Отыщи меня в Зазеркалье.

Га Ыль выбежала из такси и сразу же столкнулась с Со Ыль и Кан Саном. - А вы чего здесь? – нахмурилась девушка. – Да ещё и вдвоём! И за руки держитесь! - Тихо, младшенькая,- шикнула Со Ыль. – Потом всё объясню. А пока пошли, посмотрим, что с нашей мамочкой. Со Ыль отпустила руку Кан Сана и гордо пошла вперёд. Га Ыль подмигнула Кан Сану и засмеялась. - Молодец,- тихо сказала она. – Давно пора была. - Всё благодаря твоему И Чжону,- так же тихо ответил Кан Сан. - Кому? – нахмурилась Га Ыль. – Ты не в себе? - Потом объясню,- улыбнулся мужчина. Когда они зашли в холл, то увидели Ким Ми Хо, сидящую за столом, напротив неё сидело двое мужчин. Руки Ми Хо тряслись, а сама она не поднимала головы. Казалось, что чашка кофе интересуют её намного больше, чем собеседники. Когда мужчины обернулись, то реакция сестёр была слишком неоднозначной. - Это же вы! – воскликнула Га Ыль. - Дедули? – ахнула Со Ыль. Девушки перевели удивлённый взгляд друг на друга. - Ты знакома с ними? – одновременно спросили Со Ыль и Га Ыль. Сестры нахмурились и перевели взгляд на мужчин. - Рассказывайте! – приказали обе. - Видно, что сёстры,- усмехнулся Доль Хён, делая глоток кофе. - Мама! – окликнула Га Ыль. – Чего молчишь? Может, ты объяснишь. - Это… это мой отец. – Ми Хо кивнула в сторону Доль Хёна. – А это дядя. - Чудно! – восхитилась Га Ыль. – И почему я не знала о вас? И откуда вас знает Со Ыль? И почему моя мать вас боится больше чем Дьявола? – сыпала вопросами Га Ыль, бросая на мужчин злобные взгляды. Откуда взялась эта злоба? Она едва с ними знакома, но обида съедает изнутри. - А вот характер ей достался от отца,- вынес вердикт Дже Сок. – Ты задаешь слишком много вопросов, Га Ыль. - А вы даёте слишком мало ответов,- резко отозвалась Га Ыль. - Не вижу ничего странного в том, что за двадцать лет жизни у меня скопилось множество вопросов! - Успокойся,- попросила Со Ыль, взяв Га Ыль за руку,- я рядом. Га Ыль перевела взгляд на Со Ыль и кивнула. Сейчас сестра показалась ей очень спокойной и целомудренной. Возможно, она просто владеет большим количеством информации, но Га Ыль почувствовала себя действительно младшей. - Я перестала общаться с дочерью, когда тебе было семь,- начал Доль Хён,- в силу того, что эти воспоминания слишком далеки, ты меня не помнишь, но ты любила меня, Га Ыль. И Дже Сока тоже. Ты всегда радовалась, когда мы приходили. Из-за того, что Со Ыль старше, она помнит нас. - Почему вы не появились в нашей жизни раньше? – спросила Га Ыль, сжимая руку сестры. Она действительно ничего не помнила, да и ни одной фотографии этих людей в доме не было. - Потому что твоя мать выгнала нас,- ответил Дже Сок, бросив на Ми Хо злобный взгляд. Казалось, что она ему противна. И Га Ыль раздражало такое отношение к её матери. - Неужели это мешало вам помочь Мин У?! Когда он умирал, то вы и пальцем не пошевелили! Вы не заботились ни обо мне, ни о Со Ыль! - Это не правда,- прервала Со Ыль сестру. – Все больничные счета были оплачены ими, деньги для моего дебюта дали тоже дедули и квартиру Мин У подарили тоже они. - Но они его не спасли! – настаивала на своём Га Ыль. - Послушай, Га Ыль,- обратился к ней Доль Хён,- его судьба была предначертана, и всё шло своим чередом! Признайся, ты же задумывала о том, что было бы, будь он сейчас жив. – Га Ыль отвела взгляд. Задумывалась, он прав. И на секунду она даже решила, что Мин У поступил правильно. Мужчина угадал её настроение и печально улыбнулся. – Если бы мы вмешались, то многие, из присутствующих в этой комнате, могли быть мертвы или давно оказались бы в психбольницы,- тише прибавил он. Га Ыль увидела по глазам мужчины, что совесть его мучает уже не один год, что он и сам винит себя в том, что не помог. Но в некоторой степени он прав. Смерть не обмануть, она всё равно догонит. - Почему вы объявились именно сейчас? – спросил Ми Хо, наконец подняв глаза. – Я же просила вас не общаться с моими девочками! - Хочешь ты того, или нет, но они наши внучки. - Внучки? – усмехнулась Ми Хо, вскакивая с места.- Внучки?! Да посмотрите на себя! Один считает, что у него дар провидца, а второй неделями разыгрывает бомжа! Вы позор семьи и… - Мы позор семьи? – усмехнулся Дже Сок. – Дорогая племянница, это ты продаешься за деньги, а не мы. Да, у нас есть своим странности, но мы хотя бы не продажны. - Прекратите! – прервала Га Ыль мужчину. – Какое право вы имеете так говорить с моей матерью? Она живёт с Чхве Ёном не из-за хорошей жизни, и пусть порой я ненавижу её, но никто не смеет так обращаться с ней! – гневно говорила Га Ыль, поражаясь сама и поражая других. Но Га Ыль знала свою мать, и, если задумать, то она не такая уж плохая. Будь она милой, любящей матерью, то её дети были бы слабыми и немощными, будучи по своей натуре довольно мягкими людьми. Разве плохо, что они умеет бороться и умеют дать отпор? Да, материнской любви порой не хватало, но разве Доль Хён лучше? Он тоже бросил свою дочь. - Га Ыль… - выдохнула женщина, потянувшись к дочери. Она обняла Га Ыль, прошептав тихое «спасибо». Ми Хо никогда не ожидала найти защиту в той, которую терроризировала долгих двадцать лет. - Га Ыль, из-за неё ты росла без отца,- возразил Доль Хён. – Знаешь, твой отец был хорошим, благородным человеком… - Да, каким никогда не были вы! – вновь прервала его Га Ыль. – Что-то мне подсказывает, что Вы были далеки от образцового отца, в котором нуждалась моя мать. Именно Вы подали ей пример того, какими должны быть родители! Не вините свою дочь в том, что она просто переняла Ваши качества. И если Вы считаете мою мать падшей женщиной, которая продалась, то знайте, что дети – лишь отражение родителей. Лицо Доль Хёна медленно искажалось от боли и осознания правды. Всю свою жизнь он посвятил своим же увлечениям, совершенно не заботясь о своей маленькой Ми Хо, которая росла без матери. Они с братом колесили по свету, в то время, как из маленькой девочки вырастала безнравственная особа. По крайней мере, так думал Доль Хён. - Тогда пусть твоя мать, которую ты так уважаешь, скажет тебе, почему выгнала своего отца и дядю,- предложил Дже Сок. Га Ыль посмотрела на мать. Та казалось ещё более беспомощной, чем ранее. Чтобы придать сил матери, Га Ыль взяла её за руку. - Я боялась вас! – воскликнула Ми Хо. – Отец… Ты внушаешь не понятный страх. Твой взгляд… Ты всё знаешь наперёд! Знал, что я сбегу с мужчиной в шестнадцать лет, знал, что мой муж уйдёт, и даже что умрёт Мин У! Своими так называемыми предсказаниями, ты усложнял мою жизни, и я просто боялась за девочек. Боялась пагубного влияния, – говорила женщина, не успевая даже подумать. Доль Хён опустил глаза и молча слушал дочь. Они не могли поговорить так около двадцати лет. Просто сесть и поговорить, и тогда можно было бы избежать многих роковых событий. Ми Хо, увидев, что отцу нужно время на раздумья, перевела взгляд на Дже Сок. - Дядя, почему Вы всегда руководствуетесь только своими желаниями? Вы никогда не жили ради кого-то, только ради себя, так что я не могу быть судима Вами! Мой смысл жизни – это Со Ыль и Га Ыль. Я убью за них. А Вы? Ради чего живёте Вы? - Я даже не подозревала, что в этой семье так много тайн,- пробормотала Со Ыль, поднимаясь с места. – Я не думаю, что дедушки пришли ради очередных ссор. – Со Ыль посмотрела на Доль Хёна и Дже Сока, те согласно кивнули. – Сейчас трудное время. Я, Га Ыль… Мы хотим нормальную семью. Особенно в поддержке нуждается Га Ыль. Вы даже не представляете, сколько пережила моя сестра, пока я бегала от проблем. – Со Ыль посмотрела на сестру. Та закрыла лицо руками и молчала. Сложно. С каждым днём всё сложнее и сложнее. Доль Хён вздохнул и поднялся с места. - Простите,- выдавил он, будто это слово далось с большим трудом. – Мы виноваты. Все в этой комнаты в чём-то виноваты, но давайте оставим прошлое в прошлом. Со Ыль, кажется, у тебя с этим молодым человеком есть важное объявление? – улыбнулся мужчина. Со Ыль просияла улыбкой и подошла к Кан Сану. - После этой сцены ты всё ещё хочешь? – уточнила она. Мужчина улыбнулся и кивнул. Со Ыль взяла его за руку, и они вместе подошли к семье. - После долгих раздумий и моей беготни от него,- начала Со Ыль,- после всей глупости, которую я совершила и после всей боли, которую принес… - Мы женимся! – прервал Кан Сан. Ми Хо ахнула и прикрыла рот руками, Га Ыль довольно улыбнулась. – И мне всё равно, что она там сделала и сколько бегала от меня. Я люблю Чу Со Ыль. Со Ыль смутилась из-за признания и кивнула в ответ. - Когда свадьба? – спросил Дже Сок. - Мы решили, что через два месяца,- ответил Кан Сан. - Всего два месяца! – ужаснулась Ми Хо. – И столько всего нужно сделать. - Я тоже раньше так думала. Но сейчас, глядя на всех вас, я знаю, что не одна. Слаживается ощущение, что у меня есть семья. - Она у тебя есть,- подтвердил Доль Хён. – Отныне, и навсегда. У Га Ыль появилось ощущение, что она попала в другое измерение. Дружная семья – это просто что-то запредельное и невероятное. Она не верила во многие вещи, и в этот список входило понятие «дружная семья». Чу Га Ыль не знала что это такое, просто не имела понятия. - Вот и узнаешь,- сказал Доль Хён, аккуратно взяв Га Ыль за руку. Га Ыль удивлённо посмотрела на него, а мужчина лишь пожал плечами. Он знает. Просто знает, о чём она думает. – Я прошу тебя ещё раз подумать о твоём выборе, Га Ыль. Потому что даже мне не удастся склеить твоё сердце. Оно ценнее золота, и она даже более хрупкое, чем фарфор. - И всё таки слать мне куклы было глупо! – рассердилась Га Ыль. – Я Вас абсолютно не знаю, так что Вы не имеете права давать мне всякого рода советы. Вы бросили меня и свою дочь! Ушли по первому требованию. - Я просто уважал решения Ми Хо,- тихо откликнулся Доль Хён. – И если она боялась меня, то просто обязан был уйти. Это моё выражение любви. Но я всегда был рядом, Га Ыль. Ты просто меня не замечала. - Так давайте наши отношения останутся на этом этапе,- сухо ответила Га Ыль, оставляя мужчину в одиночестве. Га Ыль была уверена в своей правоте. Он шутил с ней глупые шутки, а теперь говорит, что всегда был рядом и любит её. Бред. Его не было ни в один из сложных моментов в её жизни. Никого не было. Она одна справлялась, со своими бедами и будет продолжать дальше. И никто не вправе запрещать ей делать глупости. Га Ыль не глупа, она прекрасно знает, что И Чжон может оказаться её самой большой ошибкой в жизни… Но она так же чувствовала, что Со И Чжон может стать самым прекрасным её воспоминанием. Она не хотела слушать чьи-то запреты или советы. Она хотела жить. И Чжон улыбался смазливой журналистке, отвечал на глуповатые вопросы, и думал только о Га Ыль. Он сравнивал сидящую перед ним девушку и его Га Ыль. Хотя, сравнивать было нечего. Журналистка поражала своим умением казаться глупой в глазах парня, думая, что она мила. И Чжону не нужны были милые, ему была нужна Га Ыль. - Это все вопросы? – спросил гончар, поднимаясь. Девушка поднялась и подошла к нему вплотную. Её рука легла на грудь мужчины и постепенно спускалась в низ. Два месяца назад И Чжона бы заинтересовало это «предложение», сейчас же ему было противно. Когда девушка перешла границы дозволенного, И Чжон слабо оттолкнул её. - Разве у тебя есть невеста? – проворковала девушка, вновь делая шаг к нему. – А наличие девушки меня не интересует. Вся Корея знает, что ты бабник. И Чжон нахмурился. Ему были противны слова человека, который так бестактно предлагал себя. Хотя, девушка, конечно же, была права. Былая слава давала о себе знать. - Я являлся таковым,- резко откликнулся гончар. - Люди не меняются,- усмехнулась журналистка, закуривая сигарету. - Тем не менее,- сухо ответил гончар. – Я думаю, что тебе пора. И не кури здесь. Га Ыль этого не любит. - Га Ыль? Так вот как её зовут? – уточнила девушка, тем не менее, потушив сигарету. - Только попробуй что-то сделать ей, и я в порошок тебя сотру,- прошипел гончар, наклонившись в даме. Воспользовавшись моментом, девушка обвила его шею рукой и поцеловала. И Чжону пришлось приложить много усилий, чтобы отцепить назойливую девушку. - Уходи,- строго сказал он. – Пока я даю тебе возможность уйти самой. - Ухожу-ухожу,- проворковала девушка. Она накинула пиджак и напоследок послала ему воздушный поцелуй. - Мы ещё встретимся,- пообещала она. - Искренне надеюсь, что нет,- усмехнулся гончар в ответ. В комнате были следы присутствия другой женщина, а у И Чжона появился маниакальный страх, что Га Ыль заподозрит его в измене и уйдёт. Она ведь не знает, что сама мысль о том, что он будет с другой, его раздражала. Он выбросил окурок журналистки и даже открыл окно, чтобы запах её едких духов вперемешку с сигаретным дымом выветрился. - Чем занимаешься? – спросила Га Ыль, проходя в комнату. И Чжон обернулся, и вновь застыл на месте. Умопомрачительно красива. Даже не верится, что она была когда-то девочкой с косичками и в очках. Но ещё больше не верится, что он её ненавидел. Га Ыль рассмеялась, угадав мысли возлюбленного, и подошла к парню ближе. Она положила руки ему на плечи и, приподнявшись на носочках, поцеловала его. Но его губы имели привкус сигаретного дыма. И Чжон не курил с тех пор, как они начали встречаться, и напрашивался только один вывод – он был с другой. Га Ыль отошла на шаг от него, но И Чжон не дал ей отдалиться. Он схватил её за руку и, притянув к себе, крепко обнял. - Это вышло случайно,- бормотал он, – она просто ненормальная, хотела переспать. Га Ыль, она мне не нужна. Просто верь мне, пожалуйста, умоляю тебя! – И Чжон поцеловал её в шею, обнимая девушку всё крепче. Га Ыль не хотела, чтобы он молил её. Потом он обязательно об этом пожалеет, посчитает, что она заставила его унизиться. К тому же, она верила ему. Была бы ему нужна эта девушка, то сейчас бы он явно не умолял её верить в его слова. - Всё хорошо,- ласково сказала Га Ыль, поглаживая его волосы. И Чжон отстранился и недоверчиво посмотрел на неё. Но, увидев искренность и нежность в глазах любимой, просиял своей восхитительной улыбкой. - Ты идеальна. - Знаю, -откликнулась Га Ыль, улыбаясь. Ей оставалось только полагаться на то, что он будет честен всегда. Она верила, что это не простое увлечение и не мимолётное влечение. Что-то гораздо большее сейчас одолевало их, затягивало в водоворот чувств. Они нуждались друг в друге, так почему она должна отпускать Со И Чжона? Плевать на запреты и на то, что будет потом. Сейчас они вместе. Существует только этот миг, а всё остальное подождёт.