In Heaven

Больничные коридоры казались бесконечными. Удушливый запах борьбы за жизнь, витавший в реанимации, заставлял внутренности Менсу выворачиваться наизнанку. Он закрыл лицо ладонями и старался унять непрекращающуюся панику и тошноту, то и дело подкатывающую к горлу. Черт возьми, он волновался. И волновался до такой степени, что страх сковывал его конечности. Его привычное состояние бездушного говна кануло в лету, оставив после себя только трясущиеся руки и влажные глаза. На Сонгю он даже боялся смотреть. Тот сидел на стуле, спрятав голову на груди у Сонеля. Все его тело вздрагивало, он не прекращал плакать с того самого момента, когда раздался тот роковой звонок. Время шло, новостей все не было. Ни одной медсестры, ни одного врача. Только белый безжизненный свет, подрагивающий на серых стенах. Менсу хотелось убежать отсюда. Сонджон сидел на полу, уткнув голову в колени и обнимая себя руками. Он сидел так уже не один час, ни разу не шелохнувшись, он как будто превратился в маленькую статую. Менсу не выдержал разрывавшего его напряжения, вскочил с места и начал нервно ходить туда и обратно, до боли заламывая пальцы. Тело маннэ напротив него содрогнулось. Послышался сдавленный всхлип, и парнишка наконец поднял голову и, закрыв лицо ладонями, зарыдал. Менсу тут же опустился к нему на пол. Сейчас было не время для гордости и неловкости от недавних событий. Парень обнял Сонджона и прижал его к себе. Холодные тонкие руки тут же обвили его шею, мокрый от слез нос уткнулся где-то между шеей и ключицами. Менсу почувствовал на своей коже мокрые капельки, то и дело срывающиеся с ресниц младшего. - Ну, тише… Джонни… Что ж ты плачешь, как маленькая девчонка, не мужик что ли? – сказал Менсу очень тихим, мягким голосом. Ему показалось, что так он никогда еще не говорил. Он ожидал, что его слова заденут маннэ, отвлекут его от этой истерики. Но вместо колкости в ответ, Сонджон еще больше прижался к Менсу и заплакал громче. Старший неуверенно обвил его руками, как бы согревая, и успокаивающе поглаживал его по мягким волосам. Когда это хрупкое тельце вот так дрожало в его руках, ему самому стало очень сложно сдерживаться, чтобы не заплакать. Спустя некоторое время все они облегченно вздохнули – жизнь Ухена была спасена. Эта ночь была для них очень тяжелой. Они тихо шли по длинному коридору к выходу. Сонгю остался в палате своего парня, несмотря на все протесты врачей. Сейчас ничто не могло заставить его отойти от любимого. В конце концов, он чуть было не потерял его совсем. Потерять его – это все равно, что умереть самому. Сонджон ни на секунду не отходил от Менсу, который по-прежнему обнимал его. Его истерика закончилась, по крайней мере, внешне, но он был слишком молчалив, глаза были стеклянными, они как будто не видели ничего перед собой. Как хорошо, что вокруг не было прессы и камер – еще никто ничего не знал. Они были обязаны всем этим незнакомцу, который спас их друга, и к тому же не поставил в известность журналистов. В голове Менсу теперь метались разные мысли. Кто это сделал и зачем? Что они натворили, чтобы заслужить покушение на их жизни? Менсу пообещал себе обязательно докопаться до этого. Одно было ясно точно – это не случайное нападение обычных хулиганов. Ничего не было украдено. Это умышленное убийство. Сонель попрощался с ними и направился домой, как только они вышли из здания больницы. На прощание он спросил Менсу: -Ты в порядке? Если хочешь, пошли ко мне. Тебе явно не нужно оставаться одному – выглядишь так, как будто вот-вот упадешь в обморок. Менсу отрицательно покачал головой. –Спасибо, но я не могу. У меня тут есть маленькая лягушка, которая точно упадет в обморок по дороге, в отличие от меня. Я в порядке, правда, - сказал он, слабо улыбнувшись, и взглядом указал на Сонджона, который вцепился ему в плечо и закрыл глаза. -Оу… Тогда, береги себя! До встречи, - Сонель выдавил из себя улыбку, настолько наигранную, что даже у такого человека, как Менсу, внутри что-то неприятно сжалось. Сегодня он чересчур эмоциональный. Они разошлись, и Менсу собирался проводить Сонджона до дома. Но когда они подошли к дороге, чтобы поймать такси, младший тихо проговорил, впервые за эту ночь, или уже утро: - Менсу-хен… Я не могу пойти домой. Я не могу в таком состоянии появиться перед мамой. Можно я останусь у тебя? Как ни странно, старший даже не задумался над ответом. -Конечно. Он понимал, что Сонджону это нужно. И откуда у Кима Менсу взялась такая внезапная доброта? Они молча добрались до его квартиры. Он усадил маннэ на кровать, напоил его чаем, правда, от еды Сонджон отказался. Он улегся в кровать, а Менсу сидел на полу и размышлял. Он был странно опустошен, не было ни гнева, ни раздражения, ни печали. Все, чего ему хотелось – это провалиться в глубокий спокойный сон без сновидений, просто убежать от всего этого. - Хен, иди ко мне, - послышался тихий голос со стороны кровати. -Что-то случилось? - Я.. я не могу...один. Мне холодно, хен. Менсу поднялся и увидел, что Сонджон действительно дрожит. Кажется, он снова плакал. И кто бы мог подумать, что этот резкий паренек, который за словом в карман не полезет, окажется таким хрупким. Менсу залез под одеяло. Его рука перекинулась через тонкую, даже тощую, талию Сонджона. Он прижался к нему со спины, чтобы хоть как-то согреть его. -Джонни.. почему ты так на это реагируешь? Все же в порядке, Ухен жив. Сонджон выдержал паузу, как будто собираясь с силами, и ответил: -Я.. я просто боюсь. Боюсь, что пострадает кто-то еще. Это же все из-за меня, - Сонджон вздрогнул, но Менсу промолчал и не мешал ему выговариваться, просто поглаживая его по волосам. -Знаешь, - продолжал он, - Смерть всегда была рядом со мной. Люди вокруг меня всегда страдают. Я иногда думаю..может, мне самому нужно умереть, чтобы это все прекратилось? Наверное, так будет лучше. Менсу тут же развернул его к себе, и обхватив его лицо руками, пристально уставился ему в глаза. -Ты что такое несешь, идиот? Это не из-за тебя, мы справимся, все вместе. Сонджон был не в силах поднять на него глаз. - Нет.. без меня будет лучше.. Хен, почему меня либо очень любят, либо сильно ненавидят. А те, кого люблю я, страдают или погибают.. А я … а мне все сходит с рук.. На глазах Сонджона выступили слезы, взгляд стал совсем пустым, он как будто смотрел сквозь Менсу. -Что ты несешь?! – старший прижался ближе и поцеловал его в лоб, - ты нужен нам, всем.. -А тебе? – этот вопрос заставил Менсу тут же замолчать, - Я нужен тебе? Ты же ненавидишь меня, хен. Взгляд Менсу метался по лицу маннэ, большими пальцами он пытался вытереть его слезы. Так глупо.. Ким Менсу загнан в ловушку. Он впервые не знает, что ответить. Сонджон не отрывает своих от него своих стеклянных глаз. В этот момент Менсу испугался. -Я.. не знаю. Нет. -Что нет? -Я не ненавижу тебя. Но даже не пытайся сейчас вытащить из меня тех слов, которые я не хочу произносить. И которые постараюсь не произнести никогда. Сонджон опустил глаза. - За что… почему все так. Лучше бы я никогда не появлялся на свет, - кажется, истерика снова возвращалась, - Я урод. Я подвергаю опасности всех..я -Прекрати. -Хен, поцелуй меня.