потому что в этот момент губы Ухена оказались слишком близко к его шее. Он чувствовал его дыхание, то, как он плавно провел языком по кадыку, а затем опустился вниз и поцеловал каждую из ключиц. Ухен вдавил его в стену еще сильнее. Он жадно целовал его, обхватывая его лицо руками. А Сонгю притягивал его к себе за талию, поддаваясь такому напору. Когда он почувствовал, что Ухен дотронулся до его ширинки, Сонгю забыл, как дышать. Но тут же вспомнил – дышать надо громко. -Гю… Я не дотерплю.. -У нас осталось две минуты. Зачем ты..это…делаешь..Ах – Сонгю непроизвольно вскрикнул, когда Ухен начал целовать его шею, - ты хоть понимаешь, что в таком состоянии немного..мм..неприлично на сцену выходить? -Извини.. просто сегодня ты так поешь и так выглядишь.. Гю, я сорвусь и поимею тебя на сцене.. -Успокойся! Хватит, нас же увидят. Обещаю тебе себя на всю ночь сегодня… Ухеееен!! Я НЕ ХОЧУ ВЫХОДИТЬ НА СЦЕНУ СО СТОЯКОМ! -Это будет мучением.. -Все нормально, пошли уже. Ах да, не забудь прикрыться гитарой. Мне, в отличие от тебя, прикрыться нечем – микрофонная стойка слишком узкая. -Упс, извини. Они направились к выходу, и ни один из этих двоих не подозревал, что Менсу, который слышал примерно половину их «разговора», сейчас стоит за стеной с выражением печали на лице и единственной мыслью в голове – «За что мне это все». Перерыв наконец закончился (и его последние мгновения показались для Менсу вечностью). Слишком много эмоций переживаешь, когда находишься на сцене. Это страх, смешанный с адреналином, восторг и возбуждение одновременно. Этот коктейль из чувств захватывает, и очень трудно не переборщить и не сорваться совсем. Менсу выжимал из себя все силы. Он насиловал гитару, его голос заставлял фанатов кричать. Это было одно из лучших выступлений за историю их существования. Во время исполнения той самой песни, когда можно творить непристойности, Менсу подошел к Сонджону. Он откинул гитару назад, и одной рукой схватил маннэ за лицо. Менсу не вдавался в подробности того, зачем это делает. Это просто было его желанием. И не только его. Менсу грубо потянул к себе лицо Сонджона, и тот не сопротивлялся. Когда расстояние между их губами сокращалось с неумолимой скоростью, маннэ сладко прикрыл глаза. К Элу пришло осознание того, что если он сделает это сейчас, то дороги назад не будет. Но кто думает о последствиях? Кто угодно, только не Ким Менсу. Их губы соприкоснулись. Сонджон целуется нежно и мягко, но в его поцелуе есть что-то развратное и пошлое. Это сочетание сводит с ума. Эл целовал эти влажные большие губы, забывая о том, где находится. Как будто все время до этого момента он терпел, а теперь, наконец, дорвался до желаемого. И пусть на самом деле это продлилось не больше трех секунд. Да и выглядело весьма безобидно – с Сонелем они отжигали более развязно. Но этих секунд оказалось достаточно. Когда выступление было закончено, Сонджон и Менсу не сказали друг другу ни слова.