Свет свечей и лай собак меняют время

— И что же вы выудили под Веритасерумом из того несчастного? Я рассказываю ему о допросе с зельем правды. Рассказываю, как после этого все поверили в то, что он, Снейп, правда умер. — И ты поверил? — Нет. Я ждал тебя. — После Авады? — После всего. Он неожиданно спокойно начинает излагать. — О том, что Упивающиеся захватили тебя за моей спиной, через несколько минут после того, как я не позволил Лестрендж под стенами Хогвартса поразить тебя заклятием, я узнал через пару дней после события. В то время я много работал в лаборатории, и за несколько суток почти не поднимался наверх. Мне был нужен план. Вытащить тебя оттуда самому мне не под силу, встать вместе с тобой вдвоем против войска Упивающихся в замке — глупо. Я понял, что мой единственный шанс — подмена. Дать тебе выйти из замка в то время, когда кто-то другой будет изображать тебя. Я не мог сделать этого сразу — вы с Лордом были очень плотно связаны друг с другом. Он чувствовал каждую наносимую тебе пощечину, слышал каждую твою мысль. К тому же, пока ты оставался в подземельях, мне не было доступа к тебе. Мне было не вывести тебя, ни забрать оттуда. Чуть позже мне все же удалось второе. Давно пущенный мной слух о якобы данном Дамблдору непреложном обете, который предписывал мне защищать тебя, пришелся как нельзя кстати. Я прекрасно знал, что чужие тайны для Салазара — бремя слишком обременительное, поэтому он охотно делится им со всеми, кто имеет уши. Через короткое время о рассказанной ему «страшной тайне» знал весь замок во главе с Лордом, что было мне только на руку. Так тебя отдали мне. Я был самым лучшим, заинтересованным хранителем Гарри Поттера. Мне нужно было найти того, кто, не зная об этом, сыграет твою роль. Я прислушивался к студентам, присматривался к каждому, хорошо зная их всех еще со школы. Мой выбор пал именно на студентов, потому что поселить у себя кого-то из Упивающихся, как ты понимаешь, я не мог, да и принявший оборотное Упивающийся остается меченым. Метка не стирается оборотным. И тогда волею судеб я остановил свой взгляд на одном из студентов. Грэхем Монтегю. Слизеринец. Мой бывший ученик, юноша на два года старше тебя, уже не учащийся, но активно сочувствующий Лорду вместе с другими студентами. И я взял на себя эту роль, — он сложил руки на груди и отвернулся к окну, — я посмел примерить на себя роль вершителя судеб. Зная, что мальчик давно и неизлечимо болен, я посчитал его наименьшей жертвой из всех, которые были возможны. Он развернулся ко мне и смерил меня долгим пронзительным взглядом. — Ты имеешь полное право знать, с какой бессердечной сволочью ты имеешь дело, Гарри. Тебе не стоит идеализировать меня. Я гораздо хуже, чем ты думаешь. Он отвернулся снова. — Мне не составило труда увлечь мальчишку. Пообещав подготовить из неглупого в общем-то студента своего ученика, что уже было лестно для слизеринцев, так как всем известно — учеников я не брал и не беру — я сделал ему пару недвусмысленных намеков. Мальчишка быстро понял, что к чему, и вскоре у меня появился достаточно смышленый ученик. К тому же для него было весьма значимо то, что я прочил ему не только место рядом со мной, но и в моей спальне. Мальчишку это поднимало на другой уровень среди сокурсников, давало повод гордиться особым положением. Я же со своей стороны никак не препятствовал появлению этих слухов. Почему? Моей репутации уже ничто не повредит, а мальчишка ощущает себя значимым, на ступень выше остальных. К тому же, в нем явно была некоторая склонность к подчинению, он увидел во мне лидера и пошел за мной с охотой молодого исследователя. И хотя я почти до самого последнего времени не прикасался к нему, разрешая себе только намеки, легкий флирт и несколько поцелуев, все свято уверовали в то, что Грэм — мой любовник. Я смотрел на него широко раскрытыми глазами. Это было сногсшибательной новостью для меня. — Остальное о нашей жизни втроем под одной крышей ты знаешь. Также ты слышал мой разговор со Слизерином перед нашим отбытием в ссылку. Я раскрыл рот от изумления. — Да, я понял это — не сразу, но понял, заметив приоткрытую на долю дюйма дверь в спальню,— ухмыльнулся он. — А когда я услышал шорох твоего свитера по дверному косяку, понял, что слышал ты все. — Ты спросишь — как мне удалось совершить ту замену? Тут вступает в игру зелье, которое, якобы было приготовлено для защиты Лорда после твоей смерти. Не буду объяснять, как убедил его в этом. Я бываю весьма убедителен, — он невесело улыбнулся краем губ. Зелье я нашел еще очень давно, только начав преподавать в Хогвартсе. Этот состав стабилизировал многие известные зелья, продлевая время их действия, усугубляя производимый ими эффект. Я пробовал варить такое зелье в своей лаборатории. Единственным условием его действия было наличие некоего компонента, как отправной точки стабилизации. Я пришел к выводу, что в случае со Многосущным этим компонентом должна стать кровь того объекта, который должен был стать итогом эксперимента. Я проводил эти эксперименты, и они были удачны. Вот для чего я брал твою кровь, Гарри.