А когда-то ты смотрел на меня со страхом в глазах

Рассвет только коснулся потемневшего неба образовывая на нём бледную полоску говоря о том, что уже через пару часов землю будет освещать яркий дневной свет. Легкий ветерок игриво пробирался сквозь покрытые вечным инеем деревья. Тихий гул ветра, мягко стучался в окна, требовательно прося пустить его в теплую хижину. День обещал быть чудесным… Стоп! Кажется, вчера день точно так же обещал, но, однако, ничего хорошего не произошло! Царапины от острых когтей больших кошек всё ещё жутко болели и периодически чесались – значит заживали! Но это не приносило красочное впечатление о том, что через пару дней на бледной гладкой коже останутся многочисленные шрамы от мелких порезов. Санджи, заворочался в постели. Снова чешется спина! Да сколько можно?! Лис чуть ли не выл от безнадеги, вспоминая о том, что у него не такие уж длинные руки. Мальчишка чуть привстал и, завернувшись на бок, начал тереться в сотый раз о рядом лежащее тело, которое так и просило, чтобы до него лишний раз коснулись. Блондин повел зудящими от чесотки ушками и недовольно поморщил носик, когда цепкие руки лежащего рядом тела обхватили того за талию и прижали к себе, закинув ногу на бедро и уткнувшись носом в золотистые пряди. Дышать стало куда труднее, и блин, нога чешется! У-у-у-у! Спасите! И, кажется, что Бог услышал маленького лисёнка - в дверь громко постучали. Зоро недовольно рыкнул, мол, кого блять в четыре часа ночи принесло? Или шесть? А может сейчас восемь? Короче Ророноа просто недовольно разъединил руки, отпуская живую подушку и краем глаза видя, как тот в судороге царапает ногу, встал на холодный пол. По коже пробежали мурашки. То самое чувство, когда секунду назад обнимал теплого лисёнка и лежал под пуховым одеялом, а потом раз и всё! Нет лисёнка, одеяла он себе заграбастал, остались только ледяные деревяшки под ногами. Продрогнув телом, Зоро, скрипя зубами, уже хотел открыть дверь и рыкнуть: «Вали к чертям, гнида!» - после чего вернуться обратно и схватить лисёнка в объятьях, но был остановлен, когда перед дверью рассыпались слишком уж знакомые веснушки. Зоро недовольно поежился. Нет! Только не он! Ни свет, ни заря, а уже приперся! Ну чего удивляется, это ж сам… ох, как тяжело назвать его имя. Высокий загорелый мужчина в теплой красной куртке и светло-коричневых штанах вошел в дом, не церемонясь, снял тяжелые черные сапоги, и прошёл до холодильника, зная, что Ророноа закупается чуть ли не каждый день из-за вечных похождений блудного соседа. - Бля, Портгас! Свали к черту! Я только вчера всё купил! Стой, не жри это! Оно ж сырое! – спохватился зеленоволосый, подбегая к другу-термиту, который уже схватился за попавшуюся тушку замороженной молодой птицы. Блондин недовольно повел ушами, закутавшись ещё сильнее в пуховое одеяло и поморщив носик из-за отсутствия такого желанного тепла. Лис распахнул лазурные глаза, широко зевнув и слизнув с губ капельку слюны, недовольно сглотнул. Почему-то перед глазами спросонья маячили не одна фигура, а целых две, дерущихся за кусок замороженного мяса. Зеленая макушка маячила перед глазами, вместе с ней сплетались и черные, чуть завивающиеся волосы а так же какие-то точки. Санджи встряхнул голову, даже попробовал ущипнуть себя за щеку, но двое взрослых парней уже успели свалиться на пол и теперь катались по деревянным доскам пытаясь достать ту самую многострадальную птичку. - Портгас! – взревел Зоро, наконец, выхватывая у брюнета тушку и буквально бросая её в холодильник, громко хлопнув дверцей. - Ну, Зоро-чан! Дай мне покушать! – заныл мужчина прямо как ребёнок. Ророноа недоверчиво скосил глаза, и почему-то на ум приходил только Луффи, просящий мясо. - Надо было взять кого-то из команды, чтоб готовили! – рыкнул зеленоволосый и устало поднялся на ноги. Его действия были повторены со стороны так называемого Портгаса. – И вообще неужто ты мясо не можешь себе приготовить? - Конечно, могу! – сразу улыбнулся он. – Но зачем готовить, если я к тебе прихожу и всё и так готово? – нахмурился он, словно и, правда, не понимая…зачем? - Черт, - завыл Ророноа, переводя свой взгляд к блондину, который непонятными глазами пытался рассмотреть нового прибывшего, немым вопросом спрашивая: «Какого черта?!» - О, Завитушка ты проснулся, - ласково улыбнулся Зоро, отчего даже сам великий Портгас вздрогнул, но обернулся. - Ха? Это что? Лисица? Зоро-чан, мы будем есть лисицу? – Эйс улыбнулся ещё шире, чем раньше, и теперь уже точно копируя Луффи. - С ума сошел, блин, Портгас, тебе только дай повод и меня сожрешь… - протянул зеленоволосый, хлопая друга по плечу. Тот только что-то буркнул. - Ты жесткий и в тебе одни мускулы, больно ты мне нужен, - хмыкнул он и подскочил к лису, который тут же спрятался под одеяла, не желая видеть новоприбывшего гостя. – Где ты подобрал такую нечисть? Их продают? Купишь мне такую же Зоро-чан? - Совсем мозги от голода растерял?! Таких нигде не продают! Такого как он найти уже чудо! – Санджи, слыша все слова своего соседа, покрылся ярко пунцовой краской, а из его ушей вот-вот готов был повалить густой пар. - Так ты дашь мне покушать? – уже как-то безразлично спросил Эйс, чуть искоса поглядывая на малыша. А ведь он голый… да и, по сути, спал рядом с Зоро… ещё и весь в синяках… Портгас пошло ухмыльнулся, давая Ророноа вспотеть семь раз, думая, что сейчас скажет братишка Луффи, а тот всё улыбался, да ещё и сверкал глазами в разные стороны. – Не уж то самый натуральный натурал из натуралов теперь по мальчикам? – ухмыльнулся он. - Завались! – рыкнул Зоро. – Твою ж мать, знаешь, как настроение изгадить! Он же ещё ребёнок! – вздохнул зеленоволосый и сел за стол. - Значит, будь он повыше и посексуальнее, ты бы его трах… - Эйсу не дали договорить, та самая птичка полетела ему прямо в рот, проталкивая туда голову. – Блин! Зоро-чан! Это подло! – выплюнув многострадальную пташку, рыкнул брюнет. - Забирай курицу и вали к чертям, - рычал Ророноа. Он был не в лучшем настроении, а такого его лучше не трогать, поэтому схватив птицу, Эйс опять улыбнулся и, бросив что-то на подобии: «Развлекайтесь мальчики, будь с ним нежен, я ещё зайду», - смылся. Санджи которой пребывал в недоумении от утреннего гостя и уже хотел что-то спросить, но видя мутное настроение зеленоволосого, только огорченно вздохнул. Не только мужчине всё настроение испортили, но ещё и лисёнку. Блондин, откинув одеяло, слез с кровати и потопал по холодному полу, пытаясь закончить фразу, которую не успел сказать тот человек перед налётом курицы. Что значит самый натуральный натурал из натуралов теперь по мальчикам? Что значило, будь он выше и секс… а нет, Санджи знает это слово! Очень хорошо знает, а получается, что он живёт в доме с редким извращенцем?! А ещё его последние слова. Нежен? Хм… да Зоро всегда был с ним нежен, но блондин был готов поклясться, что это тут не причем. Всё-таки он… извращенец! Нет! Нет! И ещё раз нет! Зоро приличный… ну половина приличная… четверть…одна восьмая? Блондин недоверчиво сглотнул и протопал к холодильнику, доставая из него пару яиц и бекон. Для завтрака в пять часов утра будет в самый раз. Ророноа злился. Ой, как злился! И было это не самое хорошее, что с ним случалось. Эйс бы сначала на себя посмотрел, а уже потом принялся других разглядывать. Если он ходит по мальчикам, это не значит, что все такие же как и этот брюнет! Зоро сжал кулак, вспоминая слова Портгаса, но тут его приманил лисенок, который уже разогревал масло на сковороде. Тонкая талия, длинные ноги, аккуратные черты лица, невероятно шелковистые волосы и глубокие глаза. Если бы блондин был… не блондином… то есть не тем, кто он есть сейчас, Зоро, наверное, сразу же набросился на него, не давая пикнуть, а на следующее утро бы смотался. Тут всё не так. Санджи верит ему как ни кому другому. Он верит зеленоволосому так же, как и все его друзья верят ему. И только сейчас Ророноа понимает, что кроме него у лиса больше нет никого. Сковородка весело фырчала, обрамляя бекон хрустящей корочкой и совсем не заботясь о том, подгорит он или нет. Зато блондин был полностью сосредоточен. Его чуть хмурый взгляд был целиком и полностью направлен на будущую еду. Руки плавно перебирали разные приправы, что он вчера купил, на ощупь, так как все его внимание было сосредоточенно на яйцах. Вот в воздухе уже начал летать сочный аромат, из-за которого в желудке Ророноа довольно заурчало, прося хоть чего-то бросить внутрь изголодавшего тела. Зоро же всеми своими силами пытался утихомирить голод, но тот, словно издеваясь, вопил ещё громче. Санджи, слыша мольбу живота зеленоволосого, лишь тихо хихикнул и с улыбкой на лице продолжил своё занятие. Наконец всё было готово, и организм Зоро ликовал. Приятный аромат за секунды разлетелся по всему дому, пробираясь в ванную и сквозь щели пробегая на улицу, тут же уносясь ветром. На улице стояла хорошая погода, и за последние пятнадцать минут ничего не изменилось. Лишь слабый ветерок проходил сквозь голые деревья, шевеля толстые ветки, и скрывался за очередным сугробом. Перед Ророноа поставили порцию еды, плюс ко всему, как решил лисёнок, ему налили саке. Пускай для человек саке в пять утра вредно, но для того, кто покупает его по двадцать бутылок, не очень. Зоро только хищно улыбнулся, оглядывая угощение, и первое, что он сделал - это выхватил из рук Санджи бутылку и тут же отхлебнул чуть ли не наполовину. А для кого спрашивается, лисёнок наливал стакан? Ну, небольшой стакан, конечно же, но какой есть! Блондин надулся, но сдержал порыв гнева из-за наглости всяких там маримоголовых. Похоже, саке успокаивало Зоро, так как он улыбался. Нагло улыбался, но… улыбался же! Санджи сел напротив, взяв в руки вилку, он начал утолять собственный голод. - Маримо, - тихо позвал он, не поднимая глаз, которые уже не были видны из-за блондинистой челки. Хвост лисёнка недовольно дернулся, мол, зачем ты его окликнул. - Чего? – равнодушно спросил он, отсасываясь от бухла и набрасываясь на еду, которая каким-то образом за минуту уже успела остыть. - Кто это был? – напрямую спросил Санджи и уже мысленно выставлял себе подзатыльники. Он же видел, как был Зоро неприятен тот тип, но всё равно спросил. Блондин уже прикусил губы, готовясь сказать, что ему всё равно, как тут услышал легкий надменный смешок. - Хочешь знать? – задал вопрос Ророноа, уводя взгляд куда-то к двери. Мальчишка кивнул. Ну, если он расскажет, то чего не узнать. Всё-таки они уже достаточно… близки? – Его зовут Портгас Ди Эйс. Он что-то типа мафиози, главарь самой опасной банды Токио, не считая Луффи, кстати, это его брат, - улыбнулся он своим воспоминаниям, и блондин кивнул, ожидая продолжения. – Хотя на вид он и кажется придурком, каких ещё поискать надо, так-то он очень серьёзный и сильный, - Зоро остановился, делая ещё один глоток и выдыхая пропитанный алкоголем воздух, продолжил. – Ну, вообще, он не самый главный, - как то грустно улыбнулся Ророноа, покачав пойло в бутылке и недовольно поставив её на стол. – Эйс, находится в подчинении у Белоуса, у Эдварда Ньюгейта. Он капитан второго дивизионного отряда пиратов… - Пиратов?! – тут же соскочил Санджи, сверкая глазами. В детстве, когда отец читал ему сказки о пиратах, лисёнку всегда хотелось стать такими как они. Чтобы была преданная команда, люди, готовые поддержать в любой момент. Вообще те, кто поможет. Он хотел быть коком на большом просторном корабле и высказывал свою мечту прямо в лицо отцу. Тот смеялся, говоря, что сейчас уже пиратов не существует, хотя Санджи его уже не слушал. Он полностью погружался в свои задумки и ночью засыпал под видения как стоит на палубе своего корабле, а рядом команда. Вокруг море, а в душе азарт. - Ну да пираты. Понятие не имею, почему именно пираты, а не… маньяки или поставщики, но Луффи, услышав о «пиратах» сразу, же кинулся создавать свою группировку… - Так ты тоже пират? – улыбнулся во все тридцать два зуба блондин, довольно сверкая единственным видным глазом из-под челки. Зоро, сам не понимая, улыбнулся такому зрелищу и кивнул. - Впрочем, пираты это не такое простое дело. Тут не то чтобы бороздить по морям и грабить. Сухопутные пираты совсем другое дело. Здесь нужно быть правильным и осторожным, даже когда просто сидишь у себя дома, нужно быть бдительным. Мы не раз это переживали, так что у меня имеется опыт, - ухмыльнулся он, отправляя в рот последний кусочек бекона и выходя из-за стола, опустил посуду в раковину. – Ну, короче сказать, мала пиратская доля, - Санджи слабо улыбнулся, недовольный тем, что его любимых пиратов прервали. - Зоро, - позвал лисёнок, и Ророноа обернулся, спеша улечься на кровать и захрапеть. Мальчишка тоже встал и, поежившись от внезапного холода, подошёл к зеленоволосому, опять хило улыбнувшись. – А что имел в виду тот Эйс, ну насчёт натуралов и мальчиков? – чуть склонив голову, спросил Санджи, обгоняя соседа и ложась первым на кровать. Честно признаться Зоро был в панике. Нет, он был в истерике, только на лице этого не выдавалось. Если он скажет правду, лис будет его бояться и остерегаться, перестанет спать с ним в одной постели, готовить, а может быть, вообще уйдёт. Если чуточку приврать, то получается, Ророноа его обманул, а если он это узнает, то тоже уйдёт. Черт! Это как ребёнку объяснять, откуда берутся дети! Зеленоволосый сглотнул и тихо прошёл до кровати, садясь на край. - Ну, ты, наверное, в курсе, люди могут любить друг друга… - как-то неуверенно промямлил Зоро, содрогнувшись всем телом. Черт! Он последний раз мямлил, когда ещё не умел разговаривать. Что за дела?! - Эй, Маримо! – перебил его Санджи, хмурясь. – Мне не надо объяснять сущность всего живого, скажи, что значит «натуралы» и «по мальчикам»? - Сам не знаю, - хмыкнул Ророноа и завалился на кровать, прижимая надоедливого лисёнка к стенке, заставляя вжиматься в неё. Что-то довольно хмыкнул, Зоро прикрыл уставшие после небольшой перепалки с Портгасом глаза и провалился в сон. Лисёнок скорчился недовольную ответом мину, но решил оставить всё на потом. Сейчас он тоже хотел спать и побыстрее бы ему провалиться в сон, так как на улице снова собирается буря, а засыпать под снег, бьющийся об стекло окна как тебе по голове, не очень удобно. Зевнув, Санджи вытащил из-под своих ног одеяло. Пока что он не хотел носить вещи, купленные в том магазинчике. И тем более та пижама была неестественно зеленого цвета. Вспомнив это, лис недовольно поморщился, укрываясь чуть ли не с головой и бросая оставшийся клочок одеяла на Зоро, которому уже было всё равно. Прикрыв отяжелевшие веки, Санджи накинул на бедро Ророноа хвост вместе с правой ногой, уткнулся носом в широкую медленно вздымающую спину и, наконец, отошел к сновидениям.